Глава 17

– Как ты себя чувствуешь? – спросил я, как только преобразование завершилось. Вторая точка силы утихла, отдав свою силу соответствующей фигурке, а Беатрис превратилась в истинного мага этого мира. Второго по счёту.

– Вроде жива, – слабо произнесла девушка, с трудом разжимая скрюченные пальцы. Всё же правильно я поступил, что перед тем, как запускать преобразования, научил девушку блокировать силу кристаллов. Пусть и сложная манипуляция с линиями, но крайне необходимая для любого мага. Особенно того, в ком Лиара однозначно признала будущую мать. Признаться, этот момент меня больше всего нервировал – после того, как всё удачно произошло, я лежал и рассматривал все варианты поведения чародейки. Начиная от агрессии, заканчивая полным безразличием к происходящему. Но я и представить себе не мог того, что произошло на самом деле. Лиара явилась, когда мы ещё валялись на импровизированном ложе, восстанавливаясь после достаточно бурного и приятного секса. Чародейка быстро оценила обстановку и… и принялась раздеваться.

– Твоя идея? – спросила она, посмотрев на Беатрис.

– Клан не должен пострадать, если с Легом что-то произойдёт.

– Что же… Могу уверенно сказать, что у тебя получилось. Процесс уже запущен, я это вижу. Двигайтесь! Лег, надеюсь, у тебя хватит сил на нас двоих. Потому что я собираюсь повторить то, что сделала Беатрис. А ты, мелкая, иди сюда. Всегда хотела это попробовать…

Что могу сказать… Последующие тридцать минут превратились для меня в самые счастливые мгновения моей жизни. Такого я не испытывал никогда – ни в этой, ни в прошлой жизни во всех её воплощениях. Девушки старались изо всех сил, пытаясь перещеголять друг друга, а я купался в их внимании и ласках. Когда всё закончилось, довольная и раскрасневшаяся Лиара погладила себя по животу:

– Вот теперь порядок. Учти, мелкая, следить за беременностью буду внимательно. Только попробуй съесть что-то не то и навредить брату моего сына!

– Брату? – ахнула Беатрис. – Но пол ребёнка нельзя определить так рано!

– Я у вас чародейка, или мимо проходила? – по-доброму улыбнулась Лиара. – Первые десять-пятнадцать детей у Лега будут только мальчики. Клан нужно развивать. Значит, мужчины должны тащить к нам лучших девушек, как это сделал Лег. Тобой я довольна. Отдавать же свой материал другим я не намерена. Самим мало. Муж, у тебя всё получилось?

– Смотря что тебя интересует, – с трудом превозмогая сладостную негу ответил я. – Хотя, как мне кажется, у меня получилось вообще всё. И несколько раз.

– Пошляк! – Лиара ударила кулачком меня в грудь. – Ты стал магом? С Беатрис этот способ может сработать? Или ты у нас единственный и уникальный?

– Сработать должен, но прежде мне её нужно обучить блокировать кристаллы. Ты, кстати, знаешь, что мы натворили? Один из якорей разрушили…

Беатрис не подвела – мы подлетели к следующему месту силы всего через час. Ещё час ушёл на то, чтобы обучить её работе с камнями силы, объяснению всего того, что произойдёт в момент инициации, как себя вести и что делать. После чего Беатрис уверенно взяла фигурки и отправилась бороться с якорем Зверя.

Я так за себя не переживал, как в этот раз за девушку. Со стороны потоки энергии выглядели не просто жутко, они пугали до дрожи в коленках. В какой-то момент я даже пожалел, что вижу магические цвета – без них смотреть на преобразования жены было бы гораздо проще. Когда всё закончилось, я не стал дожидаться, пока пространство остынет и ринулся к Беатрис, висящей над огромным озером магмы. Сграбастав окаменевшую девушку и принявшись вливать лечение в обожжённые ладони, я помчался прочь от этого страшного места. И только когда мы добрались до Лиары, Беатрис начала подавать первые признаки жизни. Вернее, превратилась из статуи в живого человека.

