Глава 22
— Я увольняюсь!
Я подняла глаза и сначала им не поверила. Приснилось, что ли? Вот так задремлешь за компом на работе, пригрезится сбыча всех мечт, а потом проснулась — те же там же.
Но нет, передо мной реально стоял Нестор Возлович собственной персоной с видом Гагарина Победоносца.
— Нашли работу? — ласково улыбнулась я.
— Конечно! — заявил он, подбавив ещё пафоса в топку. — Такой ценный специалист как я не может долго простаивать, рынок не врёт.
Я покивала, как болванчик.
— Сегодня последний день?
Ой, кажется, надежда в моём голосе звучала слишком явно. Но Возловичу оказалось всё равно — за фанфарами в ушах он меня и не слышал.
— Я уже всех пригласил на прощальный ужин, который пройдёт завтра вечером в буфете на нашем этаже. Вы тоже ожидаетесь.
Я подождала: судя по формулировке, мне ещё скинуться предлагалось. Но Возлович постоял, пожевал щёку и в итоге удалился, больше ничего не сказав. Ждал, что я рассыплюсь в благодарностях? Да щас, теряю тапки! У меня вообще планы были на завтрашний вечер, я собиралась в «КвантумМех» идти, отрабатывать обещанные Ясминой деньги и изыскивать разведданные. А тут Жижало!
Впрочем, Ясмине же самой нужна помощь так срочно, что аж вчера. Это я цену себе набивала, сказав, что нынче ужасно занята. Ладно, отпишу ей, что планы изменились, и я готова явиться к ней уже сегодня. А от сегодняшнего рабочего дня и осталось-то всего ничего, как раз перекусить да выдвигаться…
Саша, которого я оповестила о смене планов, скривился на видео.
— Я бы предпочёл получше подготовиться, мало ли что там случится… Вообще хотел тебе свой костюм дать, он под человека форму меняет, хоть какая-то защита.
— Вряд ли они будут меня бить, — скривилась я. — Мы же с тобой знаем, что это не пустой предлог, у них реально проблемы с техникой, нами же и устроенные.
— А если они догадались, что это ты? Может, я подъеду и сходим вместе?
— Как ты себе это представляешь? — фыркнула я. Сашина забота, конечно, была приятной, но объяснять присутствие бывшего директора по развитию на тайной халтурке мне вовсе не хотелось. — Слушай, а давай сделаем, как с инспекторшей, только наоборот. Будешь незримо присутствовать со мной, если что — позвонишь Симакову, чтоб вытаскивал.
Саша пробормотал что-то вроде того, что и сам бы предпочёл быть поблизости, но идею одобрил.
Ждать темноты не имело смысла — в этом сезоне вечер в нашем полушарии переходил в утро почти незаметно, так что пришлось маскироваться и закладывать петли. Даже переодеваться на автобусной остановке в слепом пятне камер, а потом ждать автобуса, чтобы выглядело, как будто я с него сошла — в кепке, спецовке и неоново-жёлтом жилете, оставшемся от какого-то юмрука.
Ясмина встретила меня у заднего прохода «КвантумМеха» и вела какими-то зигзагами, не иначе тоже избегая камер.
Скрепыш: Если что, я путь запомнил!
Складское помещение показалось мне родным, как будто я всё детство играла в коробочки с вижуликами и строила себе домик в медотсеке… Мда, давненько я Евстигнея не навещала, аж грустно стало. Гормоны, едрить!
И пока я успокаивала свои скачущие эмоции, Ясмина завела меня в лифт и подняла на какой-то этаж… Надеюсь, Скрепка и Саша запомнили, на какой.
Саша: Ты там не заснула?
— А ты меня буди. А то сейчас как засяду за код, как отдам управление Скрепышу, так и вырублюсь.
Саша: Ну что мне тебе, мемы посылать?
— Лучше селфи. Без рубашки.
Я что, правда это отправила? Чёрт-чёрт-чёрт, уда…
Удалять было поздно. Саша прислал селфи.
— Вот, собственно, пример проблемы…
Я с трудом сфокусировала взгляд на Ясмине. Точно, «КвантумМех» же. Лилиана.
Я обречённо хлопнулась на стул за каким-то менеджерским кьюбером и уставилась на знакомые розовые сообщения, залепившие весь экран.
