Часть 4

КАЙРА

Мне так странно, что мы, Аехако и я, поменялись ролями. Во время своей беременности я само спокойствие и ни о чем не беспокоюсь. А Аехако нервничает из-за любой самой маленькой мелочи. Утром следующего дня, когда мы уже подготовились покинуть пещеру охотников, начинается сильный снегопад, поэтому мы распаковываем наши вещи и остаемся еще на один день.

А потом еще на один.

Проходит три дня, прежде чем погода позволяет нам пройти небольшое расстояние, и еще четыре дня, прежде чем мы подходим к долине, в которой находится главная пещера ша-кхай.

— Да ладно, — поддразниваю я Аехако в то время, как он тащит сани по снегу, и на горизонте появляется дым, идущий из главной пещеры. — Ты же говорил, что на это потребуется еще несколько дней.

— Может потребоваться еще один, — говорит он мне, останавливаясь и глядя вверх на хмурое небо. — Мне не нравится, как выглядят эти облака.

Если мы остановимся прямо на финишной прямой, как по мне, так это просто глупо.

— Уверена, мы справимся, — бодро говорю я. — Я могу выбраться отсюда и идти…

Прежде чем я успеваю закончить свою мысль, он тянет сани дальше, мчась по снегу с бешеной скоростью. Я хихикаю, своей плотной перчаткой прикрыв рот.

На самом деле, если бы мы и остановились еще на один день, я была бы только рада. «Отпуск» вдали от Южной пещеры пошли нам на пользу. Я и не представляла, какой стресс оказывает на Аехако лидерство, в дополнении к моей беременности. Он постоянно переживает, верны ли его решения, или не было бы племя более счастливо в главной пещере. Он переживает, что некоторые — например, Химало и Айша — недовольны его руководством. Он переживает, что он не такой авторитетный, как Вэктал, потому что обычно он любит повеселиться.

И я понятия не имела, что моя пара все это держит в себе. Я думала, что он принял лидерство так же, как и все остальное, — с энтузиазмом и широкой улыбкой на лице. Оказывается, он скрывал свои страхи, потому что не хотел, чтобы это стало бременем и для меня.

Видимо, этот парень думает, что я более хрупкая, чем стекло.

Так что мы разговариваем, и много. Мы снабжаем припасами каждую пещеру, в которой останавливаемся, и обновляем то, в чем мы нуждаемся. Я начинаю шить одеяло из меховых обрывков, чтобы чем-то занять свои руки, и мы продолжаем разговаривать. Во время этого отпуска Аехако так много смеется, что я осознаю, что последние несколько недель он почти не смеялся, а я была чересчур занята, чтобы это заметить.

Я обещаю себе, что заставлю его смеяться гораздо чаще.

Так что я начинаю с обрывками шить еще кое-что. Я говорю ему, что это просто еще одно одеяло, а вместо этого делаю малюсенькую, пушистую набедренную повязку и набиваю заднюю часть полную лоскутками, чтобы у того, кто будет ее носить, получилась огромная, круглая задница. Мне в голову приходит еще одна идея, и на какое-то мгновение не будучи уверенной, я качаю головой. Я не такая и не делаю непристойные вещицы из кожи… но это рассмешит Аехако. Так что, подавив несколько смешков, я продолжаю и к передней части набедренной повязки приделываю «инструмент».

Все это происходит под носом у Аехако, пока мы бездельничаем в охотничьих пещерах. Он так много спит, что я беспокоюсь, что он потеряет сон, а еще он кладет руки мне на живот и часами разговаривает с нашим комплектом. Так приятно побыть вдвоем, далеко от остальных, что я втайне надеюсь, что и на обратном пути будет плохая погода.

В конце концов, мы ведь не торопимся возвращаться, разве нет? Мы все взрослые люди. Несколько недель жители Южной пещеры могут управиться и сами.

Когда Аехако ускоряет шаг, сани рвутся вперед, и я визжу. Как и следовало ожидать, с небес начинает валить очень густой снегопад, однако Аехако, видимо, решил пробежать остаток пути, а не останавливаться в очередной пещере охотников. Я цепляюсь за вьюки, пока мы мчимся по снегу, а далекая пещера приближается все больше и больше. Вид большого треугольного входа в главную пещеру наполняет меня странным ощущением… не совсем тоской по дому, а какой-то тоскливой радости.

