Глава 13

Николай 

Прощаюсь с Григорием и направляюсь к выходу. Ужин отнял у меня больше времени, чем предполагалось, но результатами разговора я удовлетворён – нам удалось прийти к общему знаменателю. Быстро двигаюсь к дверям, лавируя между столиками. По времени успеваю ещё заехать к отцу, чтобы поздравить с днём рождения. Торжество в ресторане назначено на завтра, но по традиции у нас принято в саму дату собираться дома в узком семейном кругу. 

Замечаю справа возле окна какое-то скопление народа. Я не любопытен, такие представления меня обычно не интересуют. Мало ли, почему блюдо могло не понравиться капризному клиенту? Сам несколько раз попадал в неприятную ситуацию, когда моя девушка разыгрывала скандал, чтобы потрепать нервы персоналу. 

Не останавливаясь, мажу взглядом по столику, вокруг которого столпились люди. И с удивлением обнаруживаю знакомый источник заварухи. Светлые волосы, забавные кудряшки, костлявые плечи. И те же перепуганные глазищи. Что мышь тут вообще забыла? Сомневаюсь, что с её зарплатой можно позволить себе ужин в этом ресторане. И что она тут устроила? На скандалистку она совсем не похожа. 

За столиком девица сидит одна. Её спутник отошёл? Или спутница? И почему администратор что-то выговаривает ей, словно она в чём-то провинилась? Странная зверушка. Хороша собой, один взгляд чего стоит – с полуоборота заводит. Но какая-то совершенно дикая, будто не с этой планеты. 

Уже собираюсь выйти из зала, как замечаю, что она закрывает лицо руками и начинает вздрагивать. Плачет? Это ещё что такое? Мгновение сомневаюсь. Бросаю взгляд на часы. Чёрт, времени совсем нет! Останавливаюсь, разворачиваюсь и подхожу к столику. Читаю бейдж администратора. 

- Марина, добрый вечер. Что случилось? 

Женщина смотрит на меня сначала недовольно, а затем, видимо, узнаёт и расплывается в улыбке. 

- Добрый вечер, господин Кузнецов, рада вас видеть в нашем ресторане. 

- Так что случилось? – мне не до реверансов, я спешу. Но что-то внутри меня требует разобраться в ситуации. 

Я никакой не Робин Гуд, но если с моей сотрудницей что-то случится, то завтра она не выйдет на работу, а это мне не подходит, я люблю, чтобы всё работало, как часы. Кроме того, на эту девицу у меня есть планы, а тут пахнет возможностью если не подвиг совершить, то основательно покрасоваться.   

- Вот, назаказывала почти на три тысячи, а платить не хочет, говорит, что денег нет. 

Трёшка – не так уж и много для этого места. Посуду ещё не убрали, на столе два комплекта приборов, значит, ужинали вдвоём. Ясное дело, что этот мышонок не мог съесть на такую сумму. И всё-таки, где её спутник? 

- Эй, – а имени-то её я не помню. – Как там тебя? Прости, забыл. 

- Маша, – бубнит, не отнимая рук от лица. Точно! Просто Мария. Санта-Барбара, блин. 

- Скажи, Маша, а где твой кавалер? С кем ты тут ужинала? 

Она наконец убирает руки, хватается за салфетки и пытается стереть чёрные потёки туши, не прекращая плакать, но делает только хуже – тушь размазывается по лицу. 

- Он ушёл, – всхлипывает. 

Я начинаю догадываться, что тут произошло. Но какого чёрта? 

- Сказал, чтобы я сама платила. А у меня нет таких денег, – снова начинает рыдать. – Они сказали, что вызовут полицию, а мне никак нельзя к ним. 

Трёшка – копейки, которые могут дать мне хорошие дивиденды. Предвкушаю, как беру мышь в долговое рабство, и внутренне усмехаюсь. Хотя нет, рабство – неинтересно. Лучше, чтобы она добровольно захотела меня отблагодарить. 

- Марина, принесите терминал, пожалуйста, я оплачу её счёт и разберусь. 

Администратор тут же исчезает, но толпа зевак и не думает расходиться – представление ещё не окончено. Присаживаюсь рядом с девушкой. 

- Поссорились? 

Она пожимает плечами. 

- Наверное. 

- То есть ты даже не знаешь, поссорились ли вы? Как это так? 

