Глава 26

Ночь я провела в объятиях своих мужчин. Сначала они долго и качественно показывали как сильно скучали по мне, а потом опомнились и решили, что мне стоит выспаться, хотя до утра оставалось не так уж и много времени. Я уговорила их остаться со мной и не уходить. Потому что соскучилась по их близости и запаху. Я будто хотела ими надышаться.

Эл крепко прижимал меня к себе с одной стороны, Гилберт обнимал с другой. Их дыхание было ровным и тёплым, и я позволила себе расслабиться, утонув в уюте и тепле. Это было невероятное ощущение — быть окружённой защитой и любовью сразу с двух сторон.

Гилберт во сне порой подтягивал меня ближе, устраивая мою голову на своей груди, а Эл касался моего плеча, нежно поглаживая, будто стараясь убедиться, что я рядом. Я чувствовала себя в полной безопасности и наконец-то могла позволить себе расслабиться после всех событий последних дней.

Мои пальцы аккуратно пробежались по груди Гилберта, ощутив его сильное и ровное дыхание. Он был таким спокойным во сне, таким родным и настоящим. Я улыбнулась и прижалась к нему ещё ближе, наслаждаясь тем, что могу так свободно касаться его.

Эл тоже среагировал на моё движение, подтянув меня ближе к себе, и его губы скользнули по моей макушке. Я рассмеялась тихонько, но не стала будить их обоих, просто наслаждаясь моментом.

Ночью я часто просыпалась и ловила себя на мысли, что не хочу, чтобы этот момент заканчивался. Но сон всё равно брал своё, возвращая меня в тёплую и безопасную темноту.

На рассвете я проснулась первой и какое-то время просто лежала между ними, ощущая себя самой счастливой на свете. Эти мужчины — мои. Мои любимые, мои защитники, мои безумцы, которые готовы на всё ради меня.

— Ты уже проснулась? — тихо прошептал Эл, не открывая глаз.

— Да, — улыбнулась я и поцеловала его в щёку. — Просто наслаждаюсь тем, что вы рядом.

Гилберт потянулся, едва заметно улыбаясь, и накрыл меня своей рукой.

— Я готов провести с тобой так всю жизнь, — пробормотал он с довольной улыбкой.

Я рассмеялась и зарылась лицом в их плечи по очереди, чувствуя, как внутри всё светится от счастья.

Но на этом моя радость закончилась. Пришлось готовиться к открытому дню с горожанами, и я совершенно не хотела туда идти. Не то чтобы я была против помогать людям — наоборот, мне нравилось чувствовать себя полезной. Но сидеть там в одиночестве и разбирать чужие проблемы было не в моих планах на день.

Дрейк сдержал слово — он действительно проделал хорошую работу. К моменту, когда я села на своё место, перед залом уже выстроилась приличная очередь. Люди перешептывались, обсуждая что-то между собой, но когда я вошла, настала тишина. Я улыбнулась и поманила первого посетителя жестом. Началось.

Ко мне шли с разными проблемами: кто-то жаловался на несправедливость со стороны стражи, кто-то просил помощи в покупке корма для лошадей, так как внезапный вирус унес почти всё стадо. Были те, кто спорил из-за земли или имущества, и даже одна пара, умоляющая помочь вернуть украденное свадебное платье. С каждым я старалась поговорить вежливо, внимательно выслушать и по возможности помочь. Но некоторым приходилось отказывать — слишком уж абсурдны были просьбы или слишком сложны для решения сразу.

Постепенно я стала уставать от нескончаемого потока людей. Но, к моему удивлению, даже когда наступил полдень, очередь не иссякла. Дрейк и правда поработал на славу, и теперь дворец гудел от людского волнения.

Ближе к концу приёма в зал вошёл старик с седыми волосами, сильно сутулый и опирающийся на деревянную трость. Он подошёл к трону и поклонился, а я заметила, как его пальцы дрожат.

