Эпилог. Когда все закончится

Анхель

Первым вышагнув из портала, посторонился, пропуская вперед несущего на руках малышку Дэма и Никлауса, и с удивлением заметил, что уже рассвело.

Оказывается, в храме мы провели всю ночь.

Хмыкнув, огляделся, с удовлетворением понимая, что портал открыт верно и мы в наших с братом совместных покоях.

Цепко наблюдая за тем, как Дэм укладывает нашу жену в широкую постель, на которой ее маленькая фигурка почти сразу же теряется, краем глаза замечаю, что в кресле напротив кровати завозилась неясная тень.

Опасности я не почувствовал, однако молниеносно вскинул щиты, формируя на пальцах готовое сорваться заклинание обездвиживания, резко обернулся и встал в стойку. Стоило увидеть нежданного гостя, расслабился, убирая щиты, скрестил руки на груди и с недовольством посмотрел на его Величество. Но когда заметил, насколько плохо, изможденно выглядит император, раздражение и недовольство пропали, сменяясь обеспокоенностью.

— Отец? Что случилось?

— Это вы мне скажите, — с тревогой в голосе произнес император, цепко оглядел нас и, не найдя повреждений, облегченно выдохнул, устало потерев лоб: — Вижу, что относительно нормально.

— Да, вполне, — кивнул Вадэмиан, убирая с лица нашей жены пряди волос.

Подошедший ближе отец вновь напрягся, закидал нас тихими вопросами:

— Что с девочкой? Обряд? Позвать целителей?

Обеспокоенность отца за малышку приятно согрела мне душу, из-за чего не смог сдержать легкой улыбки.

— Отец, все в порядке, — с тихим смехом заверил его Дэм. — Лорелея просто спит. Обряд был сложным. Да и мы несколько…

— Укатали молодую жену, — с усмешкой подсказал император.

— Ну, можно и так сказать, — буркнул Никлаус, присаживаясь на кровать, недовольный прямотой отца. — Отвечу на твои вопросы: наследники прошли слияние с фрайалом. Империи более ничего не угрожает. Магия Рели полностью раскрыта.

— Хоть какие-то хорошие новости, — пробормотал император, устало потирая глаза.

Напрягшись, озабоченно переглянулись, вспоминая недавние события и предательство нашей с близнецом фаворитки, посмевшей поднять руку на наше бесценное сокровище.

— Рассказывай, отец, — потребовал Дэм, скрещивая на груди руки. — Предательницу нашли? Если да, то, надеюсь, она живая после твоих псов? Мы предпочли бы сами с ней разобраться. Что вообще происходило в наше отсутствие?

— Теней, — равнодушно поправил император. — Нет, не нашли. И даже если бы нашли, она бы в любом случае осталась жива, к сожалению, тени — не каратели.

— Как не нашли? — изумились мы с братьями, недоверчиво смотря на поджавшего губы императора. — Не нашли в запечатанном дворце? За ночь?

— Она что, неуловимый Дхарес?

— Очень смешно, — пробурчал отец. — Тени и эйгары облазили каждый уголок дворца. Каждый камень. И если бы дворец не был запечатан магией крови Артерваргов, я бы решил, что ваша бывшая фаворитка успела сбежать. Что касается остальных обитателей дворца, этой ночью с помощью артефакта истины были допрошены абсолютно все, за исключением Даялы Крижель. Было установлено, что из допрошенных никто не причастен к происходящему во дворце. Но Макентош точно где-то здесь.

— Только вот где? — с задумчивым видом задал риторический вопрос Никлаус, поглаживая нашу малышку по головке.

— А что с Крижель? — спросил я.

— Да, в общем-то, ничего серьезного. Девочка слишком устала на балу и ее не смогли разбудить. Но Томклаус, на правах будущего мужа лэрди, заверил, что Даяла никак не может являться сообщницей Макентош. Более того, с ней она, кроме бала, ни разу не пересекалась, что подтвердили допрошенные слуги. Я склонен этому верить.