Это был мой первый дом здесь, на Не-Хоте. Он всегда будет занимать в моем сердце особое место.

— Эй! — кричит кто-то, и к нашим саням бежит покрытая шкурами фигура.

— Эй! — окликается Аехако, задыхаясь и не останавливаясь даже тогда, когда к нам подбегает другой охотник. — Мы пытаемся попасть внутрь прежде, чем пострадаем от непогоды.

— Вижу! И ты привез свою хорошенькую пару! — охотник опускает капюшон, и мне улыбается Золай. — Моя пара обрадуются вам обоим. Думаю, мне придется на пару дней отложить проверку своих ловушек.

— Сходи и проверь их, — призывая по-приятельски, велит ему Аехако. — Мы останемся еще на несколько дней. Накорми растущий живот своей пары!

Золай большой рукой хлопает Аехако по плечу, после чего кивает мне головой.

— Пожалуй, я так и сделаю! — он снова срывается на бег, проносясь мимо нас, а мы уже практически в пещере.

— Эй! — кричит другой голос. — У нас гости!

Мои глаза наполняются счастливыми слезами, когда все больше народу собирается у входа в пещеру, и я вижу людей, смешанных с дружелюбными синими лицами. До сих пор я и не осознавала, как сильно соскучились по всем им, и меня наполняет шальная, нетерпеливая радость, когда мы к ним приближаемся.

Не могу дождаться, чтобы снова обнять всех своих друзей.

Аехако наконец-то прекращает свой нескончаемый бег и тащит сани прямо перед входом в пещеру. Его плечи вздымаются, он тяжело дышит, но он движется прямо ко мне и помогает выбраться из огромной кучи груза. Меня сразу же встречают счастливые визги. Марлен — всегда неудержимо буйная — обнимает меня, Ариана заливается слезами и тоже меня обнимает. Я вижу Джорджи, стоящую рядом со своей парой и Норой, и это уже чересчур. Я тоже начинаю плакать, и тогда мы с Джорджи обрушиваемся друг на друга и рыдаем, к большому огорчению Вэктала и Аехако.

— Слезы беременности, — объясняю я своей паре, вытирая щеки. — Я счастлива. Правда счастлива.

Моя пара выглядит неуверенным, но он быстро отвлекается, когда приходят его мать с отцом. Севва и Ошен стискивают его в медвежьих объятиях, еще тут его брат Рокан с едва заметной улыбкой на лице. Сесса — более миниатюрная, более юная версия моей пары — тоже тут, и он лучезарно улыбается, глядя вверх на своего взрослого брата, и он настолько маленький и очаровательный, что я понимаю, что наш ребенок может выглядеть в точности, как он.

И я снова начинаю плакать. Прежде чем Аехако успевает спросить, сквозь рыдания я говорю:

— Честно, я счастлива!

Севва уже кудахтает вокруг меня, втягивая меня в свои объятия. Она, его мать, выглядит такой царственной с закрученной серой косой вокруг головы и единственным намеком на ее возраст — морщинами вокруг глаз.

— Конечно, счастлива, радость сердца моего. Ты носишь комплект. Если он не видел, чтобы ты плакала ни о чем хотя бы раз в день, то он должен считать себя очень везучим. — Она гладит меня пальцами по лицу, а затем лучезарно улыбается мне. — Пойдем, я приготовлю тебе что-нибудь поесть.

— Ну вот, теперь и я проголодалась, — бормочет Джорджи, стоя рядом со мной.

— Тогда и тебя накормлю, — с легкостью говорит Севва. — Сядь у костра, пока мой Аехако здоровается со своими друзьями. 

*** 

Севва суетится над мной, пока Аехако встречается с Вэкталом, а потом его уводят то по одному вопросу, то по другому. Хотя я все понимаю. Он возглавляет Южную пещеру, и все хотят узнать, что там происходит. Он будет занят весь день, несмотря на то, что он бросает несколько озабоченных взглядов в сторону пещеры своей матери, будто хочет подойти и нависать надо мной.

— Его отец был таким же, когда я вынашивала комплект в первый раз, — говорит Севва с грустной улыбкой. — Он кружил вокруг меня до такой степени, что мне хотелось засунуть его голову в снег, не дай он мне перевести дух.

Я улыбаюсь ей.

— Когда это пройдет? Ну, когда он успокоится?