– Вот теперь остаётся дело за малым – решить, кто станет третьим магом.

– Ты на полном серьёзе решил уничтожить все якоря? – нахмурилась Лиара.

– Если откровенно – да, собираюсь. Причина проста до безобразия – приспешники Башорга создали на основе одной такой точки портал для призыва демонов. Ни ты, ни я не знаем, что произойдёт в будущем. Раз ты станешь тотемом и будешь жить чуть ли не вечно, на тебе будет хранение мобильных фигурок. Это куда проще, чем тратить внимание на пять точек, разбросанных по всему свету.

– Ты уточняй сразу – хранение и контроль того, чтобы их не объединяли, – Лиаре явно не нравилась моя задумка, но против логики не попрёшь. Так действительно безопасней.

– Все кристаллы будут замкнуты сами на себя. Потом я придумаю ещё какую-нибудь защиту, чтобы к этим камням даже прикоснуться без твоего ведома никто не посмел. Наставить защит и ловушек не сложно, как мне кажется.

– К тому же можно сразу воспитать детей с понимаем того, что произойдёт, если фигурками завладеет кто-то другой, – предложила Беатрис. – Два-три поколения и ради этих артефактов и сохранения их тайны клан Медведя готов будет жизнь отдать.

– Какие вы быстрые все тут, – вздохнула Лиара. – У меня нет кандидатов на третьего мага.

– Баркс? Арин? Ландо? Эльрин? – сходу предложил я.

– Ты так легко готов усилить пусть и дружественный, но чужой клан? – подняла бровь Лиара. – Нет, муж. Тот, кто пройдёт через эту процедуру, станет одним из Медведей. Либо его преобразование должно нести миру такие бонусы, что всё остальное на этом фоне будет казаться мелочью.

– Тогда у меня есть вариант, – улыбнулся я.

– Прост Скордж, – словно прочитав мои мысли, произнесла Беатрис. Правда, немного не тем тоном, которым поддерживают, но я списал это на усталость.

– Всё верно – изобретатель. Но есть минус – нужен кристалл для формирования у него источника. Мало того, стоит понимать – своего источника у него нет. И что будет, если появится ёмкость для управления маной, я понятия не имею. Эх, его сейчас сюда – он бы точно несколько вариантов сходу накидал.

– Хорошо, одну точку отдадим ему. Он действительно важен для нашего мира. Что с остальными?

– И всё же я настаиваю на том, что это должны быть четверо из клана Бурого Медведя. Если у нас не получится остановить Рикона и Шавер-Кана, через десять дней они притащат в мир Башорга и его армию. Да, ты говорила о том, что учитель может победить бога, но хотелось бы это сделать не ценой половины человечества.

– Гад ты, – потемнела Лиара. – Вот зачем сразу с козырей ходишь? Хорошо, пусть будут эти четверо. Кого первым тащить?

– Баркса, – ухмыльнулся я. – Прадеда не так жалко, как остальных. Да и линии он уже видит, так что должен справиться. Потом Ландо. С Эльрином и Арин придётся повозиться. Как и с Простом.

– Лег, а ты думал о том, что произойдёт с истинным магом, если он пройдёт ещё раз через этот процесс? – неожиданно произнесла Беатрис. – Обычного человека он убьёт. Любого, кто обладает маной, превратит в обычного человека и потом уже убьёт. Того, кто умеет работать с линиями и направлять потоки энергии, превратит в мага. Но что будет с магом, если он ещё раз пройдёт через это? Что сделают потоки с ним? Усилят, ослабят, превратят в кого-то другого, более сильного, уничтожат?

– Об этом я, как-то, не думал, – честно признался я. Мысль Беатрис оказалась достаточно неожиданной и, что неприятно, верной. Действительно, а что будет?

– Что довольно странно. Обычно ты за такие мысли цепляешься самым первым. Это первое, что я хотела сказать. Второе – усиление других кланов. Скажи, как много клан Ежа передал в мир медицинского оборудования? Все ли империи его имеют? Все ли довольны качеством и количеством?

