Глава 40.

Прошло около года после нашей встречи с Виктором Лэнгли.

Я сидела у окна, ломая голову над списком гостей, который уже несколько раз переписывала заново, и всё равно оставалась недовольна и я уже начинала подозревать, что дело вовсе не в списке.

- Мори, зачем так мучиться? Мы можем вообще не устраивать свадебный приём -будет так, как ты захочешь, - спокойно сказал Джон, глядя на меня с улыбкой.

- Если бы я была уверена в том, чего хочу, - вздохнула я. - Кое-что не даёт мне покоя.

Он усмехнулся и, отложив книгу, подошёл ближе.

- Позволь взглянуть?

Я протянула ему лист, наблюдая, как он бегло скользит взглядом по строкам.

- Всё очень разумно, - сказал он. - Очень. Как я понимаю, дело только в одном имени.

- Ох, Джон, - сказала я прежде, чем он успел продолжить. - Как же это трудно.

Он помолчал, затем аккуратно сложил лист и положил его на стол.

- Он не приедет, даже если ты впишешь его имя, - сказал Джон тихо. - Ты это знаешь не хуже меня.

- Но ведь не это важно.

- Правильно, - согласился он. - Потому что речь не о его присутствии, а о твоём решении. Впиши это имя, чтобы не терзаться потом. А видеть тебе его не придётся.

Я отвернулась к окну, чувствуя, как внутри поднимается привычное раздражение -не на Джона, а на саму тему, которую я так старательно откладывала.

- Джон, - сказала я, стараясь говорить ровно, - я не думаю, что в наш с тобой счастливейший день должен хотя бы тенью присутствовать этот человек.

Он помолчал.

- Виктор писал тебе, - напомнил он спустя мгновение. - И довольно откровенно, так?

- Да.

- И ты не ответила.

- Нет.

- А ты можешь хотя бы сейчас ответить - почему?

Я сжала пальцы, глядя на деревья за окном.

Потому что я не знала, что отвечать.

Джон кивнул.

Потому что в его словах была самая что ни на есть правда.

- Даже если ты не готова простить, - продолжил он, - ты можешь хотя бы пойти на диалог. Для него. И для себя.

Я отвернулась, снова глядя в окно.

- Не хочу, чтобы он был частью этого дня, - повторила я упрямо. - Хотя ты и прав.

- Я понимаю.

Он сделал паузу.

- Но, возможно, приглашение - это не про него. А про тебя.

Я медленно покачала головой.

- Нет, Джон. Я решила, даже не понимаю, почему до сих пор не отправила этот список.

Мой будущий муж не стал больше настаивать

- Хорошо, - сказал он просто. - Я же сказал - всё будет, как ты захочешь.

А утром я отдала организатору нашей свадьбы список приглашенных.

“Мистер Лэнгли,

Я долго не отвечала на ваше письмо, потому что не знала, какие слова будут честными.

Теперь, по прошествии времени, я могу сказать лишь следующее. Не сомневаюсь, что вы в курсе: в следующем месяце состоится наше венчание с мистером Джоном Блантом.

И я не готова пригласить вас на мою свадьбу.

Этот день я хочу сохранить для себя и для тех людей, рядом с которыми мне спокойно и ясно.

Однако... если вы сочтёте необходимым для себя появиться - я не стану препятствовать вашему присутствию и не позволю себе унизить вас отказом перед другими.

Оставляю это решение на вашей совести.

Мэри Лонгшир.”

- Кстати, - сказал Джон, как будто между прочим, хотя я слишком хорошо его знала, чтобы не заметить, что вопрос обдуман заранее, - ты решила, что будет с Каролиной?

Я не сразу ответила.

- В каком смысле?

- Она ведь все ещё … - он чуть запнулся, подбирая слово, - остаётся под твоей крышей.

- Это временно, - спокойно сказала я. - В доме она, конечно, не останется.

Он кивнул, словно именно этого и ожидал.

- Я и не думал, что ты оставишь её здесь.

- Это было бы странно, - добавила я. - И для неё, и для меня, и для всех домашних.

Я на мгновение задумалась, затем продолжила уже более деловым тоном.

- Мы с Сент-Джном недавно перебрали и обсудили активы. Есть несколько скажем так, не самых полезных вложений, от которых можно избавиться без потерь.

Их достаточно, чтобы решить вопрос.

Джон внимательно слушал.

- Я куплю ей квартиру в Лондоне, - сказала я. - Небольшую, но приличную. Этого вполне достаточно.

- И дальше?

- На первое время она будет обеспечена, - пожала я плечами. - Я не варвар, в конце концов, и не могу дать ей умереть с голоду.

Джон едва заметно улыбнулся

- А ребёнок?

Я ответила сразу, не раздумывая:

- Его образование я оплачу полностью. Там, где они с матерью захотят.

