Глава 52. Семья «жениха»

– Говорить будешь сам! – решительно заявила Майяри, потирая нервно трясущиеся ладони. – Слушай, ты в самом деле им ничего не рассказал? Почему? Столько времени прошло!

Экипаж тронулся, и девушка заволновалась ещё сильнее.

– Ну а зачем? – Викан откинулся на спинку и с удовольствием растрепал коротко обрезанные волосы. Майяри невольно припомнила самые цветистые выражения дежурного, когда из камина в холле сыска потянуло жжёным волосом. – Вдруг всё бы изменилось, и ты действительно стала бы моей невестой?

– Это что ж должно было измениться? – прищурилась девушка. – Или я с ума сойти должна была?

– Мы же были такой прекрасной парой, – с укором протянул мужчина. – Между прочим, по городу ходит слух, что ты меня зачаровала. Я уже столько времени храню тебе верность…

– Приятно знать, что мои зелья отлично работают, – криво усмехнулась бывшая невеста. – Ещё не закончилось?

– Нет, я экономный. Да и с моим образом жизни в последние месяцы развлечься можно только с будущими висельниками, – Викан печально поморщился. – То дядя полечит, то дорогой брат отправит в путешествие по самым живописным лесам. Я уже начал засматриваться на женщин совершенно не в моём вкусе. В прошлую вылазку, когда мы выискивали в Чевыйском лесу поехавшего головой оборотня, убившего и изнасиловавшего шестерых женщин из Олѝшек, встретил наш отряд прелестную женщину. Тогда она мне показалась просто очаровательной, – оборотень закатил глаза. – Высокой, с широкими плечами, сильными руками… Такая полная здоровья и жизненной силы госпожа! На полголовы меня выше, а я люблю тоненьких, стройненьких, таких, как ты. Но как меня повлекло к ней! Аж дурно от желания было! Воистину, чем реже мы, мужчины, видим женщин, тем неприхотливее становимся в выборе. Эта баба, кстати, потом нашего насильника приволокла. Убила одним ударом, когда он вздумал к ней со спины подкрасться!

– Госпоже Иелане она бы понравилась…

– Боги, Майяри, и чего ты такая трусиха? – Викан пихнул её коленом. – Неужели ты думаешь, что моя мама глупенькая? Вряд ли она всерьёз отнеслась к моему заявлению.

– Но она так обрадовалась… – засомневалась девушка.

– Мама всегда радуется очень бурно и искренне. Каждой мелочи!

– И так же искренне расстраивается?

– Да ну тебя! Сама сейчас убедишься.

Через полчаса экипаж остановился перед уже знакомой чугунной оградой, и сердечко Майяри забилось ещё отчаяннее. Даже если госпожа Иелана расстроится, что с того? Какая её, Майяри, вина?

Нет, вина всё же есть. Девушка понурилась. Она же поддержала обман, конечно, вина за ней есть.

– Я точно что-то делаю неправильно, – тяжёлый вздох сам сорвался с губ.

– Ты о чём? – не понял Викан.

Она виновата перед Виидашем, виновата перед хареном, виновата перед родителями Викана… И вся её вина во лжи.

– Можно я тебе сейчас дам обещание? – девушка серьёзно посмотрела на Викана.

– Мне? – тот с удивлением приподнял брови.

– После того, как признаюсь господину Ранхашу, больше не буду врать.

– Эге, дорогая, не обещай невыполнимого! Все врут. Иногда выдают ложь быстрее, чем соображают, что это ложь. Просто иногда признавайся, что соврала, – мужчина хмыкнул. – Этого будет более чем достаточно. Мне больше интересно, в чём это ты хочешь признаться моему обожаемому братцу? Неужто в твоём неприступном сердце проснулась любовь к нашей мороженной хайрени?

– Он не мороженный, – обиделась Майяри. – То есть не хайрени!

– Но за любовь ты не споришь? – Викан хитро прищурился, и девушка высокомерно вскинула подбородок.

– С вами, Вотыми, спорить бесполезно, если вы что-то втемяшили себе в голову.

Викан первым выбрался из экипажа, галантно подал руку Майяри и наигранно оскорбился, когда она, проигнорировав его великодушный жест, просто спрыгнула на землю. На самом деле протянутую руку она заметила, уже спрыгнув. Привыкла, что господин Шидай и господин Ранхаш вынимают её из кареты, и отвыкла от приличных светских манер.

