23 Руслана

Мне снова удается сбежать от Амина. Точнее, не сбежать, а воспользоваться правом отказа. Когда я твердо повторила, что говорю ему “нет”, принц не поверил. Похоже, он был свято убежден, что после всего я просто не могу захотеть уйти.

И откровенно говоря, часть меня ликовала по этому поводу — мне удалось его, во-первых, удивить, а во-вторых, не встать на одну ступень с той же Алисией.

Стоило мне подумать, что он и с ней вытворял все эти штуки, как становилось тоскливо и тошно. Да и Амин тоже, нахал такой, напоследок заявил:

— Если почувствуешь голод, ты всегда можешь дать мне об этом знать, Руслана.

На это я лишь фыркнула, а шейх рассмеялся.

— Я знаю, что ты слишком гордая. Поэтому… — он многозначительно замолчал, придвинулся так, что его член вновь оказался в опасной близости от меня. — Если тебя одолеет желание, поласкай себя. И когда будешь это делать, вспоминай все, что я с тобой делал. Вспоминай и фантазируй, пташка.

В тот момент он вогнал меня в такой стыд, что я не смогла выдавить ни слова.

Тогда мне казалось, что его слова — лишь шутка. А позже выяснилось, что следующим вечером последнего свидания у меня с Амином не будет, и я расстроилась.

Пришлось признать — дело было не только в том, что я хотела поскорее закончить со сделкой. Нет, принцу удалось разбудить во мне чувственность и показать мир физического желания и удовольствия.

Стыдно было это осознавать, но я хотела повторить. Захотела снова испытать те эмоции, запомнить, чтобы после уже спокойно вернуться домой.

Но Латифа сказала, что никаких распоряжений по поводу вечера господин не давал, так что мне остается только ждать.

Еще и посмотрела так жалостливо, что мне стало не по себе.

Наверное, выглядела я как дура-брошенка, которая решила побегать за мужиком.

Обругав себя последними словами, пообещала себе, что больше не спрошу про шейха ни слова.

Правда, весь следующий день распорядительница ко мне даже не заглядывает. Я оказываюсь в полной неизвестности. У меня нет никакой связи с внешним миром, но и внутри дворца я тоже совершенно не приспособлена. У меня нет никого, кому можно было бы довериться, и от кого я могла бы узнать, почему Амин не приходит ко мне.

В голову против воли лезут мысли, что из-за моего отказа он просто решил пойти и получить желаемое в другом месте.

Ну, а чего? Зря, что ли, гарем простаивает? Вон там сколько девушек готовы ублажить его на разный лад. А может, даже и не по одной за раз.

Вроде бы и понимаю — Амин ничего мне не обещал, про верность не заговаривал. Да, говорил про то, чтобы распустить гарем, но я не верю, что он вообще на такое способен. Да и зачем настаивать на таком, если я домой собираюсь? К чему портить жизнь остальным?

И все же неприятные мысли не дают мне покоя до самого вечера.

До последнего надеюсь, что меня пригласят к принцу, даже подбираю наряд. Ловлю себя на том, что прическу продумываю, какую сделать, чтобы ему понравилось.

Дура, конечно же. Радоваться бы, что он забыл про меня. Но я расстраиваюсь. Конечно же, только из-за того, что откладывается мое возвращение. А все остальные мысли я стараюсь отложить подальше.

Сидеть взаперти без дела — огромная мука. Мне кажется, я начинаю сходить с ума. После того как Мариам отстригла мне косы, Салима ни разу не приходила ко мне. Я не то чтобы ждала ее. Но так была хоть какая-то возможность разузнать о том, что происходит за дверями моей комнаты.

В принципе я могла бы и сама выйти. Но чем бы это закончилось? Во дворце такие запутанные коридоры и переходы, что я бы стопроцентно заблудилась. А там кто знает… Нравы здесь, конечно, дикие.

Я до самого вечера маюсь от безделья. И когда за окном начинает смеркаться, ко мне приходит служанка. Так как мой ужин забрали еще раньше, то я понимаю, ради чего она здесь, и ловлю себя на том, что сердце резко ускоряется, а сама я испытываю огромное предвкушение.

— Госпожа, вас просит навестить распорядительница Латифа.

— Что? Подождите, а разве не господин меня позвал?

Девушка испуганно мотает головой.

— Нет, меня отправили сопроводить вас в больничную палату.

— А что с Латифой?

— Меня не посвящали, — сдержанно отвечает она.

— Она поэтому не приходила ко мне? А сколько она уже там?

Но ответа я не получаю. Еще недавно злилась на Латифу — думала, она специально не приходит, наказывая меня за характер. Теперь же иду по коридору, волнуясь и гадая, что случилось с единственной женщиной, которая отнеслась ко мне по-человечески.

— Вот сюда, — служанка тормозит у неприметной двери в конце коридора. — Она вас ждет.

Открываю ту и осторожно заглядываю внутрь, прохожу — впереди небольшой коридор. Я иду дальше, оглядываясь по сторонам. Как вдруг позади слышу громкий щелчок. Оборачиваюсь — дверь закрыта, хотя я точно оставляла ее нараспашку.

По спине пробегает мороз. А следом слышу знакомый голос:

— Повернись!

Алисия…

Вот теперь мне становится страшно. Кусочки головоломки складываются. Меня обманули. Заманили, чтобы… Что?

— Тоже отрежешь мне волосы? — резко спрашиваю, оборачиваясь к главной змее гарема. Та стоит у дальней стены.