– Вообще никто не доволен, – я не понимал, куда клонит моя жена.

– И ты собрался усиливать Проста Скорджа. Просто из-за того, что тебе с ним комфортно общалось. Так? А ты думал о том, что, получив твою силу, изобретатель или те, кто стоит за ним, могут решить, что им не нужны конкуренты? Ведь это так здорово, уметь не только делать идеальные машины, но ещё и снабжать их магией. Через сколько месяцев, а то и недель, семья Скорджей возглавит планету, задавив все экономики новыми изделиями, аналогов которым нет на рынке? Или хочешь сказать, что Прост этого не сделает, так как он хороший человек? Твои глайдеры произвели революцию в мире. Представь, что произойдёт, доберись до твоих возможностей человек уровня Проста. Он станет повелителем мира. И большой вопрос, куда он этот мир повернёт. Как показывает практика, за последние столетия Скорджи не очень ратовали за то, чтобы развивать других. В мире есть только они, а все остальные – их прислуга. И ты своими руками собрался даровать им оружие, способное поставить мир на колени?

– Знаешь, мелкая, не такая ты и мелкая, – задумчиво произнесла Лиара. – Видимо, земные дела меня стали настолько мало заботить, что я об этом даже не подумала. Мой прокол. Согласна с тобой на все сто процентов – никому отдавать точки силы мы не будем. Слишком много неопределённостей с будущим. Лег, по лицу видно, что у тебя есть возражения. Высказаться ты можешь, но учти – своё решение я уже приняла.

– Я по иной причине хочу высказаться, – произнёс я и смутился. – Что-то я совсем потерял границы. Когда постоянно ходишь по краю жизни и смерти, по-другому смотришь на всю возню с лидерами в мире. Беатрис права. Сто раз права. Скорджи – это не только Прост. Это ещё Вальра и ей подобные. Те, кто чувствуют себя императорами на земле. Да, согласен с тем, что изобретатель обойдётся. Как и клан Бурого Медведя. Они уже получили двух магов. Гарантированно утверждать, какими будут наши отношения через десять-двадцать лет, когда все повзрослеют, нельзя. Эльрин уже сейчас хочет прибрать всё к своим рукам, а Хад задавить всех финансово. Пока они от нас зависят, мы выигрываем. Но стоит им ощутить некую независимость, мы может превратиться в бедных и нежелательных родственников. Оно нам надо? Лиара, проведи процедуру передачи власти. Настало время утвердить в клане Медведя настоящего вождя. Я на эту роль не гожусь от слова совсем. Сама будешь магом становиться?

– Нет. Если я правильно поняла принцип – преобразование лишает основного источника. У меня на него слишком много завязано, так что я откажусь. Подруга, иди сюда. Буду делать тебя вождём…

Третья, заключительная точка силы второго материка, располагалась непозволительно далеко на юге. Полагаю, если бы мы искали её методом «перебора», планомерно поглощая километры за километром, потребовался бы месяц, чтобы облететь все земли. И это с нашей-то скоростью! А так, благодаря Беатрис, всё находилось гораздо легче. Правда, не обошлось без приключений – восемь раз по пути нам попадались мега-драконы, два из которых оказались червями. Если со свиньями-переростками Беатрис справлялась без проблем, то с червями пришлось привлекать Лиару.

– Нужен мифрил. Тонны три, не меньше.

Столь расточительная трата голубого металла была обоснованной – меньшее количество твари вредило, но достаточно для взрыва не изменяло. Проверено опытным путём. Сам процесс уничтожения монстра из первой сотни оказался невероятно простым. Чудище, что едва не прикончило меня, ничего не могло противопоставить неожиданной атаке с воздуха. Я приделывал мифрил к днищу глайдера и, как только мы устремлялись вниз, отпускал металл в «свободное плаванье», умудряясь ещё и корректировать его полёт в процессе. Оба раза мы попали с первой попытки – твари готовились выплюнуть в нас огнём, так что им пришлось останавливаться и прицеливаться. За что и поплатились. Мифрила после такой атаки не оставалось, но я перестал воспринимать металл как что-то ценное. Учитывая, сколько его прошло через мои руки за последние двое суток, глупо горевать по каким-то трём тоннам на каждую тварь. Подумаешь, почти архангела можно сделать…