— На правах мужа? — я удивленно вскинул брови. — Когда успел?

Братья тоже удивленно хмыкнули. Отец пожал плечами, хитро прищурился.

— Наверное, тогда же, когда и вы, сыновья мои. Но кроме всего прочего, он признал равным темного эльфа, к которому девочка тоже проявила повышенное внимание, Сента Ришариаля. Да-да, не смотрите на меня так. «Дарованного» также придется отпустить. Передарим Томклаусу, делов-то.

Мы тихо расхохотались, но кивнули, не имея ничего против этого небольшого самоуправства целителя.

— В общем, думаю, нам нужно привести себя в порядок, и если дрянную девчонку никто не смог отыскать, даже твои тени, настало время призыва дрэко. А после хорошенько допросить, — с мрачным предвкушением произнес Дэм. — Дашь свое дозволение?

Его Величество задумчиво обвел нас взглядом, отмечая решительные лица, сжатые кулаки и поджатые губы, кивнул:

— Дозволяю. К тому же, будто мой запрет вас бы остановил. А с учетом того, что вы теперь контролируете свою магию, то и говорить не о чем. Только позаботьтесь о том, чтобы дрэкашес не разорвали на своем пути невиновных. Договорились?

— О чем речь, отец, — фыркнул я. — Ты за кого нас принимаешь?

— За будущих императоров. Жестких, пускай жестоких, но мудрых.

— Лестно слышать, отец, — дернул уголком губ в намеке на улыбку Вадэмиан.

Император, хмыкнув, бросил последний взгляд на завозившуюся малышку, которую сразу же подгреб под себя устроившийся рядом с вожделенным телом Клаус, и таинственно улыбнулся, пошел в сторону двери.

— Как приведете себя в порядок, жду в своем кабинете. Пускай вы и стабилизировали свою силу, но я желаю присутствовать при призыве дрэко. На этом все.

Отец уже потянулся открыть дверь, но она резко распахнулась, и в комнату влетел Джаль, едва не сбив отца с ног. Благо тот успел отпрыгнуть в сторону. За взъерошенным целителем скользнул следом молчаливой тенью темный, коротко поклонившись.

— Ваше Величество! — захлебываясь воздухом и пугая безумием в глазах, выдохнул Томклаус. — Прошу! Моя девочка! Она не просыпается! Все показатели жизнедеятельности резко пошли на спад. Это не простой сон! Умоляю, помогите нам!

Мы с братьями обеспокоенно переглянулись.

— Спокойно, Джаль. Объясни толково, что произошло?

— Наша будущая жена — лэрди Даяла. Мы не можем ее добудиться, — негромко и размеренно ответил за дракона Сент. — Еще рано утром согласно диагностическому сканированию ее жизненные показатели находились в пределах нормы. Просто сон, правда, долгий. Но ничего кроме. Но полчаса назад ситуация стремительно изменилось. Показатели подают, но неуловимо. Если бы мы не находились в тот момент рядом, уловить, когда девочке стало плохо не смогли.

— Она умирает, — тихо прошептал Джаль, схватившись за сердце и прислонившись к стене, словно не мог удержаться на ногах. И именно в это время Лорелея резко села и медленно повернула голову в нашу сторону.

В комнате повисла тишина.

Я сглотнул, глаза Леи были абсолютно белыми.

— Рели? — шепотом позвал жену побледневший Никлаус, протянул к ней руку, но так и замер, не дотронувшись.

Наша малышка словно все это время и не дышала, как и мы сами. Пока ее белесый взгляд не нашел помертвевшего лицом целителя.

— Даяла, — с хрипом сорвалось с губ жены. — Смерть слишком близко.

У меня вырвался судорожный вздох. Я практически сразу понял, что только что произошло.

То, что мы видели, было влиянием магии нашей жены, предупредившей об опасности дорогого для носителя человека.

