Глава 8

Бабулька была даже ниже меня ростом, видимо потому, что стояла, сгорбившись в три погибели. Может у нее болит что-то? А то вон как ее скрючило всю. Одета по канону: штопаный-перештопаный, но все равно в дырах темный плащ, большой капюшон накинут на седую голову, из-под него виднеется серо-коричневая пышная юбка в пол, грязная и драная по подолу. На шее висят разные бусы из всякой чепухи: камешки, корешки, какие-то мешочки, битое стекло, черепа каких-то мелких монстриков и еще куча всего. На запястьях браслеты почти из того же самого. А вот на морщинистых, длинных и скрюченных пальцах виднеются вполне себе приличные перстни. Она как елка новогодняя, где каждый навешал то, что именно ему больше нравится. Не скупились, вход пошло все, что только можно было найти. И гримит с каждым, даже легким движением, захочешь, не потеряешь ее. Ничего такая погремушка, впечатляющая. Лицо у старушки было сухое, наверно в миллиард морщин. Острые скулы особенно выделялись из-за впалых щек, уголки тонких губ опущены вниз, что делало ее постоянно недовольной, прямой нос с широкими ноздрями. Густые белые брови нахмурены над большими круглыми глазами изумрудно-зеленого цвета, что сейчас злобно смотрели на нас. Я даже залюбовалась этим ярким цветом, что в этом месте и с огнем не сыщешь. Короче, бабулечка смотрелась ахово. Пока я с интересом осматривала ее, ведьма точно так же внимательно глядела на меня. Я даже вышла из-за демона, чтобы ей лучше было видно. – Еще одна, – вздохнула она, опустив и подняв по мне взгляд, а потом заметила мой «поводок». – Ты зачем ее на цепь-то посадил, дубина? Ее искреннее возмущение бальзамом пролилось по моему сердцу. «Так его бабуленька, ругай, да построже!» Демон лишь пожал плечами, и, не спрашивая разрешение, ввалился к ведьме в дом. – Извините, – тихо сказала я, проходя вслед за ним. – Ну хоть ты говоришь, – вздохнула она и закрыла за нами дверь. А я уже с открытым от изумления ртом смотрела на окружающую нас обстановку. Снаружи домик казался маленьким, как охотничья сторожка в лесу, но вот внутри пространства оказалось больше, чем я рассчитывала. Мне даже показалось, что она использовала трюк из Гарри Поттера, когда у них в маленькой палатке целый особняк помещался. Чего здесь только не было. Плюшкин бы обзавидовался. Справа от входа был маленький камин, вот с него и начну осмотр, а то глаза разбегаются. В камине уютно трещали дрова, от щекотки миленького оранжевого огонька. На его выступе и по бокам висели охапки каких-то сухих трав и корешков. Даже угадывать не буду что это, я кроме полыни и папоротника ничего не знаю. Ботанику особо не люблю. На самом выступе, образующем узкую полочку, стояло много разных поломанных статуэток, как понятных, так и не понятных мне. Я даже разглядела не большую нэцку, ну большую ее часть. Там же, на маленькой полочке камина, лежали еще некоторые мелкие безделушки. Что называется – сколько засунешь, столько и влезет. Бабка забила ее битком, наверно ждала пока она треснет. Возле очага, словно царский трон, расположилось старинное кресло с высокой резной спинкой, широкими подлокотниками, и разными ножками. Такая шикарная и элегантная мебель должна стоять где-нибудь во дворцах, а не в избушке в густом лесу, и не служить седалищем для тощих костей престарелой ведьмы. Правда сейчас оно было очень потрепанным. Обивка была вся в различных заплатках, что делало ее весьма абстрактной. На один из подлокотников был накинут плед, из разных кусков ткани, образуя причудливую мозаику, а из-под него торчала подушка. Даже позолота на резьбе в некоторых местах еще осталась. На полу возле кресла лежали несколько драных ковров, перекрывая друг друга. В общем, это было самое проходимое место в домике, по углам и у стен стояли разной