Глава 29

 После уничтожения твари Тьмы над Солнечным городом на Пограничье наступило затишье. Правда, оно не вызывало настоящего облегчения. Казалось, что противник просто копит силы перед следующим ударом.

Но прямо сейчас над Разломом светило солнце. Оба солнца. Теплые ласковые лучи заливали зеленые холмы мягким золотистым светом, создавая атмосферу благости и покоя. Мы шли с Тарланом рука об руку по тропинке меж холмами. За спиной остались притихший Разлом и Академия Пограничья со всеми ее нерешенными проблемами.

Развод с мужем, объяснение с детьми, откровение о том, что Денис не был отцом моему младшему сыну…

Разборки с инквизицией – Альтаир оказался злопамятен и не собирался спускать Тарлану его самоуправство. Даже несмотря на спасение Солнечного города…

Обида обеих Валлис за неразделенную любовь – что может быть страшнее отвергнутой женщины? Только две отвергнутые женщины, которые, кроме прочего, еще мать и дочь…

Лукас пропал. В библиотеке сразу же возникла неразбериха с учетом и выдачей книжек, но меня пугало вовсе не это. Мне казалось, что Библиотекарь еще вернется в самый неподходящий момент и в самой неподходящей роли.

Зато в Академию привезли новых драконов…

– Как себя чувствует новая тройка? – я решила нарушить молчание, которое мы оба хранили почти с самого начала прогулки. Не то, чтобы оно меня тяготило, просто захотелось поболтать с хранителем.

– Хорошо, – он кивнул рассеянно, словно мой вопрос оторвал его от важных раздумий. – Правда, они прислали совсем молодежь, почти детенышей, но это даже к лучшему. Проще будут привыкать к седокам. – Он чуть помолчал, добавил, серьезно глядя на меня, – Я буду настаивать, чтобы ты выбрала себе дракона.

– Думаешь, мне стоит? – я нахмурилась в ответ.

– Тебе, несомненно, стоит иметь на Пограничье свою собственную пару крыльев.

Тарлан упоминал о крыльях почти в каждом разговоре. И хоть от прямого обсуждения своей потери он всегда уклонялся, но и без того было понятно, как ему не хватало полета.

– Возможно, – я вздохнула. – А тебе?

Командующий не ответил, и еще какое-то время мы шли молча. Я любовалась рощами цветущих белоствольных деревьев. Цветы у них тоже были белыми, как и кора, и мелкими, похожими на сирень моего погибшего мира. Зрелище было нарядное и очень невинное. Деревья стояли, словно усыпанные свежим снегом или похожие на невест в подвенечных нарядах.

Наконец, Тарлан нарушил молчание:

– Да, мне тоже нужны крылья.

– Вообще, я имела в виду нового дракона, – я попыталась улыбнуться, но заметив горечь во взгляде Тарлана, поспешила увести тему, – Извини.

– Ничего. Ты права, – он натянуто улыбнулся. – Нельзя вечно скорбеть по павшим друзьям. Но… я работаю над этим.

– Над чем именно? – мне очень хотелось подбодрить хранителя. Я взяла его под руку, игриво потерлась щекой о плечо.

Он хмыкнул, без ошибок считав мой посыл:

– Над обеими проблемами.

Как-то незаметно наша прогулка вывела нас к двум деревьям, на которых росли красные и зеленые яблочки.

– Дерево жизни, – я проговорила задумчиво. – Зачем нам сюда?

Тарлан пожал плечами:

– Просто. Само как-то вышло.

Он казался потерянным и расстроенным. То ли до сих пор не смирился с гибелью Анкаса и потерей крыльев, то ли все было еще глубже. А мне так хотелось, чтобы он улыбнулся. Своей спокойной уверенной улыбкой, чтобы я сразу поняла, что все будет хорошо. Пока мы вместе, все будет хорошо.

Я шагнула перед мужчиной, заставив его остановиться. Положила ладони ему на грудь.

– Улыбнись, – попросила его мягко.

