60

На город наконец спускался вечер. Светлые долгие сумерки потемнели. Только тогда вернулась Тень.

Ойра пришла, прикинувшись серой уличной кошкой. Невесомым боком тёрлась о ноги хозяина и заметно вибрировала. Многим казалось, они слышат мурлыканье, которого не могло быть. Тень не умела говорить и даже шуметь. Она не могла с треском наступить на ветку или поскрести когтями по коре, привлекая внимание. Даже со свистом рассечь воздух крыльями ей не дано.

— Она нашла, в каком крыле тюрьма, — погладив её, сообщил друзьям Сильф. — В нескольких кварталах отсюда. Не та, где держат подозрительных чужаков. Казённая гостиница, по сути — полицейский участок. А настоящая секретная тюрьма. Стражи упоминали в разговоре о подземельях и контрабандистах. Скорее всего, Верен тоже там. Но что толку? Нам до него пока не добраться.

— Связь там не ловит? — спросил Шакли.

— Тень не почуяла его. Значит, и связи нет. Можно проверить. Хотим просто быть ближе? Тогда нужно искать ночлег рядом с тем крылом. Идёмте, скоро ночь.

— Считаете, сегодня уже слишком поздно? — Аванта не могла скрыть нервную дрожь. Вечер был прохладным, но не настолько, чтобы даже в плаще зуб на зуб не попадал. — Нельзя найти библиотеку или подземный ход?

— Зачем нам библиотека? — не поняла Бабочка.

— Имя «Бавваон» очень загадочное. Я бы порылась в древних словарях. Хочу понять, что оно значит.

— Верен считал, оно известно в истории. Сказал, звучит знакомо, — признался Шакли. — Я бы тоже хотел выяснить. Сильф?

— Проверю, — вертолов уже тряс в закрытых ладонях гадальные камешки, как игральные кости. Бросил на мостовую. Присел, рассматривая, что выпало. Собрал камни в карман, покрутил на ладони вертоловку. И этот ответ его чем-то не устроил. Снова попросил у Аванты красный кристалл для маятника.

— Ты связана с этим городом, — мельком пояснил Сильф. — Мда, теперь нет сомнений. Сейчас идти в библиотеку слишком рано, мы должны отдохнуть. Но завтра — уже поздно. На рассвете. Там будет пусто, даже без охраны. На рассвете узнаем что-то важное.

— Что ж, подождём. Пока есть время, лучше поспать, вер… да что это такое! — Шакли устало закрыл лицо руками. На языке снова вертелось: «Верно?» Будто и так неясно.

— Ты почему-то его чувствуешь, — Сильф ободряюще коснулся плеча шакала. — Видно, сейчас между вами больше общего, чем с нами.

— Ты смеялся над этой ролью, а теперь — ты наш защитник, — Бабочка обняла Шакли за другое плечо.

— Чушь, Сильф нас ведёт.

— Нет. Ты лидер, ты решаешь, что делать. Я только проверяю вероятности.

— Вы говорили, сначала вас вела Аванта, — сообразила Бабочка. — Роли меняются. Помнишь, ты говорил, что всё по кругу и неясно, кто есть кто? Я бы составила таблицу, чтобы проверить, что мы знаем. Кто уже был проводником, ключом, жертвой, и что осталось?

— Посчитай, если можешь, — одобрили компаньоны. — Что ж, вот постоялый двор, прямо в крепости. Тень, здесь? Да, ближе некуда. Чудное название для гостиницы: «Тёмная». В ней окошки только в дорогих номерах и те крошечные. Годится?

Они наняли четыре одинарные каморки. Так оказалось дешевле, чем брать номера на двоих. Шакли, естественно, взял к себе в номер Тришку. Устав от кучи новых впечатлений, медлис и так спал в мешке всю дорогу, но друг отвёл ему местечко на кровати.

Аванта не могла заснуть. Сидела, глядя в одну точку, гладила грубые каменные стены, без кладки, без обоев и обшивки. Гостиница вырублена в цельной скале.

Удивительно, что Мерцающий остров — скалистый. Песок намыт только сверху, а весь город стоит на цельном кряже, выросшем со дна реки. Скорее всего, он поднят магистрами искусственно. Тут совмещение пространств не только в небе, город на Мерцающем острове построен где-то на скалистом обрыве Северо-Западного моря, он только для вида перенесен в реку. Получается, самая главная защита Мерцающего острова от чужаков, не стены крепости, а ложное кольцо пресной воды.

Крепость тоже окружает город огромным широким и глубоким кольцом. Что с того, что Верен и её отец где-то здесь? Она не может угадать, что с ними сейчас, даже, живы ли они? Камни крепости рядом с ней и с ними одни и те же. Сильф сказал, где-то близко, по крайней мере, в этой части города. Да, они теперь ближе, чем утром. Эта стена — часть камеры кого-то из них. Но чем это поможет, если между ними столько стен, тяжелых дверей и стражи? Как добраться снаружи до тех, кто ей дорог?

По щекам Аванты текли слёзы. Пальцы машинально царапали бесчувственные камни.