- Даже так?

- Даже так.

Я подняла на него взгляд.

- В остальном... - я сделала паузу, - в остальном это уже не мой цирк, не мои обезьяны, как говорится.

Он кивнул.

- А что же дальше?

- К тому времени, как он вырастет, - сказала я медленно, - Фредерика, Фред и Грета будут достаточно взрослыми, чтобы сами понять, что для них справедливо.

- Вы хотите сказать…

- Я хочу сказать, что это их брат, не мой, - перебила я. - И если когда-нибудь встанет вопрос о том, как делить то, что осталось после Реджинальда, - пусть решают они сами.

Джон некоторое время молчал.

- А ты, Мэри?

Я усмехнулась коротко.

А я, если уж быть совсем точной, вообще не Лонгшир. И не Лэнгли. Не пойми кто.

Он резко посмотрел на меня, но я только чуть качнула головой.

- Нет, Джон. Не в юридическом смысле, конечно. Но если копнуть глубже... - я на мгновение замолчала. - Я не думаю, что имею право принимать такие решения за них. Буду управляющим имуществом до их совершеннолетия, а дальше пусть каждый живёт своими решениями. Я, конечно же, буду рядом, если потребуется совет или помощь.

В день нашей свадьбы я ожидала волнения, суеты, бесконечных мелочей, которые непременно пойдут не так - обычно так показывают в кино и описывают авторы в своих романах.

Однако, всё было как хотела я - спокойно, почти буднично. С радостным предвкушением этого долгожданного дня. Точнее того, что скоро он закончится и можно будет просто начать нашу с Джоном новую жизнь. Особым романтизмом я не отличалась никогда, но Джона Бланта я любила так, как никого. А ещё я была уверена в нём, как в себе самой.

Я одевалась медленно, без спешки, и, глядя на своё отражение, вдруг поймала себя на мысли, что впервые за долгое время не пытаюсь ничего исправить или додумать.

Всё было именно так, как должно быть.

К алтарю меня вёл, утирая слёзы, радостный Френсис Грей. Джон ждал, счастливо, улыбаясь мне.

Он посмотрел на меня - и в этом взгляде было всё: восхищение, волнение, любовь.

И спокойная, уверенная радость.

После святого обряда, когда нас объявили мужем и женой и я повернулась к гостям уже миссис Блант, я увидела движение у двери - знакомая фигура стояла в тени колонны, а потом её перестало быть видно. Сердце моё ёкнуло. Я поняла, что в глубине души ждала появления Виктора Лэнгли. Он предпочёл остаться незамеченным, но не смог не взглянуть на меня в этот день, пусть даже издалека.

Джон слегка сжал мою руку, и я поняла, что он тоже видел. Я ответила ему улыбкой и мы пошли по проходу рука об руку в нашу лучшую жизнь.

Свадьба, что называется, пела и плясала. Больше всех радовались и веселились младшие Лонгширы - шумели, веселились, поднимали тосты за лучшую сестру и своего замечательного зятя.

Организатор нашей свадьбы - мисс Дэвис, подошла к нам.

- Мистер и миссис Блант, теперь вам нужно обойти зал - уделить внимание гостям.

Мы с удовольствием поднялись - уже хотелось размяться.

Это движение - от одного лица к другому, от одного короткого разговора к следующему - оказалось неожиданно приятным. Ни напряжения, ни необходимости держать в голове десятки мелочей. Всё складывалось само собой и я от души наслаждалась своей свадьбой.

Сент-Джон, как всегда, стоял прямо, словно и здесь находился при исполнении обязанностей.

- Леди Лонгшир, - произнёс он с лёгким поклоном. - Позвольте поздравить вас.

- Благодарю, Сент-Джон. Без вас мне было бы куда сложнее пройти путь до этого счастливого дня, - ответила я.

- Мы оба благодарим вас, Сент-Джон, - добавил мой супруг пожимая ему руку.

Он чуть склонил голову, принимая слова, но, разумеется, не позволил себе ни тени самодовольства. Рядом с ним стояла Эмили - они увлеченно беседовали до этого.

Я повернулась к ней.

- Надеюсь, вам нравится приём, Эмили, дорогая - сказала я спокойно.

- Да... благодарю вас, поздравляю. Я правда очень счастлива за вас, леди Мэри, и за тебя, милый Джон, - тихо ответила она.

Джон поцеловал сестру в щёку. Мы еле уговорили её приехать на бракосочетание -она всё ещё стеснялась.

Мы двинулись дальше.

- Ты была очень чуткой с Эмили, - заметил Джон, когда мы отошли.

Я легко пожала плечами.

А у своего стола нас уже поджидал Фрэнсис Грей.

Рядом с ним, как всегда безупречно спокойный, сидел Бернс - он, разумеется, был в числе гостей.