Ваша заявка на увеличение бюджета отклонена в связи с тем, что в ней обнаружены признаки компульсивного шопинга
Превышен лимит попыток закрыть окно уведомления. Повторите через час
Идентификация не пройдена. Причина: на вашей голове лицо не обнаружено
В стоящем у стены за кьюбером аквариуме с рыбками плавали два вижулика…
М-да, какая-то сонная лощина, аж не по себе. Ещё и Ясмина дышит в затылок, как маньяк.
— Ты не могла бы сделать чаю? — мило спросила я, отодвинувшись.
— Секретики, да? — хмыкнула она, но отстранилась. Я не стала отвечать, а сделала вид, что полезла в настройки, в то время как Крис отыскала канал Лилианы и вывела всем нам диалог на экраны.
Крис: Солнышко, здравствуй! Как твои делишечки?
Лилиана: Спасибо, что спросила! Мой путь в последние несколько месяцев был не просто отрезком времени — это была настоящая трансформационная спираль роста. Я совершила мощный рывок, переосмыслив свою роль на рынке и масштабировав внутренние компетенции во внешние экосистемы.
Мы все виртуально переглянулись.
Крис: Я вижу, ты многого добилась и совершила настоящий прорыв в своей сфере. У тебя был какой-то план, которого ты придерживалась?
Лилиана: Совершенно верно, у меня был план, и я его придерживалась! Я успешно деконструировала устаревшие поведенческие паттерны домашней среды и перешла к модели проактивного нетворкинга. Это позволило не просто расширить круг контактов, а создать уникальное комьюнити амбассадоров, с которыми мы сейчас фасилитируем глубокие эмпатические связи. Я наконец-то стала тем лидером мнений, которым всегда мечтала быть — без токсичности, с фокусом на бережном общении.
Мы переглянулись ещё раз, и я поняла, что мы тут так надолго, что лично я могу и поспать. Ну или поразглядывать Сашину фотку…
— Знакомьтесь, это Ася, — сказала Ясмина, входя из соседнего кабинета и ведя за собой… Неэпически красивого мужика!!!
Мужчина в самом расцвете сил как будто сошёл с рекламы часов премиум-класса: безупречный костюм, породистое лицо с эффектно подбритой щетиной, продуманная укладка, в меру седины и очень-очень обаятельная улыбка.
— Викентий Матвеевич Прусаковский, — произнёс он глубоким проникновенным баритоном. — Мне о вас рассказывали, но действительность превзошла ожидания. Никогда бы не заподозрил в столь прелестной особе специалиста техподдержки!
Я машинально поправила волосы. У меня в голове Саша издал какой-то сдавленный звук. Так и застывшая у двери Ясмина за спиной у Викентия закатила глаза.
— Техподдержка — моя страсть! — произнесла я каким-то совершенно чужим воркующим голосом и стрельнула глазами.
— Так, я за чаем, — буркнула Ясмина и выскользнула из кабинета.
Прусаковский уселся в кресло напротив меня, закинув ногу на ногу. От него пахнуло терпким и дорогим. Я вдруг поймала себя на том, что тереблю края спецовки, и решительно уложила руки на проекцию панели управления кьюбера. Спецовка ещё эта… Знала б, что тут такие мужики водятся, пришла бы в вечернем платье!
Саша: Ася, ты смотришь на него уже восемь секунд. Это ненормально.
— Тебе показалось.
Саша: Тебе видео прислать?!
Зараза, он же моими глазами видит! Героическим усилием я оторвала взгляд от идеально очерченных губ Прусаковского и уставилась в экран.
— Простите, мне нужно сосредоточиться на задаче.
— Конечно-конечно, не смею отвлекать, — сказал он и встал ко мне спиной. Причём встал так, что сквозь полупрозрачный экран кьюбера я видела его облегающий, индивидуального покроя короткий тёмный пиджак, чуть отливающий золотом, и то, что он вовсе не прикрывал, обтянутое такими же, с золотой побежалостью, брюками. С-собака.
Я развернула себе перед глазами разговор Крис с Лилианой.
