Глава 2

Прежде чем спуститься вниз, я достала крем Хосе. Метка с самого утра зудела и не оставляла меня в покое.

Неужели ты пытаешься мне навредить? — подумала я, рассматривая светлое пятно. Метка начала слегка подсвечиваться серебристым светом. Я до сих пор не могла поверить, что инквизитор оставил на мне отметину, которая должна высосать из меня жизнь.

— Летти, что ты натворила?! — вскрикнула Мэри, едва я ступила в столовую.

— О чем ты? — не поняла я.

— Почтальон принес вызов, — сообщила няня полушепотом. — На допрос к инквизитору.

Этого стоило ожидать.

— Летти, как же так? Неужели он до сих пор не отстанет от тебя? Ведь столько лет прошло…

Глупо было надеяться, что Матиас Веларэс не найдет меня здесь. Как только тени перестали находить меня в столице, он пустил их по моему следу. Где бы мне еще находиться, как не в Блеутоне?

— Спасибо Хосе, что дал мне небольшую фору перед инквизитором, — мысленно поблагодарила я учителя, — Жаль, что все напрасно. Ни брата, ни артефакта. Ну что ж, придется явиться к инквизитору. Иначе он сам сюда придет, чтобы утащить меня в свое логово.

Я внимательно посмотрела на клочок бумаги с вызовом на допрос. Адрес, значившийся на пергаменте, в Блеутоне, значит, Матиас уже здесь. Немного ему потребовалось времени, чтобы собраться.

— Готовьте карету, я еду на допрос.

Мэри только всплеснула руками.

Если поразмышлять, то мой приезд в Блеутон все же был не напрасным. Я нашла послание от брата. Осталось только разгадать. Как же там было написано? «Важны всего три вещи: мышление, окружение и истина, за которую ты готов бороться». Так как же мне найти его с помощью этих строк? Или он не хочет, чтобы его нашли? Первая часть загадки — мышление? О чем она может быть? Понятия не имею. Но вот вторую часть разгадать несложно. Окружение. В моем окружении был Матиас Вэларес, и брат знал о нем. Значит, просил держать инквизитора на расстоянии. Чем я, впрочем, и занималась с восемнадцати лет. Истина — это самое очевидное в загадке. Наш артефакт. Мог ли его забрать брат? — на минутку задумалась я. Если бы он ему понадобился, Михаэль мог всегда попросить у меня. Я отдала бы брату что угодно. Тем более семейную реликвию, ведь она принадлежала ему так же, как и мне.

Артефакт истины был подарен нашему деду за какие-то заслуги. Поначалу его никто не воспринимал всерьез. Но у этого артефакта был один очевидный плюс: если его активировать, все на расстоянии трех метров будут говорить только лишь правду. Хотят они того или нет. Артефакт был моей надеждой доказать свою невиновность и брата.

Мысли вернулись в последний день в столице. Тогда я сама пришла к инквизитору. Как и сейчас. Забавно, ведь четыре года назад это он искал встречи со мной.

— В чем ты пытаешься меня обвинить, Матиас? — спросила я, войдя в кабинете инквизитора в столице.

— Хочешь сказать, ты не знаешь, что сотворил твой милый братец?

— Понятия не имею, о чем ты сейчас.

— Он похитил реликвию из королевской библиотеки.

— Быть такого не может, — ахнула я.

— Может, — жестко ответил мужчина. — В королевской библиотеке есть охраняемая секция. Я пока понятия не имею, как он туда проник, но его отпечатки найдены на дверце шкафа с похищенной книгой.

— Мой брат похитил книгу из королевской библиотеки! — Я не знала смеяться мне или плакать.

— Не просто книгу, Летти, он похитил реликвию. Там было множество алхимических опытов и формул, которые не должны разглашаться.

— Но это не может быть правдой. Если Михаэлю понадобилась какая-то книга…

— Не какая-то книга, — оборвал меня инквизитор. — Это очень опасная книга. Информация, содержащаяся в ней, находится под грифом секретности.

— Если он взял эту книгу, как ты говоришь, — я пристально посмотрела на мужчину, — то я заберу ее и верну. Не нужно искать моего брата. Наверняка он просто не знал, что книга имеет секретность.

— Нет, я сам найду вашего брата и допрошу.

— Матиас, ты же знаешь Михаэля. Он и мухи не обидит.

— Графиня, как сладки ваши речи. И почему вы не были такой, когда я просил вашей руки? — инквизитор говорил, не отрывая взгляда от меня.

— Не будим ворошить прошлое. Не стоит мстить брату через меня.