Он сразу же улыбнулся в ответ, но как-то вымученно. Я нахмурилась:

– Что тебя гложет? – попыталась заглянуть ему в глаза, но он сразу же отвел их. Обнял меня, чмокнул в макушку:

– Прости.

– За что? – я отстранилась, пытаясь поймать его блуждающий взгляд. Опешила, – Все за то самое? И как долго ты собираешься просить у меня прощения за это?

– Не знаю, – Тарлан выглядел растерянным и несчастным. – Наверно, пока сам себя не прощу.

– Ты это, – я потеребила грудь мужчины, – кончай давай заниматься самоедством. Я же сказала, что простила. И даже поверила тебе… то есть, в тебя. Ты даже не представляешь, чего мне стоило то падение.

– Могу догадаться, – он невесело усмехнулся. – Но ты справилась. Ты умница, – он наклонил голову и покровительственно чмокнул меня в лоб.

А мне хотелось совсем не такого поцелуя.

– Ты опять ошибся, хранитель Пограничья, – проговорила нарочито холодным тоном. В ответ на его недоуменный взгляд растянула губы в улыбке, – Ты промахнулся с поцелуем.

И потянулась к его губам. Тарлан, опешивший в первый момент, сразу же нашелся и наклонился ко мне в ответ… и чмокнул в кончик носа. Увидев мое вытянувшееся лицо, усмехнулся, уже чуть непринужденнее, чем минутой раньше.

– Ты нарочно, да? – я надула губы, словно обиженная девчонка, сгребла в пригоршню волосы на его затылке и с силой – совсем не девичьей – притянула его лицо вплотную к своему. – Дразнишь меня, да?

– Чуть-чуть, – наконец, его лицо расслабилось, и Тарлан улыбнулся уже искренне.

А в следующее мгновение подхватил меня на руки. От неожиданности я звонко вскрикнула.

– Опять перебаламутим все Пограничье? – он быстро пресек мой крик коротким поцелуем.

– Ну, и пусть слушают, – мне так не хотелось разрывать контакт наших губ. Я прижалась губами к уголку рта Тарлана, чтобы хоть так чувствовать его вкус, его дыхание. – А твое колечко может спрятать звуки?

– Все оно может, – командующий с самым решительным видом нес меня куда-то, но мне было все равно, куда именно он меня несет. Лишь бы вместе.

– Тогда пусть спрячет нас ото всех. Хотя бы ненадолго. Пусть нас никто не увидит и не услышит, – от губ, по щеке я уже переместилась к шее мужчины и теперь увлеченно целовала нежную ямочку возле его уха, время от времени покусывая его за мочку.

После очередного моего укуса, Тарлан споткнулся, игриво отпихнул мои губы:

– Так я тебя не донесу, упадем прямо здесь.

– Ну, и пусть здесь. Мне и здесь нравится. Мне нравится везде, где есть ты, – а я снова потянулась к его лицу.

– И у тебя еще были сомнения в собственном темпераменте, – он по-доброму усмехнулся и положил меня на землю.

Я откинулась на мягкой траве. Над головой шелестело листьями Дерево жизни, по лицу скользили солнечные зайчики пробивающихся сквозь его крону лучей. Я чувствовала покой и одновременно возбуждение – мне так хотелось поделиться ими со своим хранителем. Я протянула к нему руки, подзывая ближе к себе:

– Ну, иди же ко мне. Я хочу тебя, – никогда раньше я не говорила этого мужчине. Мне казалось, стыдным так говорить, да и… Дэну всегда было без разницы, хочу я его или нет…

Тарлан склонился надо мной, коснулся пальцами моих губ, осторожно погладил.

– Щекотно! – я облизала губы, кокетливо глядя на любовника. Глаза мужчины затянуло мутной поволокой желания, казалось, он поедал меня взглядом, но отчего-то медлил.

– В чем дело? – мне так хотелось побыстрее приступить к делу, и я принялась расстегивать пуговки на его рубашке. Пуговки были упрямые, дырочки маленькие, и несколько пуговок я попросту оторвала в порыве страсти.

