Глава 36
Сагош не так много выпил, поэтому к утру был бодр, трезв и полон сил. А Раймон был целителем, так что, несмотря на бурную ночь, к утру тоже выглядел вполне пристойно.
Аника в белом шелковом платье и шелковом же платке, накинутом на волосы, была просто неотразима…
Один священник в храме всех богов выглядел озабоченным и озадаченным.
— Позвольте напомнить вам, милорд, что принятие в семью второго мужчины подразумевает, что он тоже получает ваше покровительство и ваше имя, то есть…
— Да, я ознакомился со всеми подробностями данной церемонии, — ответ Раймона прозвучал безупречно вежливо, но в нем отчетливо слышался намек на нежелание обсуждать данную тему.
— Я хочу быть уверенным, милорд, что вы осознанно вводите в свою семью младшего мужа, пока смерть не разлучит вас… всех…
Священник никак не мог поверить в то, что происходит, и очень волновался. Во-первых, сам ритуал был довольно редким, во-вторых, семья, которой будет принадлежать эта троица, была… редкая.
— Да, я делаю это осознанно и по доброй воле.
— Что ж… тогда приступим… и да простят меня боги и король! — священник поклонился большой иконе, на которой были запечатлены все шестнадцать верховных богов, открыл толстый молитвенник на нужной странице и принялся его монотонно зачитывать.
— Благословляю ваш союз с королевского разрешения и перед ликами всех богов, — закончив чтение, священник торжественно возгласил об окончании церемонии и потом тихо добавил: — Да простят они меня за это деяние!
— Надеюсь, в храм богини плодородия вы поедете вдвоем? — поинтересовался бедный служитель церкви, выждав, пока Раймон и Аника поцелуются, целомудренно скромно, как и положено в храме. И с облегчением убедился, что поцелуя со вторым мужчиной не последовало, вернее, его быстро чмокнули в щеку… но для священника, надумавшего себе уже боги знают что, это послужило утешительным знаком.
Услышав вопрос, светлый маг сурово посмотрел на оборотня, но Сагош, соорудив наиневиннейшее выражение лица, выдал, изучая красивую лепнину на потолке:
— А что, мне плодородиться не полагается? Я, между прочим, теперь тоже член семьи, к тому же младший… Но будем надеяться, что старый конь борозды не испортит, а то придется мне потом… допахивать…
Аника еще не успела понять смысла этого сложного эвфемизма, как он вылетел у нее из головы, словно и не прозвучал вовсе. Выветрился он и из памяти священника, который вроде как все понял, но внезапно позабыл, что именно. Кроме того, что разговор шел о плодородии.
А вот Сагош прекрасно осознавал, что именно сказал, вот только говорить больше не мог, только возмущенно сверкать глазами, стараясь не привлекать внимания своей хозяйки. Тонкий намек, что с шутками он немного перестарался, оборотень уловил достаточно быстро, поэтому дар речи к нему вернулся, едва они вышли из храма.
— Я во дворец, — мрачно буркнул Сагош. — К богине как-нибудь в другой раз… годика через три-четыре, например…
Раймон зло зыркнул на своего младшего мужа, тот ответил ему таким же добрым взглядом, но устраивать выяснение отношений прямо на улице они не стали.
Филин полетел в одну сторону, а светлый маг со своей женой перенеслись через портал в другую.
Вокруг храма богини плодородия магия не действовала, так что вынесло их там же, где все остальные подъезжающие молодожены и просто желающие помолиться конкретно этой богине оставляли своих коней, кареты, телеги и прочие средства передвижения.
Красть рядом с храмом было очень опасно, поэтому никто не переживал по поводу оставленных без присмотра вещей и животных.
