Эпилог

Вечер уже давно меня утомил, и я собирался уходить, когда в поле зрения попал один мужчина, чье присутствие на этом празднике молодости смотрелось так же чуждо, как и недавний визит Сухова. Неизвестный подошел ко мне не скрываясь, уверенной походкой, словно хозяин всего и вся здесь, хотя, очевидно, им не являлся.

— Здравствуйте, Сергей. Мне очень приятно видеть вас в добром здравии.

У меня прям дежавю случилось… Сухов меня приветствовал почти аналогичной фразой.

— И с чего это вдруг мое здравие так начало всех волновать?

— Возможно потому, — невозмутимо ответил мужчина, нисколько не обидевшись, что я не удостоил его приветствием, — что на него слишком много желающих покуситься, последнее время?

— Вы имеете в виду кого-то конкретного?

— О, да. Конкретно полтора десятка человек, что поджидали вас не так давно на пяти разных квартирах, но бесследно исчезнувших за одну ночь.

Услышав такое заявление, я сразу вскочил на боевой взвод, только чудом удержавшись от того, чтобы не убить этого человека, без сомнения причастного к организации облавы на меня, либо знающего организатора, прямо на месте. Мой план был прост — остановить Силой сердце, воскресить и выпотрошить память, чтобы найти те ниточки, которые приведут меня к самым верхам преступных группировок Москвы. Но интуиция меня остановила, подсказывая, что все здесь не так просто, как кажется на первый взгляд.

— Расслабьтесь, Сергей, никто не в претензии. Вы были абсолютно в своем праве. — Судя по подтексту, иные варианты, кроме того, что я их всех убил, не рассматривались. — Просто скажите, как? Вы действовали в одиночку, или у вас есть какой-то покровитель? Или, может быть, вы умудрились скрытно сколотить собственную группировку верных и преданных последователей?

— Давайте ближе к делу, уважаемый… — я сделал паузу, предлагая собеседнику назвать себя, а заодно и перевести тему с вопросов, на которые я не собирался отвечать.

— Просто Дима. Как пожелаете. Вам известно такое имя, как Хан?

— Да.

Я ответил односложно, потому что это имя действительно было мне прекрасно известно от моих мертвых «последователей» как выразился Просто-Дима. И виделся им этот Хан ни кем иным, а полноценным королем криминальной Москвы, основателем пресловутой Золотой Десятки (моими стараниями теперь уже Девятки) и просто невероятно богатым и влиятельным человеком.

— Прекрасно, это сэкономит нам кучу времени. Так вот, Сергей, Хан предлагает вам поработать на него.

— Что предлагает? — Мне показалось, или я ослышался?

— Вы все верно поняли, Хан вам предлагает работать на него. И он дает слово, если вы согласитесь, то никакому посягательству на вашу жизнь более не позволит случиться.

— А если откажусь?

— Начнется охота. — Просто-Дима пожал плечами, будто речь шла о чем-то несущественном. — Охота за вашей головой, Сергей.

— Хм… спасибо за откровенность, конечно, но зачем я ему понадобился?

— О, Хан разглядел в вас огромный потенциал. А он, можете поверить моему опыту, кадрами разбрасываться не привык. То, как вы уверенно щелкнули по носу людям Штыря, а потом и самому ему в суде, как вы таинственно сбежали от него позже, бесследно исчезнув вместе с его подчиненным, то как заставили безвестно исчезнуть пятнадцати ребят, отправленных по вашу душу, делает вас невероятно занятной личностью. И как бы вы это не сделали, Хан умеет отдавать должное своим соперникам, но еще больше он умеет ценить профессионализм и верность. Так что в вас он увидел прекрасного кандидата на вступление в ряды его личной гвардии.

И я реально задумался. Личная гвардия? Это значит, где-то рядом, возле него. То есть, фактически, я могу одним точным импульсом Силы обезглавить Золотую Десятку или, что еще лучше, уничтожить изнутри, сделав их лидера своей марионеткой.

