Глава 18

— Лег-ноль-тринадцать!

Голос куратора заполнил практически пустую аудиторию — в ней присутствовало всего одиннадцать человек. Десять выпускников и один преподаватель. Я подошёл к магистру Вирано и склонил голову. Куратор нацепила мне на шею медаль и пожала руку. В отличие от остальных, на моей ленте не было силового камня — он лежал в отдельной коробке, приближаться к которой я не стал бы ни при каких обстоятельствах. Каждому из десяти счастливчиков, которым удалось дожить до финала подготовительного курса, Академия подарила небольшой алмаз. Мне и так непросто находиться рядом со столом, где лежали медали, поэтому и речи не могло идти о том, чтобы позволить кому-то нацепить мне на шею смертоубийственную магию.

— Поздравляю с окончанием обучения на нулевой курсе, студент! Пожалуй, это тот самый редкий случай, когда я действительно рада, что учащийся смог удержаться в Мираксе. Знай, Лен, двери Академии всегда для тебя открыты, даже если тотем не дарует тебе способность оперировать маной. Уверена, нам будет чем заинтересовать друг друга. Держи, это твоё по праву!

Кроме медальки на шею Вирано вручила мне три простых на первый вид бумажки. Простые — это если не вглядываться в их содержимое. Три чека. Первый я получил за издание двух томов «Приключений алмазного дракона». Никогда бы не подумал, что в этом мире так много любителей читать и, что немаловажно, готовых за это платить. Чуть больше трёх сотен тысяч кредитов — за эту сумму можно обеспечить себе три года обучения в Академии! Теперь я понимал старушку Ульму. Пятьсот тысяч, что обещал мне Император за снятие долга крови с Лиары — это даже не подачка. Это очередное оскорбление. Гадюка всегда остаётся Гадюкой, даже помогая родным. Хотя ликовал я недолго — мне уже разъяснили, что полученную сумму придётся разделить со всеми соавторами. Халявщики! Получить около пятидесяти тысяч за просто так — это нужно уметь! Почему мне так никогда не везёт?

Источником второго полученного мной чека явилась Академия. Как гласило описание: «За открытие нового способа обучения неинициированных студентов». Теория, предложенная магистром Вирано, оказалась вполне рабочей, и я смог на собственном примере её доказать. Если неинициированного обучающего накачать мощным силовым камнем, то по непонятной причине у него открывается абсолютная память на срок от десяти минут до пяти часов. Данная теория была проверена вначале на мне, затем на Лиаре и всей нашей группе, а потом и на оставшихся шести выпускниках. Результат был поразительным — стопроцентное запоминание и понимание материала. Ректор как-то обмолвился, что из-за одного чрезмерно ретивого студента придётся менять всю систему подготовки и отсеивания, так как с текущего момента проверка знаний становилась бессмысленной тратой времени. С меня взяли расписку о неразглашении тайны, являющейся достоянием Чёрных Ворон, а также вручили круглую сумму. Ещё сто тысяч кредитов.

И, наконец, третий по списку, но не по содержимому чек. Даже не чек — заверение кланов Белого и Черного Слонов в том, что они соглашаются оставить жизнь Хаду, а также выплачивают мне полмиллиона кредитов в обмен на взятых в плен инферно. Переговоры самостоятельно я не вёл — просто в один день в Академию явился Ландо Слик и молча протянул мне на подпись договор с южанами. Выражение лица шестого наследника не предвещало ничего хорошего, так что я прочитал бумаги и, не найдя в них ничего опасного для себя, молча подписал. Теперь я точно знаю, где проведёт следующие пять лет Хад.

Особых торжеств по поводу окончания учёбы не было. Зачем тратить силы на нулевых, когда есть пятый курс? Вот там да — Академия развернулась в полный рост. Фейерверки, салюты, какие-то иллюминации — Миракс гулял весь день и всю ночь. В этот день даже стражники столицы относились с пониманием к тем, кто всё же смог закончить учёбу и не сильно их гоняли. Да и не было дебошей — так, несколько драк. До пятого курса законченные придурки не доживали.

