Глава 8

В себя Гор пришел мгновенно – все в той же Пустоте, на том же самом месте. Человеком. Живым. И вроде бы разумным. Хотя ему понадобилось некоторое время, чтобы заново привыкнуть к своему телу, вспомнить о себе прежнем и приглушить странное чувство безнадежности, которое захлестнуло его недавно в состоянии Тени.

– Уходи, – свистящим шепотом велели ему из-за спины, и Гор ошарашенно обернулся. Но почти сразу замер, обнаружив там кровного брата, стоящего рядом с абсолютно кошмарной тварью, для которой он даже названия не смог с ходу подобрать. Шесть кривых лап, гибкое тело ящера, вытянутая морда ищейки с острыми кинжалами-зубами… мощный хвост, оканчивающийся на кончике настоящей булавой… на спине – костяные наросты толщиной с кулак…

Гор внутренне содрогнулся, когда на него взглянули вечно голодные, кроваво-красные глаза, в которых не было ни капли узнавания, и невольно отступил на шаг.

– Уходи, – чуть громче повторил брат, властно положив руку на холку зверя. – Охотник всегда голоден. Сейчас только я сдерживаю его от нападения. Но это продлится недолго.

– А ты? – внезапно опомнился Гор и резко остановился.

– Тень – мой дом, – усмехнулся призрак. – А Тварь, которую ты видишь, всего лишь один из способов существования. Особенно на глубоких слоях.

– Как ты его держишь?

– Я тоже – Тень, – напомнил брат. – Такая же, как охотник. Будь уверен: отличий между нами немного.

– Но разве?..

– Тебя это пока не касается. Я призываю лишь того, кого могу удержать.

Гор похолодел, только теперь начиная понимать, как именно его необычный брат живет в этом пугающем месте. Не имеющий обычного тела, сполна познавший этот жуткий голод, свободно перемещающийся сразу по нескольким слоям в поисках добычи. Тоже – рыскающий по Тени, как дикий зверь. Жаждущий сытости и крови. Способный поддаться этой безумной жажде, но все еще почему-то сохранивший остатки человеческого тепла.

– Значит, то, что я видел – действительно было? – спросил он, пристально глядя на собственную Тень.

– Я позволил тебе недолго побыть мной, – усмехнулся призрак. – Правда, для этого тебе пришлось покинуть человеческое тело, но не волнуйся: это только первый опыт. Когда-нибудь ты сумеешь войти сюда по-настоящему. И мне уже не придется отделять твой разум от разума Твари, опасаясь за ваш общий рассудок.

Гор невольно передернул плечами.

– Это что, всегда так?

– Да, – спокойно кивнул брат. – Каждая Тень в первую очередь – это хищник. Голодный, опасный и смертоносный для всех, кто слабее него. Охотник – одно из наиболее быстрых существ в этом мире. И одно из сильнейших… разумеется, среди тех, кто обитает не ниже четвертого слоя. Глубже есть Твари и пострашнее, но с ними нелегко управиться. А охотник, хоть и быстр, все же довольно податлив, поэтому я выбрал именно его. А теперь уходи, брат. Ты должен помочь Асу – еще две минки, и он себя уничтожит.

Гор вздрогнул и, вспомнив о «красном», переменился в лице.

– Ас! Я совсем о нем забыл!

– Все в порядке: время здесь течет совсем иначе, чем в мире живых. С того момента, как мы ушли на этот слой, там прошло меньше одного сина. Ты успеешь. Но для этого придется постараться: ваша дверь заперта снаружи тремя слоями заклятий. За ней вас ждут почти три десятка воинов, которым велено следить за вами в оба. Я покажу тебе расположение коридоров – запоминай. Но потом мне придется вернуться.

– Куда? – растерянно моргнул Гор.

– Обратно к Асу, конечно. Он сейчас беззащитен, а там осталась как минимум одна Тень, которая может ускорить его сгорание… я должен ее остановить.

Гор снова вздрогнул, когда глаза брата сверкнули недобрыми красноватыми огоньками. И в них промелькнул все тот же жутковатый голод, при виде которого Адамант почувствовал, что покрывается холодными мурашками.

