44 глава

Сердце в груди билось как бешеное. Хоть тётя Зина и сказала мне, что всё обошлось, что отца успели откачать, я всё никак не могла успокоиться.

- Ты уверена, что поедешь? Справишься? – смотрела на меня она, пока мы собирали вещи. Давление нормализовалось, и меня выписывали из больницы.

Сразу после больницы было принято решение ехать в родной посёлок к отцу в больницу. Я очень боялась, что ему снова станет плохо, и что последним разговором, который у нас с ним состоялся, станет тот, что был, когда я приезжала.

- Да, я нормально себя чувствую. В конце концов, мы же в больницу едем, помогут мне там, если что.

Мне выдали больничный на два дня, и я сообщила на работе, что появлюсь уже только на следующей неделе. Моему начальнику, конечно, вся эта история с моей беременностью, периодическими больничными не нравилась. Но ни я, ни он, ничего не могли поделать.

- А как же ваши дела в городе? Вы же из-за меня так ничего и не сделали… - вдруг вспомнила я, когда мы уже сидели в автобусе, идущем до нашего посёлка.

- Ничего, приеду как-нибудь ещё. Жизнь и здоровье людей всё же на первом месте, а эти бумажки… как-нибудь уж утрясется с ними.

С автобуса мы сразу поспешили в больницу. Нам сообщили палату отца, и разрешили его навестить.

Когда я зашла в палату, я даже его не сразу узнала. Он был худой, небритый, выглядел, словно из него высосали всю жизнь. Из полуприкрытых век он посмотрел на меня.

- Катя? – а потом перевёл взгляд на мой живот. Точно, он ведь так и не узнал, что я была беременна. Сюрприз. – Ого, ты чего, ребёнка ждешь?

- Привет, пап. Да, как видишь. Ты как?

Отец просто рукой показал на койку, на которой лежал, и отвернулся к окну. Я уже и не помнила, когда вживую разговаривала с ним трезвым.

Присев на соседнюю койку, которая пустовала, я молча наблюдала за ним.

- Я не хочу умирать, Катюш. – Отец повернулся ко мне, и в его глазах стояли слёзы. Мне было нестерпимо видеть, как мой родитель, который когда-то казался мне самым сильным, мудрым и смелым, теперь был вот таким беспомощным.

- Ты же знаешь, из-за чего это. Тебе надо бросать пить, если ты планируешь дожить до внуков. И уж тем более, если хочешь их видеть и воспитывать.

- Хочу, очень хочу, но не могу сам бросить… У меня ж словно кости все ломает, так выпить хочется!

- Может, попробовать закодироваться?

В ответ на моё высказывание отец лишь хмыкнул, продолжив смотреть в окно, украдкой вытирая слёзы.

Странно, но мне плакать не хотелось. Ему было жаль себя, но я понимала, что всё, что с ним случилось, к этому привели его же действия. Конечно, я тоже была виновата, что когда-то не остановила его, может быть… Но я ведь была ребёнком…

- А я знаешь, когда отключился, маму твою видел. Она так руки мне протягивала, и звала к себе. А я говорю ей: рано мне ещё, дорогая. Не готов я ещё. Катюшке надо со свадьбой помочь…

- Пап. Свадьба должна была быть месяц назад. Если бы она состоялась, ты бы её пропустил.

- Как месяц назад? А что, свадьбы не будет?

Я отрицательно покачала головой.

- Не было и не будет. Мы с Тимуром расстались. Я тогда приезжала как раз, хотела сказать, но не удалось. Ты помнишь, что я приезжала?

По лицу отца я поняла, что он вообще не помнит, что мы с ним виделись несколько месяцев назад.

- Если свадьба расстроилась, то как же теперь? – он указал на мой живот, и я пожала плечами.

- Ну вот так. Как все. В нашей стране, к сожалению, полно матерей-одиночек. И все как-то справляются.

Когда я вышла в коридор, меня позвала к себе тётя Зина.

- Кать, там доктор с тобой поговорить хочет. Насчёт отца. Сходишь? Если хочешь, я могу вместе с тобой пойти.

- Нет, всё нормально, я сама.

У кабинета врача была небольшая очередь, но меня, видя мой живот, многие пропустили вперёд.

- Екатерина, я буду с вами откровенен, если ваш отец продолжит пить, то это сожжет его очень быстро. То, что он выжил сейчас, уже большое везение, но это сильно сейчас подкосит его здоровье. Ему нужно бросать это дело.

- Поверьте мне, я всё прекрасно понимаю, и, буквально полчаса назад, сказала ему то же самое. Вот только как заставить зависимого человека бросить свою пагубную привычку? Это вообще реально?

- Я дам вам один телефончик, это реабилитационный центр. В простонародье рехаб. Там ребята приезжают, и помогают «добровольно» решить людям поехать к ним. – Врач сделал в воздухе пальцами подобие кавычек. – Отзывы очень хорошие. Но стоит эта услуга, конечно, недешево. Правда, если говорить относительно жизни, то что такое деньги, ведь так?

Я возвращалась к палате отца загруженная новой информацией. Конечно, я понимала, что отцу это необходимо. Если я хотела, чтобы он жил дальше, мне нужно было ему помочь. Но вот свободных денег на то, чтобы отправить его в лечебницу, у меня не было. Скорее всего, даже той суммы, что я скопила на коляску, люльку и так далее, мне бы сейчас не хватило.

Резким движением я снова вошла в палату и обнаружила, что у отца уже были новые гости. Те самые, которых я видела у него на квартире, когда приезжала.

Один из них, как только я вошла, тут же спрятал бутылку за спину. Они что, пронесли сюда алкоголь?

Ко мне повернулся отец, чьи грустные стеклянные глаза снова были живыми и весёлыми.

- Катюша! А меня тут друзья навестить пришли…