Я с трудом протиснулся к своей кровати и принялся собирать вещи. Так получилось, что со временем к нашей четвёрке приклеилось ещё двое однокурсников, что постоянно находились на вершине рейтинга. Затем ещё один, а последние два месяца, когда вся десятка оказалась определена, комната превратилась в оперативный штаб нулевого курса. Ни разу такого не было, чтобы у нас кто-то не сидел. Особо ушлые даже дополнительную кровать притащили, увеличив количество «посадочных» мест. Первое время меня это раздражало, но со временем я свыкся и даже получал определённое удовольствие от неформального общения. Подростки всегда остаются подростками, даже когда их ставят в условия выживания. Особенно забавно было видеть, как они пытались привлечь внимание Лиары — разве что на голове не стояли. Девушка благосклонно им улыбалась и ещё ближе подсаживалась ко мне.

— А вот я не стану поступать в Миракс, — неожиданно произнёс Вамир, чем привлёк к себе всеобщее внимание. Лиара по секрету сказала, что этот парень входит в клан Оленя, спорящего с Пантерами за второе место по силе и независимости. — Отец обещал отправить меня в Дерон.

— Везунчик, — завистливо протянули несколько парней. — У нас столько денег нет.

— Дело не только в деньгах, — ответил Вамир. — В Дероне не было подготовительного, так бы я сразу туда ушёл. Западная Империя сильнее нашей. Во всём. Отец говорит — если бы не постоянные набеги гоблинов, то они давно бы нас захватили. Причём не столько физически, сколько экономически. Да мы и так от них зависим. Самый яркий пример — медицинское оборудование. Почему его у нас не производят? Не могут? Или не хотят? Пока другие Империи развиваются, мы занимаемся не пойми чем. И дело не столько в управлении сверху, сколько в самих людях. Или я не прав, Лиара?

— Я не буду это комментировать, — лицо девушки осталось невозмутимым, но то, как она сжала мою руку показывало, что слова Вамира ударили в больное место. Западники действительно были более развиты. Как моя деревня отличалась от столицы, так мы отличались от них. Лично меня, как гостя в этом мире, этот факт не устраивал.

На этом разговор свернулся сам собой. Все отправились за вещами и спустя полчаса я стоял у закрытых ворот Миракса, вдыхая тяжёлый воздух столицы. Нет, к этому смраду нельзя привыкнуть. Как здесь люди живут? Лиару забрали прямо из Академии — мы даже толком попрощаться не успели. За девушкой прибыла огромная делегация и всё, чем меня удостоили — растерянного взгляда да прощального взмаха рукой. Да и тот служанки умудрились оборвать. В отличие от простых смертных, те, кто служил во дворце, могли не заботиться о соблюдении манер.

— Готов? Или тебе время нужно? — раздался весёлый голос. Я обернулся и оценил Эльрина. Казалось, белобрысый за те месяцы, что я его не видел, возмужал ещё больше. Хад с улыбкой приветствовал друга, не забыв перед этим преклонить колено. Иного поведения треугольная голова гадюки на наплечнике не предусматривала.

— Готов к чему? И что ты тут делаешь? — Спросил я, поднимаясь на ноги. Этикет, что б ему пусто было.

— Лег, дружище, у меня, вроде как, долг крови перед тобой. И пока я его не выплачу, тотем будет всячески мне вредить.

— С чего вдруг ты так решил?

— С этого, — Эльрин беззастенчиво начал снимать рубашку прямо на улице. Оголив жилистый торс, белобрысый продемонстрировал мне обе руки. — Я ведь прошёл инициацию.

— Нет татуировки, — первым отреагировал Хад. — Тотем не дал тебе ману!

— Прикинь! Злая гадюка соизволила решить, что я недостоин способностей. Меня, конечно, успокоили — только треть из клана получают ману, остальные так и остаются простыми людьми. Ну… Не совсем людьми… Мне тут рассказали про мифрил. В общем — я решил сбежать. Ты не против, если я предстану перед твоим тотемом?

— Это опасно, — нахмурился я. — Если дух-хранитель сочтёт тебя недостойным, может убить.