потрепанности и починенности шкафы, тумбы и комоды. На стенах без окон, висело множество ящиков и полок, заставленных битком, я даже не берусь описать чем, потому что и самой не понятно. Банки, склянки с разным содержимым, много посуды. Горшки разных форм, стояли один в другом, образую пирамидки. Она всюду распихала нечто, что не поддается описанию. Столько всего разного даже не увидишь в крохотном магазинчике «Тысяча мелочей». Что она прячет на чердаке, даже предположить не могу. Возле одной из стен, как я поняла, была кухонька, и там-то в углу стояли одна на другой шесть небольших клеток. В каждой что-то было, но только в трех шевелилось. Света от очага вполне хватало, чтобы все видеть, но я не стала рассматривать. А то меня опять может стошнить. Мало ли, что там у ведьмы хранится. У самой дальней стены стоял топчан с кучей подушек и одеял на нем. А вот и королевское ложе, и балдахин над ним повесила из разных тряпок, нитей и бус. Как он вообще влез сюда? Он был рассчитан на двуспальную кровать, и поэтому занимал всю дальнюю стену. И зачем он старушке? Хочет чувствовать себя королевой? В который раз посмотрела по сторонам. Вот так дизайн помещения! Я искренне обалдела. Для одной маленькой бабульки перемещаться от топчана к креслу и к кухне было возможно, остальное же пространство битком забито всем, что здесь можно было только найти. Я и во век не смогу перечислить всего. Здесь даже веретено есть! Как только мы все зашли, в домике стало совсем не развернуться, поэтому ведьма совершенно спокойно треснула какой-то палкой демону по башке, со словами подвинься, и уселась на свой трон. – Ну и чего ты сюда притащил это…, – она замолчала, вновь пройдясь по мне прищуренным взглядом. – Чудище. Вот те раз. Я чудище! Я! Не он! Не она! А я!!! Я обиделась. Пусть я и выгляжу именно так, с головы до ног в несколько слоев перемазанное грязью нечто, но все равно обидно. – Я не чудище, – надувшись как воздушный шарик, возмутилась я. – Ты себя-то видела, – бабка гаденько усмехнулась. – Не было времени собой любоваться, – проворчала и тут же широко улыбнулась. – Чего лыбишься, безумная что ли? – ведьма насторожилась. Ответить я не смогла, потому что неожиданно для всех, моя улыбка пропала, и слезы ручьем потекли из моих глаз по грязным щекам. – Ты кого сюда привел, таррах тебя задери? – ведьма даже встала с кресла и возмущенно погрозила демону своей палкой. Я бы посмеялась над этой картиной, но рыдания не позволили. Крохотная старушка, вся обвешанная черте чем, что гремит не переставая, всерьез строжится на огромного и непобедимого демона, угрожая ему палочкой, что он может двумя пальцами сломать. И меня она назвала безумной? Но он и не обратил на нее внимания, а просто пожал плечами и скрестил руки на груди, внимательно смотря, как я плачу. А я не могла остановиться, слезы двумя обильными потоками все текли и текли из моих глаз. Я сейчас была так рада, так счастлива. Бабулька говорит! Не важно, что она ведьма и может съесть меня или еще что сделать. Плевать. Зато я могла задать ей любой вопрос и услышать ответ. Наконец-то мне скажут где я! – Я не сумасшедшая, – размазывая грязь по лицу, ответила я, искренне в это веря. – Просто нервы сдали. – Ясно, – она села, продолжая с подозрительным прищуром глядеть на меня. – Ты балбес цепь-то с нее сними. Чай не бросится теперь на нас. Я и не собиралась, с чего вдруг? А ведьма говорит почти как моя бабушка, и так же, не страшась, ворчит на огромного детину. Или так все старушки говорят? Ну чем он ее напугать может? Бабулька, судя по возрасту, чего только насмотреться не успела, и пережить заодно. Убить ее? Она и так уже одной ногой в могиле, сама же и ждет, когда помереть спокойно сможет. Так что понятно, почему она его не боится, да и ведьма