Глава 22

— М-м, как вкусно, — с наслаждением откусила кусочек мясного пирога. — Кто тебя научил так вкусно готовить?

— Мама, конечно, кто же еще, — ответила Ксюша. — Если хочешь, и тебя научу. Мои братишки любят вкусно покушать.

— Я тоже люблю вкусно покушать.

Мы с Ксюшей одновременно обернулись на говорившего. Никита стоял в дверном проёме прислонив голову к косяку. Большой, мощный, красивый. И чего Ксюшка ерепенится? Да он же чуть ли не облизывает её глазами.

— Чего тебе? — буркнула Ксюша, продолжая нарезать пирог.

— Хотел поговорить с тобой Ксю. Прогуляйся со мной, а?

— Зачем? — зыркнула на него исподлобья Ксюша.

Я перевела на Никиту любопытный взгляд, но он лишь ухмыльнулся, давая понять, что объясняться при мне не будет.

— Жду тебя на улице, там узнаешь, — безапелляционно сообщил он, а потом подошёл к Ксюше и протянул ей букет… цветов?

Цветы были явно не из цветочного магазина — они были полевыми. Где он их взял поздней осенью?

— Это, кстати, тебе.

Ксюша, похоже, сама опешила от такого подарка. Она растерянно хлопала на него глазами, пытаясь что-то сказать, но так ничего и не произнесла. Никита вышел из кухни, а через минуту хлопнула входная дверь.

— Вереск. Мои любимые, — улыбнувшись, Ксюша зарылась носом в красных огоньках лесного чуда, втягивая его неповторимый аромат. — Откуда он…

— Может тебе стоит пересмотреть своё отношение к Никите? — улыбнулась я. — Мне он кажется таким милым.

— Вот ещё! — фыркнула Ксюша.

— Это кто это тебе кажется милым? — раздался за спиной знакомый насмешливый голос. — Мне уже начинать ревновать? — склонился над ухом, обжигая его горячим дыханием.

— Илья? — выдохнула, разворачиваясь на стуле вполоборота. — Вы уже вернулись?

— Я соскучился, — шепнул мне в губы.

А у меня мурашки по позвоночнику побежали, и низ живота потянуло с такой силой, что я выдохнула с разочарованным стоном, когда его губы лишь слегка мазнули по моим губам, а потом отстранились. Дразнит?

— Привет, Ксюш, — голос Руслана. Он встал возле стола, ослабляя галстук. — Тебя там, Никита ждёт, — не глядя на Ксюшу, сообщил он ей.

Смотрю на близнецов и не могу налюбоваться. Словно вижу в первый раз. Они сейчас какие-то совсем другие, не такие, какими я видела их раньше. Строгий костюм, галстук, начищенные туфли — придавали им пафосный лоск. Совсем непривычно. От них так и веяло силой, окутывая окружающее пространство тяжёлой аурой власти.

— А… н-ну да, совсем забыла, — опомнилась Ксюша. — Ладно, пойду я, — и на меня поглядывает, сжимая в руках цветы.

Бросаю на Ксюшу умоляющий взгляд. Не хочу, чтобы она сейчас оставляла меня с ними наедине.

Чувствую на себе голодный взгляд близнецов. Они смотрят так, словно изголодавшиеся хищники способные сожрать даже не прикасаясь, одним только взглядом. И я знаю, что если мы сейчас останемся одни, они сорвутся. А я не устою. Потому что так же страстно желаю, чтобы они прикоснулись, чтобы поцеловали… Соскучилась по ним! Дико, нестерпимо! А ведь нам ещё нужно поговорить.

О чём, кстати, мы должны были поговорить? Ах, да! Невеста Руслана.

Вот же, чёрт! У меня даже мысли все выветрились из головы. Настолько меня ведёт от их близости.

— Кх-м… Переночую сегодня у бабули. Так что дом в вашем полном распоряжении, — словно сквозь вату слышу весёлый голос Ксюши.

Она ушла, а мы остались втроём.

Я медленно встала со стула и прижалась к краю стола.

Казалось, что воздух в комнате сгустился, стал насыщенным и обжигающе горячим от нашего возбуждения. Между нами, только что электричество не искрило. Так сладко было осознавать, что вот они рядом, родные, любимые, мои. Я надеюсь, что мои… оба.

— Я… Вы, наверное… голодные? — пролепетала я.

— Да-а, я дико голодный. По тебе, — с придыханием произносит Руслан, медленно приближаясь ко мне.

— Три дня нас голодом моришь, крошка, — хриплый голос Ильи и он притягивает меня за талию к себе, проводит кончиком носа по шее и прихватывает зубами за холку.

Задрожала от удовольствия, не в силах сдержать слабый стон.

Руслан подходит ближе, его руки ложатся на мою талию, а губы шепчут:

— Я соскучился, солнышко.