— Этого не будет. — Севва посмеивается над собственной шуткой. — Если он чем-то похож на своего отца, он будет самым внимательным из отцов — зачастую даже слегка раздражающим.

Я не против.

Джорджи появляется у входа в пещеру Севвы и заглядывает внутрь.

— Тук-тук.

— Входи, — говорит ей Севва. — Я как раз собиралась приготовить ужин.

Моя подруга смотрит на меня, затем поднимает мягкую накидку.

— Я вообще-то собиралась окунуться в бассейн и подумала, не хочет ли Кайра присоединиться ко мне.

Судя по всему, это встреча, чтоб посплетничать, а прошло уже так много времени с тех пор, как я подолгу болтала с Джорджи, Лиз и остальными, что сразу же вскакиваю на ноги. Тогда я, колеблясь, оглядываюсь на Севву.

— Иди, — говорит пожилая женщина, пожав мне плечо. — Еда пока еще не готова, а если ты будешь у всех на виду, то Аехако перестанет бросать озабоченные взгляды сюда, — она закатывает глаза.

— Хорошо, — и я направляюсь к Джорджи.

Когда мы приближаемся к главной части пещеры, я вижу, как Аехако оглядывается. Он с серьезным выражением лица разговаривает с Роканом. Меня охватывает приступ беспокойства, и я сжимаю руку Джорджи, давая ей понять, что скоро присоединюсь к ней. Я направляюсь к Аехако, и когда подхожу к нему, он с Роканом тут же прерывают разговор.

Ну, если в этом нет причин для тревоги, то тогда я не знаю, что это.

— Привет, Рокан, — говорю я спокойно. — Как поживаешь?

— Отлично, — он улыбается мне. — Как же я рад снова видеть тебя и моего брата. И я рад тому, каким счастливым ты его делаешь.

— Мы оба очень счастливы, — соглашаюсь я, и Аехако ласково проводит рукой по моим волосам. Я поднимаю взгляд на свою пару. — О чем вы двое тут говорили?

— Ни о чем важном, — отвечает Аехако, пожалуй, излишне радостно. — Мэйлак спит, так что ты не сможешь увидеть ее до позднего вечера. Кэшрем говорит, что она вынашивает большой комплект и из-за этого сильно устает.

— Я знаю, каково это, — бормочу я, лаская свой живот. Он уже кажется огромным…, и я все время чувствую усталость, а у меня лишь где-то половина срока. Наверное, я жду со слишком большим нетерпением.

Аехако покровительственно кладет руку мне на плечо и наклоняется, глядя мне в лицо.

— Ты устала? Может, тебе пора отдохнуть? Тебе, наверное, стоит поспать…

— Мне и так хорошо, — я говорю ему твердым голосом. Наклонившись вперед, я быстро чмокаю его в нос. — И я собираюсь расслабиться в бассейне с Джорджи и остальными. Обещаю, я буду осторожной.

Он колеблется, но потом кивает головой, потирая костяшками пальцев мою челюсть.

— Дай знать, если тебе что-нибудь понадобится.

— Скажу, — улыбнувшись Рокану, я направляюсь в центр пещеры, где соблазнительно призывает большой, испускающий пар, бассейн. Меган с Норой уже в нем, и обе голые. Джорджи присоединяется к ним, погружаясь в бассейн, и я развязываю свою накидку и верхние слои одежды и аккуратно складываю их, прежде чем положить их на ближайшую каменную скамью. Я приближаюсь к краю, одетая лишь в кожаную набедренную повязку и перевязке груди. Никто и не подумает упрекнуть, даже если я разденусь догола, но я до сих пор стесняюсь наготы, и мое изменяющееся тело все только осложняет. Я погружаюсь в воду, и тогда в меня, словно товарный поезд, врезается ее восхитительное тепло. Я подавляю стон удовольствия, когда это приятное тепло проникает в мое уставшее тело.

— Боже, как мне этого не хватало.

— Могу себе представить, — говорит Джорджи. — В Южной пещере что, нет бассейна? Неужто вы все там превратились в дикарей?

— В нашей пещере есть череп са-кохчка, который можно наполнить водой, но она быстро остывает, да и наберешь ее недостаточно глубоко, потому что избавиться от воды — хлопотный и тяжкий труд. Это… совсем другое. — Я прислоняюсь к краю бассейна и закрываю глаза. — Это блаженство.

