Глава 9

После ухода мужа я устало опустилась на диван, достала телефон и написала сообщение Роману: «Дима знает о расширении обеспечительных мер. И о моем разговоре с Дианой. Он в ярости. Будьте готовы к контрмерам».

Ответ пришел почти мгновенно: «Не беспокойтесь. Мы готовы. Утром обсудим дальнейшие шаги. И Вероника… будьте осторожны».

Я невольно улыбнулась, тронутая его заботой. Роман, при всей своей жесткости в делах, казался внимательным и надежным союзником. Порой мне виделось, что его интерес ко мне выходит за рамки деловых отношений. Но сейчас было не время думать об этом.

Собрав необходимые вещи, я позвонила маме, чтобы предупредить о своем временном переезде, в новую квартиру, что сняла для меня Ольга.

– Вероника! – в голосе мамы смешались радость и беспокойство. – Как дела?

– Всё нормально. То есть, сложно, но я справляюсь. Дима, звонил, спрашивал про Матвея?

– Нет, – вздохнула мама, – Матвей вчера вечером спросил, почему папа не приехал сказать ему спокойной ночи. Я сказала, что у папы очень важная работа. Он кивнул, но я видела, что расстроился.

Я почувствовала, как сжимается сердце. Больше всего боялась, что эта война между нами с Димой травмирует Матвея.

– Мам, а он… он ведет себя как обычно? Играет, смеется?

– В целом да, – мама помедлила. – Но я замечаю, что стал более серьезным. И часто подходит к окну, смотрит на дорогу. Наверное, ждет, когда приедет один из вас.

– Передай ему, что мама скоро приедет, – сказала, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

– Вероника, может, стоит поговорить с Димой? Ради мальчика? – в голосе мамы звучала тревога. – Дети чувствуют, когда между родителями проблемы…

– Мам, я пыталась. Много раз. Но некоторые вещи нельзя исправить просто разговором, – я устало потерла переносицу. – Дима сделал выбор. И теперь мне приходится защищать себя и Матвея.

– Ох, доченька, – мама тяжело вздохнула. – Я так переживаю за вас. И за внука. Он такой маленький еще…

– Именно поэтому я не могу просто сдаться. Матвей должен видеть, что мама умеет защищать себя и его. Что нельзя позволять другим использовать и предавать тебя.

– Понимаю, – мама помолчала. – Но будь осторожна. Когда мужчина загнан в угол, он может стать непредсказуемым.

– Буду, мам. А ты береги себя и Матвея. И если что-то покажется тебе странным – незнакомые люди, подозрительные звонки – сразу мне звони, хорошо?

– Боже мой, Вероника, до чего же дошло… – в голосе мамы прозвучал ужас. – Ты думаешь, он может…

– Не знаю, – перебила её. – Просто хочу быть готовой ко всему.

На следующее утро я получила сообщение от Ольги: «Вероника Александровна, Диана Сергеевна спрашивала о вас. Выглядела очень встревоженной. Просила о срочной встрече».

Интересно. Мои слова явно задели её сильнее, чем ожидала. И я решила не упускать момент:

«Передай, что буду в офисе к одиннадцати. Могу встретиться с ней в моем кабинете».

В компании царила напряженная атмосфера. Сотрудники говорили приглушенными голосами, обменивались встревоженными взглядами. Очевидно, новости о финансовых ограничениях уже распространились.

Диана ждала меня в приемной, нервно теребя ремешок дорогих часов.

– Проходите, Диана Сергеевна, – открыла дверь кабинета и пропустила её вперед.

– Я хотела прояснить некоторые моменты после нашего вчерашнего разговора, – начала она, садясь прямо, скрестив руки. – Ваши… намеки показались мне довольно серьезными.

– Слушаю, – я села напротив, оценивая её новое поведение. Диана явно пришла не за утешением, а за информацией.

– Вы упомянули «ВэйвТек» и некую связь с Дмитрием Валентиновичем, – её тон был деловым, почти холодным. – Хотелось бы понять, на чем основаны ваши подозрения.

