Глава 24

Анастасия

Сижу на диване и смотрю перед собой. Вроде в доме включён телевизор. За окнами светит морозное солнце, а на душе полная тьма. Никакой радости и предвкушения. Завтра у меня официальная помолвка, а я хочу сбежать, чтобы меня никто не нашёл.

Хочу назад в тот домик в лесу. Хочу почувствовать тяжесть Медведя и его лёгкие поцелуи.

Боже, Настя, тебе почти тридцать лет, а ты думаешь о мужике, как малолетка. Остановись!

Но останавливаться не хочется совершенно. Мысли уже там, на диване у мигающей ёлки. Вдыхаю аромат мужчины, который так и не смог выветриться из моей головы.

Может, я где-то изрядно накосячила и поэтому вот так теперь должна расплачиваться? Знать бы, где же была допущена эта оплошность. Почему начинаешь ценить всё только тогда, когда больше нечего ценить, а остаются только воспоминания? Хотя даже воспоминания приносят утешение.

И да, я не выдержала и вчера весь вечер листала соцсети и интернет-издания в поисках информации о Медведеве и его этой невесте. Оказалось, она начинающая, но уже подающая большие надежды актриса. И по вчерашним данным – они расстались.

Эта Карина даже сделала жалостливый пост о её любви к Медведеву и пожелала ему всего наилучшего. Выложила кучу сторис, где они вместе, и под каждым прилепила расколотое сердечко. Вот же показушница.

Мне даже где-то жаль её. Хотя нет, вру. Мне совершенно точно не жаль, что они расстались. Эта Карина не подходит Мише.

Беру телефон в руки и снова листаю ленту новостей. Может, наткнусь на что-нибудь интересное? Но всё тщетно.

Тома сейчас занята подготовкой к открытию своего дела. Ей не позвонишь. А больше мне и поговорить не с кем. Поднимаюсь с дивана, мечтая снова сделать себе чашечку капучино, как слышу звонок в дверь.

Осматриваю комнату. На полу стоят пакеты из модного бутика. Их сегодня с утра привёз курьер. Сказал, что срочная доставка. На пакете была приклеена записка от бабушки, что она взяла на себя смелость выбрать мне соответствующий наряд на завтрашнюю церемонию.

Прочитав эту записку, так и оставила её вместе с пакетами посреди гостиной. Нет желания даже смотреть, что в них. Всё равно я надену, что считаю нужным. Что захочу сама.

В дверь позвонили ещё раз, в этот раз настойчивее, и я всё же пошла открывать. Но только подошла к видеодомофону, желание это полностью сходит на нет.

За дверью стоят бабушка и Артур.

Смотрю на них и мне всё больше кажется, что они подходят друг другу намного больше, чем я и Артур.

– Анастасия, – слышу настойчивый голос бабушки и, тяжело вздохнув, открываю дверь.

– Чем обязана? – стою перед ними, не пропуская в квартиру. Нет желания общаться с ними больше, чем требуется.

– Может, ты впустишь нас? – строго спрашивает бабушка, делая шаг ещё ближе, но, замечая, что я не отхожу в сторону, добавляет настойчивее: – Анастасия!

– Командовать ты можешь только в своём доме, дорогая бабушка, – говорю ей холодно. – Здесь мой дом, и я задала конкретный вопрос, на который хочу получить ответ.

– Анастасия, ты ведёшь себя, как обиженная девочка, – влезает Артур, и мне тут же хочется огреть его чем-нибудь тяжёлым.

– Дорогой Артур, если мне понадобится узнать твоё мнение, я тебе сообщу. Письменно, – отвечаю я этому жениху, но смотреть продолжаю на бабушку. – Ну так я жду.

– Ты неблагодарная мерзавка, Анастасия, – шипит бабушка на меня.

– О, как мы заговорили. И это я забыла о манерах? – вскидываю бровь. – Ты же при посторонних, дорогая баронесса, позволяешь себе в таком тоне разговаривать с членом семьи. Неприемлемо! – повторяю я её же слова, которые она очень часто любит бросать нам всем.

– Артур уже член нашей семьи. А ты ведёшь себя неподобающе, – рявкает бабушка, а я замечаю, как из соседней квартиры выходит моя соседка.

Одинокая женщина. Бабушкой её сложно назвать, но и немолода уже. Зато очень милая и внимательная.

– Добрый день, Настенька, – мило здоровается со мной Тамила Павловна.

– Здравствуйте, Тамила Павловна. Как поживаете? – спрашиваю я, искренне улыбаясь ей.

– Всё хорошо. Вот иду за кормом для своего Барона…

– Проходите, женщина, быстрее, – перебивает её бабушка, а меня это начинает изрядно злить. – Не видите, здесь семейный разговор.

– Извините Тамила Павловна, – извинившись перед женщиной, я перевожу презрительный взгляд на бабушку. – У моей бабушки сегодня магнитные бури. Она немного неадекватна. Видите, даже поводыря с собой притащила.