к тому же. В это время, детина, подошел ко мне и двумя пальцами сломал железный замок и освободил меня от оков. Я потерла шею. Цепь хоть и не толстая, но все равно тяжелая. С себя он тоже ее снял и бросил рядом с порогом, туда же и бурдюк кинул, легко забрав его у меня. Потом подошел к кухонному шкафу и сложил на столешницу всю принесенную добычу. – Молодец какой, – бабулька разулыбалась, демонстрируя удивительно белые и все зубы с маленькими двумя клыками. – Как всегда с дарами пришел. Ну и чего ты от меня хочешь? Оказалось это были не все подарки для чудесной бабушки. Демон пошарил по карманам и небольшой поясной сумке и вывалил ей на колени горку всякой чепухи, что она так любит. У ведьмы глаза аж засияли, когда она стала заинтересованно перебирать принесенное им добро. В этот раз я не смогла определить, что это и для чего предназначено. – Ладно, и мази тебе будут, – смилостивилась она, как маленький ребенок, перебирая мелкий хлам, словно это были наивкуснейшие конфетки. Демон подошел ко мне, и, бесцеремонно схватив за руку, подтащил к ней ближе. Подождал, пока ведьма насмотрится на безделушки, и показал на мою пораненную ногу, потом развернул меня и продемонстрировал рану на спине. Крутит меня как куклу какую-то! – Вылечим, не переживай, – ведьма толком и не посмотрела на мои уже загноившиеся раны, продолжая рассматривать что-то малюсенькое, держа это в пальцах. Так он вел меня к ней, чтобы помочь?! Почему раньше не сказал? Ладно. Мог бы и на пальцах объяснить, я бы тогда всю дорогу от страху с ума бы не сходила. Чуть до истерики меня не довел, спаситель блин. Чего я себе только на придумывать не успела. – Только помойтесь сначала, а то непонятно что за чудище передо мной, – бабка довольно хохотнула. – Помоги ей там. – Эй! – возмутилась я, повернувшись к ней. – Я сама! – Да не выделывайся ты, недотрога, так быстрее будет и удобней, – снова довольный оскал. – Порадуй мужика красотой. Чем порадовать простите? А демон уже тащил меня к выходу. – Подожди, – крикнула она нам в след, когда мы уже были на крылечке. – Держи. Он ловко поймал брошенный нам плед, и повел меня за домик. За ним, шагах в десяти, стоял перекошенный, деревянный дачный туалет, с протоптанной в пожухлой траве тропинкой. А у самой задней стены дома стояли две огромные бочки с водой, которая по крыше сливалась прямо в них. К ним он и подвел меня. Там же, у стенки, привалилась невысокая лавочка, на ней лежала куча разного обмылка и несколько мочалок. Демон повесил плед на торчавший сук небольшого деревца, что почти вросло в домик, и снял с другой ветки вырезанный деревянный ковшик. – Спасибо конечно, – сказала я ему. – Но я и сама справлюсь. Вместо ответа он зачерпнул воды из бочки и вылил ее на меня. Холодная! Я быстро передумала ворчать. Ладно, пусть любуется, я уже физически и морально не могу такая ходить. К тому же грязь уже настолько въелась в меня, почти сроднилась со мной, что мыться мне придется несколько раз, особенно волосы. Удастся ли хоть промыть их? Повернувшись к демону спиной, я наклонилась и сняла потрепанные босоножки, встав на деревяшку рядом с бочками. Хорошо, что она здесь лежит, не придется стоять в луже. Потом быстро стянула свой драный и грязный, а когда-то очень красивый и белоснежный, сарафан. Как только он оказался на земле, мой спаситель стал медленно выливать мне воду на макушку. Что ж, вполне себе неплохой душ. Стринги улетели в ту же кучку из моих вещей. Сначала я смывала с себя грязь без мыла, долго выковыривая ее комья из волос. Потом в ход пошло мыло. Взяв первый попавшийся маленький кусочек, я четыре раза намыливала голову, чтобы убедиться, что она чистая. Потом взяла мочалку, и, не стесняясь, терла себя везде. Помылась я трижды, до того чумазой я себя