Глава 57. Поля

Выместив по время боя всю свою ярость, злость и обиду, я ощутила себя опустошённой, уставшей и счастливой. Наверное поэтому, когда Макс подмял меня под себя и задал провокационный вопрос, я сначала ответила, а потом поняла, что сказала. Судорожно вдохнула и задержала дыхание, но со словами так не выйдет. Обратно их не возьмёшь. Более того, я и не хотела их брать. А вот Макса хотела… Мне нравилось ощущать его большие горячие руки не своём теле. Я вздрагивала ночью, когда вспоминала его ловкие пальцы на своём лоне. Мне хотелось, чтобы он довёл меня до исступления, снова провёл по краю пропасти.

Но я не могла сделать шаг навстречу, отчаянно страшась, что монстр снова обманет, укусит, оттолкнет. И вот теперь, когда пути назад нет, я пристально всматривалась в стальные глаза в поисках ответа, боялась и отчаянно ждала, что Макс ответит. И мне было неважно, что я лежу под ним, а на нас смотрят незнакомые люди. Сердце колотилось всё отчаяннее, и каждая секунда растягивалась в вечность.

Он немного свел брови, приоткрыл губы, вдохнул медленно и еще ниже наклонился:

— Ты правда это сказала, или у меня глюки?

Появилось желание сказать «Нет», сбежать, спрятаться, но я знала, что зверь догонит, и тогда… Лучше уж сразу знать, что тогда. Но как же сложно это сказать прямо. Я попыталась улыбнуться, но тут же передумала, боясь представить, что за оскал у меня получился. Вскинула подбородок и вызывающе спросила:

— А что, нельзя? Ты сам предложил драться на желание. Я честно выиграла! И у меня их три. Первое ты знаешь.

— По-о-оля, — Макс отодвинулся, привстал и подал мне руку, но стоило мне подняться, сгреб в объятия и понес прочь. Вслед нам летели восторженные крики.

В холле нас встретила администратор, та самая испуганная женщина в цветном кимоно.

— Любой номер! — приказал властным тоном Макс и подарил мне хищныую улыбку. — Попалась, мышка.

У меня сердце то замирало от страха, то неслось вскачь так, что перед глазами плясали круги. Хотелось одновременно укусить вот эту мощную шею, вырваться, убежать далеко-далеко и в то же время вцепиться в Макса всеми конечностями, словно краб, чтобы никто не смог меня оторвать от этого страшного… страшно притягательного человека.

Последняя идея мне понравилась больше, и я, извернувшись, обняла Макса ногами за талию, а руками обвила его шею. Но мне было мало ощущать его всем телом, мало слышать бешеный ритм сердца, мало касаться возбуждённой плоти. Я хотела большего! И хоть даже представить себе не могла, как это будет, холодела от ужаса перед собственными желаниями.

Макс шёл за администратором, а я, прижавшись к нему, распластавшись на нём, смотрела на его губы и вспоминала дерзкий поступок в самолёте. Я очень бы хотела его повторить, но… оттягивать момент, зная, что это вот-вот случится, было так сладостно и так мучительно….

— Где ты научилась так драться?

Вопрос прозвучал неожиданно, я несколько секунд пыталась понять, о чём говорит Макс, затем протянула:

— Ах, ты про дзёдо? — и виновато улыбнулась: — Вообще-то у меня юношеский разряд… Отец настоял. Но после его смерти я бросила заниматься. Не до того было.

— После, — Честенер довольно облизнулся, — мышка, ты мне расскажешь все о своей семье.

Келл плелся позади и зыркал на нас, как на мороженое, которое у него отобрали.

— Опять на него смотришь? — зарычал Макс и занес меня в номер. Я не смогла ответить, а лишь спрятала лицо, уткнувшись носом в его крупное плечо.

Дверь мягко закрылась, отсекая от нас весь внешний мир, включая администратора и недовольного Келла. Я огляделась и ахнула:

— Как здесь красиво!

Большая комната с огромным окном, за которым был виден потрясающий пейзаж, была почти пустой. Лишь низенький столик, кушать за которым можно, усевшись на циновки, да пара кожаных кресел. Но мне показалось, это самое прекрасное помещение, где я была. Перевела взгляд на Макса и шепнула:

— И очень просторно.

— А еще будет очень жарко, мышка.

Где мы оставили палки, не помню, куда подевались звуки — не важно, а вот сильные и шероховатые руки под тканью кимоно оказались настойчивыми и дерзкими.

— Прости меня, Поля… — прошептал Макс и развернул мой пояс, стащил хакама и отбросил его куда-то назад. Застыл, рассматривая мои ноги. — Ты… так вкусно пахнешь, что спать с тобой в первую ночь было ошибкой.

Я хотела спросить, что он имеет в виду, но Макс не позволил — опустился ниже и поцеловал меня через трусики. Провел носом вниз и, подцепив кружево пальцами, нежно погладил кожу.

Я затрепетала от бесстыдного, но такого приятного прикосновения, по коже словно проскочили маленькие молнии, внизу живота потеплело. Макс был непривычно нежен, будто боялась сломать дорогую древнюю фарфоровую вазу. Но мне не хотелось прикосновения крыльев бабочки, я хотела другого Макса: властного, жадного, всегопоглощающе нетерпеливого. Но сказать об этом язык не поворачивался.

И тут я вспомнила про желание и выскользнула из его рук. Уселась на один из пуфиков и дрожащим от волнения голосом приказала:

— Раздевайся! — и, прежде чем он что-то сказал, добавила быстро: — У меня же ещё два желания. Я хочу видеть твоё тело. Мне кажется, это справедливо. Ты рвал на мне одежду, заставлял ходить обнажённой. Я тоже хочу насладиться видом. Раздевайся!