– Майяри, ты приехала!

На ступеньках, ведущих к парадной двери, появилась госпожа Иелана.

– Я тоже приехал, мама, – весело отозвался сын. – После долгого отсутствия приехал.

Женщина, словно и не слыша его, попробовала спуститься, но внизу разлилась лужа, на ногах у неё были лишь домашние туфли, а за спиной – строгий муж.

– Не мочи ноги, – раздалось из-за двери.

– Ну идите, идите сюда! – оборотница торопливо поманила детей, и Майяри поёжилась, представляя, что будет дальше.

Викан же угрызениями совести не терзался и, побежав к маме, сгреб её в объятия и с хохотом закружился вместе с ней. Та, хихикая, поцеловала его в колючие щёки и потребовала опустить себя. И стиснула в крепких объятиях Майяри.

– Викан – настоящий злодей! – госпожа Иелана недовольно посмотрела на сына. – Я его столько раз просила привезти тебя в гости или позволить мне повидаться с тобой, но этот мерзавец сговорился с отцом, и они постоянно находили какие-то отговорки. Моя дорогая, у тебя что-то случилось, а они от меня это скрыли?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Нет, госпожа, – уверенно заявила Майяри и лишь секунду спустя поняла, что нарушила своё обещание и опять соврала. – Я была очень занята в школе и сыске. Нужно было сдать экзамены за прошлое полугодие. И мы улетали с хареном из города. Викан, кстати, летал с нами.

– А мне он сказал, что ловил очень опасного преступника, – обиженно протянула госпожа Иелана.

– Разве я соврал? – Викан провокационно приподнял брови.

– Боги, вы таскали слабую девушку на свои опасные разборки?! – возмутилась мама.

– Вы зайдёте наконец?

Викан подпихнул маму и «невесту» в сторону двери, и они зашли внутрь. Майяри споткнулась, столкнувшись с насмешливым взглядом господина Лианара. Его глаза так и говорили, что он в отличие от жены прекрасно знает все слухи, которые о ней ходят, осведомлён о происшествии во дворце, в которое она вмешалась волею случая и благодаря собственной глупости, и уж наверняка он в курсе, как харен относится к ней.

– Каяться пришли? – прямо спросил он.

– Лианар, что ты такое говоришь? Проходи, Майяри, не слушай его. Он порой совершенно невыносим.

– Женщина, не забывай, кто твой муж, – по губам оборотня скользнула соблазнительная улыбка. Даже Майяри невольно залюбовалась, но госпожа Лианара, закалённая не только мужем, но и двумя обаятельными сыновьями, лишь фыркнула.

– Потому и терплю, что люблю.

– Кто у нас здесь?

По лестнице бесшумно спустился молодой мужчина. Высокий, крепкого телосложения, с довольно приятным лицом и вежливой улыбкой. Прямые серебристые волосы опускались чуть ниже ушей. Глаза же имели характерный для Вотых жёлтый оттенок. Майяри невольно посмотрела на господина Лианара и опять перевела взгляд на молодого оборотня, поразительно на него похожего.

– О, я рискну предположить, что вы – госпожа Майяри, прекрасная невеста моего брата, – в светлых жёлтых глазах заплясали весёлые огоньки, и девушка сразу сообразила, что под братом он подразумевал не Викана.

– Да, это она, – просияла госпожа Иелана. – Смотри, какая хорошенькая! Тебе бы тоже не мешало присмотреться к какой-нибудь милой госпоже.

– Обворожительна, – покладисто пропел господин Леахаш (Майяри не была уверена, что правильно помнила его имя) и, ловко подхватив её ладонь, хотел уже запечатлеть поцелуй на длани, но девушка опомнилась и спрятала руку за спину.

– Это мой старший сын Леахаш, – представила оборотня госпожа Иелана, – он лишь недавно вернулся из Сумеречных гор. Ездил туда по торговым делам.

Майяри растерянно моргнула. Вроде бы ей говорили, что господин Леахаш ездил к сумеречникам по совсем другому поводу. Викан молча пихнул её локтем в бок. Похоже, здесь имеет место быть коллективный обман одной милой женщины. Майяри показалось это неправильным, но разве она может их осуждать? Кроме того, она плохо знает эту семью. Вдруг госпоже Иелане нельзя волноваться.