— У меня есть подозрение, что книгой он интересовался не просто так.

— Он всего лишь одержимый ученый. А ты хочешь его наказать за то, что он взял без спроса книжку.

— Твой брат — шпион.

— Нет. Он не может им быть. Ты сам прекрасно знаешь.

— Но это факт. Я не могу разглашать информацию, что таится в книге, но он явно хочет передать ее в соседнюю империю.

— С чего ты взял это?

— Мои агенты давно сообщают, что в соседней империи ищут способ добраться до этой реликвии. И сейчас ни нашли его. Ты же не виделась с братом больше пары месяцев, верно?

— Да, но он очень занят работой.

— Так, что даже не может повидать родную сестру?

— Мой брат не виновен, — сказала я, сжав зубы. — Что бы ты там ни думал, это не он. Мой брат — наследный граф. Ты не смеешь его обвинять в таком. Я пойду к императору с жалобой на твои действия.

— Летти, милая Летти…

— И не смей меня так называть.

— Может, ты так нервничаешь, потому что все знала? Вы с братом всегда были близки. Наверняка он тебе все рассказал о своих планах.

— Нет, даже думать не смей о таком, — меня потряхивало, это не сон, Матиас и правда обвиняет моего брата.

— Пока у меня только одно доказательство: твой брат шпион. А ты — пособница шпиона. Поэтому я буду приглядывать за тобой, — инквизитор кивнул на отметину.

— Это же очевидная неправда!

— Хочешь доказать свою и его невиновность, Летти? — Матиас рассматривал меня из-под опущенных ресниц.

— Хочу, — глухо ответила я.

— Тогда принеси мне артефакт и перестань прятать брата.

— Пообещай, что не тронешь его.

— Его нет, но вот тебе, моя дорогая, я не могу дать такого обещания.

В тот день я поняла две вещи. Первое — мне нужно как можно быстрее покинуть город. Инквизитор зол на меня. Зол сильно и давно. И вот наконец ему представился шанс отомстить. Второе, что я поняла — никто кроме меня самой мне не поможет. Связываться с инквизитором себе дороже. Император прислушивался к нему. Грубо говоря, выше инквизитора в нашем государстве никого не было на службе у императора.

***

— Графиня, прошу простить, но сегодня инквизитор не сможет принять вас, — у входа меня встретил молодой гвардеец.

— Что за глупости? Он же прислал за мной.

— Его срочно вызвали в столицу на поисковые мероприятия, — пожал плечами парень. — Мне наказали передать вам, что встреча переносится на завтра.

— Встреча, — бухтела я себе под нос, спускаясь по ступенькам. — Никакая не встреча, а допрос. Прошло время, когда Матиас назначал мне встречи.

Дома меня встретила Мэри.

— Летти, ты как уехала, у меня сразу сердце прихватило!

— Как же так? За лекарем послали?

— Никакой лекарь не нужен. Ты приехала, и мне уже полегчало. Скажи, что там с инквизитором?

— Ничего особенного, интересуется, как я живу.

— Боюсь я его, Летти, помню его взгляд, когда ты ему отказала в помолвке. Такие мужчины не забывают обид.

— А какие мужчины забывают обиды?

— Полно тебе, все паясничаешь, — пожурила меня старушка.

— Не хочу о нем разговаривать, вот и все. Есть темы гораздо интереснее, — я отвела взгляд в сторону, боясь, что он меня выдаст.

Мэри, одна из немногих знавшая меня с детства, всегда понимала, когда я лгу.

— Хорошо. Ты уж прости меня старуху, я за тебя переживаю.

— Я знаю это, Мэри. А я переживаю за тебя. И поэтому я запрещаю тебе волноваться. Слышишь меня? — и я положила голову няне на колени.

Мэри обняла меня, и на какой-то миг я почувствовала себя в безопасности. Словно я снова та маленькая девочка, которую старая няня может уберечь от всего плохого.

— Как же я соскучилась по тебе, ты даже не представляешь, — тихонько прошептала я.

***

Вечером я заметила движение за окном. Высокая фигура в камзоле. Матиас Веларэс. Я даже не стала дожидаться, пока он войдет в дом, и решила выйти сама. Спустившись по ступеням, я отправилась прямиком к инквизитору.

— Что ты здесь делаешь?

— Не мог дождаться нашего утреннего свидания, — усмехнулся мужчина.

— В какие игры ты играешь: — спросила я инквизитора, глядя прямо в глаза.