— Ваше высочество, — голос старика был низким и хриплым, но твёрдым. — Меня зовут Альберт Рейфисон, я директор местной школы для бедных. Простите за дерзость, но прошу вас… помогите нашей школе. Она на грани разрушения, крыша протекает, стены трещат… Детям негде учиться. Мы собирали деньги, как могли, но у нас нет покровителей. Я обивал пороги чиновников, но никому до этого нет дела. Дети — обуза для знати. Но вдруг вам… вдруг вам не всё равно…

Я нахмурилась, ощущая прилив беспомощности. И правда, мало кому во дворце есть дело до детей бедняков. Я сжала подлокотник трона, прикидывая, как подступиться к решению проблемы.

— Я подумаю, как можно помочь, — сказала я, заметив, как старик нахмурился и разочарованно опустил голову. Он уже понял, что обычно это означает отказ, но я не могла принять решение, не обдумав его как следует.

— Пожалуйста, подождите в коридоре до завершения приёма, — добавила я. — Мне нужно больше информации, и я вас позову.

Он склонился в поклоне, покидая зал с гордо поднятой головой, несмотря на дрожащие ноги.

После завершения приёма я попросила Дрейка найти Эла. Тот явился через несколько минут и поклонился, как полагается.

— Ваше высочество, — с серьёзным лицом произнёс он. — Что-то случилось?

— Эл, у меня для тебя задание. Оно непростое, но я не знаю никого, кто справился бы лучше тебя, — я улыбнулась, глядя в его глаза.

— Задание? — на его губах мелькнула лёгкая улыбка. — Желаешь массаж?

Я рассмеялась, покачав головой.

— Это позже. Сейчас мне нужно кое-что другое. Там в коридоре сидит старик, директор детской школы. Она почти разваливается, а дети лишаются последнего места, где могут учиться. Я хочу, чтобы ты занялся строительством новой школы. Чтобы детям было где учиться и жить, если понадобится. И когда школа будет построена, ты станешь её попечителем. Директор уже есть — я не хочу его смещать, но он стар и явно не сможет управлять этим вечно. Поэтому я назначаю тебя ответственным за эту школу.

Пока я говорила, лицо Эла изменялось — сначала удивление, потом радость, и, наконец, что-то тёплое и благодарное загорелось в его глазах.

— Мила… Ты не можешь… — его голос дрогнул, и он сглотнул, пытаясь взять себя в руки. — Ты серьёзно?

— Выполнишь мою просьбу?

Он посмотрел на меня так, словно хотел броситься и расцеловать прямо сейчас, но сдержался, оглянувшись на стражу.

— Я бы обнял и расцеловал тебя, если бы не столько свидетелей вокруг, — пробормотал он, не скрывая эмоций.

— Я тоже рада, что могу сделать это для тебя, — я улыбнулась. — А теперь иди к старику и поговори с ним.

Эл кивнул и исчез так быстро, что я едва успела заметить его движения. Осталась только тёплая радость на сердце от того, что я смогла сделать что-то действительно хорошее. Когда мы с ним только познакомились, он говорил, что мечтает повлиять на образование. Хочет открыть школу. Что ж, кажется сама судьба благосклонна к его желанию.

Больше в этот день я Эла не видела, но вечером, когда я вернулась в свои покои, меня уже ждал Дрейк. Он встретил меня с лёгкой улыбкой и гордостью в глазах.

— Ты молодец, Мила, — сказал он, обнимая меня за талию и прижимая к себе. — Сегодняшний приём прошёл на удивление удачно. А твоя идея со школой — просто блестящая. Эл был так счастлив, что у меня даже не хватило сил подколоть его.

Я улыбнулась, положив руки на его грудь и мягко поглаживая его сквозь ткань рубашки.

— Он и правда был в восторге. Я рада, что могла сделать для него что-то хорошее, — призналась я.

Дрейк кивнул, нежно коснувшись губами моего лба.

