Глава 38

В назначенный день мы с отцом прибыли в здание Общественной палаты Лаизата, где планировалось проведение масштабного интервью со всеми самыми крупными издательствами, а так же запись обращения Императора и наследницы для центрального канала связи. Я жутко нервничала, так как точно не знала, как воспримет общественность мое такое внезапное появление в Тальзии. Да и не хотелось получить какой-нибудь каверзный вопрос от газетчиков, касательно моего прошлого. Однако, отец на удивление был спокоен и поддерживал меня, как мог. Нас сопровождал вездесущий герцог и, естественно, моя охрана.

Во время интервью Император представил меня, как преемницу власти в стране и, отвечая на вопросы, придерживался легенды, предложенной герцогом. Он поведал журналистам о том, что пытался меня уберечь от гибели, поэтому так долго никому не показывал, а сейчас мне вот-вот исполнится двадцать три, и это самое подходящее время, чтобы выбрать для меня будущего супруга. Мне тоже задавали вопросы о моей жизни до появления в столице. Я старалась говорить обтекаемо, чтобы избежать явных несоответствий с действительностью. Затем мы сделали несколько снимков для печати, и перешли к записи обращений.

Эдуард Себастьян Монтийский выступил с речью, предназначенной для простых граждан. Рассказал об официальном назначении меня наследницей, а так же заверил всех, что спокойствию и благополучию нашего государства ничто не угрожает. Затем настала моя очередь произносить речь.

Я собрала волю в кулак и постаралась, чтобы голос не дрожал: «Дорогие сограждане! От себя я бы хотела добавить, что постараюсь сделать все от меня зависящее, чтобы Тальзия развивалась и процветала в дальнейшем. Так же, я бы хотела объявить, что каждый гражданин страны имеет возможность прислать мне личное обращение, в котором расскажет о своей неразрешимой с помощью власти на местах проблеме. Я обязательно рассмотрю ваше прошение и постараюсь что-то порекомендовать или же чем-то помочь. Кроме того, каждый четверг в Общественной палате Лаизата будет проходить прием граждан. Все желающие могут прийти и пообщаться со мной лично. Сразу хочу сказать, что я бы очень хотела видеть на приеме женщин Тальзии, которые, возможно, испытывают трудности в каких-либо вопросах и не знают к кому обратиться за помощью. Буду рада, если мои слова найдут отклик в ваших сердцах!»

Закончила я свое выступление в оглушительной тишине, что меня несколько напугало, поскольку я изначально не могла спрогнозировать, как люди отреагируют на мое заявление. А затем журналисты начали наперебой задавать вопросы о моих планах, о моих увлечениях и о том, когда будет объявлено о помолвке. Стараясь увести беседу от щекотливой брачной темы, поведала о том, что собираюсь активно заниматься благотворительностью и, в первую очередь, планирую посетить столичную лечебницу для простолюдинов. Герцог осознав, что интервью может такими темпами затянуться, объявил об окончании мероприятия и посоветовал не приукрашивать действительность сплетнями, а освещать реальные факты и печатать дословные высказывания представителей правящего рода.

Когда мы вернулись во дворец, отец казался крайне довольным нашим выступлением. Герцог же, наоборот, был хмур и неразговорчив. Простившись с ними до ужина, я отправилась в свои покои.

Рейнальд догнал меня у самой двери.

— Нам нужно поговорить, — отрезал он.

— Без проблем, — откликнулась, не понимая причину его недовольства. — Моя гостиная тебя устроит?

— Вполне, — отозвался он, входя вслед за мной.

Устроившись на диване, предложила мужчине сесть в кресло напротив, что он и сделал с самым отстраненным видом.

— Зачем ты это сделала? — начал герцог выплескивать на меня свое раздражение.

— Уточни поконкретнее, — спокойно выдержала его гневный взгляд, — чем ты так впечатлился, что считаешь себя в праве разговаривать со мной в подобном тоне?

— Зачем ты предложила всем подряд тебе писать и приходить на личную встречу? — повысил он голос, явно не чувствуя, что переходит границы дозволенного.

— Во-первых, не советую говорить со мной на повышенных тонах, это меня не устраивает, и не будет способствовать нашему дальнейшему конструктивному диалогу, — отчеканила, глядя ему в глаза. — Во-вторых, я никогда ничего не делаю просто так, особенно на таких важных мероприятиях, как официальное представление меня в качестве наследницы всему населению нашей страны. В-третьих, мне необходимо заручиться поддержкой граждан для того, чтобы иметь возможность склонить широкую общественность на свою сторону в критический момент.