— Игры. Что ты, Летти! Игры давно закончились, моя дорогая. Признаться, мы с вами могли уладить этот конфликт по-семейному. Но, увы, вы мне отказали.

— И не без причин! — вспылила я.

— И какая же была основная причина? В том, что я простолюдин, а вы графиня?

— Ты же знаешь, дело было совсем не в этом, — ответила я.

— Для меня это уже неважно, Летти, — сухо ответил инквизитор. — Я здесь за тем, чтобы тебя предупредить. Я нашел новые улики против твоего брата.

На миг я, кажется, перестала дышать.

— В день, когда была обнаружена пропажа реликвии, твой брат посещал библиотеку под предлогом участия в научном собрании. Более того, участники собрания отметили, что твой брат вел себя очень нервно и подозрительно.

— Это еще не доказывает его вину.

— Он ушел с середины собрания. Раньше всех остальных. И исчез. Понимаешь, к чему я веду? — Матиас пристально посмотрел на меня.

— Михаэль наверняка может это все объяснить.

— Конечно, может. И объяснит. В тюрьме. Мне пора покинуть ваше общество, — мужчина насмешливо попрощался.

— Скучать не буду, — ответила я.

— И Летти, — Матиас слегка помедлил, — не вздумай опять исчезать. Я понятия не имею, как ты скрылась от меня, но не вздумай повторять этот фокус. Запомнила? — и мужчина ласково заправил мне прядь волос.

— Руки прочь, Матиас! — отскочила я от мужчины. — Руки прочь…

Инквизитор развернулся и ушел.

***

Короткий разговор с мужчиной взволновал меня. Я сильно переживала за брата. Но была еще одна вещь, тревожившая меня, помимо переживаний о родственнике. Матиас разворошил дела давно минувших дней. Сердце болезненно сжалось от воспоминаний.

Едва мне исполнилось восемнадцать, дедушка решил устроить мою судьбу и стал подыскивать женихов. Дело оставалось за малым — выбрать кандидата. Наша семья была известной, богатой и с хорошей родословной. Породниться со старым графом желающих было немало. С утра до ночи дома была суета. Приезжали курьеры с цветами и записками. Проводились балы и званые ужины.

На одном званом ужине появился он. Матиас Веларэс во всей красе. Высокий и широкоплечий, он сразу привлек мое внимание. Умные, внимательные глаза. Светлые волосы, слегка полные изогнутые в лукавой усмешке губы. Веларэс был ожившей девичьей мечтой. Конечно же, я обратила на него внимание. Весь вечер мы танцевали и разговаривали. Он шутил и с внимательным видом слушал мои истории. Я была очарована, о чем сразу же сообщила семье.

Дело пары дней — узнать о нем чуть больше для заключения помолвки. Общей информации о парне было немного. Тогда он был начальником личной гвардии императора. Парнем из простого народа, добившимся всего самостоятельно. В первый же вечер знакомства он отправился к нам с предложением руки и сердца.

На следующее утро Матиас прислал записку. Через день мы встретились погулять в парке. Вечером меня ждали цветы и новая записка. Так продолжалось почти месяц. Правила приличия не позволяли мне видеть его каждый день. Но передавать друг другу записки с посыльными было еще более волнующе. Матиас вскружил мне голову, пока в один ужасный день все не рухнуло. Дедушкин доносчик сообщил нам: парень заинтересован в наследовании моего приданого и титуле.

Вспыливший дед тут же позвал к себе неудавшегося зятя и в красках рассказал, почему ему не видеть моих руки и сердца. Вот с рукой он, конечно, не ошибся, а насчет сердца был неправ. За время общения я влюбилась в Матиаса и тяжело переживала новости о его корыстности. И хоть я старалась не показывать разочарование и обиду, домашние знали, как тяжело мне приходится. Вся семья как могла подбадривала меня.

Ночами напролет я рыдала в подушки, а днем вставала и с бесстрастным лицом занималась привычными делами. Дед стал более требователен к кандидатам. Но я упросила его отложить поиски женихов хотя бы на год. Ровно через год дедушки не стало. И поиски жениха потеряли весь смысл. Помня о разочаровании и своем разбитом сердце, я сторонилась мужчин. Не отвечала на письма или приглашения на свидания. А на балах теперь не танцевала более одного танца с кавалером.

