Глава 30 · Марк

Нас выписали домой только после того, как оба малыша набрали достаточный вес. Аня тоже за это время окрепла и рвалась домой, чтобы справляться со всем без посторонней помощи.

Прошел уже месяц с момента выписки, когда мне позвонила Мария:

— Привет, не отвлекаю?

— Привет, нет, что ты!

— Марк, у меня уже телефон раскалился добела, все непременно хотят заполучить твое эксклюзивное интервью.

Я ничего не ответил, поэтому Мария продолжила:

— Ты готов поговорить обо всем? Хотя мне кажется, что все они зацепились за тот инцидент, который произошел неделю назад, и даже не представляют, как много тебе удалось утаить от них.

— Мне нужно подумать.

— Пару часов хватит? — решительно спросила она.

— С запасом! — И я нажал отбой.

Аня с интересом взглянула на меня:

— Кто-то по работе? — Она разлила чай по чашкам и отошла к холодильнику за молочником.

— Мария звонила — все хотят получить мое интервью.

Я видел, как она замерла, но потом глубоко вздохнула и повернулась ко мне:

— Зря ты его ударил.

Я почувствовал, как гнев снова поднимается во мне:

— Нет, я поступил так, как поступил бы абсолютно каждый на моем месте. Просто, почему то, если бы я был скажем водителем, строителем, учителем, то на это бы даже никто не обратил внимания. А здесь, столько шума… К тому же если мы действительно хотим сделать то, что задумали, то мы будем постоянно появляться вместе на людях, и я хочу, чтобы все знали, что эта невероятно красивая, умная и шикарная женщина, которая во всем поддерживает меня — моя жена.

Я взял ее за руку, и резко притянул к себе, от неожиданности Аня вскрикнула и плюхнулась мне на колени. Запустив руки в ее волосы, я жадно начал ее целовать. Я безумно скучал по ней столько времени, что теперь боялся, что мне не хватит целой жизни, чтобы насладиться ею.

Из комнаты раздался тихий детский плач, и мы, смеясь, направились туда. Да, нужно признать очевидное — в доме, где есть маленькие дети довольно тяжело с романтикой.

Пока Аня, сидя в кресле, кормила Амелию, я присел возле кровати Луки. Он с большим интересом смотрел на маленькие модели самолетов, которые парили над его кроватью. Макс подарил очень необычные и безумно красивые мобили: Луке с самолетами, а Амелии с животными. Фигурки были деревянными, очень легкими и изящными, а роспись была ручная. Они казались настоящими. Потом я передал Ане Луку, а сам вышел в гостиную с дочкой, прижавшись носом к ее макушке, от которой пахло сладко-сладко, и набрал Марию:

— Мария, я согласен. Выбери сама, кому, на твой взгляд, лучше все рассказать.

— Я знала, что ты так ответишь, поэтому уже выбрала. Съемки завтра в 11.00. Водитель приедет за тобой.

Утром я был на удивление свеж и бодр, если учесть, что мне пришлось вставать 3 раза ночью. Я принял душ и побрился. Теперь это целая дилемма: Аня любила мою щетину, а вот дети, совершенно переставали касаться лица, стоило мне забыть побриться. Я натянул джинсы и черную футболку, позавтракал, обнял и поцеловал Аню и вышел из дома. Меня уже ждал водитель в машине.

Войдя в студию, я увидел Марию, которая разговаривала с высокой блондинкой Лидией, которой я уже не раз давал интервью. Они меня увидели и помахали, так что я направился к ним:

— Доброе утро, дамы. — Я им улыбнулся.

— Марк, как всегда, хорош! — Лидия смахнула с меня невидимые пылинки. — Готов?

— А ты готова? — в свою очередь, спросил я ее. Мы переглянулись с Марией и ухмыльнулись.

— Знаешь, мне нужен хороший рейтинг! — И она отошла от нас.

— Рейтинг будет просто закачаешься, — сказал я тихо, что меня могла расслышать только Мария.

Спустя 10 минут мы заняли свои места в креслах студии, друг напротив друга. Нам дали обратный отсчет:

— Всем, привет. Вас приветствую я — Лидия. Сегодня у меня в гостях Марк известный по большому количеству персонажей фильмов и сериалов, снятых за последние годы. Здравствуй, Марк.