— Лучше, — ухмыляется она. — Раз ты не понимаешь сама, придется объяснить на пальцах.

Протягивает руку к стене, и вспыхивает верхний свет. Оказывается, это не коридор, а комната со стенами, покрытыми странным мягким материалом. А в руках у Алисии появляется нож. Длинный. Чуть изогнутый.

Она делает ко мне первый шаг, и у меня в ушах начинает шуметь.

Она что, реально собирается меня убить?

— Амин не оставит это так просто, — пытаюсь достучаться до девушки. Но ее взгляд уже не кажется мне адекватным — слишком одержимо она на меня смотрит.

— Амину будет не до тебя, рыжая сучка.

На ее лице появляется не просто улыбка — дикий оскал. Словно она уже меня не слышит.

Металл угрожающе поблескивает. Алисия же ловко крутит нож в руке, давая понять, что она умеет с ним управляться. А вот у меня совершенно нет таких навыков, и с большой долей вероятности я не справлюсь с ней.

— Ты знала, что несколько удачных ударов, и ты истечешь кровью всего за пару часов, — с дикими горящими глазами произносит она. — Когда тебя хватятся, будет уже поздно. Но знаешь, Амин легко утешится в моих объятиях.

— Какая же ты дрянь, — пораженно выдыхаю. — Он же накажет тебя за это!

— Кто сказал? — самоуверенно возражает она. — Никто не узнает, кто это сделал.

Она кладет свободную руку себе на живот. Улыбается еще шире, окончательно подтверждая, что у нее не все в порядке с головой.

— Амину будет о чем думать и чему порадоваться.

— Ты что беременна? — удивляюсь я.

— Обязательно буду. И он женится на мне. Сделает своей королевой. А ты… Ты исчезнешь, тупая сучка! — рычит Алисия.

— Но я и так скоро уеду!

Это срабатывает — она тормозит, недоверчиво смотрит.

— Что ты сказала?

— Я хочу уехать из дворца, — уже спокойнее говорю, чтобы не спровоцировать очередную волну агрессии. — Меня привезли против воли. Я хочу домой, понимаешь? Амин пообещал, что отпустит, если я не передумаю.

Она почти минуту смотрит на меня немигающим взглядом. Я же все это время нахожусь в напряжении — надежда все еще достучаться, не покидает меня.

— Думаешь, я такая дура? — неожиданно грубо рявкает Алисия. — Амин никого просто так не отпускает. Только ломает и получает то, что хочет.

— Ну, раз он хочет меня, то тебе это никак не поможет, — огрызаюсь.

— Ошибаешься, — шипит эта змея, сжимая покрепче рукоять нож. — Я — его фаворитка. И так и останется! А ты сдохнешь здесь!

Алисия уверенно надвигается на меня, а я лишь беспомощно оглядываюсь по сторонам и пячусь назад. Оказавшись рядом с дверью, дергаю ту несколько раз, но замок заперт.

— Дура, ты останешься здесь, — добивает меня эта дрянь. — Не стоило тебе привлекать внимание моего мужчины!

Она оказывается рядом, и я испуганно отшатываюсь в другую сторону.

— Хватит! Мне он не нужен! Клянусь! Прекрати! — кричу, пытаясь до нее достучаться.

Смотрю наложнице за спину, прикидывая, успею ли проскользнуть и сбежать в дальний угол коридора. Но Алисия верно понимает мою идею и делает шаг в сторону, преграждая дорогу.

— Сдохни, сучка! — рычит она и замахивается.

А дальше дверь практически слетает с петель. Я кричу, вжимаясь в стену, вижу, как к нам вваливается огромный охранник и за шкирку оттаскивает Алисию. Та визжит и пытается достать мужика ножом. Второй помогает скрутить ненормальную, а я обессиленно оседаю на пол, даже не сразу понимая, что мне жжет плечо.

Опускаю взгляд, вижу капли крови.

— Давай, вставай, девочка, — раздается голос Латифы. Поднимаю голову, моргаю. И правда, она. — Зарема, помоги, — кричит она в сторону. Рядом появляется та самая служанка, которую Амин собирался высечь.

У меня кружится голова. Я ничего не понимаю и поэтому послушно следую за Латифой и Заремой. В мыслях полный туман. В горле — тугой ком. Кажется, даже дышать трудно.

Второй раз я была как никогда близка к смерти. И это, кажется, становится последней каплей.

Едва меня приводят обратно в мою комнату, как меня накрывает настоящей истерикой. Я реву в голос, чувствую, что меня усаживают на постель, а затем Латифа прижимает к себе, обнимает и тихо-тихо что-то приговаривает.

Мне так страшно от понимания, что если бы не они, если бы не это чудо, то я бы сейчас лежала на полу, истекла бы кровью и … И все! Меня бы не стало!

Это так страшно и больно!

Я бормочу что-то невнятное, плачу, ругаюсь, проклинаю чертова шейха с его гаремом. И в итоге сама не замечаю, как проваливаюсь в беспокойный сон.

Мне опять снится мама. Тоска одолевает — я никак не могу подойти, обнять ее. Между нами будто невидимая стена. Словно что-то мешает.

Я кричу, зову ее. Но все напрасно. Чувствую слезы на моих щеках.

И хотя я никак не могу добраться до мамы, ощущаю крепкие объятия. Такие, что мне становится немного спокойнее. Следом слышу тихий настойчивый шепот:

— Руслана, девочка, вернись ко мне.

А затем я просыпаюсь.