– Брат… так ты тоже…

– Да, – нетерпеливо бросил призрак, крепче сжав холку нервно переступившего охотника. – Повторяю: я – Тень. У меня та же сила и те же слабости. Думаешь, я ради собственного удовольствия иногда оседлываю местных хищников? Нет, брат – просто так легче добывать себе пищу. Я чуть лучше контролирую свой голод, но иногда это очень нелегко. Настолько, что сейчас я бы настоятельно посоветовал тебе поторопиться.

Гор растерянно отступил, пожалуй, впервые испытав чувство, похожее на страх. Но вид стоящего рядом с Тварью брата… их поразительное сходство и тревожная мысль о том, что они действительно похожи, как будто одним творцом созданы… заставила его по-другому взглянуть на Тень. И вынудила невольно отступить, до последнего держа глазами эту необычную парочку, лихорадочно пытаясь себе представить, как именно происходит их слияние. Ведь это было какое-то слияние, правда? На какое-то время они по-настоящему стали одним целым? Он ведь чувствовал себя Тварью, ощущал ее эмоции, голод, стремление убивать. Он хорошо чувствовал ее тело. И даже сквозь оберегающее присутствие брата с трудом сдерживался, чтобы не поддаться.

– Быстрее! – прикрикнула Тень, заметив, как жадно облизнулось чудовище у нее под рукой, и швырнула в Адаманта небольшой темный сгусток. – Вот карта! Используй ее! Ас в Малом зале! Найди его и останови, пока есть время!

Гор поежился, когда холодный липкий комок коснулся его виска, и с трудом подавил желание отбросить его подальше. Прикрыв глаза, терпеливо снес вспышку ослепительной боли, пронзившей голову до самого затылка. Молча скривился, отступил еще дальше, настороженно следя за глухо урчащей Тварью, которая ни на миг не сводила с него глаз. Наконец сжал зубы и, резко отвернувшись, опрометью ринулся прочь. Сквозь кромешный мрак, холодную Пустоту, куда-то вперед – к смутно мелькающему вдалеке источнику света, почему-то раскрашенному в сине-зеленые тона.

Почти сразу за его спиной раздался негодующий рык голодного охотника, скрип громадных когтей, раздраженное ворчание, за которым тут же последовал хлесткий удар и тихий взвизг, но Гор не стал оборачиваться. Только помчался еще быстрее, думая лишь о том, чтобы не опоздать. При этом откуда-то точно знал, что надо делать и куда бежать.

Вот только Тень не больно-то хотела его отпускать – отчаянно сопротивлялась, хваталась за одежду, морозила уши, щеки, пальцы. Настойчиво шептала в уши, уговаривая остаться еще ненадолго. Хотя бы на мгновение, чтобы получить долгожданный покой и быстрое избавление от всех тревог. Но Гор лишь раздраженно отмахнулся, с ходу пробил сначала один слой Тени, потом второй. Наконец вывалился в обычное пространство, которое показалось ему раскаленной печкой, и, подскочив с обледеневшего кресла, громко выдохнул:

– Ас!..

Из комнаты они выскочили одновременно – встревоженный Адамант, перед которым стелилась черная мгла; взбудораженный Сапфир, несущий в ладони грозно посверкивающий сгусток молний; и заледеневший Изумруд, ярость которого выплеснулась наружу через диковато расширившиеся зрачки и разошлась во все стороны настоящим зеленым морем.

Надежно опутанная заклятиями дверь не смогла им помешать – обозлившийся Ван швырнул перед собой огромный, угрожающе потрескивающий воздушный «кулак», который с легкостью снес и саму дверь, и косяк, и часть стены рядом с ним, и расшвырял скаронов, несущих караул снаружи.

Гор не стал его останавливать – любая задержка могла стоить им слишком дорого. Да и Бера на этот раз не стал попрекать. Только покосился на окаменевшие лица стражников, с мрачным удовлетворением подметил в их зрачках стремительно разгорающиеся зеленые огоньки, сквозь которые начали проступать отголоски какого-то животного ужаса, и тут же устремился в лабиринт коридоров, четко зная, куда бежать: аура Аса горела перед его внутренним взором яркой красноватой точкой. Совсем недалеко, буквально в нескольких минках быстрого бега. Поэтому он не стал советовать Вану поберечь свои силы и только посторонился перед выскочившими навстречу вторыми дверьми, чтобы призванный братом ураган избавил братьев от ненужного препятствия.

