Глава 18
Мы с эльфом оказались в холодной пустой комнате с темными стенами. Здесь не было ничего из мебели, лишь большое круглое окно, залитое электрическим светом. Оно напоминало удивленно открытый рот неизвестного монстра.
- Где мы? - Я поднялся, потирая ушибленную спину.
Эльф стоял рядом со мной, скрестив руки на груди:
- Внутри маяка, дорогой Грей, я всегда находил это место весьма романтичным. Оно подходит для признаний в любви. Ты ведь меня любишь?
- Прекрати издеваться! - Мне хотелось сказать ему еще сотню злых слов, но вместо этого я лишь устало вздохнул. Не стоит его злить. Он последняя надежда для нас с Марго.
Никогда бы не подумал, что надежда будет выглядеть так жутко.
Сейчас в темноте комнаты эльф со своими горящими глазами больше походил на грозного повелителя Изнанки, чем на чудаковатого незнакомца, найденного мной в сундуке много лет назад.
- Итак, Грей, - эльф надо мной склонился, - ты хотел заключить со мной сделку.
Очень хотелось сказать «нет» и послать его к черту, но я с трудом ответил:
- Да, именно так. И как можно быстрее.
- Хорошо,- он лишь пожал плечами, - Понадобится лишь твоя кровь. Мы, эльфы, скрепляем сделки кровью, так уж заведено.
Он стал задумчиво ходить по комнате:
- Насколько мне известно, твоя любимая Маргарита попала в беду, и ты хочешь ее спасти, как подобает благородному рыцарю. Верно?
На миг я задумался. Эльфы хитры и коварны, они могут обмануть любого, кто с ними свяжется, поэтому стоит быть предельно осторожным.
- Да. Ты можешь дать мне магию, способную снять с наших рук этот клятый браслет и одолеть любого мага?
Эльф присвистнул и покачал головой:
- Ну и запросы у тебя, дорогой Грей. Даже не знаю, что попросить взамен, если учесть что магия понадобится тебе в ближайшие секунды, и что твоя Маргарита сейчас умирает.
Услышав это, я содрогнулся:
- Умирает?
- Именно, Кларисса Райвен ее почти убила, осталось лишь пару минут и тогда…
- Хорошо! – Я схватил его за плечи. - Что ты хочешь в обмен на спасение Марго?
Эльф расплылся в довольной улыбке:
- Совсем немного. Только твое тело. Ты же знаешь, эльфы не могут находиться в мире людей, а у меня там дела. Не волнуйся, Грей, я буду пользоваться им бережно, и брать довольно редко. А в обмен, - он наклонился к моему уху, - мы спасем Маргариту и освободимся из Лейстрима. Клятый замок останется в прошлом.
Все внутри меня кричало о том, что это ловко расставленная ловушка, но цена отказа слишком высока, и я протянул ему руку:
- Согласен. Будь по-твоему.
Эльф со все той же безмятежной улыбкой достал из кармана нож в оправе из ярких зеленых камней. Взмах рукой, и на моей ладони появилась красная полоса. Качнув головой, эльф разрезал свою руку, из которой возникла синяя жижа, что заменяла существам Изнанки кровь.
- Ну же, дело за малым, Грей, пожми мою руку.
Я дотронулся до его холодных пальцев, борясь с приступом брезгливости.
А затем все изменилось. Стены маяка растаяли и исчезли. Я оказался в темном коридоре Лейстрима, на месте пореза виднелась черная наперстянка, аккуратно отпечатавшаяся на коже. Похоже, это был знак связи с эльфом.
- Что мне делать? - Голос мой потонул в грохоте, доносившемся из бального зала.
Внезапно в голове раздался довольный голос эльфа:
- Просто останови время. Теперь ты это умеешь.
Я уже хотел было выругаться и спросить, что имеет в виду клятый эльф, но в тот же миг понял, что действительно знаю, как останавливать время.
Словно кто-то вложил в мою голову это умение. Стоит лишь протянуть руку вперед и представить, как замирает стрелка часов вместе со всеми звуками и движениями.
Время становится осязаемым и замирает от одной лишь в моей воли.
Грохот стих, и замок наполнился тишиной.
- Ну как тебе моя магия? - Спросил эльф в моей голове
- Неплохо.
Я быстро пошел в бальный зал. Отчего-то мне было известно, что Маргарита там вместе с матерью.
Шаг, другой, двери зала оказались открыты. Передо мной застыли маги с красными от злости лицами. Пол был залит кровью, а в воздухе удушливо пахло чарами.
Рядом с массивным зеркалом склонилась мать. В ее руках, словно тряпичная кукла, лежала Маргарита.
Я схватил ее за плечи и вытащил из оцепеневших объятий красной королевы. Лицо Марго было смертельно бледным, а из груди торчал нож.
- Эльф, что мне делать?
Он лишь рассмеялся и возник рядом со мной бледный и прозрачный.
- Не волнуйся, я лишь астральный двойник, причем очень слабый. Не могу даже открыть дверь или подвинуть картину, - он протянул руку к стене, с грустью глядя как его ладонь проходит сквозь портрет моего деда.
- Ты обещал помочь, эльф! - В груди закипала злость. - Она ведь еще жива? - Я жестом указал на Маргариту.
- Помоги себе сам, почему всю грязную работу надо делать мне? - Проворчал эльф
- Но…Как?
- Просто вытащи нож и залечи рану, глупый Грей. Ну, я пошел. Меня ждет один знакомый. - С этими словами эльф исчез.
Я прикоснулся ладонью к длинной рукояти ножа и вытащил его. Все оказалось так легко.
Отчего-то мне была известна магия, способная залечить рваную рану на груди Марго.
Наверное, потому что ее знал эльф.
Я выдохнул, глядя как красное пятно на ее платье исчезает. Силы мои слабели. Оказывается, останавливать время так непросто.
В голове раздался голос эльфа:
- Грей, будь добр, продли безвременье еще ненадолго.
Я лишь вздохнул:
- Хорошо. У тебя есть пять минут, эльф.
Наверное, теперь стоит прислушиваться к его просьбам. Мы ведь связаны на веки сделкой и клятой наперстянкой на моей ладони.
Карл Фергюсон шел по коридору, напевая мелодию вальса. Его шаги эхом отдавались от безмолвных стен. Вокруг все замерло, ни единого звука, кроме голоса самого Карла.
Ни единого шороха, способного испортить ему настроение.
В этой тишине он чувствовал себя свободным. Эта тишина напоминала ему безмолвную ночь в Изнанке, где из звуков только шелест листьев да легкий шум ветра.
- Какое восхитительное безмолвие! - Карл похлопал по плечу слугу, застывшего с подносом в руках. - Не правда ли, друг мой?
Остекленевшие глаза слуги выражали крайнее напряжение. Наверняка, когда стрелка часов еще тикала, он боялся поскользнуться и рухнуть на холодный пол, услышать звон бокалов, разбившихся под ногами гостей.
Сейчас слуга напоминал восковую фигуру, одну из тех, что выставляют в Лондонском музее.