Стоит заметить, дед так и не рассказал полную версию его разговора с Матиасом. Веларэс пару раз искал со мной встречи и пытался передать записки. Но я отклоняла все его попытки. В конце концов парень смирился с отказом и отстал от меня. После этого я видела его пару раз издалека. Он внимательно наблюдал за мной. Едва я ловила себя на рассматривании милых моему сердцу черт, как сразу же разворачивалась и уходила. Я просила домашних не упоминать о нем. Но запретить сердцу вспоминать Матиаса была не в силах. Даже сейчас, спустя несколько лет, я возвращалась мыслями в тот месяц беззаботного счастья и влюбленности.

Иногда я даже беседовала с Матиасом. Не реальным, а воображаемым. Придуманным моим воспаленным влюбленным мозгом. Спрашивала его, почему он так поступил, или вовсе делала вид, что ничего не произошло, и представляла себе нашу беззаботную беседу. Я никому не признавалась, что Матиас все еще жил в моем сердце. Что уж говорить, мне даже себе было в этом сложно признаться. Как дети придумывают воображаемых друзей, так я беседовала с несуществующим теперь уже инквизитором.

Я четко осознавала, что между моим «придуманным» и «настоящим» Матиасом была огромная пропасть. Но я не могла расстаться с мыслями о нем. Иногда я отвлекалась и могла месяцами не думать о мужчине. Но позже мысли возвращались с новой силой, словно тайфун, сметая все на своем пути. Мне искренне хотелось, чтобы мысли о нем перестали посещать меня. Но, как я ни старалась разлюбить его, я не смогла. Матиас, заняв должность инквизитора стал более жесток и холоден. Все больше сплетен расползалось о нем по городу. Все меньше людей хотели узнать его тайны. Только инквизитор больше никому не доверял.

***

Я вернулась в дом и задумалась.

— Кто бы смог мне помочь отыскать брата?

Метка на руке начала зудеть. Я достала мазь Хосе и нанесла на отметину. Теперь должно стать легче. С каждым днем метка увеличивалась, все больше сияла серебристым светом и принимала необычную форму. Иногда в ней можно было разглядеть витиеватые узоры. В ту же секунду, что я ловила их взглядом, метка меняла свою форму.

— Что же ты такое? — задала я вслух вопрос.

Метка выстроила удивительный узор — два кольца, связанных тонкой лентой. Ладно, пора тебя прятать. Я намазала отметину вторым слоем мази, и ее яркость пропала.

Ночью мне снились кошмары. Михаэль звал меня на помощь и просил найти его в длинном лабиринте.

— Братик, где ты?

— Летти, я здесь, помоги мне.

— Сейчас, Михаэль, подожди, я найду тебя. Только дождись меня…

Проснулась я со слезами на глазах. Где искать брата — неизвестно. Где артефакт — тоже неизвестно.

Взяв лист бумаги, я переписала цитату, которую мне оставил брат.

«Важны всего три вещи: мышление, окружение и истина, за которую ты готов бороться».

Немного подумав, прямо под ней я написала еще три строчки.

Мышление —?

Окружение — инквизитор.

Истина, за которую ты готов бороться — семейный артефакт.

Нужно наконец признать, что, помимо брата, никто не смог бы забрать наш артефакт. Значит, Михаэль взял его и перепрятал. И спрятался сам. Но зачем? Какая в этом логика? Успей я найти его раньше инквизитора, уверена, он бы все мне объяснил.

Значит, план такой. Держусь подальше от Матиаса. Ищу зацепки, куда бы мог отправиться брат. И мышление — что под этим-то он понимал? Я слегка даже разозлилась на брата: какие он путаные шарады дает разгадывать. Сам же у себя время отнимает.

Кто еще сможет разгадать этот шифр? В голове зародилась догадка. Он, конечно, просил его не вмешивать в эту историю… Но я уверена, учитель не откажет в помощи.

— Мэри, — спустившись вниз, я позвала служанку, — пошли весточку Хосе. Должна написать именно ты, поняла меня?

— Как скажешь, Летти, — ответила старушка.

— Напиши, что соскучилась по старому другу и приглашаешь его погостить в поместье. Он все поймет, — добавила уже совсем тихо я.

Надеюсь, что поймет.

— Летти, я совсем забыла сказать, вчера вечером, когда ты выходила в парк, тебя видела экономка из дома Кармен, и теперь твоя подруга приглашает тебя на чаепитие!

— Она видела меня вечером? — забеспокоилась я. Что если она увидела меня с инквизитором? Или того хуже — услышала разговор?

— Что мне ей ответить? Ты придешь?

Если она видела меня с мужчиной, то непременно постарается выяснить, кто он. Лучше пойти и отвести лишние подозрения.

— Ответь, что я приду.

— Тогда нужно собираться, — забеспокоилась Мари. — Негоже опаздывать в гости.