Я наблюдала за ней, удивляясь перемене. Вчера казалось, что Диана – наивная девушка, попавшая под влияние харизматичного мужчины. Сегодня передо мной сидел расчетливый профессионал.

– А вы разве не знаете о связи? В конце концов, именно вы курировали финансовые операции с этой компанией.

– Курировала операции – да, – Диана слегка наклонилась вперед. – Но это еще не означает, что я была в курсе всех… нюансов. Особенно если эти нюансы касаются личных отношений между совладельцами компании.

Умно. Она не отрицала свою причастность, но и не брала на себя ответственность за то, о чем якобы не знала.

– Диана, давайте говорить откровенно, – я решила перейти в атаку. – Вчера вы выглядели растерянной. Что изменилось за ночь?

– За ночь я много думала. О нашем разговоре, о ситуации в компании, о своем положении. И поняла, что мне нужна ясность, а не намеки и полуфразы.

– И какая именно ясность вам нужна?

– Во-первых, хочу понять масштаб ваших претензий к финансовым операциям компании. Во-вторых, хочу знать, что конкретно вы собираетесь делать с этой информацией. И в-третьих, хочу понять, какое место я занимаю в ваших планах.

Профессиональный подход. Диана и Дима явно провели бессонную ночь, анализируя ситуацию и готовясь к этому разговору.

– Впечатляющая трансформация, – насмешливо заметила я. – Вчера вы казались напуганной жертвой обстоятельств.

– Вчера я была в шоке, – ответила она без эмоций. – Сегодня я трезво оцениваю ситуацию. И понимаю, что эмоции – плохой советчик в подобных делах.

– Хорошо, – я решила проверить, насколько далеко зашла её трансформация. – Тогда скажите мне, как финансовый директор: что вы думаете о законности операций с «ВэйвТек»?

Диана помедлила, явно взвешивая каждое слово:

– С формальной точки зрения, все операции соответствовали корпоративным процедурам. Решения принимались генеральным директором, документооборот велся в установленном порядке.

– А с неформальной?

– С неформальной… – она сделала паузу, – возможны вопросы к экономической обоснованности некоторых решений. Но это уже вопросы стратегии, а не процедур.

Осторожна. Диана не давала мне прямых ответов, которые можно было бы использовать против неё.

– Диана, мне доложили, что Дмитрий был недоволен нашим с вами разговором.

– Дмитрий Валентинович действительно выразил озабоченность, – её тон стал еще более формальным. – Но не более того. Возможно, я слишком эмоционально восприняла его реакцию.

– То есть никаких угроз, никаких требований подписать компрометирующие документы?

Диана внимательно посмотрела на меня:

– Вероника Александровна, а откуда у вас информация о каких-то компрометирующих документах? Вчера вы об этом не упоминали.

Черт. Она поймала меня на противоречии. Действительно, вчера я говорила в общих терминах, а сегодня проявляю слишком конкретные знания.

– Просто предположение. Исходя из того, как обычно развиваются подобные ситуации.

– Понятно, – Диана согласно кивнула, но в её глазах читалось недоверие. – А могу я спросить, какова роль Романа Викторовича в этой ситуации? Вчера вы упомянули его как пример того, как Дмитрий Валентинович обходится с конкурентами.

– Роман помогает мне разобраться в финансовых схемах компании.

– И он, конечно, абсолютно бескорыстно помогает жене своего бывшего конкурента? – в голосе появилась едва заметная ирония.

Диана была умнее, чем я предполагала. И осторожнее.

– У каждого свои мотивы, – сказала я нейтрально.

– Безусловно, – она встала. – Вероника Александровна, спасибо за разговор. Он был… поучительным.

– В каком смысле?

Диана остановилась у двери:

– В том смысле, что помог мне понять: в сложившейся ситуации каждый играет за себя. И мне пора определиться, на чьей я стороне. Или лучше сказать – на стороне каких интересов.

– И к какому выводу вы пришли?

