ГЛАВА 4

Влажная стена неприятно холодила обнаженную кожу. После прогулки под дождем Окберт надеялся прогреться в купальне, но этому желанию не суждено было сбыться. Встреча с прекрасной незнакомкой вмиг сорвала планы на тихий и спокойный вечер. Кто бы мог подумать, что его уединение нарушат столь дерзким образом?

Прячась за колонной, мужчина закрыл лицо рукой и беззвучно рассмеялся, забавляясь собственной реакцией и ситуацией, в которой оказался. Он сбежал из бассейна, будто сам ворвался в купальню к даме, а не наоборот!

Сердце стучало как сумасшедшее, тело напряглось, совсем по-мальчишески придя в боевую форму. Внутренний голос нашептывал, что неплохо бы продолжить столь любопытное знакомство — тем более не он его навязывал! Вторя ему, память услужливо подсовывала пикантные подробности.

Незнакомка совершенно не стеснялась своей наготы, а клубы пара практически ничего не скрывали. Белоснежная кожа, густые темные волосы, высокая полная грудь и точеная фигура. Трогательная россыпь родинок по плечам — говорят, что люди, у которых много родинок, везучие. А этот изящный изгиб шеи? У Окберта дыхание перехватило, когда он увидел стекающие по коже капли воды!

Лэртис не был женат, но не считал себя обделенным женским вниманием. Его любовницы чаще всего придерживались прогрессивных взглядов — могли встретить на пороге дома в кружевном пеньюаре и чулках и начать прелюдию прямо в гостиной. Соблазнение удавалось не всегда, но Окберт был не прочь потакать их маленьким капризам. Вот только никогда не забывал, что это не более чем игра.

Здесь же все выглядело иначе. Или незнакомка оказалась прекрасной актрисой, или действительно не догадывалась о постороннем в купальне. Она вела себя искренне и свободно. Когда подошла к бассейну, весь мир принадлежал ей одной, а Окберт как будто подглядел нечто абсолютно личное.

От одной мысли об этом мужчину накрыла такая волна желания, что он скрипнул зубами, пытаясь совладать с взбунтовавшимися инстинктами. Холодная стена стала спасением. Он бы и от ледяного душа не отказался, лишь бы привести мысли в порядок.

Окберт с силой растер щеки. Нет, это никуда не годится! Он ведет себя как подросток, совершенно не думая о последствиях. Если о встрече пройдет слушок, всю историю перевернут с ног на голову. Из жертвы, застигнутой врасплох в бассейне, он превратится в коварного соблазнителя. И никто не посмотрит, сколько партнерше лет. Достаточно того, что разврат произошел в стенах академии. На его и без того далеко не безупречной репутации появится еще одно пятно.

Последняя мысль отрезвила. Больше не раздумывая, он поскорее покинул купальню. Вещи мужчина предпочел натянуть у выхода, сразу на мокрое тело, и настороженно выглянул за дверь. Он опасался, что наткнется на случайного свидетеля, но в коридоре никого не оказалось. Решив не искушать судьбу, следователь вернулся в свою комнату. Влажную одежду подсушил магией, досадуя, что не догадался сделать это сразу, и уселся за стол, взяв дневник. Надеялся, что скрупулезная работа отвлечет от ненужных мыслей.

За день скопилось не так много полезных наблюдений, но иногда даже мелочь позволяет составить цельную картину. Манера общаться, слова-паразиты, почерк и привычки… Мужчина окунул перо в чернильницу, пытаясь сосредоточиться на студентах, но мысли снова и снова возвращались к незнакомке.

Кто она? Для студентки была слишком взрослой, а таких хорошеньких преподавательниц в академии не водилось. Не рассматривать же всерьез слухи о Темной студентке?!

Признаться, поначалу Окберт и правда подумал, что видит призрака, уж больно бледной она выглядела. На тоненьких запястьях даже вены просвечивали! Но тело незнакомки, удачно оказавшейся в его руках, было теплым, а ее страх утонуть казался искренним. К тому же тонкое обоняние следователя уловило запах крепкого алкоголя. Окберт сильно сомневался, что призрак станет распивать бутылочку-другую в стенах академии. Жаль, конечно. Сейчас он с удовольствием составил бы ему компанию.

Следователь откинулся на спинку стула, не замечая, как вычерчивает на бумаге непонятные загогулины. Может, это родственница кого-то из студентов? Или любовница магистра, раз так уверенно зашла в преподавательскую купальню?

Предположение, что незнакомка принадлежит другому мужчине, неприятно кольнуло, и Окберт помрачнел. Он слишком зациклился. Всего-то увидел обнаженную женщину, а ведет себя как нерешительный девственник!

