Глава 13

Он прошел буквально до центрального коридора, когда его нагнал Гаррок.

— К вам посетитель, мой король, — он прошептал дрожащими губами, на его лице застыл ужас. Даркхан бросил равнодушно:

— Пусть ждет. Мне нужно обойти копи и наказать истязателей хрустальной владычицы. Вы их уже пытали?

— Да, медный повелитель, но… дело как раз касается Сейры Вельгарн, — Гаррок понизил голос и зашептал прямо в лицо Даркхану: — К вам пожаловал Элион Молчаливый, и он весьма настойчиво интересуется судьбой хрустальной хозяйки.

— Я сказал тебе держать язык за зубами, старый ты хрен! — процедил Даркхан и прижал помощника к стенке. В груди снова закипала ярость. — Я отрежу тебе язык, если узнаю, что ты проболтаешься хоть дохлой мыши!

— У-уверяю, мой господин, никто не знает, что Сейра Вельгарн у вас в покоях… Жрицу Шарат мы вызываем под другим… более интимным… предлогом.

— Мне плевать, что ты плетешь в поклоне даже самому Улдрошу! — рыкнул Даркхан. — Мне нужна только твоя непоколебимая верность и молчание о хрустальной владычице. Хотя бы до совета на Теневом Утесе. Дальше — скажу.

— Он… как раз хочет обсудить совет, медный повелитель. Осталось меньше семи дней, и… надо порадовать верховного владыку Карнака дарами.

— Подготовьте пятьдесят рабов, — отмахнулся Даркхан. — И рабынь.

— Будет исполнено. Но, господин, я повторюсь: Сейра Вельгарн шпионила в нашем руднике. Мы обнаружили, что в один из сплавов была подсыпана хрустальная пыль. Доспехи, которые выковали искусные кузнецы Коварна, рассыпались пеплом… пожалуйста, будьте осторожны. Прикажете поместить ее обратно в темницу?

Гаррок проговорил с озадаченным видом, но в его словах читалась искренность: он правда верил в то, что говорил. Даркхан ответил со вздохом:

— Уйди. Сам справлюсь. Из замка всех выведи. Ворота и стены под усиленную охрану. И знай, что Элион не тот, за кого себя выдает.

Даркхан проговорил это, вспомнив слова Сейры, и потому, влетев в зал тайн и укутав дверь медной цепью, выпалил с самого порога:

— Элион Молчаливый! Какая честь! Чем тебе обязан?

Талгаарец медленно развернулся, в свете факелов блестя медной кожей. Вкрапленное зеркало на щеке, подарок отца Сейры, отразило пылающий котлован — главный страх Даркхана. Он видел это каждый раз, когда встречался с Элионом, и сейчас это ничуть не удивило мужчину. Он только скрестил руки на груди и ждал ответа.

— И тебе здравствуй, Даркхан Железный Клык, — мелодично и неспешно проговорил Элион. Из-за высокого воротника-стойки выглядывал свежий шрам. — Я надеюсь, ты уже готов к сезонному Совету?

— Я всегда готов, а почему интересуешься ты моими делами, меня настораживает.

— Вот как? — Элион усмехнулся и расправил плечи. — А как же наши беседы? Помнится, ты активно интересовался моим мнением, как приструнить хрустальную стерву и забрать берег — там, как ты справедливо заметил, превосходные залежи меди. И потому мне непонятно, почему ты сдаешь позиции? Пошли дюжину галер, и ты — полноправный владелец Искара!

— Я разберусь с этим, — процедил Даркхан и сложил руки на груди. Он застыл во главе длинного дубового стола, но сесть не решился. Его собеседник находился на противоположной стороне и усмехался:

— Ты знаешь, что Сейра Вельгарн пропала? Сначала мучилась страшной болезнью, а потом как сквозь землю провалилась. Хрустальные Рощи бьют тревогу. Я, конечно, помогаю, как могу, но… почему ты не воспользуешься их слабостью?

Он говорил настолько невозмутимо, что Даркхан едва не выдал себя, однако приподнял одну бровь и упер взгляд в нахального лжеца:

— Твою выгоду не вижу, любезный Элион. Насколько я знаю, твоя задача — сохранять баланс между Медными Копями и Хрустальными Рощами, но ты будто хочешь разжечь конфликт!