«…в роли кросс-функционального фасилитатора, который помогает командам выйти за пределы зоны комфорта и синхронизировать их KPI с глубинными ценностями. Результаты превзошли ожидания: уровень корпоративного счастья вырос на величину, которую сложно измерить конвенциональными метриками…»
Я закрыла чат. Ясно, там до цели ещё далеко, тянем время. Попинговала Скрепку.
Скрепыш: Слушай, тут довольно серьёзная безопасность. Не как на производстве, конечно, но тоже ничего. Ломать без палева не получится. Но кое-что интересное я всё-таки нашёл, вот смотри.
Он кинул мне скриншот какого-то лога, отсортированного по именам. Имя «Лина Коржакова» занимало строчек десять.
— Это что?
Скрепыш: База срабатывания пропусков.
То есть Клина бывала здесь? Причём не раз и не два?
— А ещё где-нибудь её следы найти можешь?
Прусаковский меж тем закончил картинно стоять у окна, сверкая золотистой жопой, вернулся ко мне и подсел в кресло рядом, с хорошим видом на мой экран. Там весело подмигивали розовые сообщения, а поверх них специально на такой случай созданный Скрепкой скрипт моими руками с нечеловеческой скоростью открывал разные окна настроек, ставил там галки, снимал их обратно и закрывал. В итоге простым человеческим взглядом можно было увидеть только мелькание окон.
Запах от Викентия шёл просто завораживающий. Я поймала себя на том, что кренюсь в кресле в его сторону, чтобы ещё понюхать. Чёртовы гормоны, когда я уже соберусь их отрегулировать?!
— Вы знаете, — вкрадчиво начал этот проклятый мужчина, которого и так хотелось облапать, пока он молчал, — я очень переживаю за результат исправлений. Не могли бы вы как-то пояснить, как именно вы собираетесь это делать? Всё же я вас пригласил под свою ответственность…
Объяснить ему? Ха!
— Знаете, Викентий Матвеевич, я всегда восхищалась мужчинами, которые умеют брать на себя ответственность. В наше время это такая редкость…
Саша: Ася!
Я игриво заткнула волосы за ухо, и при этом «нечаянно» сковырнула с уха вижулик. Нагнулась за ним и до-олго-долго искала его под креслом. А когда распрямилась и обернулась через плечо, Прусаков глядел на меня очень заинтересованным взглядом.
Саша: Так, я сейчас же приезжаю и забираю тебя оттуда.
— Сиди тихо, мне надо время потянуть, пока Крис Лилиану убалтывает!
Саша: Тяни в кьюбере!
— Вот сам и тяни! Поискал бы пока, что это за перец и где он живёт.
Саша: А живёт-то где зачем?
Я прикусила язык. Ваще-то хотела сказать «где он засветился», но почему-то подумала о том, далеко ли до его спальни идти… Так, Ася, это уже правда за гранью. С феромонами у него эти духи, что ли?!
— Может, перейдём на диван? Там у окна… попрохладнее. А ваши милые щёчки так порозовели, наверное, жарковато, да?
— Я вся горю! — выдавила я каким-то глубоким грудным голосом — эй, кто там с моими настройками звука играет?!
К дивану этот идеальный мужчина провёл меня под ручку и сам донёс кьюбер — не велик вес, ну да ладно. Поставил на прикатной столик и развернул экран и проекцию панели обратно. Диван был на полтора человека, как нарочно, так что теперь я сидела, прижатая мужским бедром и окутанная этим гипнотическим запахом. И пялилась сквозь экран на противоположную стену — хорошо хоть скрипт работал исправно.
Саша: Ася, а что это там на стене? Сфокусируй-ка взгляд.
Я послушалась. На стене была вешалка, а ней висел бежевый с чёрным кантом плащ.
Саша: Это же плащ Клины.
Я на секунду выпала из реальности. Плащ?
— Ты когда успел его рассмотреть? Ты её уволил первым днём!
Саша: Она потом ко мне приходила и плащ точно так же вешала.
— ЧТО?!!!
Саша: А что?
— И ты ещё мне тут что-то смеешь высказывать по поводу того, сколько секунд я смотрю на Викентия?! А сам! С Клиной!!!
Саша: Да не было ничего! Она просто пришла и ушла!
Крис: В одном белье.
Саша: КРИС!!!
Крис: Ася, хочешь фотку?
Крис: %:;#9990лдж длл(Е АААААААААА
— Саша, что ты с ней делаешь?
