Глава 63. Расследование в подземелье

Ярко-белый светляк озарил заплесневевшие своды, и Майяри наконец отвлеклась от спины харена. Она целый день ждала встречи с ним, а он просто встретил их во дворце, сдержанно поздоровался и потащил в подземелья. Переживания сменились злостью и, как ни странно, обидой. Мог бы и поговорить с ней. Хотя бы высказать своё презрение. Зачем заставлять томиться в неведении? Она, конечно, виновата, что не призналась ему раньше и заставила страдать от любви к замужней женщине, но в целом в своём замужестве она совершенно не виновата. Решение было принято без её участия. И свадьбу сладили бы без её участия, будь то возможно.

Пока Майяри шла от главного дворцового холла за хареном, вина её успела смениться печалью, раздражением и в конце концов злостью. И к моменту, когда открылся потайной ход и господин Ранхаш пригласил их с господином Шидаем внутрь, рассерженная девушка набралась холодной сдержанности и проигнорировала протянутую руку харена, когда тот вознамерился помочь ей пробраться через небольшое отверстие. Пусть отцу поможет, тому с его широкими плечами тяжко придётся.

– Это здесь? – Майяри осмотрелась, стараясь полностью сосредоточиться на предстоящей работе.

– Нет. Тут тоже кое-что нужно осмотреть, но после.

Сияние светляка перекинулось со стен каменного мешка на узкий коридорчик, и девушка первая шагнула в него, но в локоть впились пальцы оборотня.

– Я первый, – в жёлтых глазах жутковато отразился свет.

– Давненько здесь порядок не наводили, – господин Шидай оторвал от стены чешуйку плесени и задумчиво растёр её между пальцами. – Лет триста, не меньше.

– Почему именно триста? – Майяри, не отрываясь, мрачно смотрела на спину впереди идущего харена.

– Плесень особого рода. Для её роста нужен определённый питательный слой, для наращивания которого требуется время. Но сама эта плесень тоже долго не властвует. Лет пятьдесят, и её вытесняет другой род плесени. Так что лет триста, ну может, четыреста. Боги, как же я не люблю эти хода, – лекарь с трудом протиснулся через узкое место и сложился почти вдвое, чтобы пройти дальше.

Коридор вывел их на небольшую каменную площадку, на которой харен задерживаться не стал. Сразу свернул налево, в другой рукав коридора. Майяри успела увидеть справа блеск и услышать тихий плеск. Вода? Стало несколько неуютно.

– Холодно? – лекарь заметил, как она зябко поёжилась, и господин Ранхаш тут же бросил на неё взгляд через плечо.

Волнуется? Вот пусть волнуется. Майяри независимо вскинула подбородок.

– Нет. Здесь где-то вода.

– Да. Канал. Ров, – короткие, рублёные фразы ещё больше разозлили девушку.

– Подземелья, вода, громадный замок над головой… – проворчала она. Хотела ещё добавить «И чего мы сюда потащились?», но вовремя прикусила язык.

– Тебе страшно, Майяри? – с ехидством прошипел ей на ухо господин Шидай.

– Страшно, – дерзко ответила девушка. – Мы, хаги, с водой особо не ладим. И как-то не очень уютно, когда рядом она, ты глубоко под землёй, а над головой каменная гора.

– А мне помнится, когда ты от нас улепётывала в первую нашу встречу, река совсем не помешала тебе улизнуть. Как ты туда сиганула! И потом ни разу на поверхности не показалась.

– Ну я же ещё и маг, – Майяри с достоинством вскинула подбородок.

– Это здесь.

Харен остановился, светляк взмыл высоко под потолок, саженей на шесть в высоту, и рядом с ним вспыхнуло ещё пять огоньков. Сияние выхватило из темноты обширный зал, совершенно пустой, если не считать луж воды кое-где. Влажные стены блестели, некогда серый камень чёрными пятнами покрывала плесень. Господин Ранхаш молча поманил их и указал в дальний от них угол по левую руку.