— Добрый день, спасибо, что пригласили. — Я откинулся на спинку кресла и постарался расслабиться, приготовившись отвечать на вопросы, касающиеся совершенно всех сфер моей жизни.

— Итак, Марк, несколько месяцев назад ты закончил работать над главной ролью в фильме «Боксер», который должен выйти уже в конце этого года. Работаешь ли ты уже над следующим проектом, ведь ты, как правило, закончив один сразу же берешься за другой.

— Нет. — Я отрицательно покачал головой и не смог сдержать улыбки — Я сейчас нахожусь в отпуске.

Лидия с большим удивлением посмотрела на меня:

— С чем это связано?

Я не хотел вываливать все новости сразу, поэтому уклончиво ответил:

— Я решил, что в жизни слишком много прекрасного, а я за работой все это упускаю.

— И чем ты занимаешься сейчас?

— Я поступаю в Университет! Видишь ли, я начал очень рано сниматься, и так и не окончил свою учебу. А теперь я решил, что меня очень интересует сам процесс съемок. Поэтому я подал заявку на факультет режиссуры.

— Ничего себе! — Она выглядела еще более удивленной. — Как ты думаешь, как отразится твоя недавняя выходка на поступление?

— Я думаю, что если люди не просто увидят пару кадров, которые успели снять и разместить в сети, а узнают все обстоятельства, то, скорее всего, моя «выходка» вряд ли будет носить такую негативную окраску, какую ей пытаются придать сейчас.

— Не сподвигли ли тебя к драке недавние съемки? Ведь в фильме ты играешь роль боксера. Мне кажется, что сегодня ты выглядишь, будто она никак тебя не отпустит.

— Почему? — заинтересовался я.

— Ну, я имею в виду, что ты стал серьезным, рассудительным, выглядишь более внушительно. Также ты сохранил со съемок свою короткую стрижку, отсутствие щетины и кольцо. Говорят, что ты, следуя традиции брать что-то со съемочной площадки, взял его в качестве сувенира.

— Ой, столько много вопросов в одном. Давай я буду отвечать на них по очереди. — Я выпрямился в кресле. — Так, что касается моего внутреннего мира, то я просто, наконец, повзрослел, стал более серьезным и ответственным. Что же касается моего внешнего вида, то я в принципе постоянно меняюсь: мне то нравится короткая стрижка, то более длинная, та же ситуация и с бородой. Сейчас мне комфортно именно в таком облике. А кольцо… — Я опустил глаза на свое обручальное кольцо и начал крутить его вокруг пальца, — Кольцо, которое сейчас надето на мне — мое.

— Означает ли это то, что встретил вторую половину? — Лидия нервно заерзала в своем кресле.

— Да, именно. И я не просто встретил ее, я уже успел на ней жениться! — И я с улыбкой оторвал взгляд от своего кольца и поднял его на Лидию.

— Боже, Марк, прими наши поздравления. Но почему же мы не видели нигде фото с Вашего торжества? — Она тонко намекала на то, что ей передали слишком мало данных на меня.

— Наверное, потому, что это такие моменты, которые принадлежали лишь нам. Да и у нас не было пышного торжества, мы просто обменялись кольцами и клятвами в кругу семьи.

— Как зовут твою жену? Мы ее знаем? Она актриса или может быть модель? — Лидия перешла в атаку и начала понемногу вытягивать информацию из меня.

— Ее зовут Аня. И вы вряд ли ее знаете, если только не пользовались ее услугами — она классный архитектор.

Лидия придвинулась в мою сторону, ее профессиональное любопытство набирало обороты.

— Как и где вы познакомились?

— Если коротко, то у меня была жесткая депрессия. Я посещал психолога больше 6 месяцев, и в мае прошлого года после очередного приема я сел в машину и поехал просто куда глаза глядят. По дороге я проколол колесо и отправился в самую близлежащую шиномонтажную. После того как колесо «залатали» я решил купить себе кофе. И получилась такая ситуация, что я взялся за дверную ручку кофейни, а Аня потянула ее, с другой стороны, чтобы зайти. Я запнулся о порог и вылил на нее большой стакан горячего кофе.