Напротив него прямо на бегу застыл дворецкий с ружьем в руке. Он хотел помочь своей хозяйке победить врагов, которые напали на красных магов прямо во время бала.
- О, несчастный смертный! Был бы ты поумнее, давно бы сбежал из этого логова коварных чароплетов.
Карл усмехнулся и пошел дальше, туда, где его ждал заклятый враг.
- Эта тишина напоминает музыку.
Оказавшись за поворотом, золотой король ущипнул за щеку ведьмочку, застывшую у зеркала:
- Правда, дорогая? Давно я такого не видел. В такой тишине хочется танцевать вальс ну или фокстрот, все зависит от партнерши.
Карл на миг закрыл глаза, наслаждаясь царившим спокойствием. Он знал, что совсем рядом Грей Райвен спасает жизнь будущей голубой королеве, его мать молча наблюдает за этим, не в силах помешать безвременью.
Он бы многое отдал, чтобы взглянуть на эту сцену поближе, но сейчас он чрезвычайно занят. Предстоит очень важный разговор, а быть может и смертельная битва. Кто знает этих эльфов?
Карл пожал плечами и начал спускаться по лестнице, напевая детскую песенку:
- На горе стоит солдат
Кривоглаз и бородат
Он вышел в парадную и с укором взглянул на Гюстава Блейна, который застыл с тонкими путами в руках. Рядом с ним замерли красный маги, творящие чары.
- Удивительно, мой друг. Я впечатлен и очарован. У тебя получается сражаться сразу с тремя чароплетами. Как жаль, что ты всего лишь кукла, - Карл стряхнул невидимую пылинку с камзола Гюстава и резко развернулся на каблуках. На губах его застыла улыбка
- Привет. Давно не виделись. - Он подмигнул эльфу, вальяжно сидевшему на мягком пуфике, а потом резко и неожиданно метнул в него нож. Нож со свистом рассек воздух и пролетел сквозь эльфа с жалобным звоном, ударившись о стену.
Эльф лишь фыркнул:
- Перед тобой астральный двойник. Не уж то ты думаешь, что я настолько глуп, чтобы явиться перед тобой в настоящем обличии?
- Лучше один раз проверить, чем мучиться сомнениями, - пожал плечами Карл. - Как дела, мой друг? Что там с хваленым эльфийским троном?
- Все то же самое, твоими молитвами, - процедил эльф.
Карл сел рядом с ним и достал из кармана папиросу. Легким движением зажег ее огнем, возникшим прямо из указательного пальца, вдохнул сладковатый дым, затем, немного подумав, протянул точно такую же эльфу.
Вместе почти синхронно они выпустили кольца белого дыма:
- Так мы будем сражаться не на жизнь, а на смерть? - Скучающим голосом спросил Карл.
Эльф лишь качнул головой:
- Не сегодня. Я пришел лишь сказать, что смог выбраться из сундука, в который ты меня засунул после того как уничтожил мой мир.
В воздухе среди клубов дыма повисла тишина.
- У нас с тобой такая дружная семья, дорогой родственник, - усмехнулся Карл.
Эльф лишь сжал руки в кулаки:
- В то время как ты наслаждался властью, сидя на своем прекрасном троне, флиртовал с королевой и закатывал приемы, я пытался выжить в мертвой изнанке. Будь ты проклят, мерзкий бастарт, назвавший себя Фергюсоном!
- Я и так проклят, - задумчиво произнес Карл, - тебе это прекрасно известно, мой венценосный друг. Не скажешь ли, где ты сейчас обитаешь? А то вдруг мне захочется зайти в гости.
Эльф выпустил кольцо дыма прямо в лицо собеседнику и начал стремительно таять в воздухе:
- Ни-за-что
Напоследок он послал воздушный поцелуй золотому королю, и Карл брезгливо поморщился, прошептав:
- Ну и денек.
В тот же миг безвременье закончилось, и на замок обрушился шквал звуков: тиканье часов, лязг металла, крики раненных и звон разбитой посуды.
Похоже, слуга все-таки уронил поднос с бокалами.
Карл вздохнул и с мрачным видом поднялся с пуфика. На губах его застыла усмешка:
- Думаешь, я не догадался о том, что ты заключил сделку с мальчишкой Райвеном?
Мимо Фергюсона пролетел поток магии и растворился у лица золотого короля, словно наткнувшись на невидимую стену.
- Будь по-твоему, я даже позволю ему сбежать, все равно дни этого влюбленного дурачка сочтены.
Он вздохнул и достал из пустоты красивый желтый зонтик:
- Похоже, этот праздник скоро закончится. Надеюсь, Жоэль успел подготовить дирижабль.
- Тик-так тик-так, - затикали настенные часы в тронном зале. Я сидела на троне, обняв колени руками. Дышать стало немного легче, а кончика пальцев потеряли прозрачность.
Отчего-то я понимала, что за одну секунду сотни важных вещей изменились, словно кто-то перенастроил главный компас на этой планете, и теперь Маргарита Брентон не погибнет внутри замка-призрака, бывшего когда-то-то ее домом.
Боль в груди исчезла.
Я вздохнула и огляделась.
Тронный зал наполнился голубым сиянием, оно исходило от стен и от прозрачного пола, от голубого трона и от циферблата тикающих цветов.
А потом сияние приняло форму. Напротив меня стоял силуэт леди, окутанный холодным светом.
Светлые волосы и синие глаза, такие же как у меня. Реми Рендл, моя мама. В руках ее была корона, словно сотканная из самого холодного льда.
Рядом я увидела папу, он смотрел на меня с улыбкой.
Зал заполнили люди, объятые голубым светом. Кого-то из них я знала, кого-то видела впервые.
Вот моя племянница, еще совсем ребенок. Она пришла к нам в гости в тот ужасный вечер, ее родители сейчас наблюдают за мной, взяв малышку за руку, недалеко от них стоят папины поданные и наши слуги. Среди собравшихся были старики и дети.
Все эти маги когда-то присягнули голубому трону, и все они отчего-то пришли сюда сейчас.
Удивительно, я так долго ждала встречи с родственниками, искала упоминания о них в городском архиве, не теряла надежду, будто знала, что все они ждут меня здесь в тронном зале замка-призрака.
Мама подошла ко мне и взяла за руку. Смотреть на нее было слишком грустно, и одновременно отвести взгляд казалось невозможным.
Я словно застыла в ожидании ее слов.
- Маленькая Мегана-Маргарита. Мы лишь след от магии, что хранит трон и что была внутри твоих родителей. Исчезнувшие чародеи оставляют часть себя в тронном зале.
Так было всегда. - На лице ее возникла улыбка. - Мы пришли, чтобы исполнить волю ковена. Пусть трон перейдет к последнему из нас.
- Пусть трон перейдет к последнему из нас, - эхом повторили голубые маги
- И пусть последний станет первым, - произнес отец.
