Глава 18

– Теперь умри, – произнёс я, останавливая Шармиру сердце и мозговую активность в целом. На втором уровне магии пробить через защиту приспешников Башорга труда не составило, а после того, как мне передали координаты всех якорей Зверя нашего материка, оставлять в живых такое чудовище можно было расценить как предательство. Старик был силён, невероятно силён. По моей оценке, среди всех приспешников Башорга и даже магов Зверя, этот находился в первой пятёрке. Рикон, уже покинувших этот мир Дорад, Шавер-Кан и, возможно, Заран-Рац, шаман западных гоблинов. Но последний всё же больше развивался как конструктор, не маг. Здесь же присутствовала чистая энергия, помноженная на запредельное самолюбие. Одно то, с каким видом мне вручили карту мира с нанесёнными на неё точками, говорило о многом. Словно подачку кинули. Это, в том числе, повлияло на моё решение о том, что делать с куратором Западной империи. Мир должен очиститься от демонической заразы.

– Думаешь, оно того стоило? – Беатрис стояла рядом со мной, наблюдая за последними мгновениями жизни Шармира. – Выглядит как предательство.

– Оно и есть, – не стал отнекиваться я. – Но это тот случай, когда я готов смириться со своей совестью.

– Считаю, тёмный тотем сам этого хотел, – успокоила меня Лиара. – Ему ничего не стоило передать координаты нашему учителю. Но нет – решил отдать нам Шармира. Последнего своего ученика, оставшегося в нашем мире. Рикон в Бездне, а это другая реальность. Ишар-Мор подчищает хвосты, помогая нам удалить всё, что связано с демонами. Что порождает новый вопрос – не ошибаемся ли мы, думая, что тёмный играет в собственную игры?

– Не ошибаемся, – уверенно ответил я. – Смерть приспешников ни на что не влияет. Если ему потребуется новые, он с лёгкостью найдёт ещё. Люди слишком падки на власть и силу. Но и оставлять Шармира в живых нельзя. Если Рикона не станет, он возглавит Алый бант. Организацию, против которой мы так долго сражались. Которая желала нас уничтожить и почти в этом преуспела. Нет, меня не будут тревожить кошмары от того, что я сделал. Если потребуется, я с лёгкостью повторю это. Такие твари должны находиться только в одном месте – в гробу. Желательно в виде пепла.

С этими словами я полностью выкачал энергию из валяющегося у наших ног тела, превращая его в тёмную пыль. Чтобы ни одна тёмная зараза не решилась восстановить это тело. То, что смерть не является финалом, мне было известно не понаслышке. Сам являюсь живым воплощением этого факта. Беатрис наклонилась и вытащила из кучи пепла несколько силовых алмазов. Достаточно дорогих камней, но в несколько раз уступающих по энергии сущностям мега-драконов, что лежали в наших сумках. Девушка покрутила алмазы в руке, закинула в сумку и обратилась ко мне:

– Предлагаю пройтись по дому. Судя по тому, что я вижу – приспешники Башорга припрятали много интересных и опасных предметов. Даже хорошо, что Шармир решил встретиться с нами здесь.

– Полностью согласен. Ты занимайся силовыми камнями и артефактами, я разберусь с тёмными сущностями. Судя по объёму – часть принадлежит средним, а одна и вовсе старшему демону. До Наместника точно не дотягивает.

– Так не честно! – надулась Лиара. – Ощущаю себя слепой и бесполезной! Я чувствую, что здесь что-то есть, но не вижу!

– Перед тем, как лететь к точке силы, буду учить тебя видеть линии. В дороге оклемаешься. До этого момента нам нельзя рисковать. Кто знает, как отреагирует Гасат-Сур на то, что мы планируем с тобой сделать. Может, заберёт и запрёт в каком-нибудь очередном заклинании. Так что наслаждайся спокойствием. Но бесполезной тебя никто не назовёт. Стол видишь? Разве тебе не интересно, что это всё за бумажки такие? Наверняка там есть списки тех, кто так или иначе работает на Алый бант. Мало вырезать всю верхушку – гниль нужно выкорчёвывать полностью. Кстати, здесь есть ещё и сейф. Держи. О, какой интересный экземпляр. Трисс, видишь?