- Наконец-то! - оживился мистер Грей. - Смотрите, что я привёз вам.

- Дайте-ка угадаю, что, - смеясь, сказала я.

Вино, разумеется. Моё роскошное вино.

Он с лёгкой торжественностью указал на бутылку.

- Правда, одну я попросил откупорить для моего друга мистера Бэрнса, - добавил он, как будто извиняясь.

- Вино восхитительно, - подтвердил Бэрнс.

Тогда я обязана попробовать, - сказала я.

Бернс подал мне бокал.

- Уверен, мадам, вы не будете разочарованы.

Я сделала глоток.

- Не буду, - согласилась я. - Вы правы. Джон, попробуйте. На годовщину свадьбы предлагаю поехать на виноградники мистера Грея.

Фрэнсис Грей удовлетворённо кивнул.

- Я всегда жду вас. Ваше здоровье и долгих вам совместных лет!

- Благодарим вас, Френсис, - тепло ответил Джон.

Мы обменялись ещё несколькими словами и двинулись дальше.

Тётя Шарлотта помахала нам.

- Наконец-то! - заявила она. - Я уже думала, вы собираетесь обойти всех, кроме родных.

- Это было бы непростительно, - ответила я.

Фред обхватил меня руками от избытка чувств, Грета прижалась лбом к моему плечу, а Фредерика обняла всех сразу.

Через два часа мы должны были уезжать в свадебное путешествие: из Лондона мы направлялись в Париж. Там меня интересовали не туристические “мекки”, а деловые кварталы, организация торговли и прочие интересные для моих будущих проектов места. Конечно же, это не отменяло прогулок по набережным Сены и походов в театры. Затем мы планировали отправиться на юг к морю. В Ниццу. На этом настаивал Джон, чтобы там мы не занимались ничем - сидели у воды, пробовали местные вина и наслаждались покоем. Следующим пунктом была Вена.

Джон с искренним удивлением узнал, что я ни разу не была в Венской опере, и заявил, что будет счастлив впервые побывать там вместе. Мы собирались провести там всего один вечер, чтобы услышать один из знаменитых спектаклей и уже на следующий день возвращаться домой: нас ждали дела, которые нельзя было откладывать надолго.

Всё это ждало нас, наполняя предвкушением.

Пора было прощаться с гостями. Я перевела взгляд на Джона.

Он держал меня за руку - спокойно, уверенно, как будто это было самым естественным на свете.

- Кажется, всё прошло замечательно, все довольны, сказал он.

- Да, - ответила я. - Именно так.

И в этот момент я не сомневалась ни в одном из своих решений.

А перед самым отъездом мне передали конверт с простой карточкой, на которой было написано “Желаю большого счастья". Без подписи. К записке был приложен чек на предъявителя на большую сумму. Очень, очень большую сумму.

Как будто извинения можно было купить. Впрочем, отказываться я не собиралась.

- О чём ты думаешь, душа моя? - спросил Джон, когда за окном поезда замелькали вечерние огни города.

- О будущем, о нас, о работе, - честно ответила я.

Он усмехнулся.

- И о работе. Ну я не сомневался.

Я повернулась к нему.

- Я приняла решение.

- Мне уже стоит волноваться?

- Пока нет, - сказала я. - Я не собираюсь разрываться между всем сразу.

Он посмотрел на меня внимательнее, ждал продолжения.

- Я назначу управляющего, - продолжила я. - Человека, который будет вести всё имущество под моим контролем. До тех пор, пока кто-то из младших не захочет взять это на себя.

- Разумно.

- А сама я сосредоточусь на верфи.

- Только на одной верфи? - чуть приподнял бровь он.

Я улыбнулась.

- Ты здорово меня чувствуешь и понимаешь. В планах - сеть. По всему побережью.

- Звучит... амбициозно. Впрочем - почему бы и не рискнуть. Если добавить кредит, то моих сбережений будет достаточно на покупку ещё одной верфи.

Он помолчал, глядя на меня с нежностью.

Значит, - сказал он медленно, - ты окончательно отказываешься от роли дочери магната?

Я чуть склонила голову.

- Похоже на то.

- Это несправедливо.

- Возможно. Но это правильно. Я не хочу чужого, мне нужно своё.

- Тогда, - он приподнялся, - мне придётся это исправить.

Я вопросительно посмотрела на него.

- Я приложу все усилия, - продолжил он с тем самым спокойствием, за которым всегда скрывалась его решимость, - чтобы ты стали женой магната Джона Бланта.

Как тебе эта мысль?

Я не выдержала и рассмеялась. Потянулась к нему, не отвечая сразу, и только оказавшись в его объятиях, тихо сказала:

- Думаю, это понравится нам обоим.

И впервые за долгое время я точно знала: впереди больше не было чужих решений и их последствий, а начиналась моя собственная история.

 –

КОНЕЦ