– Твои мысли будут открыты для меня, а мои – для тебя. Ты готова к такой степени близости, любимая? – Тарлан смотрел на меня, почти не мигая.

– Я не знаю. Наверное. У меня такого никогда ни с кем не было, – мне казалось странным, как можно было в этот момент отвечать на такие сложные серьезные вопросы.

Он продолжал раздевать меня взглядом:

– У Вечных пар не только одинаковое клеймо на спине, не только одна магия на двоих. У них одни мысли и чувства, одна боль и одна радость.

– А у нас так уже было раньше? – я стащила рубашку с его плеч, и хоть за ними больше не было крыльев, разворот их был по-прежнему сильным и гордым.

Тарлан качнул головой:

– Нет. Тогда я… побоялся впустить тебя в себя настолько глубоко.

– Теперь больше не боишься? – я подняла на мужчину игривый взгляд.

– Боюсь, – он прищурился, – но я готов рискнуть.

– Тогда я готова впустить тебя в себя… Так глубоко, как ты этого захочешь.

– Я хочу очень глубоко… – он наклонился к моей шее, и мне стало горячо и щекотно, а все несказанные слова разом вылетели из моей головы.

Я откинула голову, а он уже срывал с меня форменную академическую рубашку, и под его пальцами пуговки вообще разлетелись веером. Тарлан оголил мою грудь. Два мягких упругих холмика призывно колыхались от моего дыхания и от биения сердца. Соски ожидаемо стояли торчком, похожие на две бордовые горошины. Я покосилась на все это великолепие, закусила губу и подняла глаза на Тарлана.

– Нравится?

– Конечно, – он наклонился и поочередно поцеловал соски, легонько, чуть касаясь губами.

А я застонала, не в силах держать в себе рвущееся желание:

– Ты слишком аккуратен.

– Ты куда-то спешишь? – мужчина усмехнулся, приподняв бровь, но уже в следующую секунду вцепился в сосок губами так, что я ойкнула – от неожиданности и той силы, с которой он его сдавил. Попыталась отодвинуть лицо Тарлана от своей груди, но он впился в сосок, словно голодный волчонок, и не желал выпускать его изо рта. И начал посасывать, тихонько урча от возбуждения.

Это была довольно грубая ласка, но она неожиданно привела меня в бурный восторг. Между ногами стало горячо и тяжело, я непроизвольно потянулась рукой к промежности, чтобы хоть чуть сбросить это напряжение, но Тарлан перехватил мою руку за запястье и отвел мне за голову.

– Нет, – он выдохнул, выплюнув истерзанный сосок, и впился во второй, а я только прогнулась в спине ему навстречу и застонала:

– Я сейчас кончу просто так…

– Не кончишь, – Тарлан плотоядно ухмыльнулся.

– Вот увидишь… – дыхание перехватывало, мне казалось, вот-вот, и я действительно кончу от одной только этой ласки. По бедру с внутренней стороны медленно текло что-то теплое…

Не выпуская моей груди изо рта, Тарлан опустил руку, и я вздрогнула, когда его пальцы коснулись низа моего живота. По бедрам словно пронесся прохладный ветерок, чуть погасив возбуждение. Но потом мужчина раздвинул пальцами складочки кожи, и оно нахлынуло с новой силой. Он почти ничего не сделал – только коснулся – но меня скрутило, еще бы чуть и накрыло бы оргазмом… но снова на выручку пришел прохладный ветерок, чуть остудивший разгоряченную плоть.

– Ах-х-х… – я только и смогла выдохнуть.

– Тише-тише, какая ты нетерпеливая, – Тарлан промурчал довольно, наконец, перестав терзать мою грудь.

– Я… очень… тебя… хочу… – проговорила заплетающимся языком, с силой прижала к себе любовника за шею, впилась в его рот с жаром, страстью, пытаясь то ли съесть его, то ли отдать ему душу на сохранение.