— Я здесь практически каждый день, — признается Меган. — Это помогает с моими опухшими лодыжками. Ну или по крайней мере убеждаю себя, что это так.

— Кстати, ты только что разминулась с Лиз, — заявляет Нора. — Они с Рáхошем вчера ушли. Она сильно распсихуется, что не увиделась с тобой.

Мне тоже жаль, что мы с ней разминулись. Я люблю ее нахальный язык, и мне хотелось бы узнать, как она справляется со своей беременностью. Если Рáхош берет ее с собой на охоту, полагаю, он не так сильно висит над душой, как Аехако.

— Мы остаемся на несколько дней. Может, они вернутся до того, как мы уйдем.

— Надеюсь, что да. — Меган протирает живот, который выглядит вдвое больше моего, включая растяжек. Несмотря на то, что разница у нас всего пару недель, она выглядит на более позднем сроке беременности, чем я, и мне немного завидно. Значит ли это, что она родит ребенка раньше меня? Или она просто от природы вынашивает большего малыша? Хотелось бы мне, чтобы у нас было больше ответов на наши вопросы, но нам всем придётся быть первыми, кто родит «гибридных» малышей. Для всех нас это неизведанная территория.

Я снова бросаю взгляд на свою пару, но он что-то серьезно обсуждает со своим братом, и ни один из них не смотрит в нашу сторону. И я спрашиваю себя, не происходит ли что-то неладное. Разве он не сказал бы мне, если б это было так?

— Итак, — продолжает Меган. — Давай, перескажи нам все сплетни в Южной пещере. Как поживает Джоси? Тиффани? Клэр?

Я устраиваюсь поудобнее и, такое впечатление, будто часами рассказываю о своих соплеменниках, кто чем занимается, о последних ремесленных проектах Тиффани, о Фарли и ее новом домашнем питомце Чомпи, который к большому огорчению Кемли гадит в пещере буквально везде, и последних происшествиях на охоте. Я не считаю себя болтушкой, но замечаю, что часами в мельчайших подробностях рассказываю о нашей жизни в Южной пещере, а Меган, Нора и Джорджи делятся со мной своими историями. Рассказывают о прыгуне, который проник в кладовку и уничтожил горы корнеплодов, прежде чем кто-либо понял, что происходит, а Меган говорит о своих последних проектах макраме. Нора болтает о сексе — это ж Нора — и о том, как они с Марлен пытаются разработать нижнее белье получше.

— А где Марлен? — спрашиваю я из любопытства.

— Скорее всего, снова занимается сексом с Зэннеком, — отзывается Джорджи, проводя рукой по испускающий пар воде.

— В последнее время, благодаря беременности, у нее проявилась ненасытная потребность. А что касается меня, то у меня опухшие лодыжки, — жалуется Меган. — Ее либидо прям взбунтовалось.

— А по-моему, Марлен родилась с взбунтовавшимся либидо, — хихикает Нора.

— Ты определенно не та, кому следует такое говорить. Мы каждую ночь слышим, как вы двое этим занимаетесь. — Джорджи закатывает глаза. — И именно твой голос отдается реально громким эхом.

Нора тут же начинает смеяться.

— Ну что я могу поделать, если у Дагеша невообразимая выносливость? Или что его возбуждают мои большие беременные сиськи?

— Эй! — поддразнивает Меган. — Думаешь, мне хотелось это знать?

— Примерно так же сильно, как мне хотелось знать о твоей фишке насчет ног? — отвечает Нора сладким голосом.

Меган издает стон.

— Фишке насчет ног? — спрашиваю я, хмуря лицо в растерянности. — Хочешь сказать, что у Кэшола фишка насчет ног?

— Нет, у Меган. — Нора озорно шевелит бровями. — Ты бы видела, как она без умолку щебечет о том, насколько накачанные «сильные ноги» Кэшола.

Джорджи издает шум, будто подавилась смешком.

Меган лишь снова испускает стон и опускается под воду, словно это может ей помочь спрятаться от добродушного смеха в пещере. Я стараюсь смеяться не слишком сильно, но атмосфера счастья в пещере очень уж заразительна. Так приятно снова видеть моих подружек. Я люблю всех в Южной пещере, но половина нашей семьи находится здесь.

Так приятно вернуться домой, пусть даже ненадолго.