Малышка моргнула, и ее глаза приняли обычный цвет. Она растерянно поморгала, посмотрела на нас, мило покраснела и натянула одеяло до кончика носа.

Даяла. Только этого еще не хватало.

Я был уверен. И эта вина будет на руках Макентош.

В дверях утробно, по-животному, вновь взвыл целитель, забрыкавшись в стальных руках подхватившего его темного.

— Это я виноват! Я!! Во время не заметил. Не смог помочь!

Во мне вспыхнуло неподдельное сочувствие. Страшное зрелище. Так воют те, кто уже потерял самое дорогое, то, ради чего стоило жить. Так, как до недавнего времени выли мы.

***

Лорелея

Осоловело моргнув, взглянула на столпившихся вокруг меня мужчин. Щеки обожгло смущением от понимания, в каком виде предстала перед императором и двумя посторонними не моими мужчинами. Вот только на смущение никак не было времени. Моя подруга была в опасности, находясь на волосок от страшной гибели.

— Откуда ты знаешь, малышка? — с беспокойством спросил Никлаус, обнимая прохладными руками меня за плечи.

Повернув к нему голову, рассеянно заглянула в вишневые глаза, повела плечом, нахмуриваясь.

Истина была абсурдна.

— Мне сказала моя магия, — выдохнула, неуютно поежившись.

Это было правдой. Моя магия прямо сейчас не проявляла себя. Но я все еще чувствовала ее прикосновение, как и видела образ бледной как полотно Даялы.

Передернувшись, решительно сжала кулаки, ощущая внутри вновь забурлившую, поддерживающую меня магию, и собираясь сделать все, что будет в моих силах. И даже больше.

Выпутавшись из ласковых и таких нужных объятий, вместе с одеялом сползла с кровати под изумленными взглядами мужчин, стараясь заглушить полыхающее внутри смущение. Подхватила лежащий на диванчике у окна мужской халат и, быстро укутавшись в него, повернулась к остолбеневшим драконам и эльфу, смущенно прикусывая губу. И тут же мотнула головой, твердо откидывая все ненужные сейчас эмоции.

Если мои мужчины недовольны моими поступками, обсудим позже. Но никак не сейчас. Моя магия словно живое существо полоснула меня изнутри теплом, соглашаясь.

Я подавила теплую улыбку, тихо, уверенно заявляя:

— Я могу ей помочь.

От промелькнувших на лице эмоций Томклауса мне стало не по себе. Эльф же никак себя не проявил, но и на его лице я успела заметить пробежавшую судорогу и сверкнувшую в темных глазах надежду.

— Правда, можете, лэрди? — с придыханием спросил он.

Я твердо кивнула.

— Сделаю все от меня зависящее. Но нужно спешить.

* * *

Мы в том же составе переместились в личные покои Джаля Томклауса, куда он без зазрения совести утащил мою подругу после бала. Прошив смутившегося и даже покрасневшего дракона подозрительным прищуренным взглядом, одарив, напротив, совершенно не смутившегося темного возмущением, фыркнула, надеясь, что ничего плохого они подруге не сделали. Правда, с их слов, Даяла уснула на руках у Джаля по дороге в его опочивальню, а примерно понимая характер мужчин, я была уверена, что так они уж точно с ней не поступят.

Медленней, чем хотелось бы, шагнула в огромных размеров спальню, сразу же находя на шелковых кофейных простынях маленькую сжавшуюся фигурку. Вздрогнула, прикрывая рот ладошкой, чтобы сдержать рвущийся наружу вскрик.

Моя магия мне показала истинное положение вещей. То, что не доступно взгляду даже целителя уровня Джаля. И, наверное, это было и к лучшему. Поскольку то, что видела я, было до судороги ошеломляющим, ужасным.

Мне были видны и разноцветные нити, которых в этих покоях было многое множество. Я примерно представляла, что видят мои глаза. Нити заклятий.