— Напугал ежа голой задницей, — фыркнул Эльрин. — Пойми, брат, в Гадюках у меня только один путь — жрать мифрил. Я этого не хочу. В другие кланы меня точно не пустят, а Медведи… Ваш тотем задолжал мне смерть матери. Так что я хочу посмотреть в его алые очи и спросить — почему? И только не говори, что собираешься мне это запретить. У тебя нет такого права. Я инициирован.

— Даже пытаться не буду, — я подошёл к Эльрину и крепко его обнял. — Я рад видеть тебя, дружище. Мне тебя не хватало.

— Я уже и машину подогнал, — ухмыльнулся белобрысый и указал на припаркованное неподалёку такси. — Вот билеты на поезд. У нас есть четыре часа, предлагаю посидеть в одной кафешке. Уверен — вам понравится! Лег платит — из нас троих лишь он при деньгах. Кто последний, тот сидит с краю!

* * *

Двое стояли на стене Миракса и наблюдали за тем, как студенты отбывают домой. Особое внимание привлёк отъезд двух Ондо и одного Слика — мужчины смотрели за ними до тех пор, пока такси не скрылось за поворотом.

— Брат, я всё ещё не понимаю. Почему Медведи? Есть же гораздо управляемые кланы. Зачем ты отпустил к ним Эльрина?

Ландо Слик внимательно посмотрел на магистра Эйро, старшего брата, отринувшего свою принадлежность к императорской семье и сумевшему добиться своего положения в клане Чёрных Ворон потом и кровью. Мало кто видел главу безопасности Академии Миракс без маски. Ландо был среди тех единиц, кто имел такое право и сейчас, глядя на собеседника, видел в нём точную копию своего отца, разве что лишённого металлических вставок. Эйро не признавал мифрил.

— Мутант сюда не достаёт. Нас никто не слышит.

— Ты сам ответил на свой вопрос, брат. Потому что остальные кланы более управляемые. Нами, Алым бантом, западниками. У любого найдётся достаточно скелетов в шкафу, с помощью которых можно влиять. Но не у Медведей. Когда Медвежонок выстрелил в меня, я понял — это судьба. Таких совпадений не бывает. Эльрину нужен сильный клан. Независимый. Гордый. Способный поддержать будущего Императора. Гадюки этого дать не смогут — мы вырождаемся. Ты и сам это видишь. Детей всё меньше, они становятся хилыми и слабыми. Племянник не должен пойти по моим стопам. Мифрил — это путь в никуда.

— Хочешь устроить переворот?

— Не сейчас, но вполне возможно. Грядёт война. Я видел проект приказа — отец готов отдать Западу две провинции. Он слаб, Эйро. Слаб и недальновиден, все мысли только о мифриле. Я не хочу такого будущего своей стране. Я ненавижу Медведей всей душой — у них на руках умерла Дейре, но я признаю их силу. Поэтому я притащил Медвежонка в столицу. Поэтому я свёл их с племянником. Поэтому сделал так, чтобы Хад попал к нему в клан, спасибо, кстати, за помощь. Клан Медведей должен быть сильным, чтобы подхватить упавшее знамя. А оно упадёт, помяни моё слово. Обязательно упадёт.

— Мальчишка где-то нашёл ещё один кристалл Богуша. Не смотри на меня так, я не знал твоих мотивов, поэтому молчал. Этот дурак не нашёл ничего лучшего, чем притащить негатор в Академию и спрятать его в своей тумбочке. Я оставил ему футляр, но кристалл спрятал в надёжное место. Никто, кроме меня, не знает, где он.

— Правильно. Отец не пускает меня в Сокровищницу, но я и так знаю — Алый бант уже прибрал к рукам пять кристаллов. Шестой, значит, спрятан, а где седьмой, не знает никто. Надеюсь, так оно и будет.

* * *

Эльрин постарался на славу — он купил нам билеты не только в одном вагоне, но даже в соседних купе. Нам с Хадом в одном, себе — в другом, причём сразу оба места, чтобы не путешествовать с попутчиками. Затарившись где-то булочками (у белобрысого точно была слабость к мучному), Эльрин принялся травить байки, словно не было тех полгода отсутствия. Я смотрел на своего брата со смешанными чувствами, понимая, что впереди у меня должен состоятся достаточно непростой разговор с Ингаром. Отец задолжал мне объяснение.