— Ты хоть примерно представляешь, сколько посыплется на наши головы писем? — не унимался герцог, однако стараясь сбавить тон.

— Я прекрасно представляю, что обращений, скорее всего, будет много, — ответила, просчитывая в уме возможные варианты устройства дальнейшей работы. — Поэтому мне срочно необходимо организовать личную канцелярию, которая и будет заниматься разбором этих самых писем и организацией моего личного приема населения.

— Ты это серьезно? — потрясенно уставился на меня Штольм.

— Более чем, — холодно проговорила. — Это сейчас первоочередная задача. Нужно в кратчайшие сроки обеспечить мне всеобщую известность. Так, чтобы даже в самой глухой деревне люди знали, что я готова прийти им на помощь в любой момент.

— Я не понимаю, зачем такие сложности? — растеряно отозвался герцог.

— Рейнальд, — устало отозвалась, откидываясь на спинку дивана, — основную массу населения любого государства составляют простолюдины. Как ты считаешь, им есть дело до того, кто сейчас у власти? Поверь мне, нет. Им вообще без разницы, кто займет престол. Лишь бы налоги сильно не повышались, а все остальное не важно. Именно поэтому грызня за власть в Тальзии идет исключительно между знатными родами, не находя никакого отклика у населения, и не переходя в масштабные вооруженные столкновения. А теперь представь, к власти приходит никому не известная девица. Что от нее ждать? Ничего хорошего, поскольку все женщины глупые и никчемные существа, способные только детей на свет производить, но уж никак не управлять страной. И в какой-то момент на власть начинает претендовать некий индивид знатного происхождения. Пусть он ничем не выдающаяся личность, но зато он мужчина, и всяко лучше девицы справится с заботой о государстве. Его поддержат априори, даже не разбираясь особенно в ситуации. Именно поэтому мне нужно укрепить свои позиции. Это можно сделать, только завоевав любовь и уважение большей части населения страны. И давай уже прекратим этот бессмысленный спор. Организуй работу моей канцелярии, и будем постепенно двигаться в выбранном направлении.

— Управлением государством лучше заниматься мужчине, — упрямо отозвался герцог.

— И ты совершенно прав, — легко согласилась с ним. — Только вот незадача, мужчины нет. Есть только девица. Так что будем исходить из того, что имеем.

— Ты ведь прекрасно поняла, о чем я, — не унимался Штольм.

— Да, я тебя отлично поняла, — выпрямилась, начиная выходить из себя. — С управлением государством лучше справится мой муж. Я совершенно не против такого расклада, если честно. Это не мечта всей моей жизни сидеть на троне и решать чужие проблемы, увязая во вранье и интригах. Но проблема в том, что на данный момент у меня нет мужа, на которого можно было бы переложить часть обязанностей. Кроме того, я не знаю, смогу ли кому-то доверять до такой степени, чтобы сделать полноправным правителем, а не консортом со значительными ограничениями власти. Я не могу просто так взять и вручить кому попало власть над своей жизнью и над жизнями сотен тысяч других людей.

Герцог Штольм ошеломленно молчал, неверяще глядя на меня.

— На этом наш разговор окончен, — отрезала, вставая. — Завтра я жду отчета о твоих предложениях на счет организации канцелярии. Мне нужна помощь, Рейнальд. Противников и оппонентов у меня и так достаточно. Но решать только тебе, к кому именно ты относишься.

С этими словами я ушла в спальню, боясь наговорить еще больше резких и, скорее всего, обидных слов.

Не смотря на то, что мы с герцогом разошлись во мнениях, он быстро обеспечил меня широким штатом сотрудников, отвечающих за мою личную корреспонденцию, а так же взявших на себя обязанности по формированию очередности людей ко мне на прием.

Чтобы там герцог не думал на счет моих идей, мне действительно хотелось облегчить существование женщин в этой стране. Традиционно сложившееся бесправие нужно было менять. Иначе государство так и погрязнет в своем недалеком мышлении и устаревших обычаях.

Хоть я и не была уверена в успехе своей задумки, но, как оказалось, она полностью оправдала себя. Сотни писем со всех уголков страны стали поступать в мою канцелярию. Безусловно, были и просто смехотворные просьбы разобраться с затянувшейся тяжбой между соседями в отдаленной деревне, в которые, тем не менее, приходилось вникать и отправлять соответствующие запросы местным властям. Но у меня были помощники, в круг обязанностей которых входило обрабатывать подобные письма и разбираться в любой ситуации досконально.