чувствовала. Иногда поглядывала на него, но демон на меня не глядел, высматривая опасность по сторонам, и не забывая поливать меня водой. Вот и хорошо, а то справа от нас, в лесу, что-то явно бегало и рычало. Только когда он спокойно кивнул мне, я успокоилась и продолжила смывать с себя пену. Все царапины промывала просто рукой с мылом, а вот рану на ноге мылить не стала. Вид у нее был паршивый. Синюшный, опухший и в гное. Это плохо. Заражение пошло, а антибиотиков тут явно нет. Похоже рана на спине точно такая же. Я не смогла дотянуться до нее, и тут демон сам, неожиданно, помог мне. Едва касаясь пальцами моей кожи, он долго поливал рану, тщательно промывая ее. К своему стыду, я почувствовала приятные мурашки. Хорошо, что от холода я и так была вся в пупырку, а то совсем неловко бы вышло. Стою тут вся голая, радую мужика красотой. Подумал бы еще, что я его соблазняю. Нет, нет и нет. Когда с очень долгим мытьем было покончено, он, словно малютку, обернул меня покрывалом, взял на руки и понес в дом. Я вся красная, от стыда и от трения мочалки, спряталась вместе с носом в покрывало, чтобы он ничего не заметил. Успокойся, Фань, он на тебя и не смотрит совсем. Зайдя в домик ведьмы, демон поставил меня на пол, а сам вышел обратно на улицу. – Вот и хорошо, – донеслось от камина. Я повернулась к старухе. Она уже готовила на нескольких вертелах принесенную демоном добычу, та капала жирком на раскаленные угли, от чего они тихо шипели. В домике уже вкусно запахло едой, и мой голодный живот не преминул умоляюще заурчать. – Скоро уже, скоро. Чистая одежда на кровати, – сказала ведьма, кивнув в сторону топчана. – Но сначала подойди ко мне. Я послушно подошла к камину и довольно зажмурила глаза, почувствовав исходящее от него приятное тепло. – Сымай, – бабулька, сказав это, сама же стянула с меня плед и развесила его на спинке кресла подсушиться от влаги. – Давай-ка теперича посмотрим, как следует, что там у тебя приключилось. Повернувшись к ней спиной, я успела заметить на сиденье несколько баночек с мазями и чистые, тонкие, скрученные под бинты, тряпки. – Да уж, плохо все, гнить уже начали, – поцокала она языком, внимательно разглядывая рану на спине, а я повернула голову к ней и увидела через плечо, как она обеспокоенно качает головой. – Но ты не переживай, дело поправимое. Пару дней и заживет. Ее уверенность в этом подбодрила меня, знает старая, что нужно делать. Ведьма умело нанесла вонючую серую мазь мне на рану, та даже не щипала, холодила лишь немного, и обмотала меня туго бинтом, заставляя кружиться. – Ногу сюда ставь. Я повернулась к ней и увидела, что бабулька села и похлопала рукой по широкому подлокотнику кресла. Задрав ногу, я стала внимательно смотреть, как она залечивает мои раны. – Царапины все в порядке, не гниют, сами зарастают. Жалко, шрамы от когтей останутся, – ведьма сочувственно покачала головой. – Раньше я могла и вовсе избавить от них, но магия здесь не работает. – Магия? – удивилась я. – Ты дремучая что ли? – забинтовывая ногу, спросила она. – Про магию ничего не знаешь? – Знаю, – поспешила ответить, чтоб совсем уж дурой меня не считала. – Просто в моем мире ее нет. – Везде она есть, – отбрила бабулька и скинула мою ногу с кресла, я чуть не упала, потом она встала, чтобы убрать мази на кухонный стол. – Просто разная она бывает. Только тут уж ее совсем нет. Оно и понятно. Вот и шанс! – А тут, это где? – осторожно спросила я. Ведьма пристально посмотрела на меня. – Как долго ты здесь? – Пару дней. – Понятно, – кивнула и вернулась к готовке, захватив со стола чайник. – Принеси-ка мне три тарелки. Я пошла за ними. – Да оденься хоть, непутевая. Точно. В надежде наконец узнать, куда я попала, совсем забыла, что голая расхаживаю тут. Непутевая. С улыбкой на губах я