– Ты о системе защиты? Да, сделано интересно, – заинтересовалась девушка, осматривая выдернутый из стены металлический ящик. Тот, кто его создал, обладал чувством прекрасного – если взломать сейф, то всё его содержимое будет уничтожено несколькими силовыми камнями или механическим устройством. Предусмотрели защиту на все случаи жизни – даже если проникновение случиться не через дверцу, а сбоку. Творение Проста? Судя по проработке деталей и тщательности исполнения – вполне может быть.

– Даже жалко ломать такое, – пробормотал я, деактивируя силовые камни и превращая внутреннее устройство в пыль. Рано или поздно изобретатели найдут управу и на меня, например, начав производить устройства из негатора. Несмотря на второй уровень магии, небесный металл оставался для меня инертным. Но пока техники не сообразили, как со мной бороться, нужно воспользоваться этим сполна. Глядишь, после того как мы всех врагов перебьём, и опасаться за свою жизнь не придётся.

– Судя по всему – это бухгалтерская книга, – нахмурилась Лиара, пролистав достаточно увесистый томик. Кроме него в сейфе ничего не было. – Здесь все поступления за последние двадцать лет. И не только поступления! Смотри, это выплаты! Имена, суммы и основания, за что выплаты осуществлялись. Ничего себе! Это же мэр нашей столицы! Он что, тоже в Алом банте?

– Судя по приписке – просто взяточник, – Беатрис заглянула за плечо Лиары. – Имена и кланы незнакомые. У нас таких нет. Это что, книга только по Северной империи?

– Личная книга Рикона, – Лиара открыла первую страницу. – Вряд ли остальные маги вели столь детальную бухгалтерию. Здесь же компромат практически на всю верхушку империи!

– Бывшую верхушку, – напомнил я. – Клану Бурого Медведя эта книжка может пригодится. Поделимся?

– Бесплатно? – Лиара красноречиво подняла бровь. – С каким пор ты стал таким альтруистом? Мы можем показать им несколько страниц и начать торги. Уверен, у Бурых есть много чего, что нам будет полезно. Ресурсы, люди. Когда мы победим и начнём строить новый мир, они нам пригодятся.

– Мне нравится твой оптимизм, – я обнял жену. – Всё, разбирайся с остальной макулатурой, мы с Трисс ушли. Скоро вернёмся.

Чтобы разобраться со всем тем, что наворотили в своём логове приспешники Башорга, пришлось потратить несколько часов. Я шёл напрямик, просто превращая стены или двери в пыль, игнорируя всевозможные ловушки, коих в доме оказалось несчётное количество. С сущностями демонов пришлось повозиться. Две небольших, принадлежащих средним демонам, я очистил без проблем – просто выжег всю тьму, но к той, что когда-то давала жизнь старшей твари, долгое время не знал, как подступиться. Причём проблема не в том, как её очистить – для этого у меня имелся кристалл дракона, противоположный по энергии демоническому. Проблема заключалась в том, как сохранить ценную находку. Кристалл среднего демона увеличивал ману на полторы тысячи единиц, так что старшие демоны должны давать в несколько раз больше. Мне, конечно, это бесполезно, но у меня есть двое ещё не родившихся детей. Когда-нибудь их придётся превращать в магов, а количество очернителей в мире конечно. Следовательно, нужно бережно относиться к любой возможности увеличить объем маны.

В итоге я сошёлся на том, что стал центром сосредоточия двух стихий – демонической и драконьей энергии. Они вливались в меня, но, не найдя источника, растекались по телу и взаимно уничтожались, порождая нечто третье. Нечто радужное, делающее меня счастливейшим человеком на свете. Эта энергия оседала на мне в виде пыльцы, тут же впитываясь в кожу и разливаясь по всему телу.