Но больше всего меня радовало то, что женщины действительно откликнулись на мой призыв и стали просить о помощи и совете в решении своих проблем. Выяснилось, что не только мне было тяжело смириться с ущемленным положением женского населения, но и сами представительницы слабого пола хотели изменить ситуацию и переломить стереотипы. Многие женщины и девушки по всей стране хотели учиться и применять свой дар на практике. Они писали мне о том, что чувствуют потребность в использовании своей силы, но боятся навредить кому-либо или что-то испортить по незнанию.

Из всего этого я сделала вывод, что нужно в кратчайшие сроки организовывать школы для обучения природных магов хотя бы в самых крупных городах страны. А для этого нужны были компетентные кадры, способные обучить основам и технике безопасности работы с окружающей природой. Учитывая, что обучение в Магических Академиях проходили в основном юноши, нужно было искать всех мужчин с редким для них природным даром, которые согласились бы обучать женщин в новых школах. Именно с этим заявлением я выступила на очередном интервью, предложив мужчинам, работающим лекарями, принять участие в новом проекте.

Как ни странно, мое выступление нашло живой отклик у населения. Многие доктора готовы были обучать одаренных женщин основам врачевания. Это объяснялось довольно просто, они сами нуждались в помощи. Работы было очень много, а компетентных одаренных кадров мало. Медицинская помощь ограничивалась в большинстве случаев назначением необходимых зелий, которые на приеме выдавал не одаренный помощник врача. А до природного мага-целителя доходили только самые тяжелые и неизлечимые случаи. И доктора понимали, что это недопустимое положение вещей, которое они бы и хотели поменять, но не знали, как это сделать.

Исходя из этой ситуации, я начала готовить проект по открытию магических школ для природных магов при больницах и лазаретах Тальзии. С благотворительной целью посещая лечебницы для простолюдинов, я старалась вникнуть в суть проблем докторов и пациентов. А так же, агитировала специалистов принять участие в моем проекте. На все свои выезды подобного рода я приглашала нескольких журналистов. Мне нужно было распространить информацию о моей деятельности как можно шире для того, чтобы в проекте приняли участие лекари, в том числе, и из отдаленных городов страны. Проект должен был стать общегосударственным.

Мои приемы населения в Общественной палате так же набирали популярность. Как я и надеялась, ко мне стали приходить женщины не только столицы, но и других регионов. Они делились со мной своими проблемами и надеждами. Я старалась, как могла, им помогать. И многие были готовы принять участие в моей новой задумке.

В один из приемных дней в выделенный мне кабинет вошла женщина до боли мне знакомая. Передо мной стояла Хиза! Я потрясенно всматривалась в черты ее лица, нисколько не изменившиеся с последнего нашего общения в пещерах хиласов, а она шокировано рассматривала меня. А потом, не говоря ни слова, я бросилась к ней в объятия, и мы вместе разрыдались. Все-таки то, что мы пережили в том кошмаре, оставило неизгладимый след в наших душах, и для осознания этого слова нам были не нужны.

— Ты выжила, девочка! — выдохнула она, гладя меня по волосам и заливаясь слезами. — Я так боялась, что ты не очнешься и отправишься в последнее путешествие к Богине. Ты ведь спасла всех нас! Никто уже и не надеялся вырваться из плена. А ты пришла и подарила нам свободу. Как же я рада, что ты поправилась после той катастрофы!

— Хиза! — сквозь слезы с трудом выдавила я. — Я и не надеялась снова увидеться. Когда я очнулась, вас уже не было в крепости. А потом все так закрутилось. Меня нашли мои родственники. И я оказалась наследной принцессой, хоть это и звучит абсолютно нереально. И теперь я стараюсь помочь женщинам Тальзии найти свой путь в жизни. Как ты? Как бывшие пленные девушки?

— В крепости к нам отнеслись, как к родным! — начала делиться она. — Ухаживали за нами, дали прийти в себя. А потом выделили каждой денежные средства, чтобы мы могли вернуться домой. Организовали для нас портальный переход в Лаизат. Прибыв в столицу, мы не сразу сориентировались. Некоторые девушки отправились к своим родственникам. Но большинство так и осталось здесь. Ведь нам некуда ехать. Наши деревни были разрушены и разорены хиласами. Родственники у большинства погибли вместе с жителями деревень в той бойне. Поэтому мы решили держаться вместе и постараться устроиться в столице. Все-таки, тут возможностей найти работу больше, чем в глубинке. А потом появилась ты, вернее я до конца не была уверена, что это именно ты. Трудно поверить, что наследная принцесса может жертвовать своей жизнью в логове чудовищ. Поэтому я решила прийти к тебе лично, чтобы убедиться во всем самой. И как же я рада, что не ошиблась на твой счет!