- Ну мы поели, а потом он говорит: поехали в гостиницу. А я… отказалась. Он и разозлился, стал ругаться, что не собирается кормить меня просто так. Сказал, чтобы сама платила, и ушёл, – снова ревёт. Ненавижу женские слёзы! Но ещё больше ненавижу таких козлов. 

- Интересная ты, Маша. Всех мужчин динамишь? Зачем же в ресторан пошла, если не готова была к продолжению? 

- Так я ж не знала… Разве это нормально – после первого же свидания? 

Забавная мышь. Как будто с Луны свалилась. 

- Конечно, нормально! Вообще-то люди для того и встречаются, чтобы после ресторана отправиться в койку. Ты ж, небось, не девочка давно, сама такие прописные истины понимать должна. 

Сам-то я совсем не благородный рыцарь, даже ужинать её вести не планировал – попробовал бы только разок-другой в разных позах, и дело с концом. А этот хахаль хотел поступить красиво, по правилам. Может, даже собирался продолжить отношения, но оказался слишком нетерпеливым. 

Мышь со мной не согласна. Она мотает головой из стороны в сторону и что-то бормочет сквозь слёзы о том, что так нельзя. Интересно, а как можно? 

- Ты ещё скажи, что до свадьбы нельзя, – она ревёт, а мне вдруг становится ужасно смешно. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Если бы так рассуждала малолетка, я бы решил, что её накрутили мама с бабушкой, а сама она жизни ещё не видела. Но мышь-то давно уже вышла из малолетнего возраста. Нелепая зверушка! 

- Ну почему же? Можно, но только с любимым, если долго встречаться. 

Н-да, вот это жизненная философия. Интересно, сколько мужчин у неё было, что она рассуждает, как старшеклассница перед первым свиданием? 

Приходит администратор с терминалом, я оплачиваю, мышь начинает лепетать: 

- Спасибо, я вам постепенно отдам. Вот зарплату получу… 

- Не надо мне ничего отдавать. 

Почему бы не сыграть благородного рыцаря? Три тысячи, конечно, дороговато за эту девицу. Но зато после такого широкого жеста она должна с радостью прыгнуть ко мне в постель и исполнить все мои нескромные фантазии. Я, может, даже ужинать её куда-нибудь свожу, чтобы закрепить положительное впечатление о себе. 

Мышь умывается. Без косметики она выглядит совсем юной. Ни за что не дал бы ей двадцать шесть. Выходим из ресторана, она продолжает всхлипывать. Вспоминаю, что тороплюсь к отцу. Если бы не это, утащил бы к себе в берлогу и… Придётся отложить на завтра, когда она немного успокоится и окончательно проникнется чувством глубокой благодарности ко мне. Поэтому я гружу её в машину и отвожу домой. 

На работе мышь от меня демонстративно прячется. Стоит мне оказаться возле стойки, как она тут же начинает изображать бурную деятельность, уткнувшись в компьютер. Или отворачивается и делает вид, что что-то пересчитывает и перекладывает в шкафу. Это и злит меня, и веселит одновременно. Когда игра в прятки порядком надоедает, окликаю девицу и отрываю её от созерцания экрана монитора. 

- Мышь, привет. 

- Здравствуйте, Николай Андреевич, – пищит испуганно, но хоть без заикания. 

- Завтра ты выходная, – не спрашиваю, а утверждаю. – Пойдёшь со мной на свидание? 

Я уже и забыл, когда женщину куда-то приглашал. В последнее время они в основном сами себя предлагают. 

Что с этой мышью не так? Любая бы на её месте до потолка прыгала и от счастья пищала. А эта вылупила испуганные глазищи и что-то мямлит себе под нос. Блин, не знал бы, сколько ей лет, подумал бы, что она – малолетняя девственница из пуританской семьи. Либо её кто-то в прошлом сильно напугал или обидел, а вчерашний козёл хорошенько добавил. 

- Я не… 

Почему всё так сложно? 

- Ты чего боишься, Мышка? Платить в ресторане я тебя не заставлю, я ж не конченный мудак. Разве ты ещё не поняла? 

- Я не пойду в ресторан! 

Стыдно признаться, но я слабо представляю, что делать с этой девицей, чтобы оказаться завтра с ней в койке. Она какая-то неправильная, будто не от мира сего. Но хочется-то её от этого не меньше. 

- Ну окей. Может, тогда кофе с пирожными? 