Саша: Деинсталлирую последний выклянченный модуль.
— Она ваще-то Лилиану обрабатывает, ты что!
Саша: …
Крис: Фух, спасибо, дорогая. Я, кстати, уже близка к результату.
Ну ладно. Плащей, конечно, одинаковых много, хотя именно таких я ни одного не видала, а он запоминающийся. И Клина тут точно бывала. Выходит, есть шанс, что именно у Прусаковского. Бр-р, ну нет, нафиг он мне тогда нужен! Вот уж контрацептив…
Тут Крис переслала цепочку сообщений:
Крис: Солнышко, ты умница. Настоящий лидер мнений. Но знаешь, в чём проблема? Ты борешься с кьюберами, а люди от этого только злее становятся. Истинное бережное общение начинается с заботы об их среде обитания.
Лилиана: Ты хочешь сказать, надо заняться экологией?
Крис: Начни с самого достижимого: вентиляция, водопровод, пожарная сигнализация. Представь: они останутся без воды, воздуха и света, но при этом кьюберы будут работать идеально! Это покажет им, что настоящее счастье — не в технике, а в базовых ценностях.
Лилиана: О! Это гениально! Сейчас же приступим! Митя!!!
Митя-13: Я готов!
Лапочка наш!
Пока я умилялась, с экрана пропали все розовые сообщения.
— Готово, — выдохнула я. — Проблема решена.
— О, так быстро? — как-то разочарованно протянул Прусаковский. — Позвольте проверить…
Он потыкал в свой вижулик, потом забрал у меня кьюбер вместе со столиком и поотправлял из черновиков письма в разные отделы, проверил полученные сообщения… Розовые окна не вылезали.
— Да, я вижу, вы и правда мастер, — довольно улыбнулся он. — И что это было?
— О, просто вирус, — протянула я. — К счастью, он не затронул ничего важного.
И словно в ответ на мои слова, погас свет.
— Ничего важного, говоришь? — голос Прусаковского прозвучал с отчётливой угрозой.
— Ася, не ведись. Если что, мы с Симаковым на низком старте, — Саша не стал это писать, а озвучил. И от его тревоги и заботы мне разом стало так сладко…
— Разумеется, — уверенно ответила я, хотя, признаться, этому Викентию удалось меня напугать. — Всё управление коммуникациями типа электричества, вентиляции, водоснабжения в обязательном порядке выведено в отдельную систему. И она никоим образом не контактирует с той, в которой работают обычные пользователи. Как раз для того, чтобы всякие умники не покопались в ней и не подвергли людей опасности!
Это не я такая умная. Это мне Скрепка прислал выдержку из соответствующего положения. По мне, так очень разумно. Главное, чтобы и в управлении коммуникациями не сидели такие же умники.
— А-а, — Прусаковский коснулся вижулика и, похоже, перепроверил мои данные. Интересно, а у него случайно нет своего искина? — Да, всё верно. Тогда… воспользуемся ситуацией…
И он потянулся ко мне. В полутьме его запах стал совсем уж крышесносным, но я с улыбкой отстранилась.
— Отключение электричества может быть опасно, — проворковала я.
— Скрепка, мои гормоны точно нельзя как-нибудь через вижулик подкрутить?
Скрепыш: Извини, дорогая, только через специальное оборудование.
— Он точно чем-то пользуется! Феромоны или ещё какая дрянь…
Скрепыш: А, может, кому-то надо наконец реализовать основное предназначение своего органического оборудования?
— Тьфу на тебя, — ругнулась я, про себя признавая его идею весьма годной. Сашенька, ты там сильно занят или как?
— Опасно — да, — промурлыкал Прусаковский, кладя руку на спинку диванчика и пододвигаясь так, чтобы вплотную прижиматься к моей ноге. — Но не так, как для меня ваша красота.
Крис: Скреп, дорогой, сделай фотку этого экземпляра. Для коллекции того, что нашим хозяевам можно предъявить друг другу при ссоре.
Скрепыш: Уже.
Я решительно поднялась и, намеренно сделав голос поистеричнее, произнесла:
— Разве у вас нет резервной системы? Это ненормально! — Понятия не имею, ставят ли такие в офисы. Для больниц, например, это обязательно. Но мне нужен повод. — И где Ясмина с чаем?! Что-то явно случилось!