– Лег, ты светишься, – ошарашенно произнесла Беатрис, показавшись из-за угла. Девушка почувствовала нечто необычное и спешила ко мне, чтобы воочию увидеть источник своих ощущений. Им оказался я – радужная пыльца на какое-то время превратила меня в солнце.

– Тотем великий, как же хорошо, – застонала Беатрис, подойдя ко мне вплотную и обняв. Как маленький котёнок девушка принялась тереться об меня лицом, умудряясь при этом ещё и сладостно мурлыкать.

– Чем вы тут занимаетесь? Вот стоит только отвлечься на пару минут, а они уже… А, вы просто обнимаетесь… С чего тогда Беатрис стонет? – Лиара появилась практически сразу, как только Трисс начала издавать непристойные звуки. – Лег, что ты опять натворил? Почему ты сверкаешь? Проклятье, что это?!

В голосе Лиары звучал неподдельный испуг. Девушка начала пятиться от нас с Беатрис, как от прокажённых, а в глазах застыл ужас. Упёршись в стену, Лиара какое-то время перебирала ногами, пытаясь её продавить. Получалось плохо, но девушка не сдавалась, не спуская при этом с нас взгляда.

– Уже всё? Так быстро? – в этот момент Беатрис сумела от меня «отлипнуть». В голосе второй жены читалось разочарование.

– Так, дамы, объясните – что с вами происходит? Беатрис? Лиара? Что за концерт вы тут мне устроили?

– Мы? – первой в себя пришла златовласая красотка. – Ты светился, как солнце! От тебя исходила непонятная сила и когда я попала в зону действия её ауры, то у меня заблокировался источник! Я перестала чувствовать магию! Ты не представляешь, насколько это страшно, когда привык к силе и могуществу, а у тебя их забирают за считанные секунды. Сейчас, вроде, свечение прекратилось, но я всё ещё боюсь к тебе подойти. Не хочу испытать это ещё раз.

– Странно, у меня совершенно другие ощущения, – томно протянула Беатрис. – От Лега исходило такое тепло, такое блаженство, что я даже потерялась. Хотелось вобрать его в себя целиком и никогда не отпускать. Мне кажется, у меня даже силы увеличились. Да, точно – раньше я могла чувствовать магию метров на тридцать, сейчас же гораздо больше. Лег, объяснишь, что это было и как повторить?

Я перевёл взгляд на два кристалла, что держал в руке. Один полностью очищенный, на пять тысяч единиц, второй – заполненная до краёв сущность дракона. Очистка демонического камня совсем не сказалась на его количестве маны.

– Честно говоря, я понятия не имею, что произошло. Проводил очистку камней от чужеродных влияний. Разве что… Если с этими двумя кристаллами я осуществлял манипуляции стандартно – вытаскивал силу и уничтожал её противоположной, то с большим пришлось действовать нестандартно. Слишком он выглядел страшно. Чтобы не взорвать здесь всё, я стал своеобразным перегонным кубом – вобрал в себя одновременно и силу демонического, и драконьего камней. Потом появилась радуга и странная пыльца, влияние которой мы все почувствовали.

– Причём разное влияние, – Лиара сделала осторожный шаг мне навстречу, прислушиваясь к своим ощущениям. – У меня чуть сердце не остановилось, когда я перестала чувствовать источник. Сейчас, вроде, всё в норме. Стой смирно. Если я хоть что-то почувствую – больше к тебе никогда не приближусь!

Всё обошлось – вместе с радужным ореолом исчезла и странная сила. Решившись, девушка обняла меня и даже поцеловала, но сила её больше не покидала.

– Если ещё раз решишься на что-то подобное, предупреди меня. Убегу на другой край мира, чтобы ненароком не попасться тебе под руку, – улыбнулась Лиара, закрывая, тем самым, этот инцидент. – Вы всё? Или только начали?

– Только начали. Здесь ещё грабить и грабить. Одних силовых камней несколько тонн, причём много редких бриллиантов. Приспешники Башорга копили свои запасы две тысячи лет. Думаешь, мы за час сможем прибрать их все к рукам? Лиара, скажи, а изнанку можно использовать как хранилище?