— И что произошло дальше? Как она отреагировала, что такой довольно знаменитый актер облил ее? — Ее губы растянула не очень приятная улыбка. — Пригрозила судом?

— Нет. — Отрицательно покачал я головой. — Она меня не узнала. И когда я подвез ее до дома — она пригласила меня войти и накормила завтраком.

— То есть твоя жена не смотрела фильмов с твоим участием?

— Нет, теперь я думаю, она их конечно посмотрела. Аня больше любит читать, а еще раньше она помимо основной работы занималась своего рода благотворительностью — они с ребятами бесплатно делали ремонт на различных социальных объектах: больницах, приютах… Поэтому свободного времени у нее практически не было.

— Надо же, как интересно, — кисло проговорила она.

Было видно, что она бы с большей охотой услышала что-то типа: «Моя жена бывшая стриптизерша из клуба, где я каждый день заливал спиртным свою печаль».

— Ну, давай вернемся к недавним событиям. Расскажи, почему ты набросился на того парня с камерой, который был твоим горячим фанатом, между прочим.

— Он никогда не был моим фанатом, он — папарацци, — сразу поправил я Лидию, давая понять, что не позволю исказить в нашей беседе ничего. — Тогда я, в свою очередь, хочу спросить, что Вам известно о той ситуации?

— Это ни для кого не секрет, он сразу выложил «сториз», где рассказал, как он бежал и настраивал на ходу камеру, чтобы сделать твое фото. Но ты разбил его фотоаппарат и ударил его самого. В чем причина такого поведения?

— Меня до сих пор поражает, как люди готовы обо всем судить лишь по одной фотографии или по какой-то фразе, совершенно не беря в расчет тот факт, что это все вырвано из определенного контекста… — Я поймал себя на том, что начал потирать свои щеки.

Затем я глубоко вздохнул, успокоился и тихо заговорил:

— Когда он увидел меня, то рванул с громкими воплями, что уже поставило меня в довольно неловкое положение. Достал свою камеру из рюкзака и начал прямо на бегу ее включать и настраивать, совершенно не смотря себе под ноги. И он налетел на девушку, которая склонилась над коляской и не видела, что в данный момент является препятствием для кого-то. Девушка пошатнулась и чуть не упала, но успела подхватить коляску, которая очень опасно накренилась, а он побежал дальше, как ни в чем не бывало. Задумайся, Лидия, какое-то фото, оказалось важнее. Вам не кажется, что современная система ценностей просто перевернулась с ног на голову. Это омерзительно.

— Так ты решил таким образом показать ему, что он неправ? — ее бровь поползла вверх.

— Нет, я просто вышел из себя. Я сделал это, совершенно не думая в тот момент о какой-то морали. Я пришел в дикую ярость оттого, что он причинил вред моей семье вот и все.

— То есть та девушка — была твоя жена? — Ее ледяные глаза широко распахнулись.

— Да, он чуть не сшиб с ног мою жену, и чуть не перевернул коляску с моими детьми. Поэтому лично я считаю, что еще довольно мягко с ним обошёлся.

У Лидии даже открылся рот от изумления:

— Марк, ты что уже даже успел стать отцом?

Я снова улыбнулся:

— Да, у меня чудесные двойняшки: Амелия и Лука. Так что та поездка, чуть больше года назад полностью изменила всю мою жизнь.

Лидия даже на секунду потеряла дар речи, но быстро нашлась:

— Марк, как Вам удалось, все это скрывать так долго ото всех???

— После знакомства я переехал к Ане в другой город и жил у нее три месяца. От нее я уехал на съемки и приезжал всего лишь один раз. Тогда я ей сделал предложение, и мы поженились. Потом я снова надолго уехал и прилетел домой в тот день, когда у нас появились дети. Я думаю, что нам удавалось все сохранить в тайне по той причине, что меня здесь практически не было, а еще нам очень хорошо поспособствовал масочный режим.

— Расскажи нам немного о своей жене. Чем она тебя так покорила, что тебе хватило года, чтобы влюбиться — жениться — завести детей? Ведь многие пытались тебя очаровать.