Нет, определенно, стоит посетить местные увеселительные заведения, чтобы расслабиться. В столице у него остались подруги, готовые скрасить одинокие вечера за пару блестящих безделушек, но Окберт не сомневался — они не поедут в такую глухомань ради того, чтобы удовлетворить его желание. А значит, надо выкручиваться как-то иначе. У него нет ни времени, ни желания заводить интрижку в Фелтоне.

* * *

Как Тайрин успела отметить вчера, потин был хорош. А вот похмелье после него — хуже некуда. Все тело нещадно ломило, и женщина тщетно пыталась избавиться от звона в ушах. С трудом оторвав голову от подушки, она села, но стоило потянуться за рубашкой, и виски пронзила острая боль.

Жаль, универсального заклинания от похмелья никто не придумал, а заниматься самолечением для такой недоучки, как она, было настоящим сумасшествием!

— Больше никакого алкоголя! — простонала Тайрин, морщась от звука собственного голоса.

События вчерашнего вечера хороводом мутных картинок пронеслись перед глазами. Нападение у дома, разговор по душам с Гретхем, бесконечный коридор, пол которого так и норовил убежать из-под ног, обжигающе горячая вода и мужские руки, поймавшие в объятия. Что из всего этого было вымыслом, а что правдой, предстояло выяснить.

А еще сны. Тайрин часто снился Кален, она любила такие ночи — хотя бы во сне снова услышать его спокойный, уверенный голос, увидеть теплую, понимающую улыбку. Но сегодня его образ вытеснил другой, незнакомый, мужчина. И этот мужчина крепко обнимал ее, целовал и шептал непристойности! А она ничуть не стеснялась, даже поощряла.

Женщина тряхнула головой, прогоняя смущение. Ну и дурочка! Сама себя в краску вогнала. Не нужно было слушать тьенну Гретхем. После ее пикантных рассказов чего только не привидится!

Тайрин все-таки поднялась с кровати, с удивлением отметив, что спит в сорочке. Умудрилась переодеться. Корсет и платье небрежной кучей лежали на стуле, а вот шпильки куда-то запропастились. Наверное, остались в купальне. Она смутно вспомнила, как вернулась в комнату, на цыпочках прокралась мимо постели Ани, боясь разбудить. Девочка уснула на кровати с книгой в обнимку, ждала ее, пока не сморил сон. Хорошо, что не проснулась от скрипа двери. Тайрин еще не решила, когда и как расскажет подопечной правду о себе.

Превозмогая головокружение, женщина ополоснула лицо в тазике с водой, оделась, кое-как собрала непослушные волосы и взяла оставленные на полочке часы. Щелкнула крышкой, несколько мгновений разглядывая кристалл. Как и ожидалось, накопитель был пуст. Неудивительно, ведь она сколько времени провела в «чужом» облике! Тайрин заменила кристалл, застегнула цепочку на шее — колючая магия окутала ее, преображая.

Когда она вышла в комнату, то увидела Ани. Девочка сидела с неестественно прямой спиной в кресле и смотрела в окно. Она явно волновалась: пыталась скрыть дрожь, но трясущиеся пальцы ее выдавали, даже когда она сцепила их в замок.

— Доброе утро! — приветливо поздоровалась Тайрин, гадая, отчего подопечная так нервничает.

Затем она уселась перед зеркалом и достала коробочку с румянами, чтобы скрыть утреннюю бледность. Все-таки устала от этого строгого облика! Тонкие губы отражающейся в зеркале особы были непримиримо поджаты, а взгляд хищно высматривал каждый промах. Но сегодня не только она кидала суровые взгляды. Ани молча сверлила ей спину, сжимая подлокотники кресла с такой силой, что Тайрин всерьез опасалась за их сохранность. И как понимать ее поведение?

— Что-то случилось? — спросила женщина, вполоборота повернувшись к девочке.

— Вчера вы поздно вернулись, — напомнила Ани.

— Выпила лишку с коллегой, — не стала оправдываться Тайрин. — Тебя это расстроило?

— Не в этом дело. — Девочка замялась, а потом выпалила как на духу: — Я боялась, что вы не вернетесь! Вдруг мое видение сбылось бы?

— Для этого мне надо было как минимум ночевать в другом месте.

— Вот именно! — Ани обличительно ткнула в нее пальцем. — Вас не было полночи. Я решила, что вы остались дома, а там… Мое видение… — она прикусила губу, сдерживая слезы.

Ну вот разве дашь Ани шестнадцать лет? Только на бумажке в приюте, а так — сущий ребенок! Неудивительно, что в первую встречу она показалась младше.