От удара воздушного «кулака» массивные створки не просто распахнулись, а с диким грохотом врезались в стены, оставив там целую сеть глубоких трещин и громадное облако пыли. Обернувшиеся на шум стражи только успели схватиться за оружие, но мчащаяся впереди троицы Фантомов зеленая волна мгновенно накрыла их с головой и заставила отшатнуться точно так же, как и предыдущих. Что уж там сделал Бер и как сумел добиться того, чтобы неуязвимые, неподкупные и неустрашимые скароны вдруг начали шарахаться от него, как от исчадья Айда, непонятно. Как он сумел заставить их позабыть об оружии и превратил лица в восковые маски мертвецов, тоже неясно. Но сейчас это было только на руку. И сейчас ничто не имело значения, кроме того, что они теряют драгоценное время.

По дворцу побратимы пронеслись разноцветным ураганом – замораживая полы, разрушая стены и раскидывая попадающихся на пути скаронов, как безвольных кукол. Никто не посмел заступить им дорогу: Бер, будто чуя, что надо делать, пустил впереди себя волну такой дикой ярости, что от нее бежали прочь даже устойчивые к магии Изумруды.

Гор в который раз сверился с подаренной братом картой, каждый миг чувствуя неприятную пустоту в груди и думая о том, что рядом с Асом сейчас находятся две безумно голодные Тени, способные в любой миг позабыть обо всем. Добравшись до нужного зала, с облегчением выдохнул. Услышав за спиной нарастающий гул, тут же отпрыгнул в сторону и пригнулся, а уже знакомый вихрь с ревом вынес богато украшенные двери и с размаху врезался в противоположную стену.

От мощного удара под потолком опасно затрещали балки. Прочные адароновые рамы, не выдержав напора стихии, с болезненным скрипом выгнулись наружу. Украшающие их стекла с диким звоном разлетелись на тысячи осколков, умудрившись жестоко посечь зашатавшиеся стены, чужие лица, мебель. Что-то с шумом рухнуло на пол. Тяжелые стулья играючи отшвырнуло прочь. Несколько массивных подсвечников, увлеченных поднявшимся ураганом, с легкостью взмыли в воздух. И на какое-то время в зале воцарился настоящий ад, в самом центре которого находился живой человеческий факел, сжигающий последние капли своей жутковатой магии, чтобы с достоинством встретить приближающуюся смерть.

Ас стоял прямо, гордо выпрямившись, запрокинув голову и невидяще глядя в Пустоту пылающими глазницами. Стоял молча. Абсолютно недвижимо, раскинув руки далеко в стороны и, кажется, совершенно не сознавая, что происходит. Вокруг него бился и рвался во все стороны магический огонь. С него то и дело срывались злые искры, разлетающиеся далеко вокруг. Причем горячие, жаркие до такой степени, что даже подойти было страшно. Он буквально горел, выжигал себя изнутри, с каждым мгновением приближаясь к опасной грани, из-за которой не будет возврата. А вместе с ним горел и умирал сам дворец. Горели стены, пол, двери. Горел, казалось, сам воздух. Но Ас этого уже не понимал.

Бер, увидев брата, тихо выругался. Но потом заметил мелькнувшие за стеной огня неясные силуэты и хлестнул по ним бешеным взглядом. Там кто-то сдавленно вскрикнул, запоздало взмахнул руками. В ответ в сторону чужаков пришел слабенький зеленый луч, но Изумруд даже внимания на него не обратил – просто втянул в себя и выбросил обратно настолько мощным потоком безудержной ярости, что незнакомый сородич только судорожно вздохнул и потерял сознание.

Ван тут же сдул невежу прочь и, убедившись, что поблизости не осталось ни одного постороннего, позволил себе слегка уменьшить силу ветра.

– Это что, Ас?! Демон… мы что, опоздали?

Гор, протиснувшись между братьями, крикнул:

– Бер! Успокой его и проследи, чтобы никто туда не лез! Ван, достань «синьку»! Он ранен! Не забудьте о совете – они где-то тут! Если сглупят – отправляйте их к Айду! Кланы от нас отказались!

– А ты куда? – только и успел спросить Бер, но Адамант уже отмахнулся и, презрев опасность, сиганул прямо сквозь пламя, которое уже успело протянуться от стены и надежно перегодить зал. – Шетт! Ванюш, ты как?