– Никогда об этом не думала, – честно призналась девушка. – Технически и теоретически – да. Это живые существа могут находиться там ограниченное время. С предметами я, как-то, не пробовала.

– Рискнёшь воплотить её? – предложил я. – Лично мне не нравится постоянно гонять тебя туда-сюда, перетаскивая ценности в клан Бурого Медведя. Если же будет возможность спрятать вещи в некоем пространственном кармане, по типу изнанки – будет идеально. Так мы решим проблему с хранением кристаллов Богуша, кстати. Если они будут находиться в твоём заклинании, то и добыть их без твоей воли не получится.

– Лег, я не знаю, – потупилась Лиара. – Изнанка – сложная конструкция. Слишком сложная для меня. Одна ошибка и образ может негативно повлиять уже на своего создателя.

– Я прикрою, – пообещал я. – Давай так – начинай, если почувствуешь, что не справляешься, то останавливайся. Рисковать мы сейчас права не имеем. Но было бы круто всё это закинуть в наше хранилище, а не передавать Эльрину. Зная Хада, потом фиг назад заберём.

– Если бы оно нам всё это нужно было, – пробормотала Лиара. – Хорошо, давай попробуем. Значит, изнанка делается вот так…

Что могу сказать – у Лиары получилось! Ей потребовалось три часа и пять попыток, чтобы сформировать финальный образ и, могу сказать, заклинание действительно было интересным. Не сложным – интересным. Получив возможность работать с магией на новом уровне, я отслеживал потоки энергии, наблюдая за действиями своей жены. Сознание старательно переводило всё в понятный ему алгоритм, но не всегда это получалось с первой попытки. Собственно, три раза из-за меня Лиаре пришлось всё обрывать и начинать заново. Тем не менее я не сдавался и, активируя болезненное запоминание, начинал заново разбирать хитросплетения нитей, их сечения и даже толщину. В магии образов, как оказалось, важны были каждые мелочи. Момент, когда перед Лиарой вспыхнул невидимый простому глазу шар, я упустил. Абсолютная концентрация требовала невероятных усилий и только спустя минуту я осознал, что всё закончилось. Заклинание сработало идеально!

– Наверно, так делать больше не нужно, – сквозь гул в ушах послышался голос Беатрис. – Вы оба совсем ненормальные? На кой так себя убивать? Ладно Лег – я привыкла, что он постоянно рискует. Но ты, Лиара? Тебе дать зеркало, чтобы ты увидела, во что превратилась? Ты что с собой сотворила? Ты о ребёнке думаешь, или тебя Лег укусил? Ты готова рисковать всем, чем только можно?

Когда слышишь такие слова, волей-неволей откроешь глаза, чтобы оценить всё самостоятельно. С Лиарой действительно произошли изменения – заклинание едва не превратило её в тень, практически полностью высушив. Казалось, что девушка не ела несколько тысячелетий. При этом, с чисто магической стороны вопроса, тело не подверглось никаким изменениям. Все органы работали идеально, всё функции организма выполнялись. Вот только походила Лиара не на человека, а на мумию максимальной сушки.

– Учитель предупреждал, что так будет, – виновато пояснила Лиара. В её голосе не было даже намёка на слабость. – Не думала, что настолько сильно. Магия образов штука коварная. Порой она требует слишком большую цену. Как только я развею это заклинание – тело придёт в норму. Пока держу его в активном виде – буду выглядеть, как изюм. И изменить это нельзя. Такова плата за изнанку. Если стану тотемом и у меня не будет физического тела, цена будет не такой большой. Сейчас только так.

– Закрывай, – потребовал я. – Думаю, вопрос с добычей решился сам собой – будем гонять тебя к Эльрину и Хаду.

– Все вы мужчины одинаковы, – картинно вздохнула Лиара. – Вам только внешность подавай. Стоит только превратиться с сморщенную старуху, всё – никому не нужна.

