Глава 15. Милость зверя

Иврос, уходя, окинул девушку в прихожей строгим взглядом. Но глядел он на нее не как на предательницу или убийцу, а как на нерадивую младшую сестру, которая имеет свойство влипать в неприятности в самый неподходящий момент.

– Смотри у меня, веснушка, – строго произнес он своим низким, глубоким голосом. – Обидишь тетушку, из-под земли достану.

Его тон позабавил Керику.

Алиссана же сердито сузила глаза, но ничего не ответила.

– Увидимся в Академии, – вместо прощания сказал Норлан и ушел, захлопнув за собой дверь.

– Жуткий тип, – призналась девушка. – Мурашки по коже от него.

– Могу поспорить на сотню золотых, что он наш следующий Император, – чародейка ухмыльнулась, обнажая ровные белые зубы в озорной улыбке.

– Да ладно.

– Ага, – кивнула она. – Не стой в дверях, Лис, проходи уже. Что же тебя так обеспокоило и привело ко мне снова?

Чародейка забрала у Тарнен плащ и повесила его на крючок. Дождалась, пока та разуется и пройдет с ней к дивану, поближе к очагу. При этом Алиссана бросила беглый взгляд на блюдо посреди стола, на котором сиротливо лежала последняя булочка с сыром, оставшаяся после завтрака.

– Хочешь перекусить? – спросила Керика, заметив ее взгляд.

Девушка отрицательно покачала головой и села на диван. Ее красивое юное лицо вновь приобрело обеспокоенное выражение.

– Мастер Гарана, присядьте, пожалуйста, и выслушайте меня.

Чародейка послушно опустилась рядом с бывшей адепткой на мягкий диван.

– Итак? – Мастер над рунами ощутила, как тревога девушки передается ей, поэтому она попробовала немного разрядить обстановку. – Ты всеми силами пыталась сбежать из Идариса. Потратила минувшую ночь и утро на всевозможные попытки, но так и не преуспела в этом. Я права?

Девушка кивнула.

– Стражники с меня глаз не спускают, – сказала Алиссана. В голосе отчетливо звучал упрек. – Ни уйти не дают из города, ни уплыть на корабле. Как бы я ни старалась покинуть Идарис, все напрасно. Признайтесь честно, вы их подкупили?

– Я не обязана тебе ни в чем признаваться, но дело в другом. – Керика скрестила руки на груди, с вызовом подняла подбородок. – Капитан городской стражи – Ронас Герхард, мой бывший муж. И я попросила его, чтобы за тобой присмотрели, чтобы ты глупостей не натворила в порыве отчаяния и не возвратилась к человеку, из лап которого я пытаюсь тебя вырвать, только и всего. Откуда этот изумленный взгляд, девочка? Мы с Ронасом расстались друзьями. Такое редко случается среди разводящихся супругов, но возможно.

Алиссана сцепила пальцы в замок в нервном жесте. Ее брови сошлись домиком.

– Я бы с удовольствием поговорила с вами обо всех бывших мужьях. О том, как и с кем из них вы познакомились и почему развелись. А в особенности охотно я бы побеседовала о том, почему вы не сдали меня властям после всего содеянного, ограничились лишь тем, что лишили меня магии. Но, мастер Гарана, у нас чертовски мало времени.

Керика склонила голову набок.

– Слушаю тебя внимательно. Как видишь, даже ученика своего одного отпустила, а у нас с ним тоже уйма важных дел. О чем ты хотела поговорить так срочно? Если хочешь, чтобы я попросила Ронаса снять с тебя надзор, чтобы втихомолку улизнуть из Идариса, то даже не мечтай, милая.

Тарнен облизала губы, закивала, спешно и все так же взволнованно.