– Смотрите.

Свет скользнул по трещинам, и глаз Майяри, пусть и не сразу, выхватил знакомые очертания. Заинтересовавшись, девушка запалила свой светляк и потеснила харена.

– Символьная азбука хайрена Игренаэша… Это что-то вроде текста…

Майяри нахмурилась, торопливо пробегая по строчкам глазами.

– Я не вижу магической связки, – призналась она. – Такое ощущение, что хайрен или кто-то, кто знаком с символами, просто оставил послание. Но мы ещё не разобрались в секретах, которые может крыть в себе… м-м-м… Просто у каждой знаковой азбуки есть свои особенности и тайны, а хайрен был очень способным…

– Способным? – не удержался от смешка господин Шидай. – И это всё, что ты можешь сказать об одном из гениальных артефактчиков своего времени?

Майяри малость смутилась, сообразив, как высокомерно это прозвучало.

– Дайте мне сосредоточиться! – сердито прошипела она. – Не мешайте. Так… Вот здесь что-то непонятное. На самом деле здесь всё не понятно. Это текст, просто текст.

– Перевести сможете?

– А? Да. «Сильнейший приложился губами ко лбу сына своего и передал народ Салеи во власть его. И распростёр тот крылья над страной, осеняя её своим могуществом. Заглянул в будущее, сменил дорогу и стёр гнев из умов врагов». Ну… вроде бы «стёр». Здесь водой стену размыло.

– Это строки из сказания о хайнесе Уванаше, – припомнил господин Шидай. – Очень непопулярное сказание.

– Почему?

– Ну, Майяри, оно не отличается достоверностью. Хайнес Уванаш – это же хайнес, из-за которого был создан один небезызвестный тебе артефакт, – лекарь с намёком посмотрел на её грудь.

– Ах, да… Тогда это совсем странно. Что делает в заброшенном подземелье надпись из хвалебного сказания? Да ещё и записанная символами хайрена Игренаэша. Может, сам хайрен развлекался? Ну, пробовал свои знания в собственном алфавите, проверял, как запомнил.

– На момент создания хайрен был не в том возрасте, чтобы вот так по-детски расписывать стены.

– Почему по-детски-то? – Майяри обиженно взглянула на лекаря.

– Ну это ещё и не в его характере.

– Он даже черновики не хранил, – поддержал харен. – Уничтожал всё лишнее.

Майяри опять уставилась на письмена. Зашла с другой стороны, посмотрела сбоку, наклонилась и посмотрела снизу вверх, отошла и взглянула издалека, но ничего нового не усмотрела. Пощупала каждый символ, камень между ними, но и пальцами ничего нового не «увидела». И достала из поясного кошеля бумагу и графит.

– Мастеру Раию покажу. Может, у него какие мысли возникнут.

– Хорошо, мы пока осмотримся, – невозмутимо кивнул харен.

Майяри с обидой посмотрела на его спину.

Деший прислушивался к яростному рёву зверей и внимательно всматривался в зеркало, в собственное отражение. В своё морщинистое лицо, седые волосы и холодные, словно бы пустые глаза.

– Стар ты стал, – тихо-тихо прошептал он сам себе. – Так быстро…

Потерявшие зверя живут меньше своих сородичей, но всё равно было печально лицезреть собственное увядание.

– Ничего-ничего, – старик провёл пальцами по щекам, ненадолго разглаживая морщины. – Уже совсем скоро.

Взгляд его упал на шар, заполненный молочно-белой мутью. Ещё совсем немного, и они будут готовы.

В дверь нетерпеливо постучали, и Деший поспешил завесить зеркало.

– Да?

На пороге показался перепуганный сторож одних из врат города. Тайных врат. Тепло на мгновение ускользнуло из глаз старика, сменившись озабоченной холодностью, но взволнованный страж этого не заметил.