Мама вручила мне корону, тяжелую и холодную. Взяв ее в руки, я поняла одну простую вещь: не об этом мечтала Маргарита Брентон, заглядывая каждую неделю в городской архив. Не о таком будущем грезила и маленькая наследница голубого трона. Я всего лишь хотела найти живых родственников и тихо жить с ними где-то в далекой провинции.
Но сейчас, когда в руках блестит корона, выбирать не приходится. Вспомнились слова, произнесенные отцом во время его коронации много лет назад. Слова, что свяжут меня с голубым троном навечно:
- По велению великих чародеев прошлого я принимаю этот дар вместе с магией трона.
Голубые маги, призрачные, окутанные почти белым сиянием склонились передо мной.
В глазах их была надежда и грусть, сотни непрожитых жизней и странная непонятная мне тоска:
- И пусть последний станет первым, - эхом пронеслось по залу.
Здесь в тишине Изнанки каждый звук казался тихой мелодией. Эти звуки наполняли тронный зал, они словно исполняли танец среди теней и осколков магии голубого ковена.
Корона, казавшаяся такой тяжелой еще минуту назад, сейчас стала легкой почти невесомой, будто превратившись в часть меня.
Я взглянула на родителей и с замиранием сердца спросила:
- Что мне делать дальше?
Мама лишь пожала плечами:
- Что хочешь, решать тебе, только помни о нас, помни о своем доме.
После этих слов ее фигура и без того почти прозрачная начала таять в солнечном свете.
Я хотела спуститься к ней, схватить за руки, сказать пару прощальных слов отцу, но трон словно сковал меня.
Все верно, в моей жизни для прощаний всегда не хватает времени.
Руки мои окутал голубой свет, он проникал под кожу вместе с чарами, что переходили всем магам нашего рода, и в тот же миг сознание померкло.
Я вдруг поняла, что творить магию совсем не сложно, заклинания чаще всего просты, кроме тех, что способны отнять жизнь или подарить вечную молодость. Они похожи на серебряные нити паутины или шелковую ткань. Достаточно приложить немного усилий, вспомнить нужные слова и правильно направить силу.
Магия ковена переполняла меня. Она рвалась наружу, сдержать ее было непросто.
Я очнулась, когда трон снова стал безмолвным и почти ледяным. В тронном зале было пусто. Только тихо тикали настенные часы
- Так-так, тик –так.
Стрелки словно напоминали об утекающем сквозь пальцы времени.
- Грей…
Отчего-то мне стало понятно, что прямо сейчас он держит меня за руку в бальном зале Лейстрима, и что ему угрожает опасность.
- Пора уходить.
Как жаль, что у меня так и не получилось поговорить с родителями, как жаль, что они мертвы! Так много сожалений для одной маленькой ведьмы.
Я вздохнула и быстро вышла из тронного зала, слушая эхо собственных шагов
В обеденной замка-призрака есть зеркало. Я это помню. В него мне доводилось глядеться в далеком детстве, показывать отражению язык, пока за столом звенела посуда и раздавался смех родителей.
Зеркало – портал из изнанки в мир людей. Надо лишь поймать отблеск света и потянуть его к себе. Я провела рукой по зеркальной поверхности, представив бальный зал Лейстрима, и собственная ладонь начала таять, а потом все поглотила темнота.
Когда я очнулась, то поняла, что сижу на пуфике в бальном зале. Грей каким-то чудом оказался рядом. Он склонился надо мной, сжимая мою руку в своей ладоне.
Здесь было так непривычно тихо.
- Слышишь, какое чудное безвременье? - Он прикоснулся указательным пальцем к губам.
Что-то в его улыбке показалось мне странным, словно передо мной был какой-то другой Грей, с ног до головы пропитанный магией Изнанки.
От этого нового Грея веяло опасностью и чем-то запретным.
- Что…происходит?
- Не важною, - он качнул головой. - Пора прекращать безвременье.
И в тот же миг на мою голову обрушились сотни звуков. Крики, вспышки магии, отголоски летящих клинков. Красивые шторы на витражных окнах пылали оранжевым огнем.
- Нам надо бежать Марго.
Я взглянула на запястье и только сейчас заметила, что рабского браслета Клариссы Райвен нет. Похоже, он не выдержал магию трона и рассыпался на сотни осколков там в Изнанке.
- Бежать.. - Я словно пробовала это слово на вкус, оно казалось горько-соленым с оттенком страха и боли, которые преследовали меня еще совсем недавно.
- Подожди, Грей. Бегство для тех кто привык бояться.
Я окинула голубой полог из чар на зал, стараясь понять, откуда доносится сияние магии моего ковена.
На белом полу под горящей шторо й лежала женщина. Та, что играла со мной когда-то в детстве и пела колыбельные. На ее бледном лице застыла улыбка, а на груди виднелась рваная рана.
Моя няня из далекого прошлого, что приняла облик экономки Жаклин Стервик. Шлейф морока слетел, рыжие кудри стали светло-русыми, черты лица сделались тоньше.
- Аделина Стейн. Вы воспитывал сначала меня, а потом Грея, как жаль, что вы мертвы.
- Я старалась запомнить ее лицо, сохранить в памяти безмятежную улыбку.
Где-то в груди закипала злость. Снова.
Полог магии слетел, от того что Грей тряс меня за плечо и что-то говорил.
- Марго!
Я распахнула глаза и увидела Клариссу Райвен, идущую прямо к нам.
На лице ее была злость и досада.
- Грей! А ну возвращайся в свою комнату! А ты..- Она перевела взгляд на меня, - как тебе удалось выжить?
На миг я представила, что будет, если прямо сейчас мне удастся сотворить смертельную магию и окутать ей Клариссу. Как станет она молить о пощаде, и как по моему телу разольётся отчаянная радость.
Грей закрыл мне глаза рукой:
- Марго, ты плохо контролируешь свои чары. Спускайся в сад, там мы с тобой встретимся и решим, что делать дальше.
- Но…
- Гюстав проводит тебя. - Грей открыл мне глаза, и я увидела как лицо Клариссы скрывает фигура слуги с знакомыми очками на носу. Он молниеносно схватил меня за руку и потащил к выходу:
- Быстрее миледи, Грей справится сам.
Злость, сковавшая мысли на миг отступила.
Я увидела, как рабский браслет на запястье Грея рассыпается в пепел, освобождая его руку.
А потом с потолка упала огромная люстра, разделив нас.
Силуэт Клариссы сиял красным на фоне горящих плафонов, рядом с ней стоял ее сын.
Среди царящего хаоса мысли мои перепутались, злость, ненависть, обида и беспокойство за Грея.
Кто-то из красных магов указал на меня рукой и завопил:
- Схватить ее!
Рядом с ним тут же появились двойник Гюстава и Кэтрин Райвен в удивительном белом платье. На ее поясе, где только что была рана виднелась тугая повязка.
В воздухе запахло магией и кровью, раздались протяжные звуки разбитого пианино и чей-то крик. Взгляд мой упал на настенное зеркало, покрытое трещинами и красными пятнами. Марго в отражении подмигнула и достала из кармана платья небольшой серебристый предмет.
