Глава 8
Дин
- Прости, - еще эхом звучит в моей голове.
Я все-таки ее шокировал. Не понравился. Она проходит мимо, обдавая шлейфом знакомого аромата. Ладони невольно сжимаются в кулаки. Сколько ужаса, презрения и отвращения я видел в чужих глазах, и ни один подобный взгляд не ранил так, как сейчас ее. Прошлась, словно иглами. Такая, как себе и представлял - изящная, яркая, слишком красивая для меня. Мы как красавица и чудовище, только в сказке без счастливого конца, потому что в нашем случае чудовище не превратится в принца.
С уходом Ады мне больше нечего стало делать в зале. Поэтому я встал и вышел вслед за девушкой. Идти ее искать, чтобы поговорить, или на все плюнуть и оставить в покое - настоящая дилемма. Ее "прости" уже по сотому кругу, как на повторе. Даже смешно, что меня это волнует. Послать бы к демонам, да не выходит. Одно точно - искать не спешу. Иду на пляж через бар, чтобы немного остыть и подумать. В баре цепляю бутылку красного вина, пузатый бокал. Но стоит сойти на песок, как вижу на берегу саму Аду. Даже останавливаюсь. Она стоит спиной, обнимая себя руками и глядя на закат уходящего дня. Первый порыв - развернуться и уйти, не хочу смотреть на разочарование в ее красивых глазах.
- Обещай, что не будешь жалеть…
- Обещаю…
Только зря вспомнил. Внутри будто взорвалась маленькая бомба, когда сложился истинный образ Ады с тем, что было прошлой ночью. Это мучение, не иметь в памяти ее саму в те моменты. Будто не с ней, а с другой. Будто ничего не было. Будто украли что-то, когда в голове уже сложился весь пазл. Наш вчерашний хит сегодня с треском провалился, вместо него - траурный марш.
Наконец решаюсь и иду вперед. По песку шаги едва ли слышны. Поэтому вздрагивает, когда спрашиваю:
- Заблудилась?
Ада
"В собственных ощущениях", - хочется ответить эхом, но я молчу. Не потому, что нечего сказать. Как раз напротив - слов слишком много и все они хотят вырваться наружу одновременно. А подобного допустить нельзя, тогда я просто перестану слышать отголоски мелодии, всё ещё звучащей в душе. Но всё же облегчение от того, что Дин пришёл, слишком яркое и заметное, чтобы я могла его игнорировать.
- Знаешь, я просто… - всё же начинаю сбивчиво говорить, оборачиваясь к Дину. Несмотря на то, что уже знаю, как он выглядит, в первое мгновение замираю, поспешно отвожу взгляд, но страх, что он подумает, будто вызывает отвращение, заставляет меня снова посмотреть на него. - Я просто не знаю.
Чего не знаю? Я мысленно задаю сама себе этот вопрос и не нахожу на него ответа. Не знаю, что сказать ему сейчас, когда темноты больше нет? Не знаю, что я хочу от него услышать?
- У меня странное ощущение, будто меня обокрали. Понимаю, что это звучит по-детски глупо, но я не знаю, как по-другому рассказать. Тебе. - Говорю с паузами, отрывисто, будто в напоенном ароматами тропиков воздухе слишком мало кислорода. Для нас обоих. Когда-то, совсем недавно, я упивалась этим ощущением, а сейчас оно меня пугает. - Я не знаю, как пояснить… Ещё вчера ночью у меня было так много…
Сопровождаю эти слова пристальным взглядом. Чёрт. Я даже не знаю, как мне правильно вести себя сейчас. Если отвести глаза, он может подумать, что мне противно. Если смотреть - что я его откровенно разглядываю, как диковинку. Тут же вспышкой в памяти наша ночь. Ещё несколько часов назад я отдавалась Дину. Тому мужчине, который стоит в паре шагов от меня. Так что отсутствие темноты изменило сейчас? Он перестал быть моим Дином? Он перестал быть умелым любовником, который целовал и ласкал так, что схожу с ума до сих пор? Он перестал быть тем мужчиной, которому принадлежали все мои мысли последние три дня? Вместо того, чтобы сказать первой, что ничего не изменилось, но мне просто нужно время, я передёргиваю плечами и продолжаю пояснять:
- Ещё вчера ночью у меня было всё. Сегодня мне кажется, что у меня украли что-то важное. Это так?
Глупо спрашивать его об этом. Ещё глупее - притворяться, что я не хочу знать ответ на этот вопрос.
Дин
- Ещё вчера ночью у меня было всё. Сегодня мне кажется, что у меня украли что-то важное. Это так?