подошла к ее кровати и посмотрела на длинную, в пол, ночнушку в бабушкином стиле. Только сшита она из двух разных сорочек, из самых их целых частей, одна в ромашку, другая в непонятный мне узор. Не вредничая, тут с одеждой беда, я видела, быстро натянула ее на себя. Вполне удобная и просторная, с широкими лямками. Главное, что не голая теперь. И чистая! Подошла к кухонным полкам, чтобы достать тарелки. Их было тут в избытке, разных цветов, материалов и глубины, поэтому взяла первые попавшиеся. Принесла их старушке. – Расчески на полке над кроватью, выбери себе любую и можешь забрать ее, – сказала ведьма и стала раскладывать нам еду по тарелкам, потом ловко подвесила чайник на освободившееся место над огнем. Я же вернулась к топчану и взяла розовую массажку без ручки, села на кровать и принялась расчесывать свои колтуны. Без бальзама для волос, дело продвигалось медленно и болезненно. Больше выдергивала, чем расчесывала их. Пока я приводила себя в порядок, бабушка отнесла тарелки на стол и направилась к двери. – Заходи, можно уже, – позвала она демона, открыв дверь. Мне было хорошо видно, что он сидел на крыльце и ждал, когда его впустят в дом. Надо же, какой воспитанный! Он и до этого такой был, или ведьма постаралась? Демон тоже помылся, судя по мокрым белым волосам и отсутствию безрукавки. Когда демон вошел в дом, то на некоторое время завис возле входа. Я не сразу поняла почему, так как не могла оторвать взгляд от его мускулистой груди и рельефного пресса. Хорош, что тут скажешь. Но потом посмотрела на его лицо, и увидела его округлившиеся, все еще жуткие, глаза, под удивленно взметнувшимися темными бровями. Мой спаситель вытаращился на меня, как, впрочем, и я на него. Точно. Он же чистой меня и не видел никогда. Я же сразу как сюда попала, вся измазалась в грязи. А теперь сижу тут вся чистая и красивая. Да, красивая, все кто говорит иначе, нагло врут. Да по одному его выражению лица это было понятно. Залюбовался мной, чуть ли не рот открыл. Приятно. – Налюбовался, – бабка ехидно хихикнула. – Садись, жених, и тебя обработаю. Вот обязательно нужно было это сказать? С чего она взяла, что он мне в женихи набивается? Сваха, блин, нашлась. Я и так не знаю, куда глаза девать от смущения, так она еще масла в огонь добавляет. Скоро на моих красных щеках можно будет мясо жарить, горят жарче огня. – Чудище лесное превратилось в красавицу, – все еще смеясь, ведьма потянула его за руку к креслу, усадила на него, чтобы не тянуться, и там стала наносить мазь и на его раны. Демон на меня больше не смотрел, повернувшись лицом к огню в камине, будто там было интереснее всего. Я же, продолжая расчесываться, украдкой бросала на него взгляды. Не могла удержаться. Пусть он и не человек, но выглядит потрясающе. Широкая спина, и та, вся мышцами бугрится. Девчачья мечта. – Все, на пол садись, потом бедро сам забинтуешь, неча мне на твои прелести глазеть, – бабка совершенно бесцеремонно согнала его со своего трона. Тот послушно уселся рядом с камином на ковре. – А ты, – она посмотрела на меня. – Хватить красоваться, неси нам еду. И не красуюсь я вовсе, просто причесалась. Скажет тоже. От ее командного тона, генеральша со стажем, я быстро подскочила и, оставив массажку на кровати, поспешила к столу. – Там в синей банке приправка есть, – старушка довольная развалилась в своем кресле. – Посыпь хорошенько, не жалей. Дело в том, что на полке над столом стояло несколько синих, ну или почти синих, баночек, и мне пришлось пальцем показывать на каждую, пока ведьма не кивнула. Открыв ее, я сначала осторожно принюхалась. Мало ли, ведьма же. Душисто и вкусно. У меня даже слюна набежала. От души посыпав тушки «крыс», я каждому отнесла по тарелке. Взяв и себе, тоже устроилась на полу рядом с демоном.