Глава 29

Секунда. Две. Три. Надо было что‑то решать. Роман чувствовал, как Ева трясется в его руках, и крепче прижимал ее к себе. Он, конечно, был уверен, что Баринов не станет палить средь бела дня, но подстраховаться все же стоило. – Зачем тебе это? – сухо обронил Роман. – Давай поговорим по‑мужски. Ева подняла на него полные ужаса глаза и нервно сглотнула. Не понимала, что он задумал и что делать ей. Страх сковал внутренности и сдавил горло мертвой хваткой. – Все хорошо, – одними губами произнес Роман, на ощупь включил на телефоне диктофон и всунул ей в руки брелок от машины. – Ну же. – Григорий нетерпеливо толкнул его в спину. – Нет. – Ева отрицательно покачала головой, не желая оставлять их наедине. – Я справлюсь. – Роман отпустил ее, поднял руки. – Хорошо. Но она пусть уйдет. – Зачем? – хмыкнул Григорий, чувствуя себя хозяином ситуации. Пришло время платить по счетам. А Рокотов очень сильно ему задолжал. – А что, ты за бабскую юбку решил спрятаться? – Роман развернулся к нему лицом и без страха посмотрел в лицо. Григорий скрипнул зубами от злости, но вынужден был уступить, чтобы не показаться трусом. – Иди отсюда, – рыкнул он на жену и по инерции махнул пистолетом. Ева увидела оружие в его руке и изменилась в лице. Даже не предполагала, насколько все серьезно. – Григорий, не надо, пожалуйста, – взмолилась она и кинулась к нему, но Роман жестом остановил ее. – Ева, иди, – с нажимом посмотрел на нее. – Все будет хорошо. Я обещаю, – четко проговорил он, пытаясь поделиться своей уверенностью. Ей ничего не оставалось, как подчиниться и направиться к двери. Ева понимала, что будет только мешать, но оставлять мужчин наедине в таком положении было чрезвычайно сложно. Роман дождался, пока за Евой закроется дверь, опустил руки и сел на кровать. – К чему этот спектакль? – хмыкнул он. – Хочешь стрелять – стреляй, не хрен цену набивать. Прекрасно видел, что Баринов слабак и не способен выстрелить в человека. – Обязательно. – Тот расплылся в кривой усмешке. – Но сначала я хочу кое‑что выяснить. – Что же? – Зачем ты все это устроил? Зачем тебе моя жена? И куда ты дел Марианну? Роман едва не рассмеялся. Сколько вопросов и все по существу. Начал с последнего. – Марианна ждет твоего падения, чтобы получить все, что от тебя останется, – с наслаждением произнес, наблюдая, как лицо Григория идет пятнами. – Она достойная дочь своего отца. – А Ева… Она так классно сосет, что я не смог удержаться и решил забрать ее себе как приятный бонус. Специально выводил Григория на эмоции, расшатывая внутреннее равновесие. Тот должен был начать психовать и ошибаться. И у Романа пока прекрасно получалось. – Я тебя убью, – процедил сквозь зубы Григорий, пистолет затрясся в его руке, мешая нормально целиться. – Ты проиграл. Везде и всюду, – холодно проговорил Роман, поднялся на ноги и начал двигаться по палате, держа соперника в поле зрения. – Я сделал тебя. Нагнул и трахнул. У тебя ничего не осталось. – Зачем? – Глаза Григория налились кровью. Он прекрасно понимал, что Рокотов не врет. Но мотивы были не ясны. – Моя мать Покровская Анастасия… – Что? Григорий изменился в лице. Такого привета из прошлого он никак не ожидал. Давно догадался, что Романом движет месть, но никак не мог найти за что. А теперь все вставало на свои места. – Вспомнил, мразь. – Роман с ненавистью посмотрел на него и сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Из последних сил сдерживался, чтобы не рвануть вперед и не наброситься на противника. Не пистолет останавливал его, а нежелание марать руки. – Значит, это правда… – Я долго ждал