– Господин, на воротах знаки вспыхивают, – доложил он. – Кто-то с другой стороны пробраться пытается.

Закончив исследовать большой зал, сыскари вернулись к развилке и направились в сторону канала.

– Здесь вы тоже что-то обнаружили? – поинтересовалась Майяри у спины харена.

– Нет. Но я мог что-то упустить.

Хоть бы обернулся! Девушка с досадой уставилась на воду. Ни одного слова лично ей, всё по делу. В канал с тихим плеском улькнул камешек, и Майяри заставила себя сосредоточиться на стенах.

– Там магия, – она ткнула вверх, указывая на потолок, но господин Ранхаш едва глянул.

– Потайной люк. Я был там.

Майяри попыталась представить, как харен по стенам карабкается вверх, чтобы проверить ход.

– Оттуда свалился, что ли? – ход мыслей господина Шидая был более приближен к реальности.

Отвечать Ранхаш не стал.

Майяри распустила щупы сил, внимательно прислушиваясь к своим ощущениям. Даже вода её не сильно отвлекала, привыкла уже за зиму, что та в замёрзшем виде повсюду. Вот только… Девушка остановилась и уже с опаской всмотрелась в дрожащую гладь.

– Это что… река?

Господин Шидай обернулся.

– Ну, «река» – сильно сказано. Речушка, небольшой приток, протекающий прямо под дворцом.

– Речушка? Но он очень глубокий.

– Зато неширокий. Не переживай, если упадёшь, не утонешь. В самом канале не глубоко.

Это Майяри видела. Сам канал был каменным желобком, проходящим по поверхности реки, и под его каменным дном скрывалась зловещая глубина протока. В коленках появилась слабость, и девушке представилось, что она стоит на тонкой соломинке, над которой нависает каменная гора, а внизу тихо булькает голодная вода. Девушка посмотрела на ушедшего вперёд харена, потом на лекаря, изучающего что-то под ногами, и поджала губы. Не проситься же ей в самом деле наружу. Как это прозвучит? Господа, мне здесь не нравится, давайте вернёмся! Фыркнув, она продолжила путь.

Харен уже добрался до дальнего края канала, осмотрелся и шагнул в воду, решив пройти на другую сторону. Там поворот? Майяри поторопилась, распустила щупы сил ещё дальше и вдруг споткнулась, ощутив тревогу. Что такое? Господин Ранхаш уже вышел из воды и встал на каменную площадку, магии она не ощущала, но паника накатывала.

– Харен, не ходите туда, – неожиданно для себя попросила Майяри.

– Вы что-то чувствуете?

Она прислушалась почти с отчаянием, надеясь найти причину тревоги, но нет.

– Нет, мне не нравится… неспокойно. Лучше не ходите.

Отвернувшись, харен спокойно шагнул в коридор. Девушка дёрнулась и едва сдержалась от крика. Ну она же просила! Но не могла сама понять причины беспокойства, как тут убедить другого?

Под сапогом оборотня раздался глухой звук, будто кирпичи соприкоснулись. Мужчина остановился, осторожно надавил пяткой на пол и шагнул назад. Камни опять глухо стукнулись, и Майяри наконец поняла причины своего беспокойства. В ней вопило чутьё сумеречника, прислушивающегося к шёпоту гор, чтобы избежать их гнева.

– Харе…

Пол рухнул под ногами мужчины, и он вместе с каменными обломками канул в ледяную глубину. Крик ужаса сорвался с губ Майяри, и испуганной птицей заметался по коридорам подземелья. Девушка лихорадочно попыталась нащупать оборотня под водой силами, она видела его, но не могла дотянуться через воду. В панике она попыталась нащупать дно, но оно было слишком далеко. Обратилась к стенам, но в этот момент вода в канале взволновалась, и на каменное дно в полный рост встал господин Ранхаш.