– Ой, что я вспомнила! – женщина всплеснула руками и бросилась к лестнице. – Проводите Майяри в гостиную. Я сейчас вернусь.

Стоило ей скрыться на лестничном пролёте, и мужчины посмотрели на Майяри с одинаковыми хитрыми и немного насмешливыми улыбками. Та в свою очередь взглянула на Викана.

– Это была не моя идея, – напомнила она.

– Дорогая сестра, не нужно переживать, – Леахаш так галантно подхватил Майяри за талию, что та не сразу опомнилась и сообразила, что это несколько не приличествует светским манерам. – Наша мама неглупа и прекрасно понимает, что можно ожидать от своего не самого умного младшего сына. Немного попечалится, накажет его…

Тут Майяри заподозрила, что госпоже Иелане не позволяют волноваться не из страха за её здоровье.

– Я так понимаю, нам стоит ждать в гости Ранхаша и дядю Шидая? – за её спиной уточнил у Викана господин Лианар.

– Нет, я сам отвезу её домой.

– Ты плохо знаешь дядю Шидая, – поцокал отец «жениха». – Он придёт в ярость, когда узнает, что ты опять утащил возлюбленную его сына.

– Так они сами отпустили её. Я сегодня вместо няньки, да, Майяри? Им зачем-то к деду понадобилось, а за ней присмотреть некому. А тут всеми любимый хайрен Узээриш косится на неё заинтересованным взглядом. Наше сокровище имело неосторожность помять ему несколько косточек, а Ранхаш ещё и хвост выдрал, когда он прилетел познакомиться поближе.

– Достойное пополнение семьи Вотый, – с усмешкой заметил господин Лианар.

Раздосадованная Майяри уже хотела сказать, что она не собирается становиться частью их семьи, но прикусила губу.

Если господин Ранхаш не отвернётся от неё, узнав её тайну, то она с радостью выйдет за него замуж. Самоуверенное заявление отца Викана мгновенно перестало раздражать, и Майяри даже смутилась. Достойное пополнение… Лесть, конечно, но приятно.

Майяри не успела опуститься в кресло, когда госпожа Иелана вбежала в гостиную.

– Это тебе, – с широкой улыбкой женщина протянула ей перчатки из коричневой замши, на которых были вышиты заснеженные веточки и красногрудые птички – снегири. – Уже поздновато дарить такое, скоро совсем потеплеет, но Викан не привозил тебя в гости, и я не смогла отдать их раньше. Мой Викан очень любит снегирей, он сам как снегирь. Ходит, красуется, выпятив грудь!

– Это я-то?

– Это напоминание о нём. Ну и обо мне. А то неприлично, в нашу семью входишь, а я тебе ещё ничего не вышила.

Голова опустела, и Майяри осторожно приняла перчатки. Взгляд так и прикипел к птичкам. Мир немножечко покачнулся, и Майяри вдруг показалось, что её вышвырнуло в другую реальность. Просто выпихнуло из общины хаги-сумеречников – холодной, враждебной и полной одиночества – в мир Вотых. Прямо в лоно большой дружелюбной семьи, где, даже если очень захочешь, в одиночестве не останешься. Где могут решить за тебя – как и в общине, – что ты принадлежишь им, но взамен они дадут тебе всё то, что имеют и другие члены. То, чего у неё никогда не было.

Защиту.

Тепло.

И поддержку.

Как плата за то, что она теперь принадлежит им.

И Майяри остро захотелось действительно стать Вотой.

Она смотрела перчатки с первым в её жизни узором, который вышили специально для неё. У неё в общине было много прекрасных нарядов с самыми изумительными вышивками, и господин Шидай заказал для неё одежду, украшенную затейливыми узорами. Но всё это было не то. Просто красивая одежда, расшитая искусными вышивальщиками, которые никогда её не видели. В Салее расшитые собственными руками вещи дарили только близким, любимым, тем, кого хотели уберечь, тем, кого хотели порадовать. У неё, Майяри, не было ни одной такой вещи.

А теперь есть.

– Тебе не нравится? – госпожа Иелана обеспокоенно посмотрела на застывшую девушку.

Майяри сглотнула и, опустившись на корточки, порывисто обняла женщину за колени и уткнулась лицом в её бёдра.

– Деточка! – удивлённо охнула женщина.