— Позволите? — дверь в купе открылась и, не дожидаясь приглашения, к нам подсел неизвестный мужчина. Среднее телосложение, довольно волевое лицо, а манера держаться с головой выдавала в нём высокородного аристократа. Я непроизвольно положил руку на стреломёт — даже здесь, в поезде, он всегда был со мной. Силовых камней у мужчины не было, зато у тех, кто остался в коридоре, их оказалось предостаточно. Сосредоточившись, я смог насчитать четыре замкнутых на себя камня со специфической структурой брони. Инферно! Проклятье! Что-то я совсем расслабился за последние месяцы обучения, раз позволил кому-то незаметно к себе подкрасться.

— Я рад познакомиться с тобой лично, Лег Ондо.

Перед глазами что-то мелькнуло и неожиданно Хад и Эльрин начали оседать. Этого вполне хватило, чтобы рвануть стреломёт на себя и прикончить наглеца, но рука мне не подчинялась. С удивлением уставившись на небольшой дротик, воткнувшийся в запястье, я почувствовал лёгкое головокружение, а мгновением спустя правая часть туловища онемела. Я осел, как мои друзья, но сознание не терял. Неизвестный подошёл ко мне и усадил, чтобы удобней было разговаривать.

— Не переживай — через два часа всё пройдёт, — дружелюбно пояснил мужчина. — Яд вальмарских медуз действует мгновенно, но он безвреден. Эти твари любят пожирать свои жертвы живыми.

— Кто вы? Что вам от меня нужно? — язык ворочался с трудом. Видимо, последствие впрыснутого яда.

— Ах да, где же мои манеры. Позволь представиться — Корин Фаль, клан Львов. Истинный правитель Северной Империи.

— Клан Львов уничтожен, — произнёс я, едва удерживая равновесие. Почему-то меня повело достаточно крепко. Мир шатался и требовал, чтобы я тоже рухнул в объятия кровати. Мне пока удавалось сопротивляться.

— Как видишь не всех. Я рад, что Бурые Медведи сохранили свою гордость и не пали в объятья предателей. Когда я верну себе престол, мне потребуются верные рабы.

— Медведи никогда не были рабами.

— Мы разберёмся с тем, кем вы будете. Я явился сюда по другой причине. Ты нашёл пещеру во дворце. Я хочу знать, куда делся кристалл Богуша.

— Мне удалось его унести, — произнёс я и прикусил язык. Вернее, хотел прикусить — лицевые мышцы мне не подчинялись. Но мысли-то мои, почему я с радостью делюсь тем, что этот человек не должен знать?!

— Даже так? — удивился названный гость. — Интересно, и куда же ты спрятал мой кристалл?

— Он в чемодане, — продолжил предавать меня язык и поделать с этим я ничего не мог. Мало того, я внезапно осознал, что пока меня не спрашивают, я и вовсе говорить не могу. Страшное ощущение — вроде нахожусь в сознании, понимаю, что ни в коем случае нельзя говорить, но по какой-то причине говорю без утайки.

— В котором? — Корин явно наслаждался своей властью.

— Серый, с зелёной полоской, — охотно произнёс окончательно предавший меня язык. — Кристалл находится в негаторе на самом дне чемодана.

— И код от него, конечно же, завязан на твою кровь? Защита от детей, чтобы не лазили куда не следует. Достань мне кристалл.

В купе зашёл один из инферно. Грубо распотрошив мой чемодан, раскидав все вещи по сторонам, он протянул своему господину чёрный футляр.

— Да, из тебя выйдет достойный раб, — мужчина покачал головой. — Даже хорошо, что ты смог утаить свою находку от Гадюк. Это о многом говорит… Это что — шутка?

Футляр рухнул на пол, и я успел заметить непонятный инертный камень. Булыжник покатился по полу и замер где-то у двери. Судя по отсутствию силовых линий, это был простой камень. Накатили двоякие чувства. С одной стороны — гнев и печаль. Неужели Лиара втихаря всё же вытащила камень и сдала его семье? В лицо говорила одно, а за спиной проворачивала свои делишки? Я очень не хотел подозревать девушку, но другой причины, почему негатор остался нетронут, не видел. С другой стороны — меня разрывало от радости, что кристалл не достался этому типу.