Девушке показалось странным, что ей вдруг так сложно придумать, с чего начать свой рассказ. Всю ночь она действительно не спала, металась по городу, но даже не в попытках сбежать, а в поисках ответов на собственные внутренние вопросы. Она злилась на чародейку, которая нарушила все ее планы, оставила без возможности творить чары, а потом… отпустила. Очистила ее разум и тело от действия темного дурмана и не потребовала ничего взамен. Не мучила и не пытала, как поначалу ей показалось. Алиссана никогда не была такой уж беспросветной дурой, хоть и попала в лапы Черного Двора однажды. Она прекрасно осознавала, что Керика Гарана ведет свою игру, действует собственными методами, пытаясь разговорить ее; но она же дала ей выбор, возможность принять решение самостоятельно. Очевидное, хоть и непростое решение. И в какой-то миг бывшая адептка поняла, что больше не ищет выход из обреченного города. Она ищет собственную храбрость, чтобы пойти и во всем признаться, не дать этой женщине сгинуть вместе с остальными. Время еще было. Немного, но было.

– Мастер Гарана, – начала она. Алиссана с трудом подбирала слова, глядя в строгие зеленые очи. – Помните, я говорила, что во время взрыва в Академии меня не было в городе?

Керика кивнула.

– Да, ты была на задании, а когда вернулась, не смогла смотреть на последствия. Сдается мне, не ты одна в те дни натворила необдуманных дел.

Мастер над рунами невольно вспомнила собственную племянницу, которая тоже от отчаяния совершила опрометчивый поступок. Только переезд Гвинейн в Нордвуд оказался судьбоносным для них всех, а вот Алиссане повезло намного меньше. И кто знает, задержись Гвин тогда в Идарисе, быть может, это ее бы попытались завербовать слуги Черного Двора.

– Да-да, совершенно верно, – продолжила Тарнен, прервав размышления чародейки. – Только человек, к которому отвел меня вербовщик, оказался не просто рядовым ублюдком вроде носферата или некроманта. Он, – Алиссана крепче стиснула сплетенные пальцы, – он оказался одним из наиболее сильных властителей Двора. Из тех, кто руководит всеми. Сплачивает тех, кого сплотить попросту нельзя. Но при этом он всегда оставался в тени. Годами, мастер Гарана. Он действовал годами: готовил армию, плел интриги, о которых даже Черный Двор не ведал…

Ее голос дрогнул, и она сглотнула, чтобы перевести дыхание, чтобы не сорваться на слезы. Ей не хотелось плакать перед Керикой, показывать чародейке свое малодушие, быть в ее глазах слабой девчонкой, которая столь легко сломалась.

Но мастер над рунами замечала лишь страх. Ужас в ореховых глазах. Живые тени холодного подземелья, рвущие нежную плоть под звон скользких от крови цепей.

Алиссана медленно выдохнула, выравнивая дыхание.

– Но я кое-что прознала о его планах. Он… держал меня очень близко к себе. Ближе просто некуда, – девушка скривилась.

Она вздрогнула, когда чародейка взяла ее за руки, улыбнулась ободряюще.

– Он обижал тебя, моя девочка. Я знаю.

Керика говорила спокойно, но в душе пылал гнев. За каждый шрам, умышленно оставленный на хрупком девичьем теле. И за каждый шрам, что был сведен магией, дабы не обезобразить ее окончательно, лишь сделать неугодной другим мужчинам. Однако он не касался ее лица: вероятно, понимал с самого начала, что Алиссана ему пригодится, а увечья на лице привлекут ненужное внимание. Либо сам любовался ее нежной красотой. Одного изувер не учел – что Алиссана попадет к ней в руки. К той, кто знает, как снимать печати, поставленные импери. Что ей какие-то шрамы? Если Лис позволит, она не оставит ни единого следа от пережитых мучений.

– Обижал, – брови Керики слегка нахмурились. Она отпустила руки девушки, которые перестали дрожать, но все еще оставались холодными. – Как любой мужчина, который считает женщину своей вещью. Возводит в абсолют собственную безнаказанность и праведность любого совершаемого им зверства. А потом заставляет поверить в то, что каждое проявление жестокости есть его высшая милость.