— Подойди ко мне, — позвала Тайрин, и Ани сорвалась с кресла, встала рядом, не решаясь взяться за протянутую ладонь. Женщине пришлось самой сжать ее руку, ободрить и успокоить. — Я обещаю, что твое видение не сбудется. Со мной ничего не случится. Сама подумай, я взяла ответственность за твою жизнь, разве теперь могу бросить?

Ани нерешительно улыбнулась, и только тогда Тайрин отпустила ее ладонь, с острой тоской отмечая, как недоверчива девочка к словам. Что за жизнь была у нее до их знакомства, раз она все подвергает сомнениям? Тайрин не поднимала эту тему, а подопечная не спешила делиться болезненными воспоминаниями.

Тишину прервал гонг, созывающий студентов на пробежку, и в голове снова толкнулась боль. Тайрин скривилась, и Ани обеспокоенно нахмурилась:

— Что случилось?

— Кажется, я вчера перебрала, — призналась женщина, потерев висок. — Схожу в лазарет, попрошу дать лекарство. Или топор. Да, топор тоже будет неплох. — Она скривилась от повторного удара гонга, эхом отозвавшегося в больной голове.

— Я могу помочь. — Ани положила руки ей на лоб и произнесла какую-то тарабарщину. От маленьких ладо ней, прижимающихся к коже, стало теплее, боль отдалилась, уменьшилась до размера горошины, сосредоточившись в одном месте. Неприятно, но терпимо. — Ну как?

— Лучше. — Тайрин прислушалась к внутренним ощущениям. В голове все еще звенело, но уже не било отбойными молотками. — Где ты этому научилась?

— В книжке. — Ани опустила руки и смущенно кивнула на столик. Несколькими днями ранее женщина оставила на нем библиотечное пособие по бытовым заклинаниям, собираясь почитать на досуге. Бытовая магия давалась ей с трудом, но она не оставляла попыток ее освоить. Кто же знал, что любознательная Ани сунет в книжку свой любопытный носик! — Там описывалось заклинание, вроде ничего сложного, и я решила попробовать.

— Больше так не делай!

От ее возгласа девочка отпрянула и сжалась, будто в ожидании удара. А ведь Ани старалась, и было за что ее похвалить! Тайрин мысленно отругала себя за поспешность.

— Я не говорю, чтобы ты не учила магию, — тотчас уточнила она. — Здорово, если получаются такие сложные заклинания. Но в одиночку изучать их опасно. Давай-ка лучше ты начнешь посещать лекции для первокурсников, а я договорюсь, чтобы с тобой позанимались магистры.

— А как же механика? — ревниво спросила Ани. Девочка успела полюбить мастерскую и не хотела отказываться от интересных уроков. Про спор они больше не вспоминали.

— На мои занятия будешь ходить как на факультатив, — улыбнулась Тайрин. Ей было безумно приятно, что Ани понравилось возиться с механизмами. — Довольна? А теперь идем. У третьего курса практика, и мы уже опаздываем.

* * *

— Доброе утро, мастер Даргор!

От дружного приветствия студентов Тайрин поморщилась и села, делая знак, что ребята могут занять свои места. Третий курс пришел в полном составе, и Лэртис, к ее величайшему сожалению, никуда не делся — дремал в самом углу аудитории, скрестив руки на груди. Зачем только ходит на занятия! Тайрин отвела взгляд от раздражающей помехи, дождалась, когда в кабинете наступит тишина, и задала вопрос:

— Кто-нибудь из вас летал на дирижабле? Поднимите руки.

Она обвела взглядом аудиторию. Как и ожидалось, руки подняли всего несколько человек. Удовольствие покататься по воздуху стоило дорого, и позволить его могли лишь состоятельные люди. Проигнорировав проснувшегося Лэртиса, не иначе как в насмешку также поучаствовавшего в голосовании, Тайрин обратилась к старосте Алисии, вошедшей в число счастливчиков.

— Как думаешь, для чего дирижаблю нужен винт?

— Для скорости? — запнувшись, предположила девушка.

— Другие варианты? Может быть, ты скажешь, Стеф?

Кудрявый парень, притулившийся на первом ряду, помотал головой.

— Для маневренности, — выкрикнул с места неугомонный Кертис и тотчас встал под строгим взглядом преподавательницы. — Простите.

— Рассказывай, раз уж начал, — кивнула женщина.

Третьекурсник воодушевленно продолжил. Оказалось, его дядя участвовал в разработке первого дирижабля. Естественно, семья не оставила это событие без внимания, и дирижабли обсуждались на каждом званом обеде и ужине. Поэтому Кертис немало знал об устройстве летательного аппарата, а также о проблемах, возникающих в ходе его эксплуатации.