— Ты сделала нечто гораздо большее. Теперь о тебе заговорят не только как о принцессе и невесте принца, но и как о покровительнице. Это изменит мнение многих.

— Ты считаешь, что меня начнут уважать? — с любопытством спросила я, приподнимая голову.

— Конечно, — уверенно ответил он. — Народ любит тех, кто заботится о детях и образовании. Даже если это дети бедняков.

Я только собралась ответить, как в комнату вошёл Гилберт. Он выглядел слегка уставшим, но на его губах играла довольная улыбка.

— Дрейк прав, — сказал он, подходя к нам. — Эта идея со школой не только поможет детям, но и укрепит твою репутацию как будущей королевы. Я поддерживаю такие начинания. Народ будет видеть, что ты неравнодушна к их нуждам.

Он подошёл ближе и приобнял меня за плечи, прижав к себе. Я улыбнулась, чувствуя, как волна тепла разливается по телу.

— Спасибо. Я просто хочу делать что-то хорошее, — тихо произнесла я, спрятав лицо на груди Гилберта.

— И у тебя это отлично получается, — он поцеловал меня в макушку. — Я сейчас занимаюсь подготовкой к свадьбе, и, признаться, мне это тоже не особо нравится. Понимаю, чего ты была такой недовольной.

Я приподняла голову и взглянула на него с удивлением.

— Почему? — спросила я, не понимая.

Гилберт чуть покачал головой и усмехнулся.

— Потому что мне кажется, что это всё какой-то спектакль. Я не хочу просто жениться на тебе — я хочу быть с тобой. Жить рядом и каждый день видеть твою улыбку. А всё это официальное действо… — он махнул рукой, словно отмахиваясь от надоедливой мухи.

— Я понимаю, — кивнула я.

Гилберт мягко провёл пальцем по моим губам и тихо ответил:

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива. И если для этого нужна свадьба — пусть будет так. Но знай одно: я никогда не позволю тебе исчезнуть из моей жизни.

Я потянулась к его губам, целуя с нежностью и благодарностью. Дрейк отступил на шаг, чтобы не мешать, но я поймала его взгляд и улыбнулась.

— Ты тоже, Дрейк. Не смей оставлять меня одну, — добавила я с улыбкой.

— Не оставлю, — усмехнулся он и прикоснулся к моему плечу. — Я всегда рядом.

Я улыбнулась, чувствуя, как в груди растекается тепло и спокойствие. Впереди ждало много трудностей, но с ними рядом мне было не страшно.

Когда Гилберт ушёл, в комнате повисла тишина. Я подошла к окну, глядя на умирающее солнце за горизонтом, и почувствовала, как сзади ко мне подходит Дрейк. Его руки нежно обхватили меня за талию, прижимая к крепкой груди.

— Он снова общался с королевой, — тихо произнёс он, целуя моё плечо.

Я напряглась, чувствуя, как внутри всё сжимается от неприятного предчувствия.

— Зачем? — спросила я, стараясь не показать тревогу в голосе.

— Я не знаю, милая, — Дрейк мягко поцеловал мой висок, обнимая крепче. — Но если от этого зависит твоя жизнь… просто будь осторожнее.

Я молчала, чувствуя, как дрожь пробегает по телу. Страх сковал меня, не давая дышать. Я крепко сжала его руку на своём животе и прикрыла глаза.

— Ладно, Дрейк… — прошептала я, — мне так страшно ошибиться. Но если ты прав… если он действительно на её стороне… это разобьёт мне сердце.

— Я знаю, — ответил он глухо. — Поэтому и хочу, чтобы ты подумала. Гилберт кажется искренним, но я не могу избавиться от чувства, что что-то не так.

Я молча кивнула, повернувшись к нему лицом и уткнувшись в его грудь. Его руки скользнули по моей спине, успокаивая, и я тихо вздохнула, чувствуя, как накатывает усталость.