— Ох, Хиза! — воскликнула, постепенно приходя в себя. — Я ведь тогда даже не подозревала, что являюсь дочкой Императора. Он скрывал эту информацию даже от меня. А жизненные обстоятельства вынудили меня пойти служить в армию. Но сейчас я рада, что все сложилось именно так, а не иначе. Как ты понимаешь, все, что мы пережили, это строжайшая тайна для всех. Поэтому я прошу тебя не распространяться на этот счет. Остальным девушкам лучше сказать, что ты обозналась, так безопаснее в первую очередь для них. И я бы хотела, что вы все приняли участие в моем новом проекте. Вы уже что-то умеете с магической точки зрения, а если пройдете обучение, то получите шанс найти достойную работу и дело всей своей жизни. Кто бы что ни говорил, а маг не может не пользоваться даром, и неважно женщина это или мужчина.

— Я с тобой полностью согласна! — поддержала меня старшая среди бывших пленниц. — Я обязательно переговорю с девочками. Но думаю, они будут только рады получить определенность в своей жизни и стабильное будущее. А я лично готова помогать тебе всем, чем смогу! Ради такой принцессы и жизнь отдать не жалко.

— Ну, что ты такое говоришь! — в сердцах воскликнула я. — Жизнь ни за кого отдавать нельзя. Да и не нужно это совершенно. Но я буду очень рада получить помощь от тебя и девушек. Ведь этот проект сможет облегчить жизнь многим женщинам по всей стране.

Постепенно моя задумка приобретала популярность и вокруг меня складывалась команда из заинтересованных в достижении этой непростой цели людей. Хиза и девушки приняли самое живое участие в нашей работе. И я была безмерно им благодарна.

Кроме работы над проектом, мои мысли так же были заняты анализом информации, получаемой от моих охранников о слежке за интересующими меня объектами. Наблюдение за советником по финансам и главнокомандующим дало нам ряд тревожных фактов. Как выяснилось, эти двое водили давнюю дружбу еще со времен моего деда, при котором они уже занимали нынешние должности. В настоящее время они встречались раз в неделю или в две на территории, кто бы мог подумать, того самого пригородного особняка Фредерика. Часто на этих сходках присутствовал и секретарь Императора, Дилан Ридальд. И я бы даже поверила, что они там просто общаются, чисто по дружески, если бы периодически от особняка не отъезжали представители вооруженных сил Тальзии на повозках, груженых неизвестно чем. Вернее, я даже догадывалась чем именно.

Сообщив все эти сведения герцогу, попросила Штольма проверить регламентированное поступление в армию боевых артефактов. По данным, которые раздобыл Рейнальд, никаких упоминаний о том, что армия закупает подобные артефакты, не было. То есть, под боком у главы тайной разведки два самых влиятельных советника, занимающие ключевые позиции в управляющем аппарате государства, делают запас боевых, взрывоопасных артефактов, неизвестно зачем, а он не в курсе событий. Моему возмущению не было предела. Хоть герцог и был отличным магом и воином, но у него явно не хватало времени и на дела своего ведомства, и на помощь Императору в управлении страной.

Обсудив все эти неутешительные новости, мы пришли с Рейнальдом к единому мнению, что конкретно в данный момент мы ничего сделать не сможем. Прежде всего, в этом деле замешан приемный сын Императора, а, как ни крути, его нельзя было просто взять и арестовать. Кроме того, скорее всего, у советников все было продумано, и вздумай мы просто нагрянуть в особняк и всех повязать, у нас могла у самих возникнуть масса проблем. Поскольку на такой случай, у этой компании явно имелось и оправдание своим действиям, и все необходимые документы, доказывающие их кристальную честность перед законом.

Сделав такие выводы, было принято решение установить за ними слежку уже на уровне тайной разведки. Секретаря по возможности ограничить в выполнении его повседневных обязанностей и перевести на, яко бы, более высокую должность, а по факту убрать из непосредственного окружения Императора. Фредерика взять под постоянное наблюдение. А так же, подспудно создать ему проблемы с поставкой комплектующих для его артефактов. Нет деталей, нет будущих смертоносных артефактов.