В данном случае, если вспомнить учебники по магии, защитные заклинания и сигналки. Но я плохо в них разбиралась и просто осторожно обошла искусные плетения. Слыша на краю сознания тихие изумленные вдохи за спиной, подошла ближе к тельцу подруги.

Если комната была окутана разноцветными преимущественно голубыми и синими нитями, то подруга была словно опутана с ног до головы черными, движущимися нитями, которые с каждой минутой словно сжимали ее.

Дрожащими пальцами стянула остатки одеяла, вглядываясь, как по переплетениям вен под кожей двигаются, словно черви, эти странные плетения.

— Что ты видишь, Цветочек? — услышала над ухом шепот Анхеля. Выдохнула и коротко, немного топорно, рассказала, что мне удалось увидеть. За спиной услышала испуганные судорожные вздохи мужчин.

— Я ничего такого не вижу, — признался остановившийся с другой стороны кровати нахмуренный Вадэмиан. — Плохо, судя по тому, что ты сказала, это или проклятье, или сильный яд. Но яды с такой направленностью точно находятся в разряде запрещенных.

За спиной вновь судорожный вздох, в комнате отчетливо ощущается скапливающееся напряжение, боль и скорбь. Ее так много, что не могу сконцентрироваться, чтобы понять, что мне нужно сейчас делать.

Нахмурила брови и недовольно скривилась, пытаясь заглушить негатив, притронулась к Даяле, вздрогнув от угрожающего рыка за спиной.

Но так же его проигнорировав, провела рукой от груди девушки до пупка, ощущая именно в животе непонятную отталкивающую пульсацию.

От моего прикосновения к животу Даяла выгнулась дугой, с ее бледных губ сорвался болезненный хриплый стон.

— Что вы делаете?! — взрыкнул за спиной Томклаус, вынудивший меня резковато обернуться и внимательно взглянуть на мужчину. Дракон был плох. Очень плох.

Прищурившись, я увидела, как от него к Даяле или от Даялы к нему тянется грязно-золотая нить. Именно из-за этой связующей нити подруга была еще жива, попросту тянула из мужчины жизненные силы. Я тяжело сглотнула, осознавая масштаб бедствия. Даяла потянет за собой этого мужчину. Дракон не сможет долго ее удерживать. Он даже этого не осознает.

Один из факторов этой связи ― повышенный эмоциональный фон. Мужчина попросту не может контролировать свои эмоции, из-за чего его состояние лишь ухудшается.

Бездна!

Быстрым шагом подошла к дракону и ткнула в лоб кончиками пальцев не успевшему отшатнуться мужчине. Томклаус вздрогнул и, закатив глаза, начал оседать, но его успел подхватить темный, напряженно уставившись на меня. Словно пытаясь ускоренно проанализировать, что я сделала и враг я или все же друг.

— Малышка? — растеряно позвал меня Анхель.

Посмотрела на своих мужей и на хмурого императора, требовательно смотрящего на меня, со вздохом покосилась на Ялу и коротко рассказала ситуацию.

— Мне нужно, чтобы вы оставили меня с ней наедине, — закончила я.

— Но мы не можем! — решительно заявляет темный, кидая на бессознательного дракона короткий взгляд.

Мои мужья тоже упрямо поджимают губы, им не нравится такое мое решение. Но и я отступать не намерена.

— Вы будете мешать, — с трудом сдерживая раздражение, сказала я. — Я постараюсь ей помочь. Время уходит.

— Надеюсь, вы знаете что делаете, Лорелея, — сухо произнес император и щелкнул пальцами, открывая портал, утянул в него не посмевшего сопротивляться темного и Томклауса.

Мужья же остались, облепив меня со всех сторон, сжав в жарких объятиях.

— Ты уверена? — тихо спросил Клаус.

— Ни в чем нельзя быть уверенной, — спокойно ответила я. — Но Даяла мне очень важна.

— Хорошо, — нехотя ответил Вадэмиан, целуя в затылок. — Как прикажешь, любимая. Но если что, мы рядом.

