30. Майлз. Суровая горечь
Прикрыв глаза, я снова поднял бокал и сделал глоток. Нектар - чистая благодать, просто разлитая в кубки крылатых, всегда в своём вкусе отражает чувства того, кто её пьёт. Вчера она играла на языке сладкими пузырьками. Сегодня обжигала горло суровой горечью.
Что теперь будет? Ещё вчера мой клан можно было считать многочисленным. Три малых меча и один великий. Шесть взрослых мужчин и множество детей… Сегодня из взрослых остался старший брат деда – совсем уже старик и один из моих дядек, единственный, кто не смог сформировать даже малый меч. Главой клана станет дядька. И он совсем, абсолютно не годится для этой роли, но больше некому. Я старший из своего поколения и я несовершеннолетний. Оливер может быть сколько угодно подающим большие надежды, но он ещё даже не пришёл в академию. Остальные и того младше.
Что теперь …
Если в ближайшие пару дней глубинные так же ловко не достанут из рукава припрятанный молодой великий меч… а я бы почувствовал, если бы у деда такой был, такими хитростями у Творца занимался именно он… Если меча нет - война проиграна! Причём проиграна самым плохим вариантом. Уверенный в своей победе, Творец не щадил небесных донов. Теперь они отыграются. На десяток лет глубинный оптимат втопчут в самую грязь! Постараются максимально выбросить из сената, скинуть со всех постов в магистратах, добить всех известных бойцов.
Будет… Всё это втаптывание в грязь отразиться и на академии. Её стены – зеркало сената. Здесь тоже на какое-то время притеснять глубинных войдёт в моду…
Война проиграна… И мой клан до последнего момента стоял на стороне проигравших. Был одним из основных противников в решающей битве. Книги прошлых лет говорят, что… обычно победители вырезают такие семьи. На их стороне остался великий меч… Габриэль! Вполне достаточно. А значит, скорее всего, вскоре аллоды Драгон и Алекто попробуют уничтожить. Дядька должен закрыть аллод. Но это означает бросить без поддержки меня, а в следующем году ещё и Оливера. Дядька такого жёсткого решения принять не сможет! И будет…
Ещё один обжигающе горький глоток, продирающий горло, кажется, до самого нутра. Что теперь будет?!
Последнее, о чём хотелось думать, это моё собственное положение. Я тоже тут в академии наплодил немало врагов. Хочешь сильные позиции – враги неизбежны. Если втаптывать в грязь глубинных войдёт в моду… я стану первым мальчиком для битья. Главной фигурой веселья! Свита от меня уже сбежала. Ни шпионов, ни ликторов. Диевас, очень надеюсь, выдержит этот месяц и возьмёт на себя основной удар. Он сильнейший из тех, кто у меня был. А дальше… дальше я останусь совсем один. Уверен, Халида сейчас вчитывается в каждую букву нашего брачного договора, разыскивая способ его разорвать. Глупо отправляться женой в аллод, который вот-вот попытаются уничтожить.
Я усмехнулся. Сквозь слёзы усмешка получалась какая-то жалкая и отчаянная.