Глава 6

Необычная. Это слово первым приходило в голову, когда Артур смотрел на Ассоль. И пусть она настаивала на том, чтобы он звал ее Асей… И он старался исполнять ее желание, каждый раз пересиливая себя, произносил сокращенное имя… Но при этом хотелось поморщиться, так же, как в случаях, когда гордые грациозные парусные яхты кто-то смел обзывать словом «лодка».

Он еще сомневался, что может не узнать ее перед клубом. Старая фотография в соцсети — тот еще указатель. А они ведь даже телефонами не обменялись, романтики хреновы. Было бы стыдно перед Борисом, который и так над ним потешался: кому сказать, Артура Серова склеила какая-то неизвестная особа «в интернетах», и он, весь такой деловой, занятой и неприступный, неожиданно повелся на эту кралю. Посмотрев на фото девушки, предъявленное в качестве пояснений, Борис на время стушевался и замолчал. Но через какое-то время нашел себе новое занятие: занялся поиском, откуда это фото девушка могла бы просто стырить. Ну, не верил друг в то, что подобные красотки могут приглашать парней на свидание сами. У них в реале отбоя от кавалеров быть не должно.

Не узнать оказалось невозможно: как только Ассоль оказалась в зоне видимости, сразу же бросилась в глаза. В первую очередь, конечно же — тем, как легко, не по сезону была одета. А потом он заметил и серебристое платье, облегавшее девушку, как вторая кожа, и стройные ноги в туфельках… Март, конечно, выдался теплым, но не настолько же — захотелось отшлепать по заднице за такое халатное отношение к здоровью. И так же сильно хотелось любоваться. Слишком хорошие стройные ноги, чтобы прятать их в сапоги.

— Да ну, нафиг! Арчи, серьезно?! — Борька смотрел в ту же сторону. — Она реально такая крутая?

— Ты, друг, язык-то подбери. Ты подругу развлекаешь. И не перепутай, смотри у меня!

— А может, ты ей не понравишься, Артур? И девочка выберет меня?

— А ты постарайся сделать так, чтобы этого не случилось.

— Эй, друг! Ты что, реально запал? Да не может быть… — Борис довольно ухмылялся. — Ты же у нас непробиваемый! Женоненавистник и все такое!

— Борь. Отстань. Вон, у нее подруга — тоже вполне себе ничего. На ней свое остроумие и оттачивай.

Друг не подкачал: слился из поля зрения, как только появилась возможность. Правда, уводя Наталью вперед, несколько раз оглядывался, строил рожи и подмигивал залихватски. Хорошо, что Ассоль совсем не смотрела в сторону Бориса. Иначе вышло бы неудобно…

Девушка смотрела только ему в глаза. Так, словно видела в них что-то важное, особенное, не заметное больше никому. Наверное, ни одной другой Артур такого не позволил бы — ляпнул бы что-то, заставив смутиться и отвернуться. С этой девушкой язык не повернулся бы, да и желания такого не возникало.

Только сказал, что имя у нее красивое. И лишь потом, много позже, вспомнил, что оно могло быть и не настоящим, а выдуманным… Но его коробило имя Ася.

Видел, как реагирует на прикосновения. Делает вид, что ничего не замечает, и Артур, возможно, поверил бы, если бы не касался ее специально. Очень хотелось потрогать и проверить, что она — настоящая. Поэтому искал и находил все новые поводы, чтобы провести по плечам, взять за руку, прижать к себе, будто защищая от давки на входе… Чтобы каждый раз ощущать, как она вздрагивает, замирает, а потом вновь расправляет плечи и задирает подбородок, бравируя показной уверенностью… Словно и не искрило только что, словно все шло так, как надо.

Боялся, что девушка не сможет победить первое стеснение и скованность или, что хуже, начнет сопротивляться, доказывая, что он — приглашенный, а значит, права выбора не имеет. Но нет — Ассоль легко согласилась, что за отдельным столиком комфортнее. И уже сидя в небольшой компании вела себя достаточно свободно: улыбалась, о чем-то шутила сама… Артур не помнил, о чем шла речь, и не смог бы повторить ни слова из всего, что было сказано за вечер. Зато мог с точностью рассказать, сколько раз наклонялся к девушке, якобы для того, чтобы она лучше расслышала, а по факту — чтобы невесомо прикоснуться, мазнуть щекой по щеке, губами по мочке уха, а затем наслаждаться эффектом. Румянец на лице Ассоль был заметен даже в неверном, мигающем свете клуба. А ее глаза испуганной лани могли бы светиться даже в темноте.

Танец. Срочно нужен танец! Еще немного, и он потащил бы ее обниматься на танцпол, не дожидаясь правильной мелодии. К счастью, нужная зазвучала.

Борис остался балагурить с Наташей. Похоже, эта парочка тренировалась, кто кого превзойдет в мастерстве острословия, и больше никого не замечала. Но Артур успел заметить оттопыренный большой палец, который друг поднял им вслед.

По какому поводу Борька салютовал — так и осталось неизвестным. Но, в целом, было совсем не важно.

— Я плохо танцую. — Первое, что сообщила Ассоль, выйдя с ним на свободное пространство. Позволила прижать себя плотно, обняв за талию. Сама положила руки на плечи Артуру, приподнялась на цыпочки, не понимая, как двусмысленно это может выглядеть. Пришлось наклонить голову ниже, чтобы в шуме разобрать это признание.

— Я тоже. — Он улыбнулся почти ей в губы. Очень понравилось так разговаривать. В принципе, он согласен был и просто так здесь постоять.

— Тогда зачем?

— Затем, что все здесь точно так же перетаптываются и покачиваются под музыку. Но всем это нравится. Не парься. — И снова улыбнулся, еще ближе к ее губам.

— Да. Точно. Я же обещала походить по твоим ногам шпильками. — Теперь уже улыбалась Ассоль. И нет, ни на крошечный миллиметр не отодвигалась.

— Ну, тем более. Выполняй.

Она соврала. Ассоль двигалась великолепно, легко подстраивалась под его шаги и повороты, позволяла вести себя и даже, порой, предугадывала движения.

Один танец, второй, третий… Похоже, диджей устал и ушел на перекур, а может, пожалел публику, дал небольшую передышку. Артур забыл, что звал девушку всего на один танец, а она ни разу не напомнила об этой его ошибке…

Жесткие ритмы современного диско внезапно прервали идиллию, не дали опомниться и вовремя уйти из толпы. Артур прижал к себе Ассоль, снова защищая от окружающих… и продлевая удовольствие от того, что она так близко.

— Давай, сбежим отсюда? — озарение пришло внезапно. Особой надежды не было, что согласится, но не мог не спросить…

— А давай. Мне тоже здесь надоело. — Внезапное согласие ошеломило. К нему давно уже не приходило везение такими щедрыми порциями.