момента, чтобы отомстить тебе за нее. За отца, который так и не смог пережить этот позор. За свою искалеченную жизнь и разрушенную семью. – Роман говорил ровно и сдержанно. Наконец настал момент, которого ждал практически всю свою жизнь. Но он не чувствовал удовлетворения. Да и вообще ничего не чувствовал, кроме страха за Еву. – Мерзкая шлюха, – выплюнул Григорий и криво усмехнулся. – Надо было сразу ее и грохнуть. Роман рыпнулся на него, но, увидев перед собой дуло пистолета, остановился. Силы явно были не равны. – Стоять. – Григорий наслаждался маленькой победой. – А то пристрелю, как шавку. – Кишка тонка, – рассмеялся Роман. – Ты же только слабых и беззащитных можешь бить. – А это мы сейчас посмотрим. – Сдавайся, идиот, и вали отсюда нахрен, пока отпускаю, – Роман давал ему шанс спасти свою шкуру. – Денег у тебя больше нет, дочери тоже, даже жена – и та предпочла меня. – Ты лжешь. – Григорий был на грани. Лицо раскраснелось, а глаза едва не вылезали из орбит от напряжения. – Газеты почитай или новости в интернете. Сегодня ты звезда номер один. Григорий открыл на смартфоне ленту новостей и схватился за сердце. Новости о его банкротстве распространялись со скоростью света. В груди внезапно закололо и стало тесно. – Скоро начнут звонить те, кому ты должен… Григорий в ужасе заметался по палате. Чувствовал себя загнанным в угол и никак не мог найти выход. Собравшись с мыслями, он сжал пистолет двумя руками и нажал на курок. Оглушающий выстрел эхом разнесся по больнице, и стало как‑то слишком тихо. * * * Ева закрылась в машине, забралась с ногами на заднее сидение и спрятала лицо в коленях. Нечеловеческий страх пробрался под кожу, а из глаз текли горячие слезы. Ее тело сотрясал мерзкий озноб, но она отчаянно молилась за Романа. Понимала, что не должна была оставлять его наедине с Григорием, но не могла себя заставить вернуться. Даже на помощь позвать не могла, телефона не было, а прохожие не ходили по закрытой территории. Ева чувствовала себя в ловушке и лихорадочно искала пути к спасению. После препаратов мозг плохо шевелился, и ресурсов организма едва хватало на то, чтобы нормально функционировать. Думать о том, что с Романом может случиться, не было сил. Точнее, Ева просто боялась думать. Боялась, что не выдержит напряжения и окончательно сломается. Сколько прошло времени, она не знала. Может быть, пять минут, а может, пара часов. Ева потерялась во времени. Слезы кончились, а губы все повторяли имя любимого мужчины. Внезапный стук в окно заставил вздрогнуть и вернуться в реальность. Ева подняла голову и увидела около машины какую‑то женщину. – Ева? – спросила та, обращаясь к ней. Она неуверенно кивнула и нервно сглотнула. Видела ее в первый раз и не понимала, откуда она ее знает. – Открой. Я помощница Романа, Кристина. Ева отрицательно покачала головой и забилась в дальний угол. Боялась, что ее обманывают. Салон автомобиля давал хоть и слабую, но защиту. А еще надежду, что Роман вернется. Женщина звучно выругалась и достала свой смартфон. Что‑то искала, а потом развернула экраном к окну. Ева немного подалась вперед и увидела фотографию Романа и этой девушки. Стало быть, они и правда знакомы. – Открой, пожалуйста. Я не сделаю тебе ничего плохого. Очень хотелось верить, но страх все равно не отпускал. – Здесь еще брат Романа – Александр. Нам очень нужна твоя помощь. Ева вытерла мокрые щеки ладонью и приблизилась к двери. Сердце громко ухало в груди, но она протянула руку к ручке. Однако остановилась и сжала кулак. А если они обманывают? – Ева, вопрос жизни и смерти, – раздался мужской голос, так