Глава 57. Марк

Я стоял на крыльце, не двигаясь. Только глаза следили, как охранник с безучастным лицом ставит её чемодан в багажник.

Чёртова синяя сумка. Та самая, с которой она приехала сюда впервые. И вот теперь — уезжает с ней. Назад. Одна. И всё, что мы пережили — вдруг стало хрупким, почти нереальным.

Ворон стоял чуть поодаль. Курил. Жадно, зло. Словно пытался с этим дымом вытянуть из себя всё, что горело внутри. Он не смотрел на неё. Даже не дёрнулся, когда хлопнула дверца машины.

Я — дёрнулся.

Она села внутрь. Ни взгляда. Ни прощания. Закрылась. Просто… исчезла за стеклом.

Двигатель завёлся. Машина тронулась. И увезла с собой мою душу.

— Чёрт, — выдохнул Ворон, бросая окурок под ноги и резко раздавив его ботинком. — Мы… блядь, мы её отпустили.

— Она сама ушла, — сказал я. Голос прозвучал тише, чем я хотел.

— И что? Мы должны были выкинуть этот чёртов чемодан к чёрту. Запереть её в комнате.

— Ты думаешь, она бы осталась? — Я посмотрел на него. Он был зол. На неё. На себя. На меня.

Но под этой злостью — боль. Та же, что разрывала меня изнутри.

— А ты не хочешь её вернуть? — рявкнул он.

— Хочу.

— Ну так иди! Догони!

Я не ответил сразу. Только посмотрел в ту сторону, куда уехала машина. Сердце сжималось, будто в тиски.

— Мне нужно позвонить, — сказал я тихо.

Ворон уставился на меня.

— Кому?

Я отвернулся и уже набирал номер.

— Рафаэлю, — произнёс я. — Нам надо поговорить.

Он молча опустил взгляд. Понял. Понял, что я не сдамся. Что я не позволю этой истории закончиться вот так.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — буркнул он и отошёл, не дожидаясь, пока я договорю.

А я знал только одно — я не собирался терять Варю. Ни из-за страха. Ни из-за врагов. Ни из-за нас самих.

Я закрылся в кабинете и выдохнул. Не потому что стало легче — наоборот. Просто не хотел, чтобы кто-то видел, как мне хреново. Особенно Ворон. Ему и так тяжело.

Открыл контакты, нашёл имя, на которое не смотрел годами. Рафаэль. Тот ещё ублюдок. Скользкий. Двуличный. Но… есть люди, которым можно доверять, даже если они — подонки. Рафаэль был из таких. Не потому что хороший. А потому что слово держит. Если пообещал — сделает. Или умрёт, или убьёт, но сделает.

Я нажал вызов.

— Ну ни хрена себе, — услышал я в трубке хриплый голос. — Думал, ты сдох.

— Не дождёшься.

— Что случилось? Только не говори, что просто так соскучился.

— Мне нужно, чтобы ты кое-что нашёл. И побыстрее.

— Ты же знаешь мою цену.

— Я заплачу.

— Деньги — не вопрос. У меня руки заняты по уши. Сами по уши. Без Арса — не берусь.

— Я слышал, у вас тоже жара началась?

— Ты не представляешь. — Рафаэль выдохнул. — Нашли общих знакомых. Старые долги. Новые враги. Короче, весело.

— Помощь нужна?

— Что ты предлагаешь?

— Людей. Инфу. Деньги. Прикрытие. Что угодно, но не сразу. У меня тут тоже ад.

— Тогда тебе тем более не до моих проблем, Марк.

— Мне до тебя есть дело, если ты берёшься. Потому что кроме тебя этим заниматься некому.

— Ты ещё скажи — дело касается женщины? — усмехнулся Рафаэль.

— Да.

— Я вообще-то пошутил.

— Мне сейчас не до шуток, Раф. Ты поможешь или нет?

— Мы поможем. Но, — пауза, тяжёлый выдох, — я без Арса не возьмусь за это дерьмо.

— Хорошо. — Я стиснул зубы. Арс был сложнее. С ним нужно говорить по-другому.

— Все так дерьмово? — голос Рафаэля стал глуше, без бравады.

— Ты даже не представляешь, насколько.

На том конце повисло молчание. Я знал, он не просит подробностей — просто взвешивает. У него есть свои скелеты в шкафу, свои войны. Но он знал, что я просто так не позвоню.

— Хочешь совет, Марк?

— Давай.

— Если ты готов всё ставить на кон — убедись, что она стоит этого. Потому что если нет… — он не договорил.

— Она стоит.

— Тогда до связи. Я поговорю с Арсом. Но не жди, что будет легко.

— Никогда не ждал.

Связь оборвалась. Я положил телефон на стол, потер лицо ладонями. И прошептал себе:

— Она стоит. Даже если это будет последняя война.

Нужно было поговорить с Вороном. Я нашёл его на заднем дворе, в тени. Он сидел на бетонной ступеньке, с бутылкой в руке. Сигарета догорела в пальцах. Я подошёл молча, присел рядом.

Он не посмотрел. Только протянул мне бутылку. Я взял. Отхлебнул. Гадость. Но нужная. Мы молчали, как только могут молчать двое, у которых в груди одно и то же — боль, злость и… пустота.

— Первый раз в жизни, — вдруг выдохнул он. — Влюбился.

Я повернул голову. Он смотрел в точку. Глаза налились, голос севший.

— И сразу вот так. Сразу, блядь, на всю катушку.

— Я знаю, — тихо ответил я. — Я тоже.

Он усмехнулся криво.

— Весело, да? Один дом. Одна девушка. Два идиота.

— Не идиоты. Просто мужчины. Которые её полюбили.

Он хмыкнул.

— А отпустить её — это тоже любовь, да?

— Не знаю. Может. А может, это просто слабость.

Он резко откинул голову назад, будто хотел проглотить небо. Потом выдохнул и снова протянул мне бутылку.

— Какой же ты, сука, спокойный, Марк. Я внутри весь горю.

Я посмотрел на него и честно сказал:

— Я тоже, просто умею лучше скрывать свои чувства.

Мы молчали. Пили. Курили. И оба знали: это не конец. Просто — передышка. Перед тем, как вернуть своё.