Перебивать рассказ мальчишки Тайрин не стала, хотя вступительное слово затянулось. Зато студенты окончательно проснулись и заинтересовались темой занятия. Даже Лэртис вышел из обычной дремоты, в которой наблюдал за уроком, и с любопытством прислушался к беседе.

Когда между Алисией и Кертисом завязалась дискуссия, каким газом лучше наполнять дирижабль, Тайрин похлопала по столу, привлекая внимание.

— Отлично, с основами разобрались. Раз все поняли, с чем предстоит иметь дело, то слушайте задание. Вашей курсовой работой на этот год станет создание модели дирижабля. Естественно, игрушечной модели, но взлететь дирижабль должен. И никакой магии при полете — узнаю, что жульничаете, будете еще год на пересдачу ходить! Так и запомните!

Студенты понурились. Механика у них пока что шла с трудом, и собственный дирижабль казался далекой, недостижимой мечтой.

— Не бойтесь, мы разберем каждую мелочь, которая может пригодиться вам в дальнейшем, — повысила голос Тайрин, пытаясь успокоить переживающих студентов. — И начнем прямо сейчас. Сегодня мы научимся делать винт. Схема на доске, заготовки на столе, берите и приступайте.

Студенты привычно разбились по группам и гуськом потянулись к ее столу за материалами. Кто-то сразу принялся выполнять задание, плавя металл под нужную форму. Другие остались на своих местах, решив для начала перерисовать изображенную на доске схему. Поймав взгляд Ани, которая так и не нашла себе компаньонов для работы, Тайрин предложила ей присоединиться к любой из групп пока что в качестве наблюдателя.

Ани прошмыгнула к Кертису и замерла в нерешительности, но парень сам сунул ей в руки перо и бумагу и кивнул на схему. Что ж, по поводу девочки теперь можно было не переживать. Несмотря на внешние шутовство и балагурство, Кертис серьезно относился к занятиям и технике безопасности. Ани рядом с ним будет спокойно.

И все же до чего проще быть техномагом! Никакой долгой методичной фрезеровки на станке и последующей ручной доводки.

Тайрин прошла вдоль рядов, наблюдая, как под ловкими пальцами студентов металл плавится и меняет форму. Далеко не у всех получалось с первого раза. Одни слишком перегревали пластинку, другие пережимали, ломая хрупкую конструкцию. Кто-то, не вполне уверенный в собственных магических силах, доводил заготовку напильником.

Женщина подмечала ошибки и заранее могла сказать, у кого что-то получится, а кому придется переделывать заготовку. Но не подсказывала — набивать шишки тоже полезно. Правда, она забыла, что не у всех хватает терпения начинать работу заново. Слишком поздно заметила, как староста, разозлившись на очередную неудачу, влила в металлическую пластинку слишком много сил. Заготовка зашипела, раскалилась добела, грозя взорваться в любую секунду.

— Пригнись! — крикнула Тайрин.

Она схватила Алисию за руку и оттолкнула от разгоряченного куска металла, висящего в воздухе. В тот же миг дрожащая заготовка взорвалась, разлетевшись по аудитории горячими металлическими осколками. В воздухе запахло паленым. Большинство студентов успели поставить щит, а Тайрин закрылась рукавом, надеясь, что обойдется без сильных ожогов, но ожидая неминуемой боли. Однако ее не последовало.

— Это было опасно, — сказал Лэртис, опуская руку. Капли металла стекли по прозрачному щиту, который мужчина невесть когда успел выставить в жалком ярде от Тайрин.

Она осела на стул, слишком перепуганная, чтобы говорить. Сердце глухо стучало, и ее трясло от пережитого.

— Никто не пострадал? — громко спросил следователь.

Ошарашенные не меньше преподавательницы третьекурсники покачали головами.

— Тогда продолжайте.

Он вернулся на свое место, будто ничего не случилось.

Тайрин понадобилось еще несколько глубоких вздохов, чтобы взять себя в руки.

— Алисия, до завтра подготовь доклад по технике безопасности, — велела преподавательница, радуясь, что студенты временно переключили внимание на невозмутимого мужчину. Специально или нет, а он дал ей возможность прийти в себя. Тайрин ничего не могла поделать с возникшим чувством благодарности.

До конца занятия студенты вели себя как шелковые, колдуя осторожно и при необходимости. Когда же прозвенел звонок и третьекурсники покинули кабинет, Тайрин нашла в себе силы обратиться к сидящему на галерке следователю.

— Тьен Лэртис, спасибо за помощь, — нехотя проговорила она.

Мужчина кивнул:

— Обращайтесь.

О том, что он сам подойдет к ней, причем довольно скоро, никто из них тогда не догадывался.