— О, о своей жене я, наверное, мог бы говорить долго, но, во-первых, у вас ограниченно время, а во-вторых, я только недавно понял, что являюсь жутким собственником…

Но Лидия не сдавалась:

— И все же? Хотя бы немного. Как изменилась твоя жизнь?

— Ну, помимо того, что она очень красивая и невероятно умная, у нее много других довольно противоречивых качеств, которые мне так нравятся. Например, она добрая и отзывчивая, но при этом она будет яро защищать своих детей, семью, друзей и легко поставит на место любого, кто посмеет их обидеть. Она очень деликатна и не навязывает свое мнение никому, при этом если она видит, что я неправ или запутался в чем-то, то она легко направляет меня так, что я только спустя какое-то время понимаю, что это благодаря ей у меня все получилось. Она довольно тактична, но это абсолютно не мешает ей порой сказать: «Так, звезда моя, пока я занята ужином, тебе необходимо, применив весь свой актерский талант, сменить детям подгузники!» Для нее я просто Марк, и ей плевать, кем я работаю или сколько я зарабатываю. Поверь, «огребаюсь» порой я тоже как Марк.

Я усмехнулся и продолжил:

— Знаешь, наверно я тут много наговорил и довольно сумбурно. Я бы описал все это так: вот смотрите, у меня была квартира, но я в ней не жил. Мне сделали в ней ремонт, но я в ней не жил. Я даже с кем-то встречался в ней, но не жил. А потом в эту квартиру пришла Аня, и я не просто живу в этой квартире — я не хочу из нее выходить. Вот сейчас я у вас здесь в гостях, но мне хочется быть там с ними.

— Планируешь ли ты что-то еще грандиозное на ближайшем будущем? Хотелось бы узнать об этом не самой последней…

— Да. Мы с Аней планируем открыть ресторан.

— Хотите начать семейный бизнес?

— Можно и так сказать. Он будет не совсем обычный. Как таковой ресторан будет один, но он будет поделен на 4 заведения.

— Почему именно так?

— Потому что мы никак не могли прийти к общему мнению, для кого именно мы его хотим открыть.

— Не совсем понимаю. Разве не проще сделать универсальное заведение, которое будут посещать все?

— Мы хотим, чтобы каждому было комфортно у нас в гостях. Люди должны приходить и наслаждаться кухней, обстановкой. Пока мы остановились на том, что 1 часть будет для семей с детьми, 2 — для людей с питомцами, 3- для людей в возрасте и 4- для молодежи. Когда они собираются в одном заведении, то многим не комфортно — кому-то мешают дети, кого-то раздражают животные, кому-то не по душе, что молодежь сильно громко смеется, и этот список можно продолжать до бесконечности.

— А будет ли что-то, что все их будет объединять?

— Да, мы хотим, чтобы люди не пользовались там гаджетами. Мы все настолько много времени проводим там, в том «идеальном» мире. Мне кажется, что если люди начнут замечать что-то вокруг себя, то счастливых станет в разы больше. Ведь счастье на самом деле не в чем-то идеальном и большом, счастье именно в мелочах. Когда они у нас есть в жизни, мы порой не обращаем на них никакого внимания, но стоит им исчезнуть из жизни, как она становится пресной, безликой… А еще мы хотим часть прибыли от данных заведений направлять на благотворительность и будем предлагать посетителям самим поучаствовать во всем этом.

Лидия выглядела задумчивой, и я сразу пояснил:

— Когда-то я считал, что благотворительность, это обязательно довольно солидный фонд, крупные пожертвования… Но однажды моя жена взяла меня в больницу для детей и приют для животных, где они с ребятами делали ремонт. И я понял, что часто для того, чтобы оказать помощь, нужны даже не столько деньги, сколько неравнодушные люди, которые будут гореть этим делом. Ведь они делали ремонт из строительных материалов, которые оставались после завершения строительства и ремонта объектов в их компании, просто за свою работу они не брали денег и посвящали ей все свое свободное время. Они все продумывали так здорово, что когда ты смотришь на окончательный вариант, то никогда даже не подумаешь, что это все, по сути, сделано из остатков материалов, которые были уже не нужны, которые бы попросту могли оказаться на свалке.

