Глава 41

Я ждала.

Прошло уже достаточно времени с тех пор, как я в последний раз видела господина Пэя.

Боль в его ноге должна была вернуться, оставалось только ждать, когда господин поймет, что снадобья его лекаря не помогают так хорошо, как мои, и вспомнит о моем существовании...

Я сидела на крыльце и пересматривала свои запасы, перебирая в голове рецепты лекарств, которыми можно еще запастись заранее, мне хотелось быть готовой к любому повороту событий.

Сяо Мэй возилась в огороде, полола грядки и что-то напевала себе под нос, когда я услышала шаги со стороны главных ворот павильона, кто-то не таясь бежал по тропинке через сад.

Я поднялась на ноги и насторожилась, а из-за поворота показалась запыхавшаяся Лань, служанка, что прислуживала наложнице Фан.

– Госпожа Линь! – выдохнула она, падая на колени передо мной. – Господину плохо, у него сильные боли в ноге, лекарства лекаря совсем не помогают. Госпожа Фан послала меня к вам... она сказала, что вы единственная, кто может ему помочь.

Прекрасно… наложница Фан оказалась хитрее, чем я считала, решила сама дать приготовленное мной, и заслужить благодарность господина…

Я не могла показывать свои истинные чувства, только испуг и беспокойство за господина.

– Что с господином? – спросила я, делая шаг вперёд. – Боль сильная?

– Очень, госпожа! – Лань всхлипнула. – Ночью он кричал во сне, а сегодня утром даже не смог встать с постели. Госпожа Фан велела бежать к вам, не мешкая. Господин говорил, что вы делали ему лекарство, которое помогало раньше, может, у вас есть ещё?

Я сделала вид, что задумалась и медленно покачала головой.

– Странно, что господин сам не прислала за мной…

Служанка не умела хорошо врать, отвела глаза потупившись, и только потом сунула руку за спину и достала из-за пояса вышитый кошелек, – он просил вас прийти, но моя госпожа сказала, что госпожа Пэй разгневается, вы ведь наказаны, поэтому предложила не беспокоить вас. Она велела передать вам этот кошель, если вы сразу не согласитесь.

Какая у меня заботливая старшая сестра… И экономная… я взяла тяжелый кошелек, приятно звякнувший в моих руках.

– К тому же, – девушка быстро стрельнула глазами по сторонам, словно нас могли подслушивать в этом забытом всеми месте, – в поместье такое твориться… я слышала, как гневался господин, кто-то подал жалобу в торговую гильдию.

– Жалобу? Ты о чем?

– Какие-то дела господина вызвали недовольство, он в очень плохом настроении, разве вы здесь не слышали ночью шум?

– Мы слишком далеко от главных покоев, мы ничего не слышали.

Глаза Лань загорелись, – ох, госпожа, такое творится, такое, ночью пришли в дом с обыском, они до сих пор еще здесь, главная госпожа слегла, господин в ярости, а тут еще эта боль, так вы дадите лекарство?

Она с надеждой уставилась на меня.

– Конечно, посиди здесь, я сейчас, – попросила я и пошла внутрь павильона, лихорадочно размышляя.

В первые дни после возвращения в мир живых, моя обида и жажда мести затмевали все.

Но сейчас…

Мне нравилась моя новая жизнь, точнее, я поняла, что то, что я считала своей судьбой, единственным вариантом моей жизни… им не было.

И сейчас мне очень хотелось узнать, что же приготовила мне моя судьба на самом деле? Каков будет мой путь.

Я остановилась, достав приготовленный заранее для господина Пэя яд… одна доза, и долгая-долгая смерть в муках, как он того и заслуживает.

Но сейчас я смотрела на лекарство от боли и на яд во второй руке и думала о том, что дом полон стражи.

Яд, добавленный в лекарство, могут определить, наложница Фан выкрутится… и тогда меня ждет смерть, а умирать мне уже не хотелось. Мне хотелось наказать его… а самой стать в этой жизни счастливой!

Я решительно вернула яд на его место в тайник и достала те ингредиенты, что лишали способности иметь потомков.

Я не буду его травить, точнее буду, но поступлю более коварно, ударю по главному закону человеческого тела – балансу между Огнем и Водой.

Тончайший переворот энергий внутри господина Пэя лишит его самого главного удовольствия в жизни и добавит проблем со здоровьем.

Сам по себе обработанный аконит – Фу-цзы – это «абсолютный Ян», чистейший огонь, но в правильных руках и малых дозах, он разгоняет застой дурной крови вокруг раны, согревает тело и за счет этого утоляет самую черную боль. Именно с ним готовили лекарство от болей.

Но изменение пропорций несут в себе безумный, ядовитый Жар.

Если этот огонь ничем не сдерживать, он просто сожжет сердце и убьет человека, так готовили смертельный яд.

Я поступлю умнее, превращу этот огонь в лед, и направлю только на нижнюю часть тела. Мяты у меня было много, а еще был сырой частуховый корень.

Эта трава обладает свойством «открывать нижние пути» и стремительно выводить влагу.

Она сработает как проводник, подхватив силу аконита, и утянет её прямиком в почки, туда, где обитает изначальный Ян и находятся Врата Жизни, отвечающие за мужскую силу.

Мята смягчит вкус и, обладая мощной энергией ветра и холода, заморозит этот ядовитый жар внизу, когда частуха приведет аконит в почки, мое лекарство от боли нанесет целенаправленный удар по почкам и мужской силе господина.

Подумала немного, лекарство само по себе горькое и вызывает легкое онемение во рту и головокружение.

Да, так меня не поймают.

Господин Пэй решит, что ватные ноги и упадок сил – это просто действие сильного лекарства от боли.

Когда он обнаружит, что его мужская сила исчезла, я скажу: «Это из-за тяжелого ранения, господин. Избыток дурной крови и сильные лекарства временно погасили ваш внутренний огонь».

И любой лекарь это подтвердит!

Я спрятала улыбку и вышла во двор.

– У меня есть кое-что, но это не то же самое лекарство, что я давала ему раньше, – я протянула Лань небольшой холщовый мешочек.

– Я приготовила новый рецепт, он иначе действует, но способен унять самую сильную боль, заваривать нужно, как чай, добавляя мёд, чтобы не было горько, и пить маленькими глотками тёплым, боль утихнет.

Я достала из кошеля монетку, протянула Лань, – прибегай поболтать, тут так скучно, никаких новостей, а мне очень интересно, что происходит в поместье.

– Конечно! Завтра же приду, – Лань с благоговением приняла мешочек и монетку, спрятала за пазуху и пулей вылетела за ворота, даже не оглянувшись.

Я смотрела ей вслед, не совсем понимая, что сейчас чувствую.

Сяо Мэй подошла ко мне и взяла за руку.

– Госпожа, у вас такое лицо… вы что-то задумали?

– Да, – я улыбнулась, поглаживая её по голове. – Я задумала кое-что важное, но тебе пока рано это знать. Иди, приготовь нам еды на сегодня.

Девочка нахмурилась, но не стала спорить, убежала в павильон, а я осталась стоять на крыльце, и думать о том, правильно ли я поступила.

Я хотела увидеть его лицо, когда он поймёт, что потерял свою мужскую силу.

Хотела услышать его крик отчаяния и знать, что он ничего не сможет сделать.