* * *

Время до обеда пролетело незаметно. Старшие курсы порадовали своей активностью, бойко отвечая на заданные в ходе лекции вопросы, а студенты, у которых Тайрин курировала проекты, в кои-то веки пришли подготовленными. В итоге положительные эмоции, полученные в последнюю пару часов, сгладили неприятное впечатление от утренней взрывной практики. В столовую женщина вошла с твердым желанием нормально пообедать. Несмотря на легкую послепохмельную тошноту, стоило перекусить, чтобы не шатало от голода.

В воздухе витал густой рыбный запах, перебивающий все остальные, и Тайрин замутило сильнее. С отвращением посмотрев на поджаренные до золотистой корочки картофель и рыбу, она решила ограничиться говяжьим бульоном в надежде, что хотя бы он усвоится без проблем. Стараясь дышать через раз, женщина уселась за свободный столик.

Не прошло и минуты, как ее уединение нарушила тьенна Гретхем. Целительница появилась в столовой одной из последних, радуя окружающих здоровым и цветущим видом. Невозможно было смотреть на нее без обиды и зависти. И не скажешь по дружелюбной старушке, что именно она вчера подливала ей коварный напиток!

Отказывать себе в еде целительница не стала. Блюдо оказалось прямо перед носом Тайрин, и ненавистный запах картошки и рыбы стал в сто крат сильнее. Заметив направленный на нее хмурый взгляд, Гретхем со вздохом порылась в сумке и выставила на стол флакончик с зельем от похмелья. Большую часть последствий от чрезмерных возлияний лекарство снимало.

— Слабая молодежь нынче пошла, — укорила целительница. — Вид у тебя, дорогая, будто полночи в могиле пролежала! Хотя я тоже не ожидала, что потин окажется настолько забористым. В кои-то веки Харви не стал разбавлять его всякой дрянью! И все-таки я чувствую себя лучше твоего.

— Выскажу Харви свою благодарность при встрече, — зловещим тоном пообещала Тайрин, уже представляя разговор с владельцем «Большой кружки», и одним глотком опустошила флакон. В голове просветлело, а желудок перестал делать кульбиты. Запахи наконец приобрели приятную полноту, а не вызывали внутреннюю дрожь. Определенно, жизнь налаживалась.

— А наша девочка времени зря не теряет! — между тем с довольным видом произнесла Гретхем, кивнув туда, где обедали студенты.

Ани впервые питалась вместе со всеми, и Тайрин волновалась, как пойдет общение подопечной в неофициальной обстановке. Пошло как по маслу! Когда Тайрин нашла девочку взглядом, та вовсю болтала с Кертисом. За ним подтянулось еще несколько ребят, и вот уже завязалась оживленная беседа.

— Она быстро адаптируется, — заметила Гретхем, увлеченно уминая рыбу.

— Ей в академии еще учиться и учиться. Пусть привыкает.

Тайрин отвернулась, чтобы не смущать молодежь. Она и так слишком долго на них пялилась.

Очередную паузу нарушил шелест механических крылышек. В окно влетел вестник — стальная птичка, которую использовали для срочных поручений. Юркий и быстрый, он не мог потеряться и гарантировал практически стопроцентную сохранность посланий. Были даже отдельные экземпляры для тайной службы — они сжигали письмо, если попадались в чужие руки.

Вестник со стрекотом пронесся над головами пригнувшихся студентов и остановился над невозмутимо обедающим Лэртисом. Фасеточные глазки просканировали следователя, после чего лапки птицы разжались. Свернутый в трубку лист бумаги полетел прямо в тарелку. Мужчина перехватил его прежде, чем он туда упал, и так рьяно выругался в адрес создателя своенравной птички, что студенты захихикали. Тайрин тоже не сдержала смешка. Правда, когда Лэртис прочитал послание и направился к ней, оставив обед практически нетронутым, улыбка с ее лица испарилась.

Следователь навис над столиком, сверля женщину сердитым взглядом, и у нее бульон пошел не в то горло. Она закашлялась. Ну что еще? Она терпела его присутствие на занятии, но хотя бы пообедать могла в спокойной обстановке?!

— Магистр Гретхем, мне нужно поговорить с мастером Даргор наедине. Не могли бы вы нас оставить? — холодно спросил мужчина, не сводя с Тайрин глаз.

— Не буду мешать. Только не забывайте, что вы в учебном заведении.

Целительница исчезла так быстро, будто ее и не было. Лэртис присел на освободившееся место, постукивая пальцами по столешнице. Он молчал. Первой не выдержала Тайрин.

— О чем вы хотели поговорить? — сдержанно поинтересовалась она, помешивая бульон. Есть, когда за тобой пристально наблюдают, было решительно невозможно!