В кармане появилась тяжесть холодного инструмента. Гюстав схватил меня за руку и потянул куда-то в сторону. Раздался грохот и рядом с нами рухнула массивная дверь, ведущая в коридор.
В нос ударил едкий запах дыма, я закашлялась и взглянула на Гюстава, он кивнул и в следующий миг мы вышли из бального зала.
Здесь в коридоре звуки словно уменьшились и стали незначительными.
Я прижалась к стенке и закрыла глаза, стараясь не рухнуть в обморок.
На миг всё замерло, а потом скрипнула дверь, глухо, протяжно, как полуночный призрак, молящий о вечном покое.
Слуга схватил меня за руку.
— Быстрее, миледи!
Оцепенение прошло. Я рефлекторно последовала за ним, молясь о том, чтобы маги красного ковена нас не настигли. Только не сейчас.
«Быстрее, — эхом отдавалось в голове.
«Жила на свете девочка в красивом замке с хрустальными башнями, — думала я, спасаясь от назойливых страшных мыслей
— И не было не свете никого счастливее её. И каждый день был похож на сказку. Все ее любили. По утрам она гуляла по саду из роз, а вечером слушала мелодию флейты, которую играл отец».
Флейта! Вот что за предмет тяжелеет в моем кармане
Я судорожно вздохнула, стараясь не потерять сознание прямо сейчас в узком коридоре мрачного замка.
— Дзынннь!
Где-то внизу рухнула тяжелая люстра, издав жалобный стон. Кто-то закричал, за спиной послышались шаги.
Они уже близко. Проклятье!
В унисон моим мыслям раздался тонкий звук скрипки. Неужели оркестр в бальном зале продолжает играть, несмотря на царящий вокруг хаос?
«Вот только любой сказке приходит конец, и история девочки в красивом замке тоже закончилась».
— Сюда, миледи! — Слуга открыл оконную створку и через несколько секунд мы оказались на крыше.
— Вьююююю, — поприветствовал нас ветер, всколыхнув подол моего платья.
— Что будем делать дальше, Густав?
Я с надеждой взглянула на слугу. На толстых линзах его очков играли блики лунного света. Он улыбнулся
— Думаю, пришло время для музыки.
Я достала из кармана флейту. В моих руках она казалась невесомой. На миг меня захватила ненависть к этому замку, в груди что-то сжалось от давно забытого волнения.
Будь что будет.
Я прикоснулась к флейте губами, и в ночной темноте раздалась знакомая мелодия, грустная и тягучая, как мед из вереска или сладкая патока.
Эту мелодию когда-то давно я играла для Грея. Эта мелодия способна оживить механические изобретения, спрятанные в мастерской и хранящие магию моего ковена.
В следующий миг все изменилось, даже ветер стал другим, он шептал: «Слышишь, они идут к тебе, твои верные слуги».
Голоса преследователей затихли. Вместо них я услышала тяжелые шаги и звук механических шестеренок.
— Вы разбудили темную часть замка, — задумчиво произнес Густав. — Что будите делать?
Я лишь пожала плечами и оглянулась. Из темноты коридора на нас смотрело два ярких желтых глаза.
Перед нами появился кот из механических шестеренок. Он подошел ко мне и сел рядом, словно ожидая приказа, за ним влетела сойка, большой жук и маленькая розовая птица с острым клювом.
Я погладила кота и тихо сказала:
- Защитите нас с Греем от красных магов.
Кот склонил голову и исчез в черном проеме, ведущим в коридор. За ним последовали остальные механизмы. Их шаги и шелест крыльев эхом отдавались в царящей тьме.
Внутри каждого билось сердце, сотканное из чар голубого ковена. Я молча смотрела им в след.
На душе злость и ненависть к Клариссе то и дело сменялись бесконечной пустотой.
Замок-призрак да механические звери Грея – все что осталось от моих близких.
- Кларисса готовила их для ритуала, - задумчиво произнес Гюстав, - сердце девы, чары наследника рода и магия подданных ковена – три составляющих, необходимых для овладением голубым троном.
- Да, - я взглянула в темноту ночи. - Спасибо вам, Гюстав за то, что спасли меня десять лет назад и сегодня. Одного не понимаю, как вам удалось выжить в ту ночь?
Он хитро улыбнулся, склонившись в поклоне:
- Пусть это останется маленькой тайной. Всегда рад служить голубому ковену, - с этими словами слуга протянул мне руку. Лицо его в миг изменилось. Цвет волос стал светлее, нос прямым, с него слетели очки в круглой оправе, стекла с жалобным звоном разбились о черепицу крыши.
Передо мной стоял Гюстав Блейн, тот самый, что помог мне спрятаться от красных магов внутри комода в ту жуткую ночь, когда погибли родители.
Он протянул мне руку, и мы шагнули с края черепицы в темноту ночи, а затем спустились вниз, осторожно ступая по воздуху, который сделался упругим и осязаемым под действием чар.
В лицо ударил теплый весенний ветер.
«Фьююю. Ты свободна, - шептал он. - Скоро все закончится. Скоро ветер переменится и, ничего не станет прежним».
- Свободна, - прошептала я, спускаясь в сад из цветов с упоительным сладким запахом.
Здесь мы часто бывали с Греем. Пожалуй, это единственное место во всем Лейстриме, которое мне пришлось по вкусу.
Бутоны роз шелестели на ветру. Где-то совсем рядом, охваченная огнем, пылала северная башня Лейстрима.
Я знала, что Грей скоро здесь будет, Грей и еще кое-кто. Та, что жаждет крови и заслуживает самой ужасной кары.
- Грей! - голос матери больше походил на вопль отчаяния. Она смотрела на меня, словно позабыв и о пылающем замке и о битве красных магов с двойниками Гюстава, разыгравшейся совсем рядом.
- Грей, что случилось? Кто-то останавливал время?- Матушка сделала ко мне шаг, и я невольно отшатнулся.
В ее глазах были страх и отчаяние одинокой женщины, падшей под грузом мирских бед. Если бы я не знал, что Кларисса Райвен отличная актриса, то обязательно бы поверил этим рукам, сжатым в молитвенном жесте и бесконечной грусти в глазах.
Всего лишь спектакль. Не стоит доверять россказням дублинских газетчиков и слезам матушки – это одна из прописных истин, которые открылись мне еще в детстве.
Она умела притворщица, чем-то похожая на коварную Эллин, та что погубила отца, чуть не лишила своего родного сына воли а Марго жизни.
- Я остановил время, - в этот миг мне удалось остановиться и прекратить пятится назад, стараясь, стать ничтожным и незаметным
- Но почему? - Мать всхлипнула, отвела взгляд и пробормотала, - впрочем не важно. Ты ведь не бросишь меня, Грей?
- Дзынь! - Жалобно завыла клавиша пианино, на которую рухнула горящая штора.
Я лишь покачал головой:
- Слишком поздно просить об этом. Мне известно об отце и рабском браслете, о твоих планах захватить голубой трон и той ночи, когда ты убила наших друзей.