Так что к финальной точке мы подлетели спустя двенадцать часов после того, как зарядили второй кристалл. На этот раз я оставил девушек вместе, отправившись разбираться с местом силы самостоятельно. Простая мера предосторожности, не более. Ведь никто не знал, что произойдёт и насколько сильным будет взрыв, если всё пойдёт по плохому сценарию. Беатрис пыталась возражать, но я её не слушал, сославшись на то, что нервничать ей сейчас вредно и вообще, одна беременная девушка должна составить компанию другой беременной.

– Ладно, фигурки, кто же из вас подходит этой точке?

Первый якорь «оживил» левую переднюю лапу. Второй – правую заднюю. Оба заряженных кристалла лежали в отдельных сумках, замотанные толстым слоем тряпок. Будет время, попрошу кого-нибудь из кузнецов сотворить для каждой фигурки отдельную шкатулку из негатора. Пока же придётся оставлять их в таком виде, внимательно отслеживая, чтобы они не соприкасались. Ибо у меня нет даже желания проверять, что произойдёт в этом случае.

За эту точку «отвечал» хвост. Вцепившись в него мёртвой хваткой, я сразу поднялся в воздух, готовый к предстоящему сражению энергий, но ничего похожего на борьбу не было. Да, мощный поток маны устремился в мою сторону, привычно ударил в район груди, но, не найдя там даже намёка на источник, только что не сам прыгнул в кристалл и оттуда обратно. Никакого ошеломительного давления, попытки прожечь или расплавить. Просто перекачка энергии из одного места в другое. В какой-то момент я даже начал подозревать, что ничего вообще не получится, как поток маны из якоря прекратился, а хвост в моих руках ожил. Опешив от того, что мне не пришлось бороться за жизнь, я посмотрел под ноги – земля пребывала ровно в том виде, в котором я её покинул. Никакой лужи магмы. Я заблокировал кристалл, опустился, всё ещё пребывая в растерянности и в этот момент меня догнало осознание произошедших со мной изменений.

Чтобы я кому-то, кроме Беатрис и, возможно, Лиары, отдал оставшиеся точки силы? Да ни в жизнь!

Изменилось многое. Прежде всего – степень оперирования энергией. Она перешла на новый уровень и теперь я видел не только силовые камни, но и то, каким образом их можно подчинить своей воле. Сделать своими, несмотря на статус «чужой». Белого ореола больше не было – теперь я видел, что даже инертные на первый взгляд куски земли, бесполезные для меня раньше, обрели ценность, превратившись, по сути, в силовые камни. Для меня теперь всё было силовым камнем той, или иной степени насыщенности маны. Закрыв глаза, я попробовал просканировать пространство и едва не ошалел – казалось, что границ вообще нет! Почти километр, если не больше, был отныне мне подвластен. Ничего себе! На прошлом уровне развития я из кожи лез, чтобы увеличить свои навыки хотя бы на десять-двадцать метров, умирал, а здесь одним незначительным преобразованием добился того, до чего прошлый я никогда бы не дорос! Можно ли назвать это справедливостью?

Но самое большое изменение произошло не во внешнем проявлении, а во внутреннем. Отныне у меня не было источника. Никакого. Ни в груди, ни в животе. Судя по тому, как рождались линии, я сам превратился в силовой камень, порождая магию любой частичкой тела. Энергия, что тратилась на заклинания, тут же восстанавливалась – в воздухе витали сотни, если не тысячи свободных частичек маны, инертных ко всему, кроме меня. Никаких ограничений моё новое состояние на заклинания не принесло – всё также работала оперативка, всё также поддавались моей воле магические нити, всё также легко энергия принимала твёрдый вид, готовая выполнять свои функции. Ничего, что могло хоть как-то повлиять на мою способность оперировать магией. При этом, как я понял, границы применения моей магии значительно расшились. Километр сканирования – не предел. Мне просто дальше не захотелось двигаться. Да и тело начинало болеть. Причём всё сразу. Уверен, если я напрягусь, смогу пройти дальше. Получается, что, вкачав в себя вторую точку силы Зверя, я перешагнул на другой уровень магии. Который, в свою очередь, тоже можно расширять.