— А скажи мне, Дима, с чего вообще Хан на меня взъелся? Неужели Штырю была нанесена такая смертельная обида, тем более что его люди первые на меня напали, чтобы из-за этой мелочи начинать на меня охоту?

Мой собеседник слегка изогнул бровь, словно показывая, что не совсем понял шутку. А обнаружив, что я абсолютно серьезен, недоверчиво покачал головой.

— Вы знаете, Сергей, хоть я и весьма далек от криминала… да, не удивляйтесь, я просто посыльный, который отрабатывает перед Ханом старый долг, но и то в курсе этой истории. Вся эта «обида», как вы выразились, это лишь повод, простой стимул, который должен был позволить Штырю стараться лучше в деле вашего, простите, устранения.

Перед глазами мелькнули воспоминания полутемного подвала, наручники на запястьях, битое стекло и плесневелые стены…

— А в чем тогда истинная причина?

В ответ собеседник лишь пожал плечами.

— Вам должно быть виднее, Сергей.

Мы немного помолчали прежде чем я задал следующий вопрос.

— Хан мне предлагает что-то конкретное?

Внимательный взгляд Димы прошелся по моей фигуре, словно искал какие-то подсказки.

— Расскажите, Сергей, чем вы запугали Бориса Дерзюка?

— О чем вы? — Я действительно удивился, потому что не думал, что кто-то будет связывать его самоубийственный перформанс со мной.

— Вы прекрасно знаете, о чем. Боров был одним из самых преданных людей Штыря, он шел за ним почти с самого начала его криминальной карьеры. Иными словами, это был верный пес, которому Штырёв доверял немногим меньше, чем себе. И тут, стоило только задеть вас, Сергей, происходит такое…

— Какое?

— Бросьте, Сергей! Вы совсем неубедительны. Расскажите мне, как вы заставили Борова застрелить своего босса и покончить с собой? Чем вы его шантажировали? И Хан примет это в качестве первого вашего вклада на пути к взаимовыгодному сотрудничеству. Разумеется, нужны будут все мельчайшие подробности.

Так вот какие выводы сделали в Золотой Десятке… все-таки, убийство Штыря связали со мной, ошибившись лишь в мотивах Борова. Будет трудно объяснить, что никакого шантажа не было, но я и не собираюсь этого делать.

— Боюсь, что вы ошиблись в своих выводах, я ничего об этом не знаю.

Я старался выглядеть максимально невозмутимым. Посланец Хана опять смерил меня внимательным взглядом, выискивая даже мельчайшие намеки на ложь, однако не стал ни на чем настаивать и требовать.

— Что ж, Хан ожидал, что вы не захотите раскрывать своих секретов, и уважает это желание. Он предлагает еще один путь, но более долгий.

— Не томите, Дима, что еще за путь? Кого-то нужно ограбить? Или, может, убить?

— Что вы, Сергей! Для таких мелких поручений у Хана есть рядовые бойцы, как их еще называют, топреды. Нет, тут задача на порядок интересней, аккурат под ваши выдающиеся спортивные навыки.

— Вы хотите отправить меня на олимпиаду?

— Очень остроумно, и весьма близко к истине. Понимаете, каждые полгода в Москве проходят закрытые бойцовские соревнования, не шибко обремененные правилами и спортивной этикой…

— Подпольные бои без правил, вы хотите сказать?

— Ну, вы выразились несколько грубо, Сергей, но в целом не далеки от истины. И, понимаете какая незадача, когда было нужно, на это мероприятие от Золотой Десятки отправлялся Борис Дерзюк, но именно сейчас, когда интерес Хана наиболее ярок, Боров нас трагически покинул, поэтому очень остро встала потребность в первоклассном бойце, который сумеет оправдать возложенные на него ожидания. А вы, Сергей, сумели даже одолеть Бориса на ринге, что, несомненно, внушает уважение. И это при том, что он часто был в этих боях несомненным фаворитом, проводя по две, три, а то и четыре схватки.