- Ты не понимаешь! - Она схватила меня за рукав рубашки. - Всю свою жизнь я лишь пыталась укрепить наш ковен, разве это не великая цель?
По ее взгляду мне вдруг стало понятно, матушка не врет. Она действительно жила все эти годы ради красного ковена, ради власти и силы рода. Было в этом нечто неправильное и жуткое.
- Понимаю, но неужели все эти убийства стоили твоего проклятого красного трона?
Кларисса Райвен отшатнулась, словно получив пощечину.
- Мне хотелось сделать наш род великим, чтобы о тебе писали в газетах и магических книгах, как о самом сильном короле, чтобы я стала твоей правой рукой и тогда…
Зал был почти полностью объят пламенем. На его фоне фигура матушки в красном платье казалась зажжённым фитилём, ярким и неотвратимым.
Клариссе Райвен так подходил цвет крови и разрушения.
Я склонился над ее ухом и тихо сказал:
- Как хорошо, что мне не удастся этого увидеть. Прощай, мама.
В тот же миг в коридоре раздался грохот и в бальный зал ворвался мой механический кот с горящими желтыми глазами.
Кот мчался прямо к матушке. Увидев оживший механизм, она взвизгнула и направила на кота поток алой магии.
-Исчезни! Исчезни! Исчезни! - шептали ее губы.
Кот плавился на глазах. Мне было даже жаль свое изобретение. А потом я исчез. Похоже ветер переменился. Пора лететь на волю.
Эльф в моей голове усмехнулся:
- Ну наконец-то ты закончил беседовать с этой эксцентричной особой. Она уже начала меня раздражать.
Я ничего не ответил, потому что это была одна из тех немногих вещей, в которых мы с эльфом оказались солидарны.
Кларисса Райвен шла вперед, забыв обо всем, забыв о том, что уже давно перешла на бег, и о том, что это совсем не подобает статусу красной королевы.
Дыхание ее участилось. Воздух казался раскалённым.
- Дом горит и моя жизнь тоже. - Она всхлипнула, на этот раз абсолютно искренне, только никто этого не увидел, никто не подошел к ней, чтоб утешить или подбодрить улыбкой.
Кларисса продолжила бег. Прочь из горящего замка! Туда, где в волшебном саду в ночном сиянии луны ее ждет..
- Девчонка…Она все испортила. Она заслуживает смерти!
Кларисса представила, как убивает маленькую мерзавку, забирает трон к себе вместе с Греем, вместе с такой желанной жизнью королевы двух ковенов. О, как бы это было прекрасно!
От бега у нее потемнело в глазах.
«В сад.. Нужно только добраться до клятого сада и тогда все будет как прежде, даже лучше». - С этими мыслями Кларисса распахнула парадную дверь, ведущую к извилистой дороге усеянной по бокам кустами роз и ароматными лилиями, чертополохом и ненавистной магам рябиной. Там возвышались гигантские клены, их листья танцевали на ветру а потом срывались с ветвей под его порывами.
В этом саду ей стало спокойней. Даже жар, исходящий от горящего замка почти не чувствовался. Розовые кусты словно расступались под ногами, с их лепестков капала роса.
- Весна.. Я и забыла, что сейчас весна, - пробормотала Кларисса.
Как же давно она не гуляла по дороге, усеянной листьями и травой.
Наверное, с тех пор как начала вынашивать в голове планы по захвату голубого трона.
И тут где-то вдали возникла женская фигура. Маргарита.
- Ты… - Кларисса снова перешла на бег. Ей надо успеть дотянуться до этой девчонки, словно объятой бирюзовым сиянием в темноте ночи. Фигура ненавистной наследницы ковена расплывалась перед глазами, и Клариссе казалось, что она бежит к голубому трону, стоит только протянуть руку, и трон примет красную королеву отдаст свою силу и тогда…
В этот миг девчонка обернулась.
Во взгляде ненавистной Маргариты не было страха, скорее укор и сожаление. Как же она похожа на мать! Кларисса вспомнила, как в один из вечеров обедала вместе с мужем в гостях у Рэнделов. Тихо звенела посуда, Крис смеялся над дурацкими шутками Джозеа, а Реми пыталась занять свою дорогую Клэр разговором. В тот уютный вечер на душе было так легко и весело.
Вот Реми кладет вилку на стол и с улыбкой говорит:
- Вы такая решительная, Кларисса. Это видно даже по вашему красивому лицу. Думаю, перед подобными женщинами расступаются даже звезды.
- Вы такая решительная, Кларисса, – говорит ей девчонка.
И в тот же миг воспоминание исчезает, красная ведьма делает шаг назад, туда где больно колется чертополох и одуряюще пахнет розами.
- Исчезни, - шепчет она и начинает творить магию.
- Исчезни, - эхом раздается в тишине сада, когда мать Грея начинает колдовать. Ее чары просты и смертельны.
Сети ,похожие на паутину из колдовства, способные задушить любого.
Я протягиваю к ним руку, и магия рушится подобно песочной крепости под порывом ветра.
Кларисса горестно вздыхает, что-то шепчет, пытается меня схватить и с криком одергивает руку, которая стала словно обугленной.
Я делаю шаг к ней:
- Это магия голубого ковена, вам со мной не совладать, по крайней мере, сейчас. Наш трон не теряет силу в отличии от красного.
- Мерзкая девчонка! Ты отобрала у меня все! - Этот крик отчаяния так несвойственен для великолепной алой королевы.
- Вы уничтожили мою семью, лишили меня дома, и чуть не отправили на тот свет. Как смеете вы говорить такое?
Кларисса лишь всхлипывает и качает головой. Сейчас она не выглядит великой ведьмой, скорее жалкой и несчастной женщиной.
Мне хочется убить ее, расквитаться за родственников за маму и папу. Какой-то дьявольский голос шепчет: «Зачем ты медлишь, закончи начатое. Всего лишь пару заклинаний и она поплатится за все».
И тут Кларисса всхлипнула снова
- Так было всегда. Ковены пытались друг друга уничтожить при любом удобном случае. Почитай историю, глупая девчонка! Лишь твой отец решил подружиться с красным ковеном. Он был чудовищным, неисправимым идиотом! За что и поплатился!
А я…Я лишь пыталась защитить свой род и наш трон, что терял силу!
- Вот как, - от вида ее слез ненависть потихоньку утихала.
Передо мной всего лишь жалкая ведьма, готовая к смерти.
Я аккуратно прикоснулась ладонью к ее плечу:
- Вы будите жить Кларисса, также как и раньше. Ваш замок сгорел, а трон слаб. Многие из ковена погибли сегодня. Живите и помните, моих добрых родителей, которых лишили жизни, помните, как собственный сын отвернулся от вас. Пусть ваша жизнь будет похожа на этот горящий замок.
- Ты….ты….верни мне сына, - прохрипела Кларисса
В тот же миг в воздухе возникла яркая вспышка, и перед нами появился Гюстав, который под руку держал Грея.