Что получается? Осталось четыре точки. Одна для Беатрис – мою жену тоже нужно переводить на второй уровень. Ещё одна – для того, чтобы проверить существование третьего уровня. Если мне предстоит сражаться со старшими демонами, хотелось бы иметь доступ ко всей доступной силе, что можно найти. Если третий существует, то шестая точка будет передана Беатрис. Но что в таком случае делать с седьмой? Да и есть ли смысл в том, чтобы увеличивать уровень Беатрис? Не лучше продавить Лиару и избавить её от бремени чародейки?

С этой мыслью я вернулся к девушкам.

– Лег, ты не понимаешь! – как я и прогнозировал, Лиара наотрез отказалась проходить процедуру. – Быть чародейкой – это не привилегия. Это тяжёлая и нудная работа, справиться с которой мало кому дано. У меня нет морального права отказываться от этого дара.

– То есть ты готова прожить бесконечность в форме непонятного призрака, существующего только в качестве заклинания некой сущности? – я вытащил свой главный аргумент. – Тотемы не могут существовать в обычном мире. Они могут являться человеку на ограниченный период, чтобы явить свою волю и тут же убраться, занимаясь своими важными делами. У меня есть ощущение, что мир тотемов и мир изнанки – суть одного заклинания разной направленности. Убери заклинателя – исчезнут тотемы. Оно тебе нужно? Сейчас у Гасат-Сура появился новый материк со всей своей энергией. Этого должно хватить надолго, чтобы сохранить крепость уз Башорга. Для чего тебе становиться чародейкой и тотемом? Только ради того, чтобы работать курьером? Принеси-подай, так как учитель сам не может ничего сделать? Разве ради этого стоит становится чародеем?

– Я уже им стала. Не забывай – я больше не человек. Я – эльф.

– Ты разумное существо, обладающее собственной волей и желаниям. И эти желания могут не совпадать с тем, что втюхивает тебе одна якобы великая сила, три тысячи лет пытающаяся не превратить мир в руины. Но получается у неё это довольно плохо – мир уже в руинах. Не забывай – учитель работает с тёмным тотемом. Причём работает достаточно плотно. Несмотря на то, что тёмный желает уничтожить мир.

– Ты же говорил, что он хочет освободиться? – удивилась Беатрис.

– Один? На Ишар-Мора того покроя, которого я помню, это не похоже. Если и уходить, то красиво и под музыку. Выпустить трёх богов в одном мире – чем не вариант забрать с собой вообще всё, что только можно? Прятать за красивыми словами свои истинные мотивы Ишар-Мор научился ещё в прошлой жизни. В этой у него было три тысячи лет практики соблазнения слабовольных и честолюбивых людишек. Так что верить его словам – последнее дело, на которое я готов подписаться. Но вернёмся к учителю – я не хочу, чтобы ты оставалась его вечной рабыней. Когда всё это начиналась, идея сделать из тебя чародея мне нравилась. Ты стала сильнее, помогла миру, бегала, как заведённая. Но скажи, если бы тебя не было, что бы изменилось? Мог учитель сделать всё сам, без твоего вмешательства?

– Мог, но… Это бы заняло у него больше времени и внимания. Пришлось бы привлекать другие ресурсы, – задумчиво протянула Лиара.