Хочу спросить, как прошла их встреча с Советом, к чему они пришли и что решили, но вместо этого шепчу:

— Я тоже…

Я действительно соскучилась. Так сильно, что сердце рвёт на части при мысли, что кого-то из близнецов не будет рядом. Эта дикая потребность в них и пугает и сводит с ума.

Руслан ловит мой взгляд в капкан своих тёмных глаз, держит крепко, не отпускает. А потом наклоняется и соединяет наши губы в самом нежном поцелуе, на какой он только был способен, несмотря на всю степень его возбуждения, которая красноречиво упиралась мне в живот. Не спеша начинает пробовать их на вкус, сначала нижнюю губу, потом верхнюю. Втягивает в рот, посасывает и ласкает языком.

Сзади Илья покрывает мою шейку и плечи такими же нежными и обжигающими поцелуями. А я стою между ними, и меня потряхивать начинает от возбуждения. Пара дней без их ласки, и я уже с ума схожу от тоски.

Чёртова связь!

Неужели теперь всегда так и будет?

Получается, я даже обижаться на них долго не смогу? Стоит им только прикоснуться, как я уже теряю рассудок. Становлюсь, как мягкий и податливый пластилин — лепи, что хочешь.

Руслан медленно проводит языком по губам, словно дразня и играя. И я не выдерживаю этой пытки, с отчаянным вздохом набрасываюсь на его губы, обвивая шею руками перехватывая инициативу.

Руслан рычит в ответ, ему нравится. Наши языки сталкиваются в неравной схватке — мой неумелый и его напористый и властный. От нежности не осталось и следа, теперь он завоеватель — берёт всё, что ему предлагают и то, что нет.

Чьи-то нетерпеливые руки, задирают подол платья. Кто из них это делает, уже не могу понять. Их руки везде и губы тоже. И меня накрывает этим совершенно новым для меня чувством дикой неуправляемой похоти. Я просто знаю, что хочу их прямо здесь, сейчас.

Илья коленом раздвинул мои ноги и его пальцы тут же проникли туда, где уже горячо и влажно. Трусики снимать не стал, просто отодвинул их в сторону и погрузил два пальца в истекающее влагой лоно.

Задрожала от удовольствия и с губ сорвался жалобный стон, который тут же был поглощён ненасытным ртом Руслана.

Илья вжимает меня в свой возбуждённый пах и резко двигает пальцами, при этом совсем не нежно прикусывает свою метку на моей шее. И меня прошивает изнутри острым импульсом удовольствия.

Руслан рычит, плотнее прижимая меня к себе и тоже прикусывает свою метку зубами, при этом сдавливает двумя пальцами набухший и пульсирующий клитор, и…

— А-ах! Да! А-а!

Дрожь волной прокатывается по всему телу, и я начинаю биться в диком оргазме, хватая ртом воздух и впиваясь ногтями в плечи Руслана. На дрожащих ватных ногах прильнула к его груди пытаясь выровнять сбивчивое дыхание. Руки сами непроизвольно обвились вокруг его талии.

Вот и поговорили. Блин!

Только начинаю собирать мысли в кучу, как меня перекидывают через плечо и стремительно несут по ступенькам вверх в спальню, по пути бесцеремонно стягивая трусики и поглаживая по голой попке.

Кажется, у нас намечается продолжение банкета?!

И я даже совсем не против, а очень даже за.

Хочу вновь ощутить их разгорячённые тела, вжимающие меня друг в друга. Губы их ненасытные, руки нетерпеливые…

И желание дикое, пробежаться пальчиками по тугим мышцам, перекатывающиеся под тонкой кожей, ощутить их мощь. Вдыхать запах — мужской, дурманящий, возбуждающий. И сходить с ума от их поцелуев.

А больше всего хочу почувствовать их там… Там, где ноет и всё сжимается с сладостно-болезненных спазмах. Там, где всё пылает от дикой потребности в них.

Сама себя не узнаю. Мне кажется, что я стала ужасно пошлой и развратной. С таким одержимым желанием хотеть двух мужчин… Неужели они меня настолько испортили?

Руслан опустил меня на пол в спальне, обхватил лицо руками и впился в губы жарким поцелуем. Наглый язык по-хозяйски ворвался в рот, беря в плен, обезоруживая и подчиняя.

Застонала, судорожно втягивая воздух, когда его руки поползли вверх, задирая платье и обхватывая большими ладонями обнажённую попку. Непослушными руками пытаюсь расстегнуть его ширинку, но у меня плохо получается. Руки дрожат от нетерпения и сильного возбуждения — так сильно я его хочу.

Сзади подошёл Илья, прижимается уже полностью обнажённый. Помогает снять платье оголяя меня и рывком разворачивает к себе.

— Крошка моя, — хриплый от возбуждения голос.

Гладит костяшками пальцев по щеке, а другой рукой ловко расстёгивает бюстик, освобождая ноющие от напряжения груди. А потом подхватывает на руки, как пушинку и опускает на кровать.