— Где мой кристалл?

— Это мне неизвестно. Он должен был находится в футляре.

— Кто имел к нему доступ?

— Никто кроме меня.

— Кто знал, что кристалл находится у тебя? — Корин оказался достаточно дотошным типом.

— Только Лиара Слик. Больше никто, — вот за это я был готов себя придушить, если бы мог. Правая рука не двигалась, но левой я всё ещё мог шевелить и хотел прикрыть себе рот, чтобы уберечь Лиару. Не получилось.

— Значит, девочка решила сыграть в собственную игру? — задумчиво протянул Корин. — Ничего, с ней я разберусь чуть позже. Почему ты решил оставить кристалл себе?

— Потому что это чистая энергия, — ответил я и неожиданно понял, что у меня всё же есть возможность контролировать ответы. Но для этого должно сложиться сразу несколько факторов — ответ должен быть правдивым, и я должен успеть подумать о нем раньше, чем язык начнёт меня предавать. Например, о том, что я не хотел даровать Гадюкам путь к шахтам мифрила, мне удалось умолчать.

— Чистая энергия? — нахмурился Корин. — И только? Кристалл точно у Лиары?

— У неё нет кристалла, — ответил я и это тоже была чистая правда. Даже если девушка забрала кристалл себе, то наверняка не держит в руках. Куда-то положила. Так что у неё действительно нет кристалла.

— Ты же только что сказал, что она единственная знала о том, что кристалл у тебя! — представитель клана Льва даже вспылил.

— Все верно. Лиара Слик является единственным человеком, знавшим, что кристалл находился у меня.

— Он что — издевается? Сколько действует яд?

— Два часа, господин, — ответил один из инферно. — Мальчишка говорит правду.

— Хорошо, предположим, что он действительно говорит правду. Но тогда получается, что Чёрные Вороны прибрали кристалл себе и не проинформировали об этом Гадюк? Как такое возможно?

Ответ явно носил риторический характер, так как на него никто отвечать не спешил.

— Нет, прежде чем возится с Академией, нужно закончить с Лиарой. Посмотрим, что скажет девчонка.

Зря Корин это сказал. Очень зря — только придал сил. Мне стало понятно, что убивать меня не собираются — поговорить, обобрать, но кому-то моя жизнь ценна. Если бы Корин на этом остановился, я бы даже не подумал о том, чтобы его уничтожить. Нет, подумал бы, но не сейчас. Потом, когда действие яда закончится. Однако он начал угрожать моей девочке и допустить этого я не мог. На остатках воли левая рука забралась в карман и сжала небольшой круг, похожий на монету. После того, как Ландо притащил мне договор на выкуп южан, он подарил мне вторую «кнопку вызова» — миниатюрный путевой камень, показывающий истинному владельцу, что его вызывают и место, откуда. Результат я ощутил спустя несколько секунд — Корин нахмурился и посмотрел на стоящего рядом с ним инферно.

— Что происходит? Откуда шум?

— Я разберусь, господин, — склонил голову инферно и вышел из купе, чтобы никогда в него больше не вернуться. Мне даже ужалось увидеть последние моменты его жизни — два стальных клинка, превращающих довольно сильного человека в несколько кусков мяса. В дверях появилась окружённая темным туманом фигура. Мгновение на анализ ситуации и вот она бросается на Корина. Вернее, делает попытку, потому что тот поднял руку и вместо того, чтобы молнией носиться по купе и вырезать врагов один за другим, туманная фигура замедлилась до состояния улитки. Корин сделал ещё одно движение и туман ушёл в сторону, явив нам истинное лицо явившегося гостя.

— Ландо Слик, — с усмешкой произнёс Корин. — И почему я не удивлён? Конечно, как же ты мог бросить своего ненаглядного любимчика? Мой господин давно хотел узнать истинные причины, почему ты возишься с Легом. Что скажешь?

— Кто ты? И по какому праву носишь символ уничтоженного клана? — прохрипел Ландо.