Несмело улыбаюсь своим таким замечательным мужчинам, которые стараются действительно мне доверять.

Дождавшись, когда они уйдут, тяжело выдохнула, медленно поворачиваясь к подруге. Еще раз внимательно оглядела ее с ног до головы, понимая, что сорочку придется снять. Магия подсказывала, что желательно и вовсе избавить подругу от одежды.

Я смущенно закусила губу, но кивнула, принимая правоту куда более древней и мудрой силы.

— Мы справимся, — шепчу я, забираясь с ногами для удобства на постель. — Справимся.

***

Никлаус

— Клаус, присмотри за малышкой, хорошо? — стоило нам выйти из покоев, обратился ко мне мрачный Вадэмиан.

Анхель молча сжал кулаки и кивнул брату, скрылся в портальной дымке.

— Вы куда собрались? — растерянно спросил я, не понимая, куда в такой момент могут направляться близнецы.

— Призывать дрэкашес, — коротко ответил Дэм. — Никуда не отлучайся, пока нас не будет. Малышке в любой момент может понадобиться помощь. Мы надеемся на тебя, брат.

Вадэмиан скрылся в портале, а я рассеянно почесал затылок, отрешенно покосился на дверь.

— Великие, поскорей бы уже все закончилось, — выдохнул я, прислоняясь спиной к стене.

***

Анхель

Спустя несколько часов

Я, скрестив руки на груди, с возмущением и недовольством смотрел то на поникших низших дрэко, то на окровавленную женскую руку с рваными краями. Рядом обиженно сопел Дэм.

— Что вам было не ясно в словах «доставить жертву живой»? — угрожающе рявкнул он, формируя в руке призрачную плеть. Из-за чего дрэко, тихо заскулив, попятились, со страхом поджимая хвосты.

— Жертва сопротивлялась и вкусно пахла смертью, — зашипел низший, виновато пряча морду в лапах. — Мы не сдержались.

Взъерошив пятерней волосы, устало выдохнул, придержал уже шагнувшего к дрэко близнеца и поманил к себе пальцем низшего.

— Покажи мне.

Низший с опаской глянул на хмурого Вадэмиана и пополз на пузе ко мне, подставляя под руку лобастую голову. Прикоснувшись, вошел в память дрэкашес, перед глазами друг за другом начали сменяться быстрые картинки. Отогнав ненужные, где низшие безуспешно рыщут по дворцу, пугая слуг и придворных, остановил на нужном моменте, наблюдая.

Хлоя, тяжело дыша и оглядываясь, бежит по старой части парка, залезает под беседку и, наведя на себя скрывающий морок, затаивает дыхание, прислушивается к звукам, бережно держа в руках… Я зло рыкнул, грязно выругавшись. Дальгерит!

Проклятые боги. Значит, у нас была подделка.

Под беседкой несчастная идиотка лежала долго, я уже устал перематывать кадры до того момента, пока темная не встрепенулась, услышав утробное рычание нашедших ее дрэко. Понимая, что для низших ее морок бесполезен, предательница сжалась от страха и заскулила. Вид жалкой девчонки, виновной во многих бедах и даже смерти невинного мальчишки, принес в мою душу удовлетворение. К сожалению, этого удовлетворения было не достаточно.

Просмотрев погоню, остановился на том моменте, как девчонку поймали, загнав в угол. Я с мрачным удовольствием наблюдал, как дрэко действительно ее пытались притянуть к хозяевам. Однако, когда темной все же удалось выпутаться и сбежать, терпение низших кончилось. Ее смерть не была легкой. Ее заживо разорвали на мелкие кусочки. Достаточно цельной осталось лишь рука.

Выплыв из памяти дрэкашес, пробормотал:

— Ясно. Где артефакт?

Дрэко недовольно выплюнул на ковер обмусоленный камешек, обиженно засопел.

— Что ты видел? — нетерпеливо спросил Дэм.