— Знаете, тьенна, я, честно, не понимаю. Вы вроде умудренная жизнью женщина… Пережили больше, чем многие в вашем возрасте. Так почему до сих пор поступаете так безрассудно?

— Вы пришли пофилософствовать или задать конкретный вопрос? — обиделась Тайрин. Не хватало, чтобы Лэртис ее отчитывал!

— Почему вы не рассказали о вчерашнем нападении? — укоризненно спросил он, не став ходить вокруг да около.

— А должна была? — вырвалось у Тайрин, и только после ее осенило: — Вы что, шпионите за мной?! Иначе откуда вообще узнали о нападении?

Аппетит окончательно пропал, и женщина отставила тарелку в сторону.

— Не шпионю. Просто слежу за происходящим в городе. Мне, знаете ли, не нравится, когда меня живьем пытаются сжечь на складе! И что я получаю от своего информатора? Подробности вашего вчерашнего злоключения. — Он бросил смятое послание на стол.

— Вы верно отметили: моего злоключения. Моего. Вас оно совершенно не касается!

— Вы заблуждаетесь. На вас напали после нашей встречи. Возможно, один и тот же человек.

— Может быть. Но тогда, я надеюсь, он перестанет за мной охотиться. Я не представляю ни интереса, ни угрозы.

— Вы наследница Калена. За одни его наработки вам могут свернуть шею, — понизив голос, напомнил Лэртис.

— Не думаю. Если никто не сделал этого за четыре года, то вряд ли сейчас решится. К тому же лабораторию моего мужа успели десять раз обыскать, пока я добивалась встречи с вами, тьен.

— Вы добивались со мной встречи? — нахмурился Лэртис.

— Я просила вас не закрывать расследование. Но куда уж вам до обращений обычной горожанки! — выпалила Тайрин.

На лице следователя промелькнуло понимание.

— Мне жаль, что я пропустил ваше обращение. У меня действительно были дела в то время.

— Не сомневаюсь. — Она сложила руки на груди.

Продолжить разговор они не успели. К столу подошла Ани, смущенно кашлянула и, увидев на лицах собеседников непримиримые выражения, изрядно оробела. Кажется, она не ожидала, что два помогающих ей человека враждуют.

— Мастер Даргор, — заикаясь, заговорила девочка, — у меня занятия с магистром Гретхем. Потом можно зайти к вам в мастерскую?

— Конечно, — женщина ободряюще улыбнулась. — Я как раз успею сдать мобиль и вернусь.

— Тогда до встречи.

Ани торопливо развернулась, неловко задела подолом юбки за скамью и за что-то зацепилась. Затрещала ткань.

Лэртис первым заметил торчащий гвоздик.

— Не дергайся, а то порвешь.

Он нагнулся, собираясь отцепить подол. Ани тоже наклонилась, и на секунду их руки соприкоснулись. Зрачки девочки вмиг расширились. Она побледнела как полотно, замерла в нелепой позе и, тяжело дыша, уставилась куда-то сквозь следователя. На лбу выступила испарина.

— Сзади, осторожнее!.. — прошептала она побелевшими губами.

Тайрин сообразила, что случилось, и оттолкнула Лэртиса в сторону, разрывая контакт с девочкой.

— У нее видение! Надо срочно отвести ее к целителям. — Женщина повертела головой в поисках Гретхем, но та уже ушла из столовой. — Да что вы стоите? Помогите мне! — отчаянно воскликнула она.

Девочка уже оседала на пол, и Лэртис едва успел ее подхватить.

— Я думал, проблема с магическими выбросами решена, — процедил он и решительным шагом направился к выходу.

— Я тоже так считала, — скрипнула зубами Тайрин, еле поспевая за ним.

Гретхем они догнали на входе в лазарет. Увидев мертвенно-бледную девочку, та без долгих разговоров принялась за лечение. В этот раз обошлось без ухода в Пустошь. Укрепляющее зелье, успокоительное, немного магии — и Ани уснула глубоким сном.

Тайрин наклонилась над подопечной и поправила тонкое шерстяное одеяло, чтобы та не замерзла. Женщина сама дрожала после пережитого и не отказалась бы от флакончика с успокоительным. Слишком много тревог выпало в последнее время на ее долю.

— Почему Ани так остро реагирует на видения? У нее же слабый магический резерв, — спросила Тайрин шепотом, чтобы не разбудить девочку.

— Слабый? О нет! Как раз наоборот — у нее переизбыток магических сил. Но организм истощен, вот Ани и не справляется с нагрузкой. — Гретхем с сочувствием дотронулась до руки спящей. — Это как заставить ребенка пробежать марафон. Если бы она выросла в нормальной семье, не изнемогала бы от тяжелого труда и нормально питалась, то переживать магические всплески ей было бы проще. Я пропишу укрепляющее зелье. Проследи, чтобы она пила его два раза в день: утром перед занятиями и вечером перед сном.