Он с готовностью отвечал на поцелуй, сам распаляясь все сильнее, трогая меня языком, лаская губами, а рука его продолжала хозяйничать между моими ногами. Вот, он пощекотал складочки, вот чуть помассировал бугорок между ними, вот два его пальца скользнули ко мне внутрь, вот снова он принялся перебирать лепесточки… и я не знала, какое из этих его действий дарит больше удовольствия. Я чувствовала лишь тугой вспухающий в промежности пузырь наслаждения, и он вот-вот готов был лопнуть.

Мне очень хотелось отплатить чем-то своему любовнику. С силой дикой кошки я вывернулась из-под него – Тарлан даже опешил в первый момент.

– Ляг, – я решительным жестом толкнула мужчину на спину, а сама опустилась к его паху.

Тарлан все еще был в брюках, но их плотная ткань ничуть не скрывала величины его желания. Я прижалась щекой к возбужденному члену:

– Какой ты горячий… – а в следующую секунду спустила с любовника штаны, выпустив на волю его достоинство. И едва сдержалась, чтобы не вцепиться в его член зубами, настолько он показался мне желанным. Как и весь его хозяин целиком…

Но я стерпела, ограничившись просто жаркими поцелуями. Я целовала его весь, от корня до самой головки, трогала языком, ласкала губами. Осторожно, словно совершая некое священнодействие, оттянула с головки складку кожи, коснулась нежной плоти языком. Он был на вкус чуть солоноватым и таким нежным. Кто бы мог подумать, такой сильный и жесткий мужчина, а там – такой нежный.

– Я сейчас кончу, – из любовного азарта меня вывел голос любовника.

– Ага, понял, каково это, – я проговорила с победными нотками в голосе, но свою пытку прекратила. Выпрямилась и присела так, чтобы накрыть промежностью чресла мужчины.

Посмотрела на него сверху вниз – таких блестящих влюбленных глаз я не видела у мужчины ни разу за всю свою предыдущую жизнь… Ловко подмахнув бедрами, я впустила его внутрь. Член Тарлана скользнул в меня, заняв свое место, словно именно там он и должен был находиться, словно недостающая часть моего тела.

– Удобно тебе? – я спросила и качнула бедрами.

– Великолепно, – он ответил, положив руки на мои ноги и направляя мои движения.

Я покачивалась, сначала лениво, но очень быстро разогналась до резвого темпа. Еще чуть-чуть, вот-вот и…

Резким движением Тарлан сдернул меня с себя, уложив на спину и взгромоздившись сверху.

– Ну, ты чего? – я недоуменно захлопала глазами. – Разве было плохо?

– Великолепно, – он снова повторил, выдохнув мне в самое ухо. – Но я хочу кончить сверху. Ты не против?

– Нет… – проговорила с сомнением. – А когда… я услышу твои мысли?

– Готовься, – он проговорил с хитрой полуулыбкой и резким движением протолкнул свою плоть внутрь моего тела.

Я с готовностью приняла его, и Тарлан сразу начал сильно толкать, он рвался все глубже и глубже, а я впускала его все дальше и дальше. И вот уже не только моя плоть была раскрыта перед ним, но и нечто еще более глубокое, еще более сокровенное. И это нечто пульсировало и замирало от каждого его касания.

– Ты чувствуешь меня внутри себя? – Тарлан снова выдохнул мне на ухо.

– Я… чувствую тебя… глубоко внутри.

– Сейчас я буду еще глубже в тебе!

С этими словами Тарлан схватил мои ноги за щиколотки и развел их широко-широко в стороны, приподняв мои бедра над землей и с силой прижавшись пахом к моей промежности. Его член оказался очень глубоко, я даже вскрикнула от резкой боли и в ту же секунду кончила.

Меня крутило и сминало в судорогах оргазма, я чувствовала, как во мне также сводит спазмом плоть моего любовника. Как из него изливается горячая жидкость и – что-то еще. Вместе с семенем ко мне внутрь проникла часть самого Тарлана, часть его мыслей, его чувств, его личности…

Так близко, так глубоко во мне еще не было никого…

А потом неистовый всплеск наслаждения поглотил меня, и на мгновение я потеряла сознание…