– Ах ты… – шипит бабушка, но я снова перебиваю её:

– Я к вам зайду на днях, можно?

– Конечно, дорогая, – улыбнувшись мне, отвечает женщина и, попрощавшись, уходит.

А я всё же отступаю в сторону и жестом приглашаю войти эту парочку в квартиру. Бабушка величественно проходит мимо и, остановившись напротив на несколько секунд, идёт в гостиную. Снова не разуваясь. И этот Артур делает то же самое.

– В моём доме разуваются, – говорю я громко, но меня снова игнорируют.

– Собирайся, ты поедешь с нами, – заявляет бабушка, когда видит, что прохожу мимо неё на кухню.

– Больше ничего не нужно? – спрашиваю больше назло, чем действительно интересуюсь.

– Ты хамка, как бабка твоя. Прости Артур, что тебе приходиться это всё терпеть, – заискивающе произносит бабушка, а меня смех берёт.

– Ну так жени Артура на себе. Какая ему разница, кого в жены брать? Так ведь, Артур? – спрашиваю с презрением.

– Анастасия, ты, вероятно, не понимаешь, почему именно ты должна стать моей женой, – говорит Артур, а мне становится как-то не по себе от его слов. Вроде всё в порядке, но за ними что-то кроется.

– А мне нужно понимать? – смотрю на него. – Мы живём в двадцать первом веке. И даже если учесть, что торговля людьми перешла на совершенно новый уровень, и сейчас всё делается на условиях, что даже юристы не докопаются, то я не планирую собой торговать. – Кофемашина сигнализирует о том, что капучино готов, и я, взяв его, иду за стол.

– Что ты несёшь? – фыркает бабушка.

– Говорю, что вижу. И раз Артур стал уже членом нашей семьи, так пусть и он послушает. Вон там, – указываю пальчиком в сторону дивана, – на диване, лежит брачный контракт, который ты, новоиспечённый женишок, должен изучить и подписать.

– Анастасия, какой контракт? – ошарашенно смотрит на меня бабушка, а после сама быстро подходит к дивану и просматривает бумаги.

Переводит ошалевший взгляд на меня, после снова на бумаги. А дальше демонстративно разрывает их и разбрасывает, как в дешёвом сериале.

– Слушайте, баронесса. Мне казалось, что у вас всё же побольше мозговых извилин, – потираю я переносицу. – Я работаю финансовым директором огромной компании. И ты думаешь, что я сделала только один экземпляр или не предусмотрела других вариантов? – осматриваю этих двоих, замечая, как они оба напрягаются. Что за идиотизм?

– Артур, дорогой, – обращается бабушка к мужчине спустя несколько минут накалённого молчания. – Помоги собраться Анастасии. А мне нужно заскочить в одно место. Как будете готовы, набери мне, и я заеду за вами.

– Хорошо, Елена. – Артур наклоняется, целуя её руку, а я кривлюсь, отворачиваясь к окну.

Ну если меня не слышат, зачем я буду слышать кого-то.

Бабушка разворачивается и быстро выходит из квартиры. Молча. Артур же остаётся на месте и просто смотрит на меня. А мне только от его взгляда хочется пойти в душ и помыться. Это же ненормально?

Пытаюсь проанализировать своё состояние, но выходит плохо. Сейчас в памяти всплывает Руслан. Как мы с ним встречались. Наш редкий секс. Его поцелуи, объятия. Но я была безразлична к нему. Симпатичный парень. Нравился семье. Мог быть обходительным и нежным. Но это всё. Я к нему была ровная. Хотя обидно было, когда он ушёл к Светке. Но тут уж ничего не поделаешь.

А сейчас я испытываю брезгливость. Мне неприятно находиться с Артуром на одной территории.

Поднимаюсь из-за стола. Беру чашку и иду на кухню. Сейчас помою чашку и соображу, как его выпроводить из своей квартиры.

Включаю воду и взвизгиваю, когда мне на шею накидывают шарф.

– Ты знаешь, я ведь научу тебя покорности. И чем больше ты будешь сопротивляться, тем сильнее меня это будет заводить, – рычит Артур мне в ухо, отклоняя мою голову назад, за шею.

А у меня внутри поднимается паника. Но не та, от которой ловят ступор. На столешнице стоит сотейник, вот его-то я как раз и хватаю. И со всей силы бью по ноге или куда там попадаю Артуру.

– А-а-а, – начинает орать Артур и отпускает шарф, который я быстро отбрасываю.

– Так что там тебя возбуждает? – шиплю и бью теперь по руке, которой он опёрся об стол.

В комнате раздаётся неприятный треск. И мне даже страшно становится, но я быстро отгоняю этот страх, так как он не лучший помощник.

– Что ты делаешь? – визжит Артур совсем не по-мужски.

– Показываю, что меня возбуждает, – рявкаю я, и Артур начинает пятиться к двери.