Ее вопрос обескураживает. Поведение - еще больше. Но если взять в расчет ее растерянность, то все становится ясным. Мы провели три приятных вечера. В том числе вчера ей было со мной хорошо. Уж точно Ада представляла меня другим, каким-нибудь красавчиком с чистой кожей - для женщин это нормально. И тут такой сюрприз в виде личного монстра без привязи. Когда я шел на этот эксперимент, мною двигали эгоистичные порывы, желание что-то кому-то доказать. Но тут появилась Ада, и все полетело к чертям. Я и не подумал о том, что этот эксперимент сможет затронуть что-то во мне до такой степени, чтобы взволновало чье-то мнение. Теперь я стою перед Адой и чувствую свою вину. Ее никто не предупредил, с кем она общается. Сам я хитростью влез к ней внутрь. Украл ли при этом что-то? Видимо - да, раз она теперь это ищет. Только что-то растерял и сам, потому что у меня было аналогичное ощущение. Еще вчера я мог припасть к ее губам, сегодня - только смотреть, давясь слюной. Обнять, ласкать - все это было вчера. Сегодня - только думать об этом, задыхаясь жаром собственных воспоминаний. Но если я лишил ее воплощения иллюзии, то она лишала меня всей себя.
- Видимо, я должен извиниться, что все так вышло. Но как ни странно, а у меня такое же чувство. Только уверен, оно имеет у нас разные причины. Ты ждала чего-то другого, я наоборот - никак не ждал того, что может произойти со мной на этом острове.
Освободив одну руку, я тянусь ею к лицу Ады. Но так и не касаюсь, когда понимаю, что моя рука для нее слишком грязная. Теперь я лишен даже такого простого жеста. Сжав пальцы, убираю в карман.
- Ты очень красивая… очень. Жаль, что я не оправдал твои ожидания.
Ада
Сейчас, когда я лишена осточертевшего за три дня присутствия психолога - или кто там наблюдал за нами всё это время? - я чувствую себя гораздо более обнажённой, чем прошлой ночью. Меня словно вывернули наизнанку и лишили помощи, в которой я так отчаянно нуждаюсь. Потому что разобраться в том, что мне делать и говорить, одна я не в силах. Чувствует ли то же самое Дин - не знаю. Если чувствует - я ему не завидую.
- Извиняться за то, какой ты есть? - я пожимаю плечами, ненавидя саму себе за то, каким равнодушным кажется этот жест со стороны. Да и мне самой в первую очередь. - Это как если бы я сейчас стала извиняться за то, какая я. Красивая, некрасивая, умная, дура… Любая. Дело вовсе не в моих ожиданиях, Дин.
Снова отворачиваюсь, вставая спиной к Дину. Молчу долго, боясь каждую секунду, что он уйдёт, а я и не услышу. Но всё равно настойчиво и эгоистично ворую у этой ночи то, чего мне так не хватало. Время. Будто оно и вправду может расставить что-то на места так быстро. Море тихо шелестит и этот звук больше не кажется приятной мелодией. Скорее ударяет по натянутым до предела нервам. Мелодия была у темноты. Нашей, общей. Одной на двоих. Только жить в темноте и притворяться незрячими - глупо.
А темнота возвращается вместе с первыми бархатными объятиями карибской ночи. Но почему-то сейчас мне кажется, что если я продлю свою иллюзию, уже завтра утром не захочу с ней расставаться никогда. Только жить в иллюзии и притворяться незрячей - глупо…
Когда поворачиваюсь к Дину лицом, даже не сдерживаю вдоха облегчения. Он получается судорожным и рваным. Прикосновение к его ладони взрывается внутри меня мириадами необъяснимых чувств. Я подношу его руку к своему лицу и наклоняю голову, пока не касаюсь щекой его пальцев. Сначала прикрываю глаза, возвращаясь туда, в нашу с ним темноту. Но тут же распахиваю их, глядя на Дина. Что изменилось от того, что я вижу, как он выглядит? Прикосновения стали вызывать у меня отвращение? Нет. Воспоминания о наших встречах стёрлись? Тысячу раз нет.
- Дело не в моих ожиданиях. - Мой шёпот едва слышен, но я знаю, что Дин меня поймёт. - Я боюсь. Но совсем не тебя. Глупо в этом признаваться, но… - улыбка, появившаяся на моих губах, выходит нервной и кривоватой. - Боюсь, что я вообще ничего не знаю о людях… ну… вроде тебя. Мне кажется, это какая-то другая галактика. В которой нет места обычным девушкам, таким, как я. Ну, ты понимаешь?
Замолкаю, пока не наговорила новых глупостей, но руку Дина не отпускаю. Мне просто важно, чтобы меня поняли, какую бы ерунду я ни говорила здесь и сейчас.
Мне просто очень нужно, чтобы он понял.