Как ни странно, слежка за Императрицей никаких подозрительных действий с ее стороны не выявила. Получив эти сведения, мне значительно полегчало. Все-таки, отец был к ней привязан. Не хотелось бы, чтобы он получил такой ощутимый удар в спину. Да, и традиционное отношение к женщинам в Тальзии, скорее всего, проявилось в этом случае тем, что советник по финансам считал собственную дочь ни на что негодной и в свои планы не посвящал.

Осознавая, что правящей династии сейчас как никогда нужна мощная поддержка, я стала прорабатывать свою идею сближения с ковеном магов. Наблюдение за Мариаром Ралийским — главой ковена и по совместительству ректором Магической Академии Лаизата, ничего подозрительного в отношении него не дало. Хоть в чем-то нам повезло. Магистр вел обычный образ жизни для человека, увлеченного научными изысканиями. Все свое время он проводил на работе либо обучая адептов, либо пропадая в лабораториях Академии. Он не был женат и не имел постоянной любовницы. Хотя некую склонность к слабому полу все-таки питал, поскольку в перерывах между своими исследовательскими опытами отправлялся на свидания к различным женщинам. С каждой из них он проводил всего одну страстную ночь, после чего переходил к следующему объекту своего внимания. Я даже подивилась, где он умудрялся находить такое количество дам сердца. Продажной любовью он не пользовался, видимо, из высоких моральных принципов. Из всего этого я сделала заключение, что Ралийский проводил исследования не только в рамках науки, но и в рамках изучения женщин как таковых. Уж не знаю с чего такое пришло ему в голову, но уходя от каждой своей пассии, он обязательно что-то помечал в своих записях.

Странный тип, но мне просто жизненно необходимо было наладить с ним контакт, а в идеале сильно заинтересовать и перетянуть на свою сторону в намечающемся конфликте за власть. Учитывая, что магистр был помешан на науке, я решила детально изучить его диссертацию. Возможно, именно там я смогу найти что-то полезное для своих целей.

Проштудировав научный труд Ралийского, осознала, что он действительно гений в защитной магии. Мариар открыл универсальный щит, который при создании можно было привязать к резерву и больше не тратить энергию и концентрацию внимания на его поддержание. Мы проделывали в рейде подобный маневр с антимоскитным щитом. Но это и столько энергии не требовало, как например, защитный противоатакующий щит. Магистр же нашел и усовершенствовал определенные плетения таким образом, что даже сложнейший универсальный щит, способный уберечь практически от всего, при привязке к резерву не выкачивал энергию полностью, а черпал только ее незначительную часть. Подвохом этого открытия стало то, что подобный щит мог воссоздать только маг высшего уровня водного дара. Исследования использования подобного щита природными магами не проводились, поэтому плетения не были адаптированы для этого вида энергии. А высший уровень водного дара был у не такого значительного количества людей, поэтому диссертация в свое время наделала много шума, но широкого общемирового применения не нашла. Все это осталось на уровне ученых мужей готовых блеснуть знаниями и уникальными умениями.

Отправив запрос на личную встречу с ректором Магической Академии Лаизата, я начала готовиться к этому событию со всей серьезностью. Заставив герцога освоить создание и закрепление универсального щита, как единственного водного мага с высшим уровнем дара в моем окружении, приступила к изучению слабых мест этого шедевра магической науки. Плетения были настолько сложными, что становилось страшно в принципе подходить с крамольными мыслями к этому щиту. Однако, я уловила одну закономерность. Силовые нити сплетались в этой конструкции линейно, что было характерно именно для водных магов. В то время как природники чаще использовали поперечное расположение энергетических линий в своих плетениях. Поэтому, чтобы разрушить или хотя бы попытаться дестабилизировать конструкцию щита, нужно было действовать именно в поперечном направлении, подрывая линейную структуру силовых нитей. Поскольку у меня не было самоцели разрушить щит магистра на нашей личной встрече, я решила просто попытаться проникнуть открытым сознанием за заслон щита и немного поэкспериментировать с организмом магистра. Это, по моему мнению, должно было его впечатлить в случае успеха моей задумки. На герцоге я, конечно, проводить испытания не стала, но попробовала проникнуть сквозь его щит и мне это хоть и с трудом, но удалось.

Получив согласие на встречу и точную дату приема у магистра, я стала готовиться с удвоенным рвением. Поэтому накануне визита к магистру у меня уже все рябило перед глазами от бесконечных попыток снова и снова взломать щит. Изрядно нервничая, я приняла успокоительное зелье напополам со снотворным и отправилась отдыхать пораньше, чтобы завтра на важной встрече быть во все оружии.