У приятеля жена недавно кофейню открыла, какого-то фантастического повара где-то нашла. Уверяет, что таких вкусных пирожных нигде больше нет. Я пообещал зайти и продегустировать, но сладкое – совсем не мой формат. Хоть я и завязал с большим спортом, но питаюсь по старой привычке. Да и женщину туда не пригласишь – все они вечно трясутся за свою фигуру. А эту откормить не помешает, дегустатор в самый раз. 

- С пирожными? – выражение лица меняется с испуганного на заинтересованное. 

- Причём с самыми вкусными в этом городе. Так договорились? 

Кивает. Чувствую, намотает она мне ещё нервы… Но тем слаще будет трофей. 

Подумать только! Я, давно разменявший четвёртый десяток циник, веду на свидание девушку в кофейню кушать сладости… То ли я сошёл с ума, то ли кто-то на небе просто ржёт надо мной. 

Мышь снова в том же синем платье в тон к её глазищам. Тощая – смотреть жалко. Недолюбливаю анорексичных моделей, а эта ещё и мелкая. Мослы торчат. Ничего не могу с собой поделать – заметив выступающие косточки, тут же представляю себе, как крепко держу её за них руками и вколачиваюсь сзади. В брюках становится тесно. Мы только вошли в торговый центр, народу вокруг тьма, а до кофейни ещё топать и топать. А я уже мечтаю об окончании дегустации. 

Девица восторженно крутит по сторонам головой. 

- Тут так красиво! 

- Ты впервые в этом центре, что ли? 

- Ага. Не представляла, что тут так всё сделано… И фонтан! Лифт стеклянный! Нам на какой этаж? Давайте на лифте поднимемся. 

Боже правый, она точно с другой планеты! 

- Ты не местная? 

- Местная, но я недавно в город вернулась, долго жила в другом месте. 

- И там не было торговых центров? – слабо верится, что в мало-мальски приличном городе может не быть такого выпендрёжного центра. 

- Нет, я была в провинции, там всё по-старинке. 

- Ну разве что. 

По дороге к лифту мышь останавливается возле боулинга. Интересно, мы сегодня до пирожных дойдём? У меня вообще-то после них ещё наполеоновские планы. И я вовсе не намерен на сей раз отступать. 

- Погодите, пожалуйста. Я никогда не видела, как играют, вживую. 

- Мышка, а ты точно с этой планеты? Как можно было никогда не видеть боулинга? 

- Не знаю, не видела и всё. Это криминал? 

- Вот ты смешная! Как можно быть такой тёмной? 

- Ну вот так. 

В меня всё-таки вселился то ли бес, то ли Иванушка-дурачок, потому что я вдруг говорю: 

- Хочешь, пойдём немного поиграем? 

На мышкином лице отражается неприкрытый восторг. Она – как маленькая девочка, впервые попавшая в парк аттракционов. Ещё немного, и я почувствую себя старым извращенцем, который охотится за малолеткой. 

Слово не воробей – иду заказываю дорожку. Мышку приходится всему обучать – она не знает, как держать шар, как бросать его… Становлюсь сзади, правой рукой отвожу её ладонь с шаром, левой держу за талию. Показываю, как правильно замахнуться и помогаю сделать бросок. А потом ещё и ещё. 

С каждым разом прижимаю мышку к себе всё сильнее. На боулинге сконцентрироваться не получается. Раз за разом позорно промахиваюсь. Перед глазами мелькают яркие картинки с цензом 18+. Святые угодники! Как дожить до вечера? 

Поднимаемся в кофейню. Наконец-то мы с мышкой одни. Условно, конечно, потому что кабина лифта стеклянная. Не думая о зрителях, я располагаюсь сзади, беру её за те самые выступающие косточки на бёдрах и рывком вжимаю в своё тело. Сейчас мне кажется, что я давно уже не хотел женщину так безумно, как эту мелкую мышь, которая беззастенчиво дразнит меня. 

- Что… что вы делаете? – пищит возмущённо. 

- Хочу показать, что делаешь со мной ты! – делаю поступательное движение и вжимаюсь пахом в неё ещё сильнее. 

Лифт останавливается слишком быстро. Мне плевать, что окружающие пялятся на меня и бугор на моих джинсах. Пусть завидуют! 

А вот я себе сейчас не завидую. Потому что впереди меня ждут обещанные мыши пирожные.