Платок, скрывающий ее красно-рыжие волосы, Аника опустила на плечи и теперь куталась в него, от волнения перебирая пальцами шелковую ткань. Внезапно, когда мечты вдруг стали явью, девушка… испугалась. Нет, не того, что ошиблась с выбором! Вот уж в нем она была уверена совершенно точно. Даже взгляд от земли поднимать не надо, чтобы полюбоваться на своего избранника… Но только если одним глазком, чтобы не заметил… потому что страшно!.. Страшно того, что должно последовать после…
Раймон едва заметно улыбнулся. Он-то взгляд в землю не опускал, а с удовольствием разглядывал свою жену, заодно пусть и поверхностно, но улавливал ее пугливые пичужки-мысли.
Спасать его от Гарты ей было не страшно, спасать его второй раз, изображая Гарту, ей опять же было не страшно… А от мыслей о первой брачной ночи готова пальцами шелк порвать — так переживает!..
Тут мужчина едва заметно скривился, вспомнив не очень удачную и довольно грубую шутку оборотня. Придушить бы его… или коту скормить, придурка!.. Но придется просто учить за языком следить, чтобы думал, что можно ляпать, а что лучше в себе подержать, да понадежнее.
Аника очередной раз искоса боязливо покосилась в сторону светлого мага, стараясь думать только об объятиях и поцелуях. Этим-то ее точно не удивишь!.. А обо всем остальном… Замужняя подружка на все попытки выпытать, что там и как с этой брачной ночью, в основном таинственно помалкивала и загадочно улыбалась. Иногда гордо задирала нос кверху и заявляла, что свое женское предназначение она выполняет с удовольствием и муж на других еще долго не посмотрит! И главное как раз в этом самом удовольствии, которое мужчина должен видеть…
— Они же о нашем счастье думают, им это важно, если брак не по расчету. Да и если с расчетом, все равно переживают, если не совсем козел попадется!.. И тут супружеский долг, а ты со страху бревном лежишь… А еще больно иногда бывает, но меня боги миловали…
Аника о боли, которую надо перетерпеть с честью, а поплакать уже потом, не раз слышала. Что мужчине надо не мешать, пусть получит свое… Но подружка как раз советовала вести себя иначе.
— Вот как он поймет, что сделал тебя счастливой, если ты бревном лежишь? Да никак! Так что ты через «не могу» делай вид, что тебе нравится. А потом втянешься…
Вот и все подробности… Понимай как хочешь! Может, будет больно, но бревном не лежи, а притворяйся счастливой, потому что мужчинам это важно.
Как тут не бояться? И так все смутно, непонятно и от прочитанных в романах «он вонзил в ее тело свой нефритовый жезл» хочется или под кровать спрятаться, или с кровати от смеха упасть.
— Леди… — Раймон, прислушивающийся к мыслям Аники, тоже уже не знал, как правильнее себя вести. То ли смеяться, то ли обнять и плакать от умиления. Он-то к своим тридцати с лишним девственником давно не был, но за свою бурную жизнь с девственницами ранее никогда не сталкивался. Не то чтобы он сам очень переживал по этому поводу… И был абсолютно уверен в том, что уж в постели он точно сможет сделать свою жену счастливой. Но теперь он и сам начал немного волноваться, потому что о том, что в первый раз может быть несколько неприятно, слышал…
— Леди, так как празднование во дворце начнется лишь вечером, я предлагаю сбежать… куда-нибудь, где нет ни вашего оборотня, ни моих родственников?
Аника не успела ответить сразу, потому что подошла их очередь идти в храм. Там они прочли необходимые молитвы и поставили нужное количество свечей. В начале церемонии на лбу у молодых священник нарисовал крест свиной кровью, а перед выходом из храма уже другой священник подал им чистые желто-зеленые льняные платки, пропитанные водой из храмового родника. И молодожены старательно оттерли лбы друг другу, а потом связали оба платка большим узлом и закинули их на ветки огромного дерева, растущего рядом с храмом.
— Знаете… я согласна! Давайте сбежим! — прошептала девушка, едва пара вышла к дороге, в зону действия магии. — У вас есть предложения?