– Получается, что ты делала не то, что нужно для возрождения мира, а то, что нужно непосредственно Гасат-Суру? Заметь, когда речь зашла про изнанку, как он изворачивался, до последнего отказываясь обучать тебя этой магии. А сколько у него в голове того, о чём мы даже не подозреваем? Спешит наш учитель делиться своими знаниями? Что-то я не помню такого. Сколько я его просил научить меня универсальной очистке от мифрила? Убрать из мира всех ангелов и инферно – отличная цель по освобождению планеты от чужеродной заразы, разве нет? Но нет – смотритель на это не пошёл. Это не вписывается в его планы. И меньше всего хочу, чтобы лет через триста-четыреста в его планы перестали вписываться мы с тобой. Вдруг он решит, что клан Медведя лишний и его тотем не должен продолжать своё существование?

– Не он управляет тотемами, – заупрямилась Лиара.

– Это мы знаем только по его словам, – не согласился я. – У тебя есть стопроцентная гарантия, что он выдал чистую правду? Я знаю его тридцать лет, пусть и по прошлой жизни. Тот Гасат-Сур был тем ещё жучарой. Что изменилось? За три тысячи лет опыта и мудрости набрался? Откуда? Не забывай – спустя всего тысячу лет своего существования в этом мире он желал продать его демонам. И если бы не установленная защита создателем мира, нас сейчас здесь могло и не быть.

– Беатрис? – Лиара неожиданно обратилась к девушке. – Что скажешь? Как у вождя клана, у тебя есть право голоса в таком вопросе.

– Значит, ты сомневаешься? Вполне разумно – доводы Лега логичны и понятны. Но меня заботит другое – если у нас не будет тотема, что произойдёт с кланом? Он сможет существовать? Где брать способности нашим детям и потомкам? Ведь якоря мы сейчас уничтожим. Всех пропускать через процедуру виденья линий? Такое себе решение. Дальше – кристаллы Богуша. Сможем ли мы обеспечить их хранение, если у нас не будет тотема? Сколько мы сможем прожить? Лет триста-четыреста, как ты говорила? Что дальше? Трава не расти? Пусть потомки сами разбираются с проблемами, что мы наделали? Не совсем честный поступок, как мне кажется. Так что я одновременно и согласна, и против того, что предлагает Лег. Как жене мне хочется верить, что муж велик и его предложение приведёт клан к величию. Как вождя меня смущает всё, что только можно.

– В том-то и дело, что как жена я тоже хочу верить Легу, – вздохнула Лиара. – Оглядываясь на всё то, что я делала всё это время… Меня обучали не тому, как спасать мир или как действовать, скажем, против тех старших демонов, что блокируют вход в Бездну. Меня учили быть полезной и удобной. Учили выполнять приказы, не думая о том, насколько они важны или как влияют на мир. Я не хочу превращаться в рабыню. Не хочу стоять три тысячи лет у стены Башорга, как та двадцатка магов. Они уже не живут – существуют. Их разум практически угас в монотонном мире их функции. Меня каждый раз дрожь пробирает, когда я доставляю им энергию. Не хочу такой судьбы. Единственное утешение – мысль о том, что я буду похожа на наших обычных тотемов. Тех, кто управляет своими кланами и добывает столь ценную энергию. Мне, к примеру, отдали половину всего, что будет рождаться на этом материке. Но это до тех пор, пока я удобная и полезная. Я понимаю, что нет тотема – нет клана, но сейчас, когда во мне зародилась жизнь… Не хочу уходить в иной мир. Хочу смотреть, как сын растёт. Как набирается сил. Как сталкивается с трудностями и как ловко их преодолевает. Вот этого я хочу, а не величия клана.

– В таком случае – какого демона мы творим? – улыбнулась Беатрис. – На кой нам вся это возня с тотемами, кланами, вождями и прочими атрибутами прошлого? Нам, трём истинным магам этого мира?

– Но я ещё не маг, – опешила Лиара.

– Ещё, – подтвердила Беатрис. – Лиара, то, что сейчас сделает Лег, очень больно. Ни за что в жизни я бы не согласилась пройти через это ещё раз. Но без управления линиями нельзя идти к месту силы. Потоки энергии, если их не перенаправить, тебя просто сметут.

– Я готова, – Лиара посмотрела на меня. – Демон с ним, с чародейством. Мне нужна свобода.