похожий на голос Романа и развеял последние сомнения. Ева нажала кнопку разблокировки, и дверь сразу распахнулась. Александр показался в проеме и устремил на нее внимательный взгляд. Она смутилась и отвела глаза в сторону. – Где мой брат? – Там, с Григорием, – выдохнула Ева. – Третий этаж, вторая вип‑палата. У него пистолет… – Черт. Это плохо. Александр рванул туда. – Саша, ты куда? – крикнула вслед Кристина, но он уже ничего не ответил и скрылся в здании. – Вы поможете? – Ева с надеждой посмотрела на нее. – Конечно. – Крис помогла ей выйти на улицу и обняла за плечи. – Мы здесь как раз для этого. – Спасибо… я так испугалась. – Теперь все будет хорошо. Мужчины со всем разберутся. Оглушающий выстрел раздался где‑то в здании. Девушки вздрогнули и синхронно подняли головы, а затем не сговариваясь рванули внутрь. Ева мгновенно забыла все свои страхи, так боялась потерять Романа, что все остальное стало не важным. * * * – Живой? – Саша склонился над братом и несильно похлопал по щекам. – Нормально. – Роман открыл глаза и поморщился от острой боли в плече. Пуля прошла по касательной и застряла в окне. – А Баринов? – Я его вырубил. – Саша пожал плечами. – Немного не рассчитал силы, но времени не было. – Да хрен с ним. Помоги мне встать. – Роман протянул здоровую руку, и брат помог ему подняться. – Что будем делать? Роман подошел к Григорию, отпихнул ногой пистолет в сторону и потрогал пульс на сонной артерии. – А ничего. Все, что могли, мы уже сделали, – хмыкнул он. – Срок он себе прилично добавил. Туда ему и дорога. – Что у вас здесь? – Врачи и медсестры вошли в палату. – Ой… надо же полицию вызвать. – Я уже вызвал, – усмехнулся Саша. – Обработайте брату плечо. – Да там царапина… Медсестра все равно принялась обрабатывать рану и накладывать тугую повязку. – Рома! – Ева ворвалась в палату, увидела его и бросилась на шею. Он поморщился от боли, но не оттолкнул. Чувствовал, как ее трясет от страха, и прижал к себе крепче. – Ну чего ты, маленькая моя, – прошептал на ухо, шумно втянул ее запах и поплыл. – Я так испугалась за тебя, – всхлипнула Ева. – Все уже, все. – Роман отстранился и заглянул в глаза. – Закончилось. – А Григорий? – Она опасливо заозиралась и увидела, как его кладут на каталку и увозят из палаты. Он был без сознания. – Считай, его больше нет. – Роман коснулся губами ее лба. – Больше он к тебе не приблизится. – Брат, ты как? – Саша перехватил его взгляд. – Рану надо обработать. – Жить буду. Спасибо тебе. – Роман протянул ему ладонь. – Тебе спасибо. – Саша ответил рукопожатием, но не спешил разжимать руку. – Мне Кристина все рассказала. – Что «все»? – нахмурился Роман. – Вообще все. Про Баринова и обещание, которое ты дал матери. – Крис?! – Прости, Ром, но так правильно, – без сожаления в голосе ответила она. – Пора закончить эту вендетту. – Я тоже так считаю, – поддержал ее Саша. – Ты достаточно сделал для всех нас. Может, пришло время заняться собственной жизнью? Роману ничего не оставалось, как согласиться. Все равно уже ничего нельзя было изменить. – Раз вы так считаете, – он улыбнулся и притянул к себе Еву, – знакомьтесь. Это моя Ева… – Невеста? – хмыкнул Саша. – Любимая… Ева смущенно покраснела и спряталась на груди Романа. Они так и не поговорили нормально, но он одним словом выделил свою позицию. Теперь дело оставалось за ней. – Поехали домой, – предложила Кристина. – Какой домой, а кто будет давать показания? – Палату заполнили люди в форме. Пришлось улаживать формальности. Благо удалось договориться и девочек отправить домой раньше, а мужчинам задержаться до позднего вечера.