— Вы сказали, у нее было видение? — Лэртис посмотрел на Тайрин хмурым взглядом. — В прошлый раз она тоже что-то увидела?

Женщина слабо кивнула.

— И что же? — нетерпеливо поторопил следователь.

— Мою смерть, — нехотя призналась она. — Ани сказала, что меня зарежут в постели.

— И вы молчали?!

— А должна была кричать на каждом углу? Я сама разберусь со своей жизнью, — огрызнулась Тайрин.

— Но теперь видение связано со мной.

— Скорее всего, вас в будущем тоже не ждет ничего хорошего, — со злорадством бросила Тайрин.

Лэртис ответил недовольным взглядом, а Гретхем с раздражением шикнула:

— Если вы закончили препираться, будьте добры, покиньте лазарет. Ани нужен отдых.

Тайрин смутилась и пробормотала извинения, а следователь лишь кивнул и вышел, будто ничего не случилось.

* * *

Несмотря на неприятности с подопечной, Тайрин все еще ждали дела дома. Получив заверения, что ничего в ее отсутствие не случится — Ани спит и набирается сил, — женщина отправилась в город. Пробежалась до омнибуса и, добравшись до мастерской, открыла ее за несколько минут до прибытия клиента.

Почтенный тьен, заказавший починку паромобиля, долго и нудно проверял работу: залез под капот, простучал шины, провернул руль. Он искренне сомневался, что отданный в ремонт мобиль действительно сможет ездить, ведь прекрасно помнил, в каком состоянии его доставили. Мужчина даже потребовал продемонстрировать работоспособность непосредственно в мастерской, и у Тайрин возникло подозрение, что он жаждет ее провала.

Не жаждал — просто не верил, что кому-то под силу превратить рухлядь в работающий механизм. Когда результат долгой и кропотливой работы завелся с полуоборота, счастливый обладатель мобиля со слезами на глазах заплатил остаток суммы и долго жал Тайрин руки, обещая рекомендовать мастерскую всем своим друзьям. Но женщина из-за свалившихся на нее хлопот даже запамятовала поблагодарить его за отзывчивость.

Чтобы привести мастерскую в надлежащий вид, понадобилось еще несколько часов. Тайрин сняла амулет, возвращая себе родное обличье, повязала поверх платья старый фартук и взяла в руки метлу. Пока работала с мобилем, было не до уборки, и теперь в самых неожиданных местах попадались болты, гайки, бутылки с маслом и яблочные огрызки. А еще чашка со спитым чаем, отмыть которую Тайрин никак не удосуживалась.

Женщина покрутила чашку в руках, глядя, как на дне перекатываются чаинки. Из головы не выходила Ани. Гретхем сказала, что ее организм не справляется с магией. Переизбыток вызывает спонтанные видения, и девочка постоянно находится в состоянии стресса. А что, если эти избытки будет куда сливать? Если сделать артефакт, способный аккумулировать в себе магию, как это делают магические кристаллы? Тогда проблема Ани будет решена!

Идея настолько увлекла, что Тайрин отодвинула на край стола инструменты, достала чистый лист и села за расчеты.

Во-первых, корпус артефакта. Кристаллы отпадают, они слишком хрупкие. Корпус нужно сделать из материала, не пропускающего магию, иначе все излишки выплеснутся наружу. Правда, достать такой металл законным путем нелегко, но у нужных людей на блошином рынке чего только нет. На худой конец, можно связаться с теневым братством.

Во-вторых, сам амулет. Каким образом он должен понимать, что магии — излишек? Он будет забирать ее порционно по времени или надо ставить ограничение на выброс силы? А если рядом с артефактом появится другой маг, не среагирует ли артефакт и на его колдовство?

Вопросы множились, и Тайрин записывала их вместе с расчетами. Каждая деталь была важна. Она не могла допустить ни малейшей ошибки!

За расчетами женщина просидела до позднего вечера, но зато подготовила первые наброски. Довольно улыбнулась, потягиваясь на шатком стуле. Внутри проснулось давно забытое чувство — кажется, она сто лет не ощущала себя так хорошо. Это был не первый придуманный ею артефакт, но впервые она бралась за что-то настолько глобальное без помощи мужа. Конечно, если ничего не выйдет, ругать ее тоже никто не станет, но Тайрин слишком хотела помочь Ани. А значит, все должно получиться!

Опомнилась она, когда услышала бой городских часов, предупреждающих о близости комендантского часа. Вот дурында! Теперь попробуй добраться до академии вовремя!

