45 глава

- Вы что, пьёте? – моему возмущению не было предела, и я сразу начала с повышенных тонов.

Я просто подлетела к тому, кто держал бутылку, не помня себя от злости, и выхватила у него алкоголь. Бутылка была уже открыта, и в ней не было половины.

Из груди рвался рык.

- Вы вообще обалдели? Его еле откачали! Он в больнице! Вы хотите, чтобы он умер? А ну, пошли вон отсюда! – Я кричала, не помня себя.

- Катюш, ну они просто помочь мне хотели, чего ты ругаешься…- начал вступаться за них отец, а владелец бутылки тянулся за ней к моим рукам.

Я быстро переместилась к раковине, стоящей у стены, и начала выливать содержимое бутылки в неё.

- Эй, с**а! Ты что, вообще обалдела? А ну отдай сюда! – Бросился ко мне мужчина, выглядя крайне зловеще, но я не собиралась останавливаться.

Меня всю потрясывало мелкой дрожью от злости на то, что происходило.

- Только тронь её, попробуй. – Вошла в палату тётя Зина, как раз, когда мужчина потянулся ко мне рукой, желая отнять бутылку, которую я уже почти опустошила в раковину.

Я бросила опустевшую бутылку в мусорное ведро, стоящее рядом, и со злостью осмотрела всех гостей отца.

- Уходите отсюда. Ему не нужны такие друзья, которые заводят его в могилу. Вам здесь не рады!

- Катя, ну ты что такое говоришь! – строго начал отец, но ему, похоже, стало плохо от того, что он резко развернулся, и он замолчал, прикладываясь на кровать.

- Раз ты сам не можешь вытащить себя из этого, значит буду я. Ты посмотри, до чего ты себя довёл! Квартира наша похожа на помойку, там постоянно обитают какие-то сомнительные личности. Мне нужно было пару дней где-то пожить, а я даже не смогла этого сделать, потому что твой «друг» начал ко мне приставать! Папа! Ты вообще, видишь, что происходит? Я беременная, и мне приходится сейчас бороться с твоими друзьями алкоголиками за твою жизнь. Ты для себя такого будущего хотел? Ты для меня такого будущего хотел? Что бы сейчас сказала мама, если бы увидела всё это? Да, она умерла. Это больно, тяжело, и очень грустно. Но это случилось много лет назад. И тебе есть ещё ради чего, и ради кого жить. Я не понимаю, почему ты хочешь выбрать смерть.

Я стояла, запыхавшаяся от своей пылкой речи. Энтузиазм папиных друзей поутих, и они по одному начали продвигаться к выходу.

- Вань, зови, когда твоя сумасшедшая дочь уедет. – Кинул на прощание отцу тот самый активный мужчина с бутылкой.

Мне хотелось выпустить куда-то свою нерастраченную злость на всю эту ситуацию. Наорать на кого-нибудь, побить, но я стояла, сжимая и разжимая кулаки.

- Я взрослый мужчина, твой отец, а ты повышаешь на меня голос при других людях. – Выдал неожиданно мне папа, когда все ушли, оставив нас одних.

- Взрослые мужчины так себя не ведут. У них в приоритете их семья. А вот ты на меня как-то давненько уже забил.

Я вышла в коридор вслед за всеми, оставив отца одного. Мне навстречу выбежала санитарка.

- Да что это такое! Я только на десять минут вышла на обед. Нельзя же сюда такой толпой, только вам, как родственникам разрешили по одному.

- Простите, мы уже уходим. – Сказала я ей, беря тётю Зину под руку, и ведя на выход.

- И что, всё что ли? Уходим отсюда?

- С ним бесполезно разговаривать. Похоже, пришло время мне брать в свои руки ситуацию с ним. – Я тяжело вздохнула, присаживаясь на лавочку рядом с больницей и доставая визитку, которую мне дал врач.

После разговора с рехабом я совсем поникла духом. Я и без того знала, что сумма за лечение там будет немаленькая, но она оказалась просто неподъемной.

- Тёть Зин, а у вас не будет взаймы денег? – повернулась я к соседке, которая сидела рядом.

- А сколько надо? Много что ли назвали?

- Много. У меня столько нет. Даже если я продам все свои вещи, потрачу все накопления, которые я на рождение детей откладывала, мне всё равно не хватит.

- Я, к сожалению, много дать не могу. У меня нет просто много. Каждый месяц сыновьям отправляю, хоть они и отнекиваются. Знаю, как тяжело в большом городе. А мне много не нужно, тем более, что огород свой, овощи свои, глядишь, уже наполовину холодильник и забит заготовками…

- Да я понимаю. Может, кредит взять? Только вот чем расплачиваться буду, когда в декрет выйду? Какой вообще шанс, что беременной дадут мне?

Тётя Зина сидела молча, о чём-то думая.

- Есть у меня одна идея, но тебе она не понравится. Хотя мне кажется, что ничего такого. Тем более, когда речь идёт о жизни близкого человека.

- И что это за идея? – спросила я, уже и сама догадываясь, что именно хочет мне предложить тётя Зина.

- Тимуру можно позвонить, попросить у него. Хотя бы взаймы. Он парень небедный, явно при деньгах. Думаю, сможет где-нибудь найти такую сумму.

- Нет, не хочу я ему звонить. Не буду просить.

Я и правда так считала, но, когда вернулась в папину квартиру, посмотрела, что это алкогольное братство с ней сделало, а потом наткнулась на фото молодого отца, которое висело на стене, где он был такой красивый, сильный, поняла, что деваться мне больше некуда. И помочь ему больше некому. Я не прощу себе никогда, если буду знать, что у меня был шанс его спасти, но я выбрала этого не делать.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​Вот только по телефону, наверное, деньги было просить неправильно. Так что я на следующий день села на автобус до города, и через несколько часов уже стояла у квартиры, в которой когда-то была так счастлива, где мы жили вместе с Тимуром.