Алиссана торопливо закивала. Чтобы как-то занять себя, заправила рыжую прядь за ухо. Сконфуженно опустила взор.

– Я знала, что нельзя сдаваться, – ее голос звучал спокойнее и в то же время обреченнее. – Что лучше умереть, как того требует устав Академии, но не подчиниться Чистой тьме, но… мне так хотелось жить. И страх был таким сильным, а боль такой невыносимой, что я уступила. И тогда мой… хозяин… решил приблизить меня.

Тарнен вновь вспомнила руины башен, кишащие порождениями кошмара. И тех, кто умер там, но так и не сломался. Однако потом она подумала, что, быть может, в том было некое провидение, чтобы она узнала планы Черного Двора, а после попалась этой женщине. Неминуемый рок или милость судьбы, как посмотреть.

Но теперь предстояло перейти к другой части истории. Той, в которой она не жертва, а покорная слуга Черного Двора.

– Поначалу я боялась его, ненавидела всей душой, но потом, – девушка замялась на мгновение, подбирая слова. – Потом я прислушалась к тому, что он говорит, и даже прониклась его идеями. Поверила в то, что все его зверства идут во благо.

Она шмыгнула носом, словно стыдясь собственных слов.

Керика молчала. Она слушала с совершенно невозмутимым лицом. Не осуждала, но и не оправдывала.

– Он говорил, что желает уберечь носителей темного дара от гонений, – вполголоса продолжала Алиссана. – Что в мире все должны быть равны, и несправедливо, что Император и маги Академии решают, жить ли отдельным проклятым или нет. Говорил, деспотизм правящей верхушки нужно пресечь. И сделать это так, чтобы другим стало неповадно. Чтобы проклятых начали уважать и относиться как к равным. Ведь человек, становясь оборотнем, не должен лишаться права на жизнь. Не должен оказываться особо опасной тварью из бестиария, для которой единственный исход – смерть. Любой представитель Черного Двора разумен. Он хочет выжить, а не становиться жертвой гонений, ведь зачастую он невиновен в том, что с ним происходит.

Девушка замолчала, сглотнула тяжело, прерывая свою жаркую тираду. Она прекрасно понимала, что времени совсем мало, что нельзя медлить, но слова не шли с языка, а тело от волнения била такая крупная дрожь, что застучали зубы. Точно она снова оказалась в руках своего господина, и он смотрит прямо на нее, лишая последних крупиц воли.

Алиссана зажмурилась так крепко, как могла. Стиснула зубы, чтобы унять этот противный стук. Сжала кулаки так, что ногти болезненно впились в плоть. Медленно выдохнула через нос.

Теплые руки обняли ее, притягивая к себе. Алиссана вздрогнула, открыла глаза. Керика заключила девушку в объятия, и та уткнулась носом в воротник бордовой рубашки, пахнущей апельсином и алхимическими реагентами. Женщина осторожно погладила Алиссану по голове. Никуда ее не торопила. Не осуждала. Не сыпала наставлениями. Просто успокаивала с терпеливым материнским участием.

Тарнен судорожно вздохнула. Почувствовала, как затихает дрожь в теле. Как тепло вокруг. Как уютно в этой комнате. Как спокойно. И нет ничего общего с тем ужасом, что остался позади в холодном чреве разрушенных башен посреди зимнего леса.

– И он послал тебя убить нашего ректора? – тихо осведомилась Керика.

Алиссана отстранилась, понимая, что ответ может ее уничтожить.

– Не только его. Вас тоже, – девушка подняла воспаленные глаза на мастера над рунами в ожидании всплеска гнева, но та никак не реагировала. – Убить вас обоих, чтобы обезглавить Академию окончательно… Мастер Гарана, я должна открыть вам еще кое-что.

– Ты можешь рассказать все, не страшась моего осуждения, – заверила женщина.

– Взрыв в Академии не был несчастным случаем, – призналась Алиссана. – Один из адептов был завербован заранее. Он много лет тайно служил Черному Двору и пронес на экзамен реликтовый кинжал с Неукрощенным огнем. Он призвал Инферно, прекрасно зная, что умрет. Ему очень хорошо промыли мозги.