Тем не менее противиться Лиара не стала и спустя мгновение чудесным образом преобразилась. Тело наполнилось силой и объёмом, и мне опять не удалось понять, каким образом это осуществилось. Видимо, в магии я ещё новичок. Либо работа идёт на том уровне, что простым смертным неподвластен. Ведь изнанка – творение создателя этого мира. Божественной сущности, в конце концов. Куда нам, смертным, лезть?

А вот есть куда!

– Беатрис, тащи всё, что найдёшь, сюда. Лиара, помоги ей, если закончила с бумагами. Мне нужно пару часов. Хочу проверить одну штуку.

Структура изнанки не была сложной. Например, заклинание на блокировку влияния казалось мне сложнее. Тем не менее здесь тоже имелись свои особенности, к которым я пока не понимал, как подступать. Я знал, как формировать линии разной толщины и сечения. Вот только в моём случае структуры целиком состояли из линий одного типа. Здесь же, как я понял, имелось минимум семь различных нитей, и основная загвоздка состояла в том, каким образом в рамках одной конструкции из создавать. Такого я не умел.

Или умел?

Общение с Заран-Рацем не прошло даром. Старый гоблин научил меня, что все ограничения по работе с линиями находятся в моей голове. Ибо старый маг менял сечения нитей, даже не имея возможности их видеть. Я использовал костыль в виде виртуального шаблона, через который прогонял нить перед тем, как воплотить её в структуре. Но что, если я был в корне не прав? Что, если к нити нужно подходить не как к целому, а как к совокупности частей? Почему я принял за постулат тот факт, что магическая линия обязательно должна быть непрерывной?

Стоило осознать этот факт, как дело сдвинулось с мёртвой точки. Вначале медленно, но с каждой минутой всё уверенней и уверенней испускаемый мной нити переплетались друг с другом, формируя тот самый замысловатый узор, что я увидел в творении Лиары. Мне даже не пришлось использовать шаблон – линии поддавались моей воле, формируясь сразу в нужной форме. Стежок за стежком я шёл к своей цели, но пару раз мне приходилось начинать всё заново – до этого я видел общую картину, но не понимал, как её получить. Финальная линия легла на своё место, и я ощутил небывалое облегчение. Словно от хорошо проделанной работы, когда ты доволен результатом. Конструкция получилась цельной, красивой и совершенно лишённой энергии. Я тут же решил устранить это недоразумение, объединив одну из сущностей дракона с получившимся результатом. Объединил, подождал пару мгновений и сглотнул – кристалл рассыпался пылью, полностью отдав гигантскую прорву маны моему творению. При этом уровень необходимой энергии едва превысил десять процентов! Нахмурившись, я вытащил из сумки всё, что осталось после мега-драконов. Зря мы, что ли, их уничтожали? Один-два-пять-десять кристаллов разной ёмкости испарились, чтобы даровать жизнь заклинанию. Когда я на полном серьёзе начал думать о том, чтобы объединить конструкцию с одной из фигур Богуша, структура засияла золотым светом, готовая к воплощению.

– Дорогое это, оказывается, удовольствие, формировать изнанку из линий, – послышался голос Лиары. Я открыл глаза и уставился на огромную гору силовых камней, амулетов, брони, книг и прочих артефактов, что натащили девушки со всего здания. Нашлось здесь даже несколько сундуков и сейфов – их решили отдать мне на деактивацию, не решаясь влезать внутрь. Сущности драконов лежали рядом со мной в виде приличной кучи тёмной пыли.

– Получилось? – поинтересовалась Беатрис, и вместо ответа я активировал новую структуру, появившуюся рядом с оперативкой. Пространство поплыло, чтобы оформиться в тронный зал. Достаточно нарядный тронный зал. Такой, в каком я всегда мечтал заседать. Заклинание закончило свою настройку и у меня появилась возможность добавлять доступ к залу другим людям. На это ушло какое-то время, и вскоре рядом со мной появились две фигуры – Лиара и Беатрис.

– Учитель говорил, что внешний вид изнанки зависит только от внутреннего мира её создателя. Его тайных желаний и стремлений. Никогда бы не подумала, что ты грезишь личным замком, – улыбнулась Лиара, осматривая помещение. – О! Ты даже картину сюда притащил? Вернее, её образ. Планируешь деликатно изъять из дворца Северной империи?