Нам дали понять, что пора закругляться и Лидия задала свой последний вопрос:

— Марк, наше эфирное время подходит к концу, возможно, ты бы хотел что-то сказать своим поклонникам?

Я задумался:

— Да, конечно. Я бы хотел им сказать следующее: Мы — актеры, самые обычные люди, у которых бывают хорошие дни и невероятно плохие. На нас также наваливаются неприятности, болезни, депрессия. Мы хотим порой спокойно гулять с семьей в парке, водить детей в балетную школу и на хоккей, хотим выпивать с друзьями в баре или обедать с родителями в уличном кафе. Но нам очень неприятно, когда во все это беспардонно вторгаются. Ставьте себя на наше место. Хотелось бы вам есть, зная, что Вас фотографируют, а потом увидеть себя с набитым ртом где-нибудь на просторах интернета? Я думаю, что нет…Или хотелось бы Вам веселиться с друзьями, а наутро не только испытывать головную боль из-за того, что ты немного перебрал, но и дикий стыд, за то, что твои не совсем трезвые танцы уже вовсю комментируют все — кому не лень. Маловероятно… Хотелось бы Вам вот так, как мне задержаться возле дома, чтобы надеть поводок на собаку и увидеть, как твою жену и детей, чуть не сбивает с ног «фанат», которому срочно нужно получить твое фото? Да тоже вряд ли! Я никогда в жизни не отказывал в фото и автографе на премьерах фильмов, на съемках, во время интервью. Я даже не отказываю, если люди подходят и просят меня об этом в те моменты, когда они видят, что я ничем и никем не занят. Я безумно благодарен, что то, чем я занимаюсь нравиться Вам. Это действительно, самая высокая награда. Но я не только актер, я еще обычный человек. Я просто Марк.

Я умолк. Пожалуй, я сказал в этой студии все, что планировал. Вдруг я услышал робкие хлопки, затем к ним присоединились еще одни, а потом еще. И все люди, которые присутствовали в студии в качестве зрителей, зааплодировали. Я почувствовал себя очень неловко.

После того как Лидия попрощалась с нами, я остался, чтобы пообщаться со всеми желающими. Люди поздравляли меня с рождением детей и женитьбой, я раздавал автографы и позировал для совместных фото.

Наконец, когда меня отпустили, я рванул туда, где мне хотелось быть все это время — домой.

Тихонько отворив дверь, я остановился в коридоре и вдохнул. Теперь здесь даже пахло по-особенному. Пахло родным ДОМОМ. Счастливчик спал в своей лежанке и лишь поднял голову, чтобы взглянуть на того, кто посмел нарушить его дневной сон. Я услышал голос Ани из детской. Войдя, я остановился на пороге и залюбовался картиной, которая предстала передо мной. Любовь и нежность затопили каждую мою клеточку. Аня устроилась на полу, сбоку от нее была большая подушка, на которой, словно на перине из сказки, лежала спящая Амелия, держась за руку мамы своими маленькими пальчиками. Вторая такая же подушка была на ногах Ани, на ней лежал Лука, которого она, едва касаясь, гладила по лбу и носику, отчего его глазки сонно моргали.

— Для меня ты всегда будешь моим маленьким чудом, моим МАЛЫШОМ. А пока засыпай родной, впереди у тебя много всего интересного.

Я улыбнулся, когда услышал эти слова, которые мне показались такими знакомыми. Я тихонько прошел и опустился на пол рядом со своей женой.

— Устала? — прошептал я, нежно целуя ее.

— Нет… Соскучилась, — ответила мне Аня и улыбнулась.

Мы сидели в полной тишине некоторое время, пока Амелия и Лука не уснули крепче. Потом аккуратно, чтобы не потревожить их сон, я переложил их в постели, помог Ане подняться, и мы в обнимку пошли в столовую, оставив дверь спальни приоткрытой.

Будет ли так идеально всегда? Маловероятно.

Будем ли мы жить вместе долго и счастливо? Известно одному лишь Богу.

Но я благодарен за то, что все это произошло со мной, за все те счастливые моменты, которые я разделил с Аней и которых, я надеюсь, будет еще очень много в нашей жизни.