- Извините, что мы заставили всех ждать, - он улыбнулся, - это я подговорил молодого господина сделаться невидимыми, пока леди обсуждают свои дела. Просто мешать двум ведьмам беседовать в саду - самое последнее дело, но и оставлять Маргариту в опасности мы тоже не планировали. Мое почтение. - Он шутливо поклонился Клариссе.
- Грей? - Она хотела было сделать к нему шаг, но лишь наткнулась на Гюстава, который встал меду ними.
- Слишком поздно, мэм, ветер переменился.
Где-то в воздухе послышался свистящий звук и чей-то радостный крик. Приглядевшись, я увидела, что к нам летит метла, на черенке которой сидит яркая тыква с пустыми глазницами, в которых сверкает пламя.
Метла приземлилась у моих ног, и в тот же миг тыква заговорила. В свете последних событий это казалось не таким уж странным:
- Ну и дела.. Бедная мисс Аделина или Жаклин? Как ее лучше называть?
Грей прикоснулся к тыкве ладонью:
- Ты демон изнанки?
Ага. Я Люмпен, которого Жаклин завещала Маргарите Рендл.
- Вот как?- Теперь Грей перевел взгляд на меня. На губах его застыла рассеянная улыбка.
Казалос,ь он не замечает криков матери, которая пыталась схватить его ели сдерживаемая Гюставом.
- Марго, ветер переменился. Я слишком устал, чтобы превращаться в птицу, но у тебя есть метла.
- Да, - я улыбнулась ему в ответ, - сейчас самое время для полетов.
Метла, словно услышав это, приподнялась в воздухе. Сидеть на ней было не очень удобно, пришлось обхватить Грея за пояс.
- Гюстав,- я взглянула на слугу, - мы ведь еще встретимся? А может, вы хотите с нами в Лондон?
Он лишь покачал головой:
- Нет, моя милая королева. У меня здесь дела. Искренне желаю вам счастья.
- Хорошо, тогда до встречи, - я помахала ему рукой, и мы с Греем взлетели.
С неба слышались яростные раскаты грома.
В след нам звучал пронзительный голос Клариссы:
- Грееей! Греееей, не уходии!
- Прекрасная погода для полета, - сказал Люмпен, - скоро начнется дождь.
И Дождь действительно начался. Грей быстро сотворил магию, защищавшую нас от холодных капель. Он смотрел куда-то вдаль, сжимая мою руку. А мне внезапно захотелось увидеть замок в последний раз. Я оглянулась. Лейстрим дымился. Он походил на извергавшийся вулкан, объятый красным и серым.
Лейстрим, в который я пришла, надеясь и найти свой дом и в котором нашла и потеряла горазда больше.
А потом взгляд мой упал на верхушки деревьев, под нами и яркие огни поезда, проезжавшего где-то рядом.
-Наконец-то мы свободны, - тихо сказал Грей, -ты ведь сыграешь мне ту мелодию снова?
Вспомнился неуклюжий мальчишка в саду из синих роз и флейта в моих руках.
Я улыбнулась:
- Конечно, буду играть ее тебе каждый день там в Лондоне.
- Ради этого стоило бросить Лейстрим и свою прежнюю жизнь, - подытожил он, покрепче сжав мою руку.
А где-то совсем рядом пел свою грустную песню дождь.
Карл Фергюсон стоял на крыше и занимался одним из самых постыдных дел на этом свете, а именно, подглядывал в подзорную трубу. Правда и зрелище было весьма занимательным. Там на высоте птичьего полета в темноту горизонта удалялись две фигуры, сидевщие на метле вместе с маленьким демоном Изнанки.
Он с улыбкой на это смотрел, а когда Маргарита и Грей удалились, лишь качнул головой и передал трубу слуге Жоэлю.
- Как это прекрасно, мой друг, на нашей шахматной доске появились новые фигуры. Давно я не видел такого великолепного представления: огонь, битва, магия и женщина, способная растопить даже мое сердце.
- Не хватает только дождя, сэр, - скромно подытожил слуга.
В тот же миг с неба полились прозрачные капли, и Жоэль ловким движением раскрыл зонт над головой хозяина.
Фергюсон лишь недовольно поморщился:
-Убери зонт
- Но, сэр, это ваш любимый от фирмы «Лучшие зонтика господина Флисса».
- Все равно убери. Хочу насладится буйством стихии. - Карл развел руки в стороны и подставил лицо дождю, в то время как верный Жоэль пытался закрыть зонт, то и дело норовивший улететь в небесную даль под порывами ветра.
- Эта стихия так же прекрасна, как та женщина, - с улыбкой произнес золотой король.
Жоэль недоверчиво на него взглянул:
- Какая женщина, милорд? Вы о…
- Маргарита. Леди, обманувшая смерть и ставшая королевой. Та, что стала первой и последней в роду. Великодушная и жестокая Маргарита. Она будет моей.
Слуга лишь пожал плечами. В такие моменты лучше не спорить с хозяином. Особенно когда Карл Фергюсон наслаждается стихией или пытается добиться расположения дамы.
Его король –как ветер, переменчивый и холодный, жадный и щедрый, но несомненно самый великий из королей.
Поэтому Жоэль лишь улыбнулся и сказал:
- Несомненно, эта Маргарита станет вашей.
Кларисса сидела прямо на траве, обхватив руками плечи. Она словно не замечала, что пошел дождь, что огонь, охвативший замок, превратился в дым, а за спиной раздаются чьи-то тихие почти неслышные шаги.
- Мой Грей, - она тихо всхлипнула.
И тут над ее головой появился зонтик и такой знакомый голос Карла Фергюсона произнес:
- Как жаль, как жаль, моя милая Кларисса.
Красная королева вздрогнула и обернулась:
- Ты? Карл? Карл! - На лице ведьмы возникла робкая улыбка. – Пожалуйста, спаси меня, помоги вернуть сына, - она цепко схватила его за руку, но Карл лишь брезгливо стряхнул ладонь женщины, сидевшей перед ним.
- О, моя дорогая! Ты получила то, что заслужила. Не так ли? Помнишь притчу о завистливом человеке. - Фергюсон склонился над ухом ведьмы. – «И сказал Каин Авелю, брату своему: «Пойдем в поле». И когда они были в поле, восстал Каин на Авеля, брата своего, и убил его» (Библия).
Кларисса отшатнулась бледная как мел.
- Я лишь заботилась о ковене!
Вместо ответа Фергюсон лишь развернулся на каблуках и пошел в даль, туда где рядом с лесом его ждал золотой дирижабль.
- Карл! Постой! Неужели ты меня бросишь? После того, что между нами было?
Услышав это, на миг он замер, а потом качнул головой и скрылся в темноте ночи, оставив после себя лишь завывания ветра и промозглые капли дождя.
Гюстав Блейн долго смотрел вслед двум фигурам на метле. Вскоре они стали совсем неразличимы, и тогда он взглянул на свои руки.
- Как-кап, - закапал дождь, и Гюстав направился к темневшему в дали лесу. Он знал, что сейчас будет, знал и был готов к этому.