Действительно, на одной из стен находилась полупрозрачная проекция той самой картины, что по какому-то странному стечению обстоятельств меня манила. Буря, лодка, грядущая гибель. Всё было настолько реально, что складывалось ощущение, что автор остановил реальность и перенёс её на полотно.

– А у меня вопрос, – Беатрис подтащила к себе стул. – Почему Лиара исчезла из мира, а Лег остался?

– Это слабое место заклинания. Тот, кто создал изнанку, остаётся в реальном мире. Остальные сюда переносятся целиком и, если что-то случится с создателем этого мирка, то выбраться отсюда будет невозможно. Поэтому никто не знал, где находился настоящий Гасат-Сур. До того, как Рикон его поймал. Если честно, я вообще не думала, что у учителя осталось материальное тело. Выйти отсюда, кстати, мы тоже можем лишь с помощью Лега. Самостоятельно покинуть это заклинание невозможно.

– Получается, что это своеобразная тюрьма? – нахмурился я. Изнанку с этой стороны я никогда не рассматривал.

– Из которой невозможно вырваться даже через телепорт Сликов, – подтвердила Лиара. – Если бы приспешники Башорга умели такое делать, наше приключение закончилось бы давным-давно.

– Тогда у меня следующий вопрос, – не сдавалась Беатрис. – Лег здесь, его тело там. Он может себя защищать? Действовать на два мира одновременно?

– Нет, – я постарался отправить сознание обратно в реальность, но ничего не получалось. У меня была возможность либо полностью покинуть изнанку, либо оставаться здесь. Никаких разделений сознаний не предусматривалось.

– Всё понятно, – вздохнула Беатрис. – Просто я думала, что это место можно использовать в качестве безопасной точки, если в реальном мире будет всё плохо. Но, как оказалось, ни разу это не безопасное место. Всё, можно меня вернуть назад? Чем дольше я здесь нахожусь, тем хуже на душе становится.

– Ограничения по времени, – напомнила Лиара и покраснела. – Этот момент я слабо изучила. Не думала, что вообще пригодится.

– Выходим, – решил я, скинув девушкам приглашение на выход. Приглашение на вход, приглашение на выход. Слишком много приглашений.

Пространство поплыло, чтобы воплотиться в разорённую резиденцию приспешников Башорга.

– Надеюсь, с предметами проблем не будет, – произнёс я, окутывая магическими нитями гору добра и запихивая её в изнанку как одно целое. Получилось идеально – отторжения не было, ни веса, ни объёма предметов я не ощущал.

– Лег, прежде чем мы покинем столицу, предлагаю тебе забежать в Дерон и отметиться, что ты ещё живой и здоровый, что тебя не нужно терять, – неожиданно предложила Беатрис. – Не забывай – через три недели пройдут соревнования. И у Северной империи впервые появился шанс их выиграть. Понимаю, что всё это звучит достаточно глупо на фоне того, что должно произойти, но, когда мы спасём мир, жизнь продолжится. Клан Бурого Медведя занял трон и им будет очень кстати такая небольшая победа. Мол, смотрите – как только мы возглавили империю, то наши студенты стали лучшими во всём мире. Под это дело можно будет выбить у Эльрина дополнительные бонусы. Война войной, но о нашем клане забывать тоже нельзя.

– Кстати, дельная мысль, – согласилась Лиара. – Если Башорг всё же вырвется на свободу и его опять спеленают с большими потерями, соревнование будет как отдушина. Первое событие после катаклизма. Лег, ты обязательно должен в нём победить.

– Да там побеждать некого, – пробурчал я. – Всё, хватит слов, ближе к делу. Лиара, времени у нас мало, так что садись, буду заставлять тебя видеть линии. Учти – это больно. Очень. Гасат-Сур пробовал с простыми людьми, они не выдерживали. Однако наша Беатрис справилась, так что и ты сможешь. Я в тебя верю. Готова? Тогда поехали…