– Мне очень нравится, госпожа, очень, – искренне выдохнула девушка. – Если бы я могла, я бы вышла замуж за любого из ваших сыновей, только чтобы стать вашей дочерью. Но я не могу. Простите меня, госпожа, но я не невеста Викана. Это была ложь.

Майяри сжалась, ожидая гнева, укоров, но её против ожидания легко погладили по волосам, и девушка удивлённо вскинула голову. Госпожа Иелана весело улыбалась.

– Майяри, ну я же не глупенькая, – ласково пропела она. – Моим сыновьям особенно доверять нельзя, к тому же Викан ещё слишком несмышлёный. Но не спеши говорить, что ты ему не невеста. Я уверена, что он скоро влюбится в тебя до беспамятства.

От облегчения Майяри едва на пол не сползла.

– Эти идиоты, – женщина окинула мужа и сыновей пренебрежительным взглядом, – всегда пытаются что-то от меня скрыть, но у меня тоже есть голова на плечах. Наверняка вы с Виканом были вынуждены называться женихом и невестой. Думаю, не ошибусь, если предположу, что у тебя неприятности. А совместное преодоление трудностей сближает, – оборотница лукаво подмигнула. – Стоит только притвориться женихом и невестой, и притворство станет правдой. К тому же вы с Виканом так хорошо смотритесь вместе. Оба отлично наживаете неприятности!

Майяри была так рада, что госпожа Иелана не стала гневаться, что даже не попыталась её разубедить.

– Мамочка, боюсь, ничего не выйдет, – Викан с притворной печалью опустил глаза. – В Майяри влюбился Ранхаш.

– Ранхаш? – его мама застыла в изумлении, и Майяри поспешила встать и отойти. И торопливо спрятать перчатки в карман, пока не передумали и не забрали.

– Так, значит, это правда? – приподнял брови Леахаш. – Дядя сожрёт Викана, если тот попытается отнять добычу у его щенка.

– И ты решил сдаться?! – рявкнула госпожа Иелана. – Как ты можешь после этого называться мужчиной?!

– Мама… – Викан виновато улыбнулся под насмешливыми взглядами отца и брата.

– Если понадобится, я сама сожру Шидая! – кровожадно пообещала любящая мама. – Майяри, тебе нравится Ранхаш?

Девушка замешкалась. И если её замешательство вызвало у мужчин удивлённо-насмешливые взгляды («Как? Уже?»), то госпожа Иелана истолковала его по-своему.

– Её сердце свободно, так что не трусь, Викан!

Сын озадаченно замер. Он явно не ожидал, что прояснение его отношений с Майяри приведёт к такому.

– И у тебя больше преимуществ, чем у Ранхаша, при всей моей любви к этому мальчику, – госпоже Иелане было всё равно, что «мальчик» старше неё. – Ты красивый, обаятельный, у вас много общего с Майяри, – девушка изумлённо вскинула брови, – и я ей нравлюсь. Деточка, ты ещё не знакома с Менвиа?

– Знакома, – напряжённо ответила Майяри.

– О, – лицо госпожи Иеланы причудливо исказили сочувствие и торжество.

– Но дядя…

Господин Шидай, видимо, был решающим аргументом.

– Старого волка я возьму на себя, – женщина грозно сложила руки на груди, готовая до последнего бороться за счастье сына. Господину Лианару пришлось закусить губу, чтобы не расхохотаться в голос. – Он должен понимать, что в этом сражении может выиграть только достойнейший.

Сумасшествие какое-то. Майяри смотрела на женщину, изумлённо приоткрыв рот.

– Мама, но Ранхаш уже считает её своей невестой, – попытался образумить родительницу Викан.

– Невеста ещё не жена. Даже женщина, родившая мужчине ребёнка, ещё ему не принадлежит, – с достоинством ответила госпожа Иелана, и улыбка медленно сползла с губ её мужа. – Майяри, дорогая, ты хочешь кушать?

– Д-да, – не рискнула отказаться та.

– Тогда пошли. Кстати, тебе нравятся троецветки? Я начала вышивать пояс для тебя, но не знаю, какие цветы тебе нравятся.

– Мне очень нравятся троецветки.

В конце концов, во всём случившемся виновата не она. Это задумка самого харена и Викана, так что с госпожой Иеланой они пусть сами разбираются. А она расстраивать эту прекрасную женщину, которая взялась вышивать для неё пояс, не хочет.