— О, нет, напротив! — всплеснул изящными руками Элион и вздохнул. — Я и пришел к тебе спросить, если ты конечно знаешь, где хрустальная владычица? Верховный Владыка Карнак будет в бешенстве, когда узнает, что равновесие пошатнулось.

— Ты за его психическое здоровье переживаешь или к чему клонишь? Я приказал готовить пятьдесят рабов в качестве квартальной дани. Как его будут задабривать Хрустальные Рощи, меня не интересует.

— А очень даже зря, медный владыка! — прогромыхал талгаарец. — Если не заплатит Сейра, заплатишь ты! Он потребует медный слиток из твоей крови, вот увидишь.

— Меня это не пугает. Он плавит мою кровь каждый год на ритуальном огне в дань живому богу — себе, так же, как ты питаешь его страхами своего зеркала.

Элион сощурился и сверкнул щекой. Даркхан по-прежнему видел в нем огонь, поглощающий кузни, но теперь сквозь языки пламени на него смотрела испуганная Сейра и что-то безмолвно кричала. Ее лицо исказилось от боли, хрусталик помутнел, и шрам над веком кровоточил.

Даркхан проморгался. Видение ушло, Элион в блаженстве закатил глаза:

— О, невероятное чувство, Железный Клык! Твой новый страх: единственный настолько сильный. Кузни и копи ушли на второй план?

И теперь Даркхан не выдержал. В два шага он настиг оппонента и предплечьем придавил к стене. Тот тихо заскулил, а Даркхан прошипел:

— Я знаю, что Сейра пропала по твоей вине, и что ты плетешь интриги за ее спиной, пока она отсутствует. Но чего ты добиваешься? Карнаку нужна раздробленность Талгаара…

— Разве? — Элион оскалился. — А что, если он последовательно убирает сопротивление?

— С твоей помощью! — взревел Даркхан, и его ладонь раскалилась. Перчатка начала плавиться, а за ней — воротник талгаарца. Плевать! Только что одной фразой Даркхан раскрыл свою связь с Сейрой: Элион говорил ей про раздробленность, а она передала ему. И Элион, хватая ртом воздух, просипел:

— Значит, спелись, голубки? — Он оскалился, но терпел ожог: Даркхан схватил крепче, воротник полностью оплавился. — А как же Искар? Для отвода глаз?

— Все прекрасно знают, что это ты отдаешь команды ее людям!

— И ты отступаешь…

Даркхан мгновение медлил: только что он попал в ловушку, козырь в виде живой Сейры сошел на нет, и теперь нужно было искать новую стратегию для совета. Но не сейчас и не здесь он будет думать об этом.

Он ослабил хватку и отпустил Элиона. Огонь стал утихать, возвращая здравый рассудок. На шее талгаарца рядом с неровным шрамом теперь красовался ожог в виде медных пальцев. Элион прокашлялся и ухмыльнулся:

— Оставили свои отметины… оба! А я помочь хотел!

— Помочь⁈ — снова вспыхнул Даркхан, но, заметив сгорбившегося и вмиг осунувшегося Элиона, сбавил пыл: — Ты оставил Сейру на верную погибель!

— Уверен? — сверкнул холодным глазом Элион. — Вообще-то я ей и еду, и воду принес, когда она полоснула меня по шее осколком зеркала! Об этом она тебе не сообщила?

Теперь Даркхан совсем ничего не понимал. Рассматривал свои ладони, поглядывал с опаской на Элиона и с ужасом боялся представить, что втянут в интриги Сейры.

— Нужно было, чтобы она не высовывалась до совета. Ваша связь дошла до Карнака, и он в бешенстве. Я помогаю ему охладить пыл и… развожу вас, как могу, но… — Он выпрямился, злобно посмотрел на Даркхана и махнул рукой: — Теперь не знаю, решайте сами.

Даркхан отвернулся и пробубнил что-то невнятное. Нужно было обо всем подумать. Нужно было понять, какую игру ведет Сейра, и на чьей стороне он сам.

Элион осторожно поправил одежду, провел рукой по потемневшему зеркалу и уже у самого выхода сказал:

— Но спасибо за страх, Железный Клык. Возможно, теперь я не умру так скоро.

И, хитро подмигнув, оставил Даркхана одного.