Хм… какая интересная вырисовывается картина. Получается, что Боров начал ходить в «Воин», чтобы подготовиться к этим подпольным соревнованиям? А уж не была ли связана его необоснованная агрессия с приемом анаболиков, которыми он вполне мог злоупотреблять? А теперь же, когда я грохнул Борю практически собственными руками, представлять интересы преступной верхушки на этих боях предлагают мне. Черт, как же иронично!

— А что, Дима, во всей Москве у Хана нет больше подходящих бойцов для этой затеи?

— Почему вы так решили, Сергей? Конечно же, есть. Просто вероятность успешного исхода с ними куда ниже, чем была бы с Боровом, и тем более с вашим участием.

— То есть вы хотите, чтобы я пошел на эти бои без правил, и победил там во славу Хана?

— Нет, Сергей, вы неверно представляете себе структуру боев. Это не первенство, где определяется один победитель, это несколько обособленных схваток, в которых на бойцов делают очень… Сергей, я подчеркиваю, очень высокие ставки. Ваша задача победить хотя бы в двух, которые очень важны для Хана.

— Звучит достаточно просто. А что стоит на кону?

— О, поверьте, ставки просто невероятные. Высокодоходные производства в России и странах ближнего зарубежья, что с той, что с другой стороны. Проще говоря, это неприлично огромные деньги, которые Хан очень желает присовокупить к своему капиталу. И, Сергей, уж поверьте, даже один бой это очень не просто. Понимаете ли, в этих, с позволения сказать, соревнованиях, полностью отсутствует какой бы то ни было допинг-контроль. Нужно ли мне продолжать?

— Вы хотите сказать, Дима, что все участники — это стероидные машины убийств, неутомимые и резкие, как удар по яйцам?

— Абсолютно верно, Сергей, вы очень хорошо владеете вопросом. Точнее сформулировать я бы даже и не пытался, все обстоит именно так.

Значит, Боров точно сидел на стероидах… эх, надо было получше в его памяти покопаться, поторопился я его слить…

— Ну, хорошо, положим, я соглашусь, могу я обсудить это с Ханом лично?

— Если согласитесь, то обязательно встретитесь с ним во время боев, в противном случае, едва ли он захочет вас подпускать к себе достаточно близко. Очень уж вы опасный человек.

— Что ж, мне все понятно. Сколько у меня есть времени подумать?

— Бои начнутся через две недели и продлятся три ночи. Но определиться вам нужно прямо сейчас.

— Что? Я не могу вот так сходу принять решение, мне нужно все тщательно взвесить.

— К сожалению, Хан и это предусмотрел, и мне было велено показать вам вот эту запись. — Дима извлек из кармана телефон и передал мне экраном вперед. — Нажмите на воспроизведение.

Я послушно тапнул на белый треугольник и с первых же секунд оцепенел. На видео отчетливо узнал салон своей Ауди, а потом уже увидел и самого себя, стоящего в сумеречной подворотне в одиночку против толпы злых мамбетов…

— Откуда у вас эта запись, Дима?

— Мне ее прислали для переговоров с вами, а откуда она у людей Хана я, к сожалению, не знаю. Как не знаю и того, как она должна помочь вам в принятии решения.

А вот это уже подло. И если раньше я где-то в глубине души колебался, то теперь уверен на все сто процентов — этот ублюдок Хан должен умереть. И обязательно умрет.

— Вы не возражаете, если я сделаю звонок, Дима?

— Нет, вовсе нет, пожалуйста.

Отойдя на пару шагов, я вытащил телефон и набрал номер Алины. После тревожной долгой тишины послышалось сообщение оператора: «Абонент временно недоступен, пожалуйста, перезвоните позднее…» Что ж, ожидаемо. Показывая мне это видео, Хан прямым текстом сообщил, что девушка у него, и он теперь намерен меня этим просто шантажировать. Беспринципные мрази… хотя, чего я ожидал от московской мафии? Они хотели открыть на меня охоту? Посмотрим, что они будут делать, когда вместо охоты попадут в зону боевых действий…

— Дима, передайте Хану, что я согласен на его предложение.

Конец первой книги.