— Ты смотри какой глазастый, — Корин повёл рукой и Ландо очутился рядом со мной. Наконец-то до меня дошло посмотреть на происходящее с позиции силовых линий. То, что вытворял член семейства Фаль, не могло быть ничем другим, кроме как магией. Там, где только что ничего не было, появились два мощных источник. Они не были замкнуты на какое-то устройство или сами на себя, но при этом влиять на них у меня права не было. Камни вообще не воспринимали мои приказы, зато реагировали на каждый жест Корина, обволакивая Ландо и закутывая того в силовой кокон. Каким бы сильным не был шестой наследник императора, ему оказалось не под силу разорвать невидимые цепи.

Зато это мог сделать я. «Кнопка вызова» сделала своё дело, превратившись в обычное устройство. Которое, к слову, принадлежало мне. Силовой камень в нём был небольшим, но имел вполне достаточно энергии для одного удара. Оставалось только придумать, куда этот удар наносить — судя по тому, что я вижу, пробиться через защиту Корина тяжело.

Но не невозможно.

— Господин приказал мне провести допрос без применения силы, но он ничего не говорил о том, что мне нельзя уничтожить одного из своих врагов, — на лице Корина появилась довольно гадкая ухмылка. — Ты даже не представляешь, как я рад, что первым из Гадюк на моём пути попался ты. Третий по силе враг. Признаю — я опасался нашей встречи. Думал, что ещё не готов совладать с ангелом. Как же приятно ошибаться!

— Чего ты хочешь? Даже если ты убьёшь всех нас, Империя не признает тебя.

— Неужели? Твой отец окончательно себя дискредитировал. Он пешка в руках моего господина, и ты прекрасно это знаешь. О, вижу, ты заметил футляр. Знакомая вещица, правда? Все ваши камни стоят на полке истинного властелина Северной Империи!

Как по мне — Корин слишком много говорил. Если ты желаешь убить своего врага, так действуй, а не трепись языком. Была, конечно, мысль о том, что он говорил для меня, чтобы я проникся величием стоящего передо мной монстра и пал ниц, согласившись на него работать, но в это верилось с трудом. Скорее всего — просто любил собственный голос, как и любой самовлюблённый павлин.

Тонкий, как спица, заряд энергии проник сквозь хаотично носящиеся защитные линии и застыл ровно там, где я и хотел. Мне не знакома теория магии — я не помню всех её основ, принципов и взаимодействий. Я не знал, как заставить энергию подчиняться моей воли, не имея в руках силовой камень. Не знал, как порождать магические линии, как наладить взаимодействие между двумя лишёнными магии объектами. Это всё то, чему я учился в прошлых жизнях. То, что теперь мне недоступно.

Но одно я знал точно — когда у меня в руках находится силовой камень, я становлюсь опасным человеком. И ни одна тошнота или головокружение на свете не сможет этому помешать. Я не мог уничтожить Корина — для того одного моего камушка недостаточно, а второй контур защиты пробить такой энергией невозможно. Но я умел разбираться в магических потоках и находить в них слабые места. Я видел, где берут своё начало линии, что сковывают Ландо. Видел, через что они проходят, отражаются, усиливаются. И прекрасно понимал, что произойдёт, если добавить к этому потоку немого лишней энергии — отражатель не выдержит и на пару мгновений вся конструкция утратит целостность. Заёрзав и несколько раз беззвучно открыв рот, я привлёк внимание Корина.

— Что ты хочешь мне сказать?

— Тебе — ничего. У меня информация для Ландо. Помнишь, как однажды в канализации я говорит про камни? — заплетающимся языком просил я. Корин с удивлением уставился на меня, решив не останавливать непонятную фразу. — Я сказал, что могу чувствовать камни, а ты задал уточняющий вопрос. В общем, хочу сказать, что я тебе тогда соврал.

— Это ты сейчас о чём? — спросил Корин. Лгать ему я не мог, поэтому честно признался:

— О том, что я могу влиять на магические линии. Не сильно, просто на несколько секунд вмешиваться в потоки, заставляя их замереть. Не так, как это делаешь ты.

