Глава 25

Анастасия

Сижу в машине, которую прислал за мной отец и не могу заставить себя выйти из неё.

Передо мной дом, в котором я росла, но родным он для меня так и не стал. А ещё вокруг огромная скопление людей, которые двигаются в сторону входа.

На парковке около тридцати машин, и на обочине тоже оставляют. Меня берёт злость, за то, что бабушка в очередной раз сделала представление из всего. Возле ступенек при входе замечаю вспышки камер и мне становится даже немного страшно оттого, что я решила провернуть сегодня.

Но, я знаю точно, кто бы меня поддержал.

Эх, бабуля. Знала бы ты, что эти люди, которые называются моей семьёй хотят сделать, ты бы мне помогла.

Но да ладно, я вроде и сама неплохо подготовилась.

Спасибо Ярославу Петровичу, который действительно имеет связи на самых разных уровнях. И за то, что вместо того чтобы спать ночью, он помог мне нарыть такую информацию, что даже у него волосы дыбом встали.

Кто бы мог подумать, что я могу быть втянута в такие страсти. Хотя я и раньше не отличалась спокойствием и благополучием.

А ещё я тут подумала, что если всё у меня получится, то…

Так, стоп! Остановись, Настя. Сначала нужно осуществить задуманное, а после уже и о дальнейшем подумать можно будет.

– Подъедете ближе к крыльцу. – прошу водителя. – Не хочу туфли испачкать.

Водитель кивает и подъезжает максимально близко к ступенькам. Я жду, пока он обойдёт машину и откроет мне дверь. Принимаю его руку и выйдя направляюсь прямиком к входу.

Меня замечают сразу. Перед глазами начинают мерцать вспышки камер, но я продолжаю идти. И почему-то с каждым шагом, я становлюсь всё увереннее и увереннее.

Зайдя в холл, отдаю свою шубку дворецкому и хмыкаю сама себе. Даже дворецкого наняли. Вот это баронесса решила выпендриться.

Только делаю шаг вглубь, как меня подхватывает под руку папа.

– Анастасия, – нервно выдыхает он. – Я очень недоволен. Ты знаешь, что у бабушки больное сердце, а ты доводишь её своим поведением, будто тебе восемнадцать.

– У бабушки больная голова. Причём, психически.

– Не смей! – рычит отец, но быстро осекается и, натянув милую улыбку, ведёт меня через весь зал к родственникам. – Ты поступила неподобающе. Артур может пода́ть жалобу на тебя после свадьбы. Тем более в Европе, это нормально явление. И Может указать на то, что ты избиваешь его.

– Пап, ты сейчас серьёзно? – смотрю на своего отца и не узнаю́ его. – Вы здесь всё вместе что-то курите? – спрашиваю встревоженно.

– Анастасия, – шипит отец, подводя меня ко всем. – Вот и наша невеста. Немного опоздала.

– Наконец-то, – брезгливо говорит Екатерина, осматривая меня.

И я тоже осматриваю это компашку. Всё здесь, кроме Артура.

– А где же Артур? – спрашиваю с улыбкой.

– А то ты не знаешь? – вопросом на вопрос отвечает бабушка, осматривая толпу гостей.

Я прослеживаю её взгляд, но ничего не понимая, возвращаю его к бабушке.

– Понятия не имею. – говорю абсолютно спокойно.

Чувствую, что начинаю немного паниковать, так как мне нужно, чтобы он присутствовал здесь. Иначе весь мой план рухнет.

– Артурчик, вероятно, готовит сюрприз для тебя, неблагодарная. – с пренебрежением бросает Екатерина.

Бабушка бросает на неё вопросительный взгляд, но сестра только безразлично пожимает плечами и, отвернувшись от нас, подзывает официанта с шампанским.

– Если Артур решил приготовить сюрприз – это замечательно. Но я с тобой поговорю после помолвки, Анастасия. – говорит бабушка таким тоном, будто мне тринадцать и я разбила весь её венецианский сервиз.

– Мне уже начинать боятся, или можно пока расслабиться? – спрашиваю с сарказмом.

– Не забывай, что я могу прикрыть всем и всё, если ты устроишь ещё что-нибудь. И вся вина́ ляжет на тебя. – шипит бабушка, подойдя ко мне вплотную, выдыхая каждое слово в лицо.