– Ох, вода же ледянющая, – Шидай, ничуть не обеспокоенный случившимся, спокойно подал руку сыну. – Думаю, дальше лучше не идти. Похоже, ту часть подземелья забросили ещё раньше. Того гляди стены разваливаться начнут. Майяри, ты чего…

Разъярённая девушка стояла, вцепившись пальцами в платье, и не сводила глаз с харена.

– Я же просила! – прошипела она. – Просила не ходить!

В глазах мужчин мелькнуло недоумение, а харен ещё и спокойно выжал косу. Это спокойствие окончательно вывело Майяри из себя, и она вспыхнула.

– Может быть, вам теперь и не нужно моё сердце, но я вам его отдала! И так просто швыряться им не позволю! Можете больше меня не любить, но так как я люблю вас, то теперь, – девушка раздвинула губы в зловещей улыбке, – я имею право переживать за вас и оберегать. И вы мне запретить этого не можете.

Круто развернувшись, девушка пошла прочь. Краем глаза она успела заметить, что харен шагнул к ней, но она горела такой яростью, что только ускорила шаг. Правда, почти сразу замедлилась: остро захотелось, чтобы мужчина её всё же нагнал. Рассерженная своими противоречивыми чувствами ещё сильнее, девушка замерла. Оборотень остановился за её спиной, а затем совершенно неожиданно его холодные губы коснулись её затылка и по шее за воротник потекла ледяная вода.

– Я просто всё ещё зол на тебя, – спокойно признался харен. – Мне не хотелось бы срываться, поэтому я хочу поговорить, когда успокоюсь. Но твоё сердце я возвращать не собираюсь и забирать своё тоже.

Ярость исчезла мгновенно, и сильная крепкая Майяри едва сдержала слёзы облегчения.

– Мне хотелось бы извиниться за то, что напугал тебя, – продолжил Ранхаш, – но я не чувствую вины. Наоборот, рад, что ты переживаешь за меня.

Не выдержав, Майяри повернулась и прижалась к его мокрой груди, но её почти тут же за шиворот оттащил господин Шидай.

– Так, с твоим здоровьем в таком холоде только к мокрым мужикам прижиматься!

– Я его высушу, – воспротивилась разлуке девушка.

– Вот сперва высуши, потом тискай. А ты на меня что так смотришь? – Шидай сурово взглянул на сына. – У неё здоровья, как у дохлой рыбки. Вот не надо!

Лекарь выпрямился под двумя парами недовольных взглядов и грозно сложил руки на груди. Майяри стиснула зубы и потянулась силами к одежде харена. В холодный воздух подземелья поднялось облачко пара.

– Майяри, ты только то, что у него в штанах, суши поаккуратнее, – с опаской попросил Шидай. – И чего у вас взгляды такие злые? В том, что вы друг с другом не говорите, я не виноват. Мог бы и сам сказать ей, что просто зол, – лекарь с укором посмотрел на сына. – Девчонка с утра сопли на кулак мотает.

– Господин! – Майяри недовольно зашипела.

– Что господин? И ты бы могла подумать, что у Ранхаша и без того расстройства выше крыши. Дела, расследование никак не двигается, хайнес сердито крыльями машет…

Если харена совестливыми увещеваниями пронять было сложно, то Майяри оказалась более восприимчивой.

– Может, те, кого мы с Виканом поймали, помогут? – она с надеждой взглянула на Ранхаша.

– Ты не сказал? – харен чуть удивлённо приподнял брови.

– Когда? Вчера явился Шерех, сегодня она и без того в тоске была. Умерли они. Той же ночью, когда вы танцевали. Умерли ещё по дороге в тюрьму. Смертные печати под сердцами сработали.

Майяри раздосадовалась. Тёмные, ей следовало проверить их, осмотреть!

– А сегодня-то тебя по какому случаю аж ночью дёрнули? – Шидай с интересом уставился на сына.

Тот отряхнул высохший плащ и неохотно ответил:

– Йожира сбежала.