— Ты видишь магические взаимодействия?! — невозмутимость оставила Корина. Он даже на мгновение забыл о том, что нужно концентрироваться на Ландо.

— Я вижу силовые камни и порождаемую ими энергию. Но этого достаточно, чтобы точно знать, куда нужно бить. Точно так, как сейчас!

Последнюю фразу я прокричал. Во всяком случае мне показалось, что я это сделал, хотя по факту это оказался хриплый шёпот. Порождённая мной спица вклинилась в стройную структуру Корина и место, где находился Ландо Слик, опустело.

— Я доберусь и до твоего господина, тварь, — с нескрываемой ненавистью произнёс шестой наследник престола, но противник его уже не услышал. Тяжело слушать, когда твоя голова отделилась от туловища. И всё это Ландо Слик сделал голыми руками.

— Что с ними? — спросил представитель Гадюк, указывая на Хада и Эльрина.

— Яд какой-то медузы. Я не помню точного названия, — ответил я и с ужасом понял, что язык по-прежнему мне не подчиняется!

— Наверняка вальмарской, — догадался Ландо. — Ничего, это пройдёт через пару часов. Ты же уже понял принцип действия яда, верно?

— Он не только блокирует, но и заставляет говорить правду.

— Но только в том случае, если яд готовился конкретно под определённого человека. Всех остальных он просто замораживает. И скажу тебе откровенно — подгонка под конкретную персону дорогого стоит. Там столько ингредиентов участвует, что дешевле выбить из человека правду другими, менее гуманными способами. Забавно… Существует там много всего, что я хотел бы у тебя узнать… И прекрасно понимаю, что у меня есть такая возможность. Что ты сейчас полностью в моей власти… Говори.

— Я спас тебе жизнь. Если бы не я…

— Ты об этом безобразии? — Ландо закатал рукав, где красовалась голова оскалившегося медведя и имя: Лег Ондо. — Когда заходит речь о членах императорской семьи, тотемы реагируют мгновенно, это да. Этот красавец ещё копыта откинуть не успел, а меня уже в должники записали. Хотя хочу заметить — это я тебя спас, не ты меня. Да что б тебя. Говори.

— Тотемы так не думают. Они точно знают, что сделал я, что сделал ты. Чья здесь победа. Я не хочу, чтобы ты меня допрашивал.

— Да кому ты нужен? — Ландо поднял негатор и бросил его мне на колени. — Кристалл мы изъяли. В следующий раз, когда надумаешь тащить в Академию что-то достаточно мощное, начнёшь думать о том, почему это заведение считается самым защищённым местом нашей Империи. Оттуда его хозяин этого чудика не достанет… Нет, это надо же… Живой Лев в наше непростое время. Да ещё и маг… Откуда его откопали? И, главное, кто? До того, как я сюда явился, он какие-то имена называл?

— Нет. Своего хозяина он называл не иначе, как господин или повелитель.

— Ничего, я найду его. В Наргоне вас встретят и проводят до деревни. Пройдите инициацию и возвращайтесь обратно в столицу. Это тело не соврало — Империя находится под ударом. Пора вытаскивать её из той ямы, где она оказалась.

С этими словами Ландо Слик, шестой наследник престола, превратился в тёмный дым и исчез. Гадюка вернулась в своё логово.

Отступление.

— Господин, позволите войти?

— Судя по тому, что явился ты, а не Корин, с ним что-то произошло?

— Да, господин. С командой из пяти инферно он отправился допрашивать Лега Ондо, но появился Ладо Слик. Живых не осталось.

— Даже так? — брови хозяина кабинета взлетели. — Сильный маг оказался беспомощен против ангела? Что же такого нажрался Ландо, что смог справиться со Львом?

— Господин, мы не выясняли этот вопрос…, — начал было новый помощник, но глава Алого банта его остановил:

— Если хочешь задержаться на этом месте, ты должен научиться понимать, когда стоит отвечать, а когда нудно помолчать. Принимай дела — с текущего момента ты моя правая рука. Инициацию в маги я проведу через три дня. Если потомок Льва не справился, посмотрим, что сможет сделать отпрыск Гадюк.