Илья нависает надо мной довольный, как Мартовский кот. Кажется, что-то задумал. Пока не знаю что, но уже в предвкушении закусила губу. Он подхватывает меня под коленки и подтягивает к себе, разводит ноги в стороны раскрывая самое сокровенное. На его губах мелькнула лукавая улыбка и он склонился надо мной.

Кажется, я знаю, что он хочет сделать. О, Боже!

Лицо тут же залилось краской.

Такого они ещё со мной не дел…

— А-ах! Илья! — вскрикнула, с наслаждением закатывая глаза, когда его рот с жадностью впился в мою женственность.

Руки инстинктивно взметнулись вверх, зарываясь пальцами в его волосах. Никогда не думала, что настолько интимная ласка может доставлять тако-о-о-е удовольствия. Я словно парю в небесах и одновременно падаю в бездну. Его язык с упоением ласкает мои нежные складочки, втягивает в рот пульсирующий комочек плоти, посасывает его и снова дразнит языком. Не могу себя сдерживать, с губ срываются сладострастные стоны, я мечусь по пастели отчаянно хватая ртом воздух. Ощущения всё усиливаются, становятся более острыми. Его язык уже не просто ласкает, он проникает внутрь, совершает ритмичные движения доводя меня до исступления.

Незаметила, как Руслан оказался рядом. Запечатал мне рот страстным поцелуем, поглощая каждый жалобный стон. А потом он спустился ниже к груди, обхватил губами торчащий сосок и втянул его в рот, нежно покусывая и лаская языком.

Думала задохнусь от этого урагана эмоций, что накрыл меня с головой и не отпускает. Но это были только цветочки — прелюдия перед основным «блюдом».

Илья перевернул меня на живот и поставил в их излюбленную позу — на четвереньки. Похоже животные инстинкты у оборотней развиты гораздо сильнее чем у людей. Наклонился, провёл языком по набухшим складочкам, срывая с моих губ очередной сладкий стон. А потом начал медленно насаживать меня на себя, наполняя и растягивая до предела.

— А-а! — сорвалось с моих губ, когда он рывком погрузился на всю длину. Вышел на мгновение и снова толкнулся вперёд в тугое и влажное лоно, исторгая из меня хриплый стон.

Руслан в этот раз решил не оставаться в стороне. Мягко поднял рукой за подбородок, очертил большим пальцем приоткрытые губки. Он был возбуждён, до предела. Его член гордо вздымался вверх — красивый и твёрдый. До ужаса захотелось прикоснуться к нему, провести кончиком языка по набухшей головке, чтобы он зашипел от удовольствия. Знаю, что мужчинам нравятся оральные ласки, но минет для меня, будет в новинку. Заметив моё смятение и явное любопытство, Руслан довольно ухмыльнулся. Он подался вперед и провёл головкой по моим губам. Без напора. Он просто предлагал, проверяя мою реакцию и готовность к подобной близости. А я сейчас, если честно, плохо соображала, потому что все ощущения были просто на грани.

Илья крепко сжимает мои бёдра и начинает наращивать темп. Ощущения такие, что вот-вот улечу. А нет. Он отстраняется, исторгая из меня разочарованный стон. Дает время остыть, а потом снова толкается внутрь. Внутренние мышцы плотно сжимают его горячий член, и я с удовольствием отмечаю, как он шипит от наслаждения, насаживая меня ещё глубже.

Внутри живота начала скручиваться тугая пружина из нарастающего удовольствия, готовая выстрелить в любой момент. И я уже не сдерживала себя, стонала в голос, чем и поспешил воспользоваться Руслан. Он проник головкой члена в приоткрытый ротик, и я сразу же обхватила его губами. Это было новое и такое необычное ощущение. Твердая и на удивление нежная плоть легко скользит у меня во рту. Руслан не спешит, он даёт мне возможность самой познакомиться с ним, лишь слегка контролирует глубину проникновения, чтобы я не подавилась. Провела язычком по тонкой и как оказалось очень чувствительно уздечке, и он со свистом выдохнул воздух, немного сильнее чем раньше сжимая волосы на затылке. И меня словно прострелило изнутри острым импульсом удовольствия. Осознание того, что мы сейчас едины как никогда, все вместе втроём, было наивысшей точкой. Меня захлестнуло волной такой силы, что даже уши заложило от мощи этого запредельного удовольствия, что скрутило моё тело сладкими спазмами.

И если вы думаете, что этим всё закончилось, ни фига подобного. Мои мишки крутили меня по пастели ещё полночи, пока я уже просто не вырубилась без сил. Когда меня после совместного душа пытались вновь поставить в излюбленную позу, я вяло что-то промычала и, уткнувшись в подушку, провалилась в сон.

Всё, я устала. Спать хочу.

Тревожить меня не стали, сжалились. Сгребли в двойные медвежьи объятия, прижимая к разгоряченным телам и что-то нашёптывая на ушко. Что они там шептали я уже не слышала, я видела десятый сон.