– Злой, – процедил сквозь зубы взбешенный Сапфир. – Еще немного – и разнесу тут все по камешку.

– Найди лучше где-нибудь воду и полей на Аса, чтобы пригасить пламя.

Ван чуть сузил глаза, но брат дал хороший совет, поэтому он без возражений потянулся мыслью на улицу, по пути вышибая те стекла, которые устояли после первого удара. Безошибочно отыскал в саду ухоженный пруд. Одним движением пальца поднял оттуда всю воду и, пронеся ее по воздуху гигантской каплей, с размаху плеснул на заживо горящего брата, окатив его с ног до головы.

– Дерьмово, – напряженно заметил Бер, заметив, что площадь огня уменьшилась совсем ненамного. – Еще можешь?

– Попробую, – с сомнением отозвался Ван, поняв, что одной воды Асу оказалось мало. – Почему он не использует амулет?

– Спроси что полегче. Но у него резервов осталось меньше половины. Еще немного, и он вернется в Тень.

– Я не могу его остановить, он слишком силен.

– Тогда, может, попробуем вместе?

Ван скосил глаза, но за маской и шлемом лица брата не увидел. Скорее, почувствовал, что сейчас тот серьезен как никогда, и с сомнением нахмурился.

– А ты сумеешь? Учти, если разозлишься, Асу станет намного хуже.

Бер зло оскалился.

– Я спокоен, брат. Если надо, я стану не просто спокойным, а даже мертвым. Давай я попробую окружить его своей магией, а ты прикроешь сверху водой. Может, получится его утихомирить?

– А совет?

– Какой совет? – ухмыльнулся Бер. – Там же Гор и его призрачный братец. Думаешь, они позволят какому-то дурацкому совету вмешаться? Или не видел Тени, которая пришла следом за ним из Пустоты?

По губам Сапфира скользнула понимающая усмешка. О да. Тень он тоже успел рассмотреть, несмотря на ее попытки остаться незамеченной. Вернее, он больше ощутил присутствие чего-то потустороннего, чем в действительности увидел, но зато ощутил хорошо: и ее немаленький рост, и ширину крыльев, и грозный оскал, от которого захолодело сердце. Видимо, оставшаяся после браслета связь между бывшими Тенями никуда не делась, а после того как Гайдэ усилила ее своим Знаком, стала крепче, чем раньше.

– Хорошо, тогда работаем. Ты пока дыши, а я пошел искать воду.

Бер кивнул.

– Давай.

Они разошлись в разные стороны, не беспокоясь больше ни о чем, а потом медленно двинулись к опасно сорвавшемуся брату. Один – справа, другой – слева. От Изумруда в сторону Аса хлынула мягкая зеленая волна: легкая, успокаивающая, заботливо обнявшая его и аккуратно спеленавшая, как младенца – теплые материнские руки. Настолько приятная, чистая и умиротворяющая, что от ее прикосновения Ас слабо дрогнул, пошатнулся, опустил руки; его Огонь еще немного притих и наконец неуверенно затрепетал, словно очень хотел, но никак не мог угаснуть.

– Вань, давай, – напряженно велел Бер, потихоньку стягивая вокруг брата полупрозрачный зеленый кокон. – Он успокаивается. Помоги мне.

– Я нашел воду, – облегченно отозвался Сапфир с другой стороны. – Сейчас. Надеюсь, наши силы не станут вступать в конфликт?

– С какой стати? – негромко фыркнул из-под шлема Изумруд, постепенно сдвигая зеленую стену еще ближе к Асу. – С Огнем же я не конфликтую? С чего бы тогда это случилось с тобой?

– Ах да, я забыл: ты же у нас ко всему приспосабливаешься.

– Вот именно. Так что делай второе кольцо и давай загасим этого демона, пока он тут все не разнес. «Синька» у тебя?

– Естественно. Наготове держу.

– Да делай уже, – фыркнул Изумруд, краем глаза следя за развороченным дверным проемом, где наметилось какое-то движение. – Что-то там народ зашевелился… погоди, щас я их разгоню…

– Не отвлекайся, – нахмурился вдруг Ван. – Ас у нас один-единственный. А этих тут как муравьев. Если что – потом разгонишь. В крайнем случае я заслон воздушный поставлю.