– К выводу, что мне нужно больше информации, прежде чем принимать какие-либо решения, – она повернулась к выходу. – До свидания.

После её ухода я долго сидела, обдумывая разговор. Диана оказалась совсем не той наивной девушкой, какой показалась вначале. Она быстро адаптировалась к новой ситуации и начала играть по своим правилам.

Это усложняло мои планы. Диана не станет легкой жертвой ни для меня, ни для Димы. Она будет торговаться, выбирать наиболее выгодную для себя сторону.

Достала телефон и написала Роману: «Диана оказалась умнее, чем мы думали. Она не испугана – она анализирует ситуацию и выбирает, с кем ей выгоднее сотрудничать. Это может сработать в нашу пользу, но нужно быть осторожными».

Его ответ заставил себя ждать дольше обычного: «Понял. Значит, у нас есть потенциальный союзник, но с собственной повесткой дня. Такие партнеры могут быть ценными, если уметь с ними договариваться. Завтра обсудим, как лучше с ней работать».

Через полчаса в кабинет постучала Ольга. Вошла с кофе и стопкой документов, но я сразу заметила беспокойство на её лице.

– Вероника Александровна, можно на минутку? – она поставила кофе на стол и нерешительно помялась у двери.

– Конечно, Оля, садись, – указала на стул. – Что случилось?

Ольга села, но держалась напряженно:

– Я не знаю, стоит ли говорить, но… после встречи с Дианой Сергеевной ко мне подходил Дмитрий Валентинович. Расспрашивал, о чем вы с ней говорили, как долго она у вас была.

Насторожилась:

– И что ты ответила?

– Что не знаю, что вы обсуждали рабочие вопросы, – Ольга нервно теребила край папки. – Но он… он выглядел очень серьезным. И еще спросил, нет ли у меня доступа к вашей электронной почте.

– К моей почте? – удивилась. – Что ты сказала?

– Правду – что доступа нет, что у каждого свои пароли. И вчера Диана Сергеевна попросила Семена из IT-отдела проверить, кто имел доступ к корпоративной системе за последнюю неделю. А сегодня утром я видела, как она говорила с охраной – что-то про камеры видеонаблюдения в коридорах.

Это было интересно. Значит, Диана проводила собственное расследование, пытаясь понять, кто и когда мог получать информацию.

– Оля, а что еще ты заметила необычного?

– Ну, – она задумалась, – Дмитрий Валентинович стал чаще задерживаться в офисе. Причем не в своем кабинете, а ходит по этажам, заглядывает в разные отделы. И еще… он вчера долго разговаривал с юристом компании. Дмитрий Петрович выглядел очень обеспокоенным после этого разговора.

– Спасибо, что рассказала, – я положила руку на плечо Ольги. – Ты правильно сделала. И еще одна просьба – если кто-то будет расспрашивать о моих делах, встречах, звонках, просто скажи, что не в курсе, хорошо?

– Конечно, – она согласно кивнула. – Вероника Александровна, а… все будет хорошо? Просто в офисе такая напряженная атмосфера, люди переживают.

– Всё будет хорошо, Оля, – заверила её, хотя сама не была в этом уверена. – Просто сейчас решаются важные вопросы развития компании.

После того как Ольга ушла, я задумалась над полученной информацией. Дима явно готовился к чему-то серьезному – собирал данные, консультировался с юристом, изучал, кто имел доступ к корпоративной системе. А Диана проводила параллельное расследование, пытаясь понять источники утечек.

Телефон завибрировал – сообщение от неизвестного номера: «Некоторые игры могут оказаться опаснее, чем кажется. Будьте благоразумны».

Я перечитала сообщение несколько раз, пытаясь понять, от кого оно могло прийти. От Димы? Вряд ли – он бы написал прямо. От Дианы? Тоже сомнительно – она предпочитала личные встречи.

Сохранила сообщение и сделала скриншот. Еще одна деталь в мозаике этого сложного противостояния. Кто-то пытался меня запугать? Или предупредить?