Керика Гарана кивнула. О том, что она уже знала про кинжал, женщина решила пока умолчать.

– Продолжай, Лис, – она ободряюще сжала руку девушки.

– Цель Черного Двора – лишить Императора главной силовой поддержки в лице магов, – торопливо проговорила Алиссана. – Им это удалось. Сейчас в Идарисе почти нет сильных мастеров – тот взрыв Инферно унес так много жизней. В основном выжили младшие адепты, которые в это время были на заданиях в других местах. В случае нападения защитить Идарис будет некому. Горстка чародеев и клевретов не справится с той силой, которую подготовил лидер Черного Двора. А он не похож на других темных лордов, коих мы привыкли побеждать. Им движет не жажда власти или богатства, а слепая вера в собственную идею. В мысль о равноправии носителей темного дара и простых людей.

Лицо чародейки сделалось мрачнее тучи. Все происходящее внезапно встало на свои места, и получившаяся картина нисколько не нравилась мастеру над рунами.

– Я пришла предупредить вас, – продолжала девушка. – Я… не хочу, чтобы вы погибли. Вам нужно бежать из города, пока еще не слишком поздно. Армию, которую собрал мой хозяин… мой бывший хозяин… Такую армию не видывал никто прежде. Ее победить просто невозможно. Он готовил это нападение более столетия. Столь тщательно, что никто и догадаться не мог. Действовал прямо под носом у адептов и Императора. Все те существа, которых встречают в недельном пути от города, – лишь верхушка айсберга. В старых пещерах и заброшенных шахтах, в сырых логах лесов и в гротах вдоль побережья… повсюду кишит настоящая орда. Она стекается к Идарису. Мой… бывший хозяин все учел, все продумал. Он слишком умен и осечки не допустит. И убрать вас с братом хотел, чтобы лишить Императора последней поддержки перед нападением. И…

Алиссана замешкалась.

– Говори, – мягко велела чародейка.

– Они послали одного носферата за вашей племянницей. Дали ему в поддержку двоих кровососок. Он жаждет отомстить ей за что-то. Не знаю, за что именно, но он просто одержим дочерью ректора, – девушка поникла. – Я не знаю, смог ли он добраться до нее. Хозяин был уверен, что если с ней что-то произойдет, вам будет не до защиты Идариса, даже если мне не удастся убить вас…

– С Гвин все хорошо, – перебила ее Керика. – Она справилась и с носфератом, и с его кровопийцами.

– Да? Ох, – Алиссана выдохнула, тень улыбки скользнула по ее бледным губам. – Рада это слышать. Вы можете мне не верить, но я действительно рада. Я помню Гвин. Она бывает несносна, даже невыносима временами, однако смерти уж точно не заслуживает. Но, мастер Гарана, из города нужно уходить, пока не поздно. Умоляю вас. Вы, – ее голос снова дрогнул, – вы чудесная. Добрая. Умная. Я таких людей, как вы, не встречала. Вы сделали для меня то, чего никто иной бы в жизни не стал делать. И вы не должны погибнуть.

– Лис, – Керика прервала ее взволнованное стрекотание. – Выдохни и скажи мне: ты знаешь, когда планируется осада города?

Девушка затравленно кивнула.

– Сегодня в полночь. В полнолуние. Чтобы использовать вервольфов и других проклятых.

Мастер над рунами емко выругалась.

Все кусочки головоломки сложились в единую картину: пришедший за Гвин носферат, донесения о бестиях в окрестностях Идариса, внезапное беспокойство Ивроса, взрыв в Академии при помощи реликта, гнев Императора этим утром, покушение на Авериуса. Не хватало лишь одного элемента.

Керика нахмурила брови.

– Лис, мне нужно знать имя того, кто стоит за всем этим. Ты назовешь его?

Девушка тяжело сглотнула. Снова кивнула. И тихо произнесла:

– Эгис Толверт.