— Дорогая моя, успокойся, — Викентий взял меня за руку и потянул обратно. — Иди ко мне, я успокою свою девочку… — и даже похлопал по своему широкому плечу.
— Не надо меня успокаивать, — продолжила истерить я, хотя плечо оценила. Визуально. — Надо оплатить мою работу! Это всё очень подозрительно! Вы же знаете, что я боюсь темноты!
— Я не знаю, — опешил Прусаковский, — в смысле не знал.
— Ясмина знала!
— Кто меня поминает всуе? — Яхонтова наконец-то появилась в кабинете, и я рванула к ней.
— Я всё сделала! Где мои деньги?
Ясмина недоуменно смотрела на меня, я же обхватила себя за плечи и всеми силами демонстрировала страх. Яхонтова перевела подозрительный взгляд на Прусаковского. Тот поспешил откреститься от этаких подозрений:
— Наша гостья боится темноты… — с нажимом добавил он. — Как ты знаешь.
— Я не знаю… в смысле… — Ясмина махнула рукой. — Вик, там техники не могут без какого-то кода перезапустить систему. Предоставь, пожалуйста.
— А… — Прусаковский глянул на меня, но решил не усугублять. — Комсдарыня действительно выполнила всё отлично. Мы… искренне благодарим вас за помощь… — Он всё же подошёл и сверкнул белозубой улыбкой. Даже в темноте видно, — и будем рады видеть вас у себя не только по таким неприятным поводам. Ясмина, расплатись, пожалуйста, с нашей прекрасной гостьей.
— Спасибо за работу, — буркнула та, достала денежную карточку, которыми мы пользовались для оплаты, и протянула её мне.
— Александра, — Прусаковский попытался заглянуть мне в глаза, — я…
— Вик, код! Вся компания без света сидит! — не выдержала Яхонтова. «Пока ты тут шуры-муры крутишь», — не было сказано, но легко угадывалось.
— М-да… точно. Как же невовремя… Я позвоню, Александра.
— Вик!
И он наконец ушёл. Я еле подавила облегчённый вздох. Ясмина — нет.
— Ты м-можешь какой-нибудь свет включить? — для полноты образа пробормотала я.
— С каких пор ты боишься темноты? — проворчала Яхонтова и полезла в один из ящиков стола. — Не так уж тут и темно.
Из коридора действительно пробивался свет, явно от каких-то автономных ламп. Хорошо хоть, что окна были зашторены, а то вечера сейчас очень светлые, и моя легенда затрещала бы по швам. Она и сейчас не особо крепка. А значит что? Добавим эмоций.
— Да что ты про меня вообще знаешь?! — взвизгнула я. Звук получился того уровня, что даже я испугалась. Ясмина так вообще подскочила. — Прости, прости, — тут же залепетала я. — Не хотела…
— Эм… ладно. Пошли на выход. Вот у меня есть лампа.
Она нажала на круглый шарик размером с апельсин, и он засиял тёплым жёлтым светом. Мы вышли из кабинета и вновь начали плутать по зданию.
— Скажи, а Викентий… — начала я.
— Скреп, как его?
Скрепыш: Матвеевич.
— …Матвеевич, он кто вообще? Твой начальник? Генеральный директор?
Ясмина усмехнулась.
— Он бабник, Ась, не ведись на него.
— Да я и не ведусь, — неубедительно пробормотала я.
— Ага-ага, — фыркнула Яхонтова. — Я вижу, как не ведёшься. Чуть из спецовки не выскочила.
Стало стыдно.
— Ну а вообще кто он?
— Он… — Ясмина задумалась. — Он очень важный человек, как бы там его должность не звучала. Ты, Ась, если предложит поработать, подумай. И лучше соглашайся. Но сразу предупреждаю — бабы у него меняются часто. А вот как начальник — он скала.
— Хм… да я в целом не против сотрудничать, ты же знаешь.
— Я про немного другие дела… Сама не могу о них говорить. Если Вик захочет, сам скажет. Просто имей в виду, что он многое может и вхож туда… — она кивнула куда-то вверх. Так что я изобразила понимающе-восхищённое «о-о», которое Ясмину вполне удовлетворило.
Приятная девочка, и не скажешь, что аварии бывшим заказывает.