— Что все закончилось, — тихо ответил я, повернувшись к брату.

Вадэмиан, немного помолчав, кивнул.

— Надеюсь, она получила по заслугам.

— Недостаточно, но вполне.

— Хорошо, — выдохнул брат. — Идем. Пора вернуться к нашей малышке.

***

Никлаус

Поначалу ничего не происходило, я, устроившись на полу, привалился к стене, терпеливо дожидаясь, когда все закончится. Спустя примерно полчаса ожидания из портала вышагнули посвежевший отец и темный.

— Как ты тут? — тихо спросил император, бросив быстрый взгляд на закрытую дверь. — Где наследники?

— Нормально. Анхель и Вадэмиан контролируют дрэкашес.

— Понятно, — кивнул отец. — Я так и подумал, когда увидел передвигающихся по дворцу короткими опасливыми перебежками слуг и придворных.

Я, хмуро взглянув на отца, промолчал. Еще спустя примерно час прибыли наследники, коротко доложив, что виновница найдена и понесла наказание, пав от зубов низших.

Не то чтобы я остался удовлетворенным, но только в тот момент смог облегченно вздохнуть, понимая, что все закончилось. Осталось лишь надеяться, что и у малышки все пройдет хорошо.

А еще через минут двадцать дверь медленно распахнулась, и из проема выглянула осунувшаяся, но вполне довольная Рели, выдохнув:

— Все закончилось. С Даялой все хорошо.

Встрепенувшийся темный молнией проскользнул мимо опешившей жены и скрылся в комнате. Улыбнувшись нам, Рели пошла за ним, а мы, переглянувшись, подорвались и также кинулись к двери.

— Она просто спит, Сент, — негромко сказала малышка, похлопав по плечу вытянувшего в струнку темного возле постели Крижель.

— В какое время она очнется, лэрди?

Я подкрался к Рели и обнял ее сзади, вдыхая запах волос, находя в родном запахе спокойствие и умиротворение.

— Завтра утром, — откликнулась Лорелея, прижимаясь тельцем к моей груди и паху, дразня.

— Вот и отлично, — твердо сказал Дэм, подходя к нам и беря малышку за руку. — Наша жена устала. Встретимся на завтраке в семейной трапезной. Джаль покажет дорогу. Всего хорошего.

Он щелкнул пальцами и увлек нас всех в портал. Я, успев заметить изумление и возмущение на личике Леи, смешливо фыркнул.

— Это было грубо, Вадэмиан, — отчитала Дэма малышка, стоило нам оказаться в покоях наследников.

— Прости, не удержался. Но ты, правда, устала.

Жена одарила нас хмурым взглядом и покорно кивнула.

— Немного. Если вы не против, я освежусь в ванной. Покажите мне, где она у вас тут.

— Я покажу, — тут же сориентировался Дэм.

— Я распоряжусь насчет еды, — сказал Анхель, ревниво наблюдая за тем, как близнец, сверкая предвкушающей ухмылкой, уводит нашу девочку.

Я кинул взгляд на кровать, улыбнувшись и мечтательно закрывая глаза, счастливо выдохнул. Уже сегодня ночью я смогу обнять свою девочку, зарыться в ее волосы, испить с нежных губок сладостные стоны.

— О чем мечтаешь? — с беззлобным смешком спросил вошедший с подносами Анхель.

— Радуюсь тому, что все закончилось и тому, что у нас впереди долгая и счастливая жизнь.

Анхель, расставляющий на столике подносы с едой, тепло улыбнулся, покосившись в сторону купальни, откуда раздавались звуки льющейся воды и тихие стоны, затем, покосившись на меня, сидящего на кровати, хмыкнул.

— Верю, что так и будет, Никлаус.

***

Лорелея

Откинувшись на бортик ванной и бесстыдно раскинув по краям ноги, между которых удобно устроился муж, лаская влажные складочки раздвоенным языком, закатывала глаза от удовольствия, сжимая короткие волосы мужа в кулаках, и наверняка повыдергивала в порыве несколько волосков, выдыхала его имя, не в силах сдерживать ту бурю внутри, накатывающую с каждым движением горячего языка.