Тайрин торопливо закрыла мастерскую и помчалась к остановке, надеясь успеть на последний омнибус. Запыхалась, но успела запрыгнуть на ступеньку перед самым его отъездом. Незнакомый светловолосый мужчина в строгом сером пальто, ровесник Лэртиса, подал ей руку, помогая подняться, но отпускать не спешил. Посмотрел на ее измазанные машинным маслом перчатки.

— И куда торопится очаровательная тьенна? — спросил он с лукавой улыбкой, а когда омнибус качнуло, притянул Тайрин к себе, непозволительно близко. — Прошу, не молчите! Я молю Бога, чтобы нам было по пути.

Он… флиртовал? С ней?! Сначала женщина опешила, а потом коснулась рукой шеи. Все встало на свои места. Она настолько торопилась, что забыла амулет смены облика в мастерской!

— Тьен, спасибо за помощь, но я уже держусь на ногах, — выговорила Тайрин, высвобождая руку и отстраняясь, насколько позволяло свободное место.

Мужчина вздохнул, сделав грустную мину, но удерживать не стал. Изредка Тайрин ловила на себе его взгляд и торопливо отворачивалась. У нее нашлась забота поважнее, чем внимание незнакомца.

Первым порывом было выйти на ближайшей остановке и вернуться за часами. Но тогда до академии она точно не доберется, а утренняя сцена, устроенная Ани, была свежа в памяти. Тайрин не хотела заставлять девочку беспокоиться еще сильнее. От волнения женщина прикусила губу, пытаясь сообразить, что же делать дальше. По возвращении можно попросить Аствара наложить на нее морок. На первое время этого хватит, а утром она заберет часы из дома. Если быть осторожной, никто ничего не заметит.

Омнибус благополучно перебрался через мост и миновал спальный район. До академии осталось жалких полмили. Женщина выбралась из переполненного омнибуса на нужной остановке и двинулась дальше, но тут ее догнал подавший руку незнакомец.

— Тьенна, не будьте так жестоки! Вы оттолкнули меня, задели мою гордость! Давайте познакомимся, и вы поймете, что я вовсе не так плох. Ваша неприступность поразила меня в самое сердце, и оно теперь обливается кровью. Вы просто обязаны взять на себя ответственность! — напористо выпалил он, подстраиваясь под ее шаг.

Тайрин отмалчивалась, совершенно растерявшись. Она и забыла, каково это — повышенное мужское внимание.

— Неужели вам ни капли меня не жалко? Я ведь вышел раньше на остановку, другого омнибуса не будет до утра и мне придется далеко идти! А с моим здоровьем это не так просто.

Она замедлила шаг. И правда, не сразу заметила, что мужчина идет с тростью. Он заметно прихрамывал, пытаясь нагнать ее, и несказанно обрадовался, когда она уменьшила шаг. Кален тоже ходил с тростью, но старался пользоваться ею только в крайнем случае. Смущался и жаловался, что чувствует себя настоящим стариком.

— Виман Рефмар, — с поклоном представился незнакомец. — Я могу узнать ваше имя?

— Тея, — вовремя прикусив язык, она назвалась коротким именем.

Мужчина тоже это отметил.

— Тея — как мило! Вам очень идет. Вы учитесь в академии?

Она кивнула, жалея, что под рукой нет часов. Надо бы поторопиться, чтобы успеть до закрытия ворот. А еще придумать, как проскользнуть к ректору незамеченной.

— На кого учитесь, если не секрет? Хотя постойте, я угадаю. Вы не похожи на боевого мага или целительницу, а для общей магии у вас слишком цепкий взгляд. Вы будущий артефактор, я прав?

Тайрин сбилась с шага. Проницательность Вимана слегка испугала.

— Угадали.

— На самом деле понял по перчаткам, — он рассмеялся ее удивлению и без разрешения схватил за ладонь. — Даже не верится, что такие маленькие ручки будут работать с тяжелыми механизмами. Может, покажете немного магии?

— Боюсь, что нет. Мне надо идти. — Тайрин попыталась высвободить руку, но не тут-то было.

— Пообещайте мне встретиться завтра в час, здесь, на этом же месте, — горячо попросил Виман.

— И тогда вы меня отпустите?

— Отпущу, но только на сегодня. Оставить вас навсегда — непозволительная роскошь! — Он наклонился, касаясь губами ее испачканной перчатки.

— Хорошо, я приду! — пообещала Тайрин, лишь бы избавиться от навязчивого ухажера.

Виман наконец отстал, одарив ее напоследок многообещающей улыбкой, и она помчалась к воротам, проскользнув за дверь, которую готовились запереть на ночь.