– Перекрывай. Мне то, какое дело? – отвечаю спокойно, зная, как её бесит такое моё поведение. – Я не завишу ни от кого. И свою несостоятельность не нужно перевешивать на других.

– Вениамин! – рявкает бабушка, всё также прожигая меня своим взглядом. – Твоя дочь хочет потанцевать и, чтобы ты поговорил с ней ещё раз.

– Да, мама. – быстро соглашается отец, беря меня за руку, но я, уловив её следующие слова, готова просто вцепиться в бабушку.

– Это твои гены пробиваются в ней, Маргарита. – пренебрежительно бросает она маме, на что та молча сносит всё.

И всегда так было. Я дёргаюсь в руках отца, но он держит крепко.

– Я не понимаю вас. – говорю с болью. – Зачем терпеть это всё.

– Ты и не поймёшь, Настя. – тяжело вздыхает отец, начиная вести меня в танце, под инструментальный оркестр, который тоже приглашён на это шоу.

– Мама, твоя жена, а ты позволяешь бабушке так общаться с ней.

– Бабушка прямая наследница всего состояния, и пока она жива мы должны слушать её и следовать всем её указаниям. Все документы нашей компании проходят через неё. И вообще… – папа резко замолкает, а я ничего нового для себя не услышала. – Зачем я тебе объясняю то, что ты и так знаешь.

Я замолкаю и просто танцую с отцом. Мне становится безразлично. И если когда я ехала сюда, то понимала, что это должна быть моя помолвка, то сейчас я наблюдаю за всем происходящим вокруг и совершенно точно не чувствую себя на своей помолвке.

Но внезапно меня привлекает знакомый силуэт в толпе. Я даже зажмуриваюсь от шока. Но открыв глаза, не вижу больше его спины.

И усмехнувшись про себя, осекаю. Что ему здесь делать? Да и смысл, если бабушка снова всё испортила.

Музыка заканчивается и начинает играть более весёлая мелодия. Папа отводит меня в сторонку и, остановившись напротив меня несколько секунд, смотрит мне в глаза, добавляет:

– Я так воспитан, дорогая. Твоя бабушка всегда была властной женщиной. И только единожды мы с отцом смогли отстоять своё решение, когда я женился на твоей маме. Но твоему деду это стоило слишком многого. – смотрю на папу и вижу в его глазах столько боли и невысказанных слов, что мне становится жаль его.

Я ведь правда не знаю, что было в его жизни до появления нас с Катькой.

– Пап, – останавливаю его, накрывая своей рукой его руку.

– Подожди, Насть. Дай закончить. – говорит мне отец. – Ты очень похожа на мою мать, но только внешне. А вот характер у тебя смесь невероятно взрывоопасная. И только сейчас я начинаю понимать, что ты единственная в нашей семье, кто уже не один год держит её на расстоянии и не даёт сделать ровным счётом ничего. Но каждому из нас, приходится выбирать, что будет лучше. Лучше для всех. Мать и правда сможет перекрыть все финансы нашей семьи, если ты не выйдешь замуж за Артура. И сейчас я хочу, чтобы ты приняла правильное решение, Настенька.

– Я его уже приняла, пап. – говорю твёрдо, сжимая его руку своей.

Папа притягивает меня к себе в объятия и приглашает пройти к родным ближе, но я прошу дать мне время.

Быстро обхожу холл по кругу и направляюсь в туалет. Мне нужно немного привести в порядок свои мысли, да успокоиться перед финальным актом.

Я за последние несколько дней узнала столько семейных тайн, что даже страшно представить, в каком гнезде я на самом деле, росла. Выхожу из туалета и, подойдя к раковине, склоняюсь, чтобы смочить руки да шею прохладной водой.

Но даже не успев опустить руки в воду, я понимаю, что меня что-то смущает в туалете. Поднимаю взгляд в зеркало и смотрю на противоположную сторону.

Внутри всё замирает от страха и паники. Сердце ускоряется так, что в груди начинает болеть от его ударов. А я вот именно сейчас стою и, поймав тот самый пресловутый стопор, смотрю в глаза, которые никак не ожидала увидеть именно здесь и сейчас.

– Ну здравствуй, Анастасия. Теперь ты от меня никуда не сбежишь.