Десять лет назад он очнулся в обгоревшем голубом замке. В тот же миг Гюстав понял, для чего его создали. Но как исполнить задуманное? Как защитить Маргариту Рендл, и сделать ее королевой?
В крови слуги полыхала магия, вспомнились слова создателя:
«Я сотворил тебя из маленькой тряпичной куклы. Ты лишь мой астральный двойник из темной магии. Двойник, которому я при помощи древнейших чар, передал часть магии голубого трона. Если меня убьют, ты будешь жить пока не исполнишь свою цель».
И Гюстав жил. Он поселился в Дублине и начал искать хоть кого-то из голубых магов, сумевшего выжить в ту ужасную ночь.
Дни летели за днями, но ничего не менялось. А потом Аделина Стейн нашла его сама. Она работала няней Грея Райвена и каким-то чудом сумела сбежать прямо из-под носа Клариссы, как раз перед тем когда красная королева задумала с ней расправится.
Голубая ведьма принесла одну лишь хорошую новость: дочь Рэнделов жива и находится в приюте. Она рассказала о намерениях Клариссы по захвату голубого трона, когда Маргарита примет магию рода.
План возник сам: простой и беспощадный.
Гюстав накинул морок и устроился работать в дом Райвенов. Аделина, представившись Жаклин Стервик, последовала за ним через год.
Все ради этой ночи и спасения малютки Маргариты
Начался дождь. Холодные капли летели Гюставу на плечи и на вытянутые ладони.
«Ты будешь жить пока не исполнишь свою цель», - в памяти снова возник голос создателя – настоящего Гюстава Блейна, убитого той ночью десять лет назад.
Астральный двойник улыбнулся:
- Цель исполнена. - Он вдохнул прохладный ночной воздух, а затем исчез, растворился в воздухе. На сырой земле среди чертополоха лежала лишь маленькая тряпичная кукла в костюме Гюстава Блейна.
Кэтрин Райвен бежала к чаще леса, надвинув на голову черный капюшон плаща. В руках она сжимала маленький чемодан, наспех набитый вещами.
Перед глазами мелькали деревья и бледный диск луны, а потом начался противный ливень, который мешал идти по склизкой земле.
И все же Кэт медленно продвигалась вперед, из чащи на нее смотрели яркие глаза зверей, но ведьму это мало волновало
Впереди была свобода.
- Свобода.. - Проговорила Кэтрин вслух и улыбнулась. В эту ночь ей удалось выжить. Да что там говорить, в эту ночь она почувствовала себя живой в первый раз за десять лет! И даже надела белое платье.
Дождь все лил, а Кэтрин шла сквозь густые заросли, пока ноги не привели ее к железной дороге. Совсем рядом станция поездов.
Куда же отправиться?
- Прочь из проклятого замка! - Она немного подумала и добавила. - В Лондон, где кругом туманы, где играют уличные музыканты и у меня начнется новая жизнь!
С этими словами Кэт спрятала подол белого платья, испачканный кровью, под плащом и зашла в темные ворота станции поездов, услышав, как они символично скрипнули прежде чем отвориться.
А потом дождь кончился, солнце взошло над Лейстримом, осветив обгоревший замок, от которого до сих пор исходил едкий серый дым.
В некоторых окнах до сих пор мелькала электрическая лампочка, другие своей обугленной тьмой напоминали открытую пасть мифического зверя.
Где-то на поляне валялась насквозь вымокшая тряпичная кукла, в то время как из замка раздавались голоса. Испуганные слуги робко подбадривали друг друга.
Гости, сумевшие выжить наспех покидали этого обгоревшего монстра, проклиная Клариссу Райвен и ее попытки захватить голубой трон.
Подул легкий ветер, и из разбитого окна второго этажа выпали испачканные сажей листья дневника Арнольда Рэндела. Ветер подхватил их и унес в светлеющее небо, где то и дело проплывали светло-розовые облака.
Повар отварил парадную дверь замка, воровато оглянулся и выбежал наружу. Он был чертовски рад, что дожил до утра.
- Замок сгореть…Что за чертовщина здесь творится! - Громко декламировал он, смешно размахивая руками.
Одна из кухарок последовала за ним, стараясь успокоить:
- Все обязательно наладится, сэр, замок снова отстроят и…
В этот миг дверь парадной скрипнула, и на улицу, слегка пошатываясь, вышла мисс Зои.
Она лишь качнула головой и тихо сказала, то что боялись произнести все остальные:
- Думаю, Лейстрим мертв.
Ее слова были встречены лишь утренней тишиной да легким дуновением ветра.
Прошло несколько дней, а потом еще несколько недель. Солнце взошло снова, осветив
небольшое, но весьма уютное поместье, жители которого приступили к завтраку.
На этот раз молитву перед едой читал Джастин Райвен как будущий красный король и наследник рода.
Он изящным жестом достал из кармана сюртука маленький аккуратный молитвенник, обитый черной кожей и сделанный по заказу лучших дублинских мастеров.
- Благослови Господи пищу и питие рабам Твоим, ибо ты свят, ныне и присно и во веки веков! - проговорил Джастин с улыбкой.
Он был весьма доволен тем, как сложились обстоятельства. Подумать только! Будущий красный король и наследник самой Клариссы Райвен! Самым чудесным было то, что его мерзкий кузен больше не маячил перед глазами и не мешал занять вожделенный трон.
- Аминь, - закончил Джастин, смиренно прикрыв глаза.
- Аминь, - повторили все собравшиеся.
Среди них была Лорена, что выглядела недовольной и обиженной уже второй месяц. Похоже позорное бегство жениха сделало ее несносный характер еще более несносным.
Она с силой воткнула вилку в стейк с кровью, только что поданный слугами:
- Этот домик весьма мил, братец. Но я, пожалуй, не задержусь здесь надолго. Скоро в Дублине будет ярмарка невест, и матушка пригласила меня на…
- Конечно-конечно, - поморщил нос Джастин, - надеюсь, ты найдешь достойную партию, Лори.
- Обязательно найду, - она яростно отрезала внушительный кусок от бифштекса и отправила его в рот. К тому же мой брат - будущий красный король, это увеличит шансы.
- Да, - Джастин улыбнулся. В последнее время сестрица вела себя весьма скромно, видимо понимала, что дерзить наследнику красного престола – не лучшая затея.
Престол… Джастин в последней момент вспомнил о той, кого надобно было опекать заботой, по крайней мере до коронации.
Он взглянул на молчаливую женщину, сидевшую рядом с ним и уныло ковырявшуюся в тарелке с овощным салатом, который прописал ей доктор «для улучшения морального здоровья».
- Миледи, ваше поместье выглядит весьма мило. Пусть оно не такое большое и величественное как Лейстрим, но зато здесь так уютно, и нам с Лори всегда приятно быть в гостях у несравненной….
Женщина, словно не замечавшая его до этого отбросила вилку:
- Прекрати, не надо меня утешать.
- Но, леди Кларисса, я искренне рад!
Кларисса Райвен лишь фыркнула и снова уставилась в другой конец обеденного зала, а затем тяжело вздохнула:
- Джастин, ты их не видишь? - Она показала пальцем в сторону двери, где было абсолютно пусто.
