Глава 6.Дин

Дин

Иллюзия темноты - когда кажется, что можно все, и нет никого, кроме вас двоих. Это всегда пьянит сильнее любого коктейля. Мы с Адой пьяные в хлам. Такая жадная, когда просит еще, и вместе с этим щедрая, когда дает больше, чем просил. Когда глаза есть чему заменить. Когда толкаюсь в ее рот плотью, туго сжатую губами, остро чувствуя каждое ласковое движение язычка. А потом смело садится сверху, насаживаясь до упора, и просит составит ей компанию на пике. Ее просьба, как сквозь толщу воды. Я как в сладком капкане, в котором хочется остаться и умереть. Ерзает бедрами, будто усаживаясь поудобнее, с чем пытаюсь помочь, направляя руками. Ловлю ее губы, глотаю стон и тут же отдаю свой, когда бедра Ады делают первый такт. Это медленный вальс, плавно перетекающий в рок, когда нужно больше ударных. Это как соло на двоих. И вот уже рок превращается в хардкор до хрипоты. Она снова подо мной, царапает плечи, пока я играю на ней ломаный бит в быстром темпе. Это как новый хит в личном топе билборда. И вот уже близок последний аккорд. Мы играем его вместе, в стиле дабстеп, в биты которого вплетается вибрация виолончели. Сверху этого тонкий шепот Ады и яркие стоны, от чего пробирает до мурашек. Обнимает, как любовника… нет, как любимого. И это тоже наша иллюзия.

- Хочу пить, - слышу рядом с собой чуть погодя.

- Я бы тоже не отказался.

Поднявшись с кровати, начинаю шарить по комнате. Рядом нахожу тумбочку и очень кстати на ней - графин с водой, два стакана.

- Иди сюда, - говорю Аде.

Слышу шорох ткани - это Ада подползает к краю кровати, ко мне. Нахожу в темноте ее руку и вкладываю в нее стакан с водой. Допиваю свое.

- Все в порядке? - спрашиваю на всякий случай.

Сейчас особенно сильно хочется включить свет. Хотя нет, к черту.

- Более чем, - отвечает она, привлекая к себе и целуя с тихим «спасибо». - Не поможешь найти вещи?

Она стоит коленями на матрасе, рядом со мной. Мои руки на ее обнаженном теле, когда еще можно провести ладонями по коже. И такое чувство, что в первый и последний раз. Провести по бедру, изгибу спины, накрыть ладонью упругую грудь, смять, зажимая сосок между пальцами… провести по нему языком и услышать ее тихо «ах».

- Ты куда-то торопишься? - уточняю.

- Нет, но… просто мне нужно выйти на свежий воздух. Хорошо?

Хоть и не хочется, а отпускаю. Нахожу ее платье на полу, куда кинул до этого.

- Помоги застегнуть молнию, - просит она. - А то неудобно и волосы мешают.

С кровати так и не слезла, просто поворачивается ко мне спиной. Нащупав молнию, пытаюсь ее застегнуть, пока она держит свои волосы.

- Белье отдашь?

Сразу лезу в карман, проверяя их наличие - все еще на месте.

- Нет, - отвечаю, запихивая ее трусики поглубже в карман.

Но когда пытается отойти, я не пускаю, привлекая к себе за талию. Еще не хочется расставаться, не хочется трезветь - слишком рано, и до рассвета еще далеко. Зарываясь носом в ее волосы, снова расстегиваю молнию. Но снять платье так и не дает.

- Дин… - слышу тихое.

- Что? - спрашиваю, целуя в спину. (3303c)

- Я думаю… - начинает говорить, пока не накрываю ее рот ладонью.

- Перестань думать. Потом… еще будет время.

Задираю платье до талии, раз не дает его снять. Заставляю прогнуться. Ее лоно еще влажное, что только помогает снова забраться внутрь. Кладет голову мне на плечо с тихим стоном удовольствия. Обхватывает губами мой палец, окутывая лаской языка, заставляя плотнее твердеть. Теперь между нами плавный эмбиент. Это сплошной чиллаут, в котором сердце все равно выдает брейкбит в сто сорок ударов минуту. Так очень скоро начинает не хватать амплитуды, и мы опять летим на кровать, не меняя положения тел. Накрываю собой, выбивая внутри нее биты хауса, в который ныряем с головой. И мы снова на одной волне, и выплываем вместе: бурно, громко и ярко.