— Вадэмиан!

Дракон улыбнулся мне в лоно и скользнул внутрь пальцами, жадно облизал маленькую горошинку. От прострелившей низ живота огненной вспышки вскрикнула:

— Пожалуйста!

— То, что ты просишь, будет ночью, малышка, — улыбнулся муж, двигая пальцами, проникая глубже и выбивая из меня очередной стон, а затем и вовсе отстраняясь.

Я недоверчиво распахнула глаза, смаргивая с них пелену, и удивленно прошептала, морщась от неудовлетворенности:

— Почему ты остановился?

— Собираюсь помыть тебя, — буднично откликнулся дракон, и вправду беря в руки бутылочку с шампунем.

Я округлила глаза.

— Как это? — неуверенно прошептала. — А я?

— Продолжение ночью, — терпеливо повторил коварный муж, не сильно хлопнув по бедру. — Повернись спиной, драгоценная.

Еще с минуту посверлила дракона взглядом, надеясь, что надо мной просто вот так неудачно пошутили. Но практически сразу же поняла: не пошутили. Обиженно засопела, убрала ноги и, пыхтя, села спиной, буркнув:

— Семья садистов!

Тихий смех стал мне ответом.

После водных процедур и совместного завтрака, наполненного каким-то обещанием и предвкушением, я ощущала себя вполне довольной. И о выходке мужа в ванной уже успела позабыть.

Сыто откинувшись на спинку стула, с гордостью посмотрела на мужей, счастливо выдыхая и смущенно краснея под жадными, восхищенными взглядами, делающими меня еще более жизнерадостной.

— Цветочек, — кашлянув, позвал меня Анхель, — у нас есть для тебя подарок.

Я удивленно посмотрела на мужа, наблюдая, как он с таинственной улыбкой протягивает мне сжатую в кулак ладонь. Я растерянно глянула на кулак, затем на притихших мужей и вновь на Анхеля.

— Подарок?

— Да, протяни руку, Цветочек, — со смешком просит дракон.

Пребывая в искреннем изумлении, протянула ладошку под кулак мужчины, и на нее упало маленькое простое колечко, без камней и вообще каких бы то ни было украшений. Простой ободок из платины. Однако колечко понравилось мне сразу.

С нежностью улыбнувшись, выдохнула:

— Спасибо большое!

— Присмотрись внимательней, — ласково посоветовал Никлаус, с интересом наблюдая за мной.

Удивленно глянув на мужа, поднесла ободок к глазам и закусила губу. На внутренней стороне кольца обнаружилась небольшая гравировка. Прищурившись, зачитала вслух:

— Simul et indefinite.

Вскинула глаза, прошептав:

— Что означает эта фраза?

— Вместе и до бесконечности, любимая, — негромко ответил за Анхеля мой вишневоглазый дракон.

У меня от вспыхнувших эмоций перехватило дыхание. Стиснув в кулаке бесценный ободок, я под молчаливым наблюдением мужей поднялась, тихо попросила:

— Встаньте, пожалуйста.

— Цветочек, тебе не понравилась гравировка или кольцо? — с искренней тревогой уточнил Анхель, выполняя мою просьбу. Остальные мужья также заметно напряглись, не понимая, чего от меня ожидать. А я, едва сдерживая слезы счастья, идя, словно по стеклу, подошла к ним и крепко обняла, прошептав:

— Очень понравилось. Потому что действительно чувствую, что мы вместе и до бесконечности!

— Всегда! — стало мне ответом.

Эта короткая и такая красивая фраза, как и кольцо, впоследствии стали нашим семейным оберегом. Символом рода Артерваргов. Тем, что передавалось от нас к нашим детям, а от них к их детям.

Simul et indefinite — Вместе и до бесконечности.

Конец