– Тогда ставь сейчас. Я не хочу, чтобы в самый неподходящий момент кто-нибудь сюда влетел и попытался воткнуть в меня железку.

Ван тихо хмыкнул и ненадолго отвлекся, загородив единственный выход из зала плотной воздушной пленкой. После чего обратился ко второй стихии своего сложного дара и уверенно создал вокруг Аса еще одну стену – глубокого синего цвета, напоминающего о спокойном величии дремлющего океана. Причем Бер, когда пригляделся, с удивлением обнаружил, что это была не просто вода. Кажется, Ван что-то с ней сделал, заставив поглощать бушующие вокруг отголоски недавнего урагана, а потом обратил их на заметно уменьшившееся пламя, старательно приглушая его, усмиряя и заставляя медленно, но верно опасть, открыв наконец живое человеческое тело.

Кажется, получилось… Похоже, вместе они действительно становятся сильнее. Но что там с Асом? То, что уже не горит, видно. Но как он? Насколько успел пострадать? Дышит ли вообще или пора смириться с неизбежным?

У Бера свело скулы, когда из-под зеленоватой пелены проступило покрытое копотью и словно бы вырезанное из камня лицо брата. Его раскалившиеся докрасна доспехи. Судорожно сжатые кулаки, с которых все еще срывались опасные алые искры. Широкие металлические лужи, где среди ошметков сапог плавали дымящиеся остатки ножен. Наконец рассмотрел недобро тлеющие угли на месте его глаз и тихо ругнулся. А потом увидел широкую прореху в броне, оценил резервы и тихо охнул.

– Ваня!

Сапфир, сдавленно ругнувшись, опрометью кинулся к опасно зашатавшемуся брату и успел подхватить его безумно горячее тело. За мгновение до того, как обессилевший Алый в беспамятстве рухнул на горячий пол. Позабыв обо всем, они в четыре руки обхватили его поперек груди. Ван бережно плеснул водой на разогревшуюся кожу, затем отшатнулся от густого облака взвившегося пара. Наконец осторожно уложил брата на торопливо расчищенное местечко и с тревогой заглянул в провалившиеся глазницы.

– Ас? – тихо позвал Бер, тоже склонившись над «красным». Потом оценил глубину раны на левом боку и беззвучно ругнулся. – Скверная дырка… Если б рана не запеклась, он бы истек кровью раньше. Но резервы и так почти на нуле. Еще немного, и там будет нечего лечить.

Сапфир выудил из-под брони заветный пузырек с «синькой» и щедро плеснул сначала на рану, а потом и на потрескавшиеся губы брата.

– Гайдэ нас убьет, – еще тише обронил он, когда кровь эаров мгновенно впиталась, но при этом почти ничего не изменила во внешнем виде Аса. – Кажется, ему мало.

– Дай еще. Айд с ним, с передозом. Пусть лучше кровь вообще перестанет действовать, чем потом окажется, что мы недолили. У тебя еще есть?

– С запасом брал, – вздохнул Сапфир, выливая остатки в рот Аса и разбавляя их водой из собственной, разом намокшей ладони. После чего потянулся к поясу и вынул из специального кармашка еще один пузырек. – Ты прав: хрен с ним, с излишком. Надо только, чтобы на Гора тоже хватило. Кстати, как он там? Посмотри. А я пока попробую напоить Аса.

Бер нервно покосился за спину и зябко передернул плечами.

– Живой. А больше ничего не скажу – сам ни демона не понимаю. Надеюсь, он знает, что делает, иначе нам с тобой станет очень и очень неуютно.

– Что, совсем плохо? – продолжая осторожно поить Аса, дернул щекой Ван.

– Да не плохо… но непривычно. Кажись, наш Адамант окончательно проснулся и творит такое… Ты не отвлекайся, не отвлекайся – пои его. Нам без Аса нельзя.

– А совет?

– Живой пока, – фыркнул Изумруд, снова покосившись назад. – «Зеленого» я, правда, нечаянно вырубил… судя по всему, надолго. «Синий» в шоке. «Черный» в отключке. Только Алый остался на своих ногах, но и ему изрядно не по себе.

– На Гора зубы точит? – рассеянно уточнил Ван, аккуратно омывая Асу лицо.

Бер ухмыльнулся.