Барри и Зои, сидевшие все это время тихо как мыши, тяжело вздохнули и переглянулись. Их взгляд говорил лишь одно: «Она снова за старое».
- Там никого нет, - с нажимом произнес Джастин.
-Нет, - словно эхо произнесла Кларисса. - Да, ты прав. Павшая королева отвела взгляд и принялась за еду.
Кларисса уже привыкла к этой пытке. Они появлялись с утра и преследовали ее весь день.
Не то чтобы это мешало, скорее заставляло вспоминать прошлое и думать о них снова и снова. Это сводило с ума и казалось просто невыносимым!
Вот и сейчас перед Клариссой в лучах утреннего света стояли маги голубого ковена. Полупрозрачные почти неразличимые они словно наблюдали за ней.
Реми Рэндл со своим укоризненным взглядом, Арнольд с тоской глазах и все остальные, что были убиты по приказу красной королевы в ту ночь десять лет назад.
Кларисса лишь вздохнула и отвернулась. Иногда это помогало, а иногда нет.
Клятые призраки прошлого не желали отступать и сводили с ума. Теперь перед Клариссой маячила новая битва – битва с собственным безумием или чьим-то проклятьем.
Но, она победит, в этом можно не сомневаться, ведь Кларисса Райвен – королева, пусть и падшая, потерявшая уважение магов собственного ковена.
«Плевать! Ведьмы не сдаются», - с этими мыслями Клэр сжала вилку в руке и принялась яростно резать бифштекс.
В то утро Жизель только успела распахнуть глаза как перед ней возникла фигура настоятельнице Росс.
Поджав губы, она вручила своей воспитаннице почтовое уведомление, где жирными печатными буквами было написано «Посылка для Жизель». Затем, немного поколебавшись, настоятельница протянула квадратную коробку, в которой судя по всему и должна была находиться та самая посылка.
Эта новость заставила девочек в спальной комнате восторженно охнуть.
Посылки в приюте святой Марты считались такой редкостью! Поэтому соседки тут же принялись гадать, что же внутри.
Кто-то предполагал, что там новая одежда от родственников, которые давно ищут бедняжку Жизель.
Другие утверждали, что под картоном спрятаны подарки тайного поклонника.
Через пять минут ожесточённых споров одна из воспитанниц приюта вынесла вердикт:
- Открывай, Жизель, нам интересно
- Открывай! - Поддержали ее другие.
Обладательница посылки лишь тяжело вздохнула и принялась отколупывать тонкими пальцами неподатливый картон.
- Жрясь… скржжж
Услышав эти звуки, соседки лишь замерли в ожидании. Наконец с упаковкой было покончено.
Внутри лежало аккуратно сложенное письмо, пачка дорогих шоколадных конфет, печенья и других сладостей. Под всем этим разнообразием Жизель обнаружила торчащие соломенные прутья. Она подхватила деревянную ручку и вытащила из посылки складную метлу.
- Метла? - Изумленно спросили соседки. Кто-то засмеялся.
Жизель лишь фыркнула. Ей уже удалось понять, кому принадлежит убористый почерк в письме:
- Метла и что?
- Может кто-то решил над тобой пошутить? - Хихикнула толстая девчонка рядом с окном.
- Моя метла, что хочу с ней, то и делаю! - Сказав это, Жизель пулей вылетела из спальной, прихватив странный подарок и письмо.
Кровь пульсировала в висках
«Наконец-то! Наконец-то она прислала письмо, а то я уже начала волноваться», - с этими мыслями Жизель добежала до любимой яблони в приютском саду, где никто не потревожит насмешками, и принялась читать долгожданное письмо:
«Дорогая подруга, наверняка тебя смутили новости о моем исчезновении из Лейстрима. Мне иногда самой приходится читать в газетах про тот весенний пожар, который унес жизни многих гостей замка и находить свое имя среди пропавших без вести.
Не стоит верить желтой прессе!
На самом деле со мной все в порядке. Я просто решила начать свою жизнь с чистого листа.
О, это такая долгая история! Чтобы написать ее придется использовать целую пачку бумаги, к тому же ты можешь не поверить ни единому моему слову.
Поэтому, дорогая Жизель, я могу сказать лишь одно: в нашем мире среди простых людей живут маги, и ты можешь стать одной из них.
В тебе довольно много чар, даже сейчас я их чувствую, перечитывая твои письма».
Жизель отвела взгляд в сторону, стараясь перевести дыхание. Маги? Такие же как тот господин, превратившийся в птицу на дублинской ярмарке?
На самом деле она так сильно волновалась о подруге с тех пор, как узнала, что та пропала из сгоревшего замка.
А теперь ее волнение начало понемногу утихать. Страха не было, лишь ожидание чего-то странного и нового. Отчего-то Жизель всегда верила этой странной молчаливой девчонке, что скрасила тяжелую приютскую жизнь. Она перевела дыхание и продолжила читать:
«Наверное, сейчас ты решишь, что Марго просто сошла с ума, но это не так.
Я всего лишь овладела магией и предлагаю тебе сделать тоже самое.
Взгляни на складную метлу. Перед тобой одно из лучших средств передвижений для начинающей ведьмы. Его я купила в лондонской магической лавке.
Если хочешь вступить в мой ковен и научиться колдовать, просто садись на метлу и лети до Лондона. Прутья и ствол зачарованы так, что сами довезут тебя в указанный адрес, а еще помогут не упасть и сделают невидимой.
В Лондоне ты познакомишься с тем самым джентльменом, что превратился в птицу на ярмарке в Дублине. Теперь мы с ним вместе, теперь все изменилось.
Целую, твоя Марго».
Дочитав письмо, Жизель вскочила со скамейки так быстро, словно ее укусила невидимая пчела. Сердце бешено билось.
«Этой ночью мне снилось, как я лечу на метле с чемоданом, неужели сон был вещим?»
С этими мыслями она ринулась в спальную собирать вещи. Соседок не было, похоже все ушли на завтрак.
Облегченно вздохнув, Жизель скидала два платья и пару чулков в раскрытую крышку старого чемодана.
«Быть может я все еще сплю или письмо действительно написал шутник?», -
Она с недоверием уставилась на черенок метлы, а затем подняла его в воздух.
Метла замерла, и вдруг абсолютно неожиданно пролетела над потолком, а затем снова приземлилась рядом с Жизель
Магия, что тут еще сказать!
Приютской воспитаннице только и оставалась сесть на узкий ствол, вцепиться одной рукой в прутья, а другой прижать к груди чемодан.
К черту приют! К черту незавидное будущее сиротки без единого цента за душой!
Пора лететь в жаркое летнее небо. В Лондон где царят туманы и прохлада, где маги произносят странные заклинания, а ее подруга коротает дни вместе с бывшим хозяином Лейстрима.
В тот же миг Жизель стала невидимой, окно распахнулось, и метла со свистом рассекла воздух. Впереди ждала неизвестность с запахом тумана и лондонских улиц.