– Не. Сидит себе и тихонько помалкивает. Стул только под ним дымится, но это, я думаю, работа Аса. Здорово мы тут порезвились.

– Все, – со вздохом отодвинулся Ван, бережно уложив голову Аса на пол, после чего поискал глазами, чем бы его прикрыть, сорвал поднявшимся вихрем какую-то чудом сохранившуюся портьеру и укутал брата ей. – Пускай спит. Истощился он так, что теперь не один хартар понадобится, чтобы привести его в чувство. «Синька» закрыла рану, кровотечение я тоже остановил, обезводиться он не должен, но больше мы ничего не можем сделать. Если не найдем ему пищу в ближайшие несколько часов, будет плохо.

Сапфир устало помотал головой. Растер бы виски и помассировал затылок, но шлем мешал. Пришлось обойтись тем, чем есть.

– Устал? – заботливо коснулся его плеча Бер.

– Есть немного. Все мы сегодня изрядно перенапряглись. Но самое главное, что Ас живой. И что его амулет… – Ван приподнял укрывшую брата ткань и внезапно нахмурился. – Так, я не понял? А куда он делся?!

– Кто? – озадаченно моргнул Бер.

– Амулет!

Изумруд растерянно оглядел пустую грудь Аса, нахмурился следом за Ваном. Затем не удержался и полез под горячий доспех.

– Вот зараза… жжется! Где же он… тут должен быть… твою мать!!! – Бер с шипением выдернул руку и ожесточенно подул на обожженные пальцы. – Вань, там пусто! Но зато я нашел вот это! Горячая, собака такая, зато я вроде догадываюсь, что с ним произошло…

Он снова порылся под броней и вытащил оттуда раскаленную докрасна цепочку. Смутно знакомую, но сейчас жестоко деформировавшуюся от дикого жара и совершенно пустую.

– Это что? – растерянно уставился на находку Ван.

– По-видимому, все, что осталось от его амулета, – мрачно сообщил очевидное Бер. – Тогда как сам он…

Взгляд Изумруда сам собой остановился на металлической луже.

– …Кажется, остался вон там. Думаю, Ас его расплавил.

– Как это? – окончательно растерялся Ван. – Это же амулет главы клана!

– Похоже, наш «красный» уже перерос этот уровень. Но что нам теперь с ним делать – ума не приложу.

Сапфир звучно сглотнул и посмотрел на неподвижное тело брата.

– Ой-йо-о-о. Кажется, у нас появилась новая проблема…

– Это точно, – вздохнул Бер, снова укрывая Аса. – Вернее, у нас теперь появилась огромная проблема, потому что без амулета он становится абсолютно невменяемым. Но даже если мы сейчас встанем и очень качественно набьем морду Аро, нагло отобрав у него дубликат, то лучше все равно не станет: всего одна вспышка, и он превратится в такую же бесполезную лужу.

– Похоже, нам нужен амулет побольше, – задумчиво согласился Ван, медленно подняв голову и со странным выражением уставившись на разгромленный зал. – Но где его взять?

Бер следом за братом огляделся. Мысленно поморщившись от вида выбитых окон, зияющих некрасивыми проемами, он равнодушно отвернулся от изуродованных стен, закрытого воздушной пленкой дверного проема. Брезгливо отодвинул сапогом стеклянные осколки, щедро усыпавшие пол. Наконец поднялся. Внимательно оглядел два десятка неподвижных тел, застывших на полу в самых невообразимых позах. Узнал среди них ошарашенного Раэрна. Затем нашел Ашу, Аду, у которых подвижными остались только глаза. С удивлением обнаружил, что каждого из них держат полупрозрачные силовые путы насыщенного изумрудного оттенка, и вдруг понял, что со злости, кажется, парализовал всех присутствующих. За исключением, пожалуй, себя самого, братьев и одного-единственного Адаманта, который оказался на удивление устойчив к чужим чарам. Видимо, еще одно необычное свойство клана, о котором они раньше не подозревали.

Правда, господин Чеоро именно в этот момент был слишком занят и никак не мог воспользоваться своим преимуществом. По той простой причине, что висел высоко в воздухе и даже вдохнуть не мог без разрешения, поскольку проступившая из Пустоты огромная крылатая Тень очень качественно взяла его за глотку. А вторая, почти такая же, неподвижно стояла внизу и следила за ним голодными глазами.