— Давай ложиться спать, — предложил он, чуть наклонив голову, чтобы заглянуть мне в глаза.

— Хорошо, — согласилась я, чувствуя, как сердце всё ещё бешено колотится в груди.

Мы вместе легли на кровать, и Дрейк притянул меня к себе, обнимая, словно боялся отпустить. Его дыхание согревало кожу, а руки уверенно удерживали меня в безопасности. Я закрыла глаза, стараясь успокоить рой мыслей в голове, и позволила себе просто раствориться в тепле его тела.

Утром я проснулась от первого луча солнца, пробившегося через щель между шторами. Дрейк всё ещё был рядом, обнимая меня, и, казалось, ни на секунду не отпускал даже во сне. Я повернула голову к руке и замерла.

Пятая звезда. Я смотрела на неё минут двадцать, не в силах отвести взгляд. Луна становилась всё более округлой, словно действительно отсчитывала мои последние дни.

Дрейк заметил мой взгляд и мягко провёл пальцами по моей руке, пытаясь отвлечь.

— Не переживай, — сказал он спокойно. — Уже завтра всё закончится.

— Да… — я кивнула, не отводя взгляда от светящейся звезды. — Я надеюсь…

Он притянул меня к себе и поцеловал в висок, обнимая ещё крепче.

— Мы справимся, Мила, — его голос был твёрдым и уверенным. — Мы обязательно справимся.

Я прижалась к нему, надеясь, что его уверенность хоть немного затмит мой страх.

Когда Дрейк ушёл, в покои ворвался вдохновлённый Эл, почти сияя от счастья. Он подхватил меня на руки и закружил по комнате, словно забыв о всей строгости и сдержанности, которые обычно его окружали. Я рассмеялась, пытаясь удержаться на его плечах.

— Мила, это просто невероятно! — восторженно говорил он, не прекращая кружить меня по комнате. — Я нашёл подходящее место, договорился с мастерами, всё идёт просто замечательно! Даже дети уже начали помогать, словно чувствуют, что скоро у них будет новый дом.

— Эл, я счастлива за тебя, — улыбнулась я, когда он наконец поставил меня на пол. — Но разве я не говорила тебе не перерабатывать?

— Если бы ты знала, как я вдохновлён… Ты же понимаешь, что ты — самая лучшая женщина на планете? — Эл обнял меня и поцеловал в губы.

Я улыбнулась, но на душе было тяжело. Его радость не смогла скрыть ту тревогу, которая разрасталась внутри.

— Эл, — позвала я, и он посмотрел на меня внимательным взглядом, будто сразу почувствовал перемену в настроении. — Ты не замечал, как Гилберт общается с королевой?

— Гилберт? — удивился он. — Нет, я не следил за ним… А что именно тебя беспокоит?

Я глубоко вдохнула и рассказала ему то, что сказал Дрейк. Эл нахмурился, складывая руки на груди и задумчиво прищурился.

— Хм… А что Гаарон говорит? — спросил он после небольшой паузы.- Ты вроде как его попросила разобраться во всем.

— Он сказал, что хочет встретиться сегодня вечером. Что у него будут какие-то доказательства, и нам надо серьёзно поговорить.

Эл кивнул, подойдя ближе и нежно коснувшись моего лица.

— Тогда тебе стоит серьёзно задуматься о том, чтобы Гилберт не прошёл ритуал. Если ты скажешь ему «да», а он женится на тебе ради трона, а не из-за любви… ты умрёшь.

Я вздохнула, чувствуя, как внутри всё холодеет.

— Я понимаю… Но когда я смотрю на него, я просто поверить не могу, что он способен на такое предательство.

Эл грустно улыбнулся, притянув меня к себе.

— Да, мне тоже сложно поверить, что он заодно с королевой. Давай послушаем сначала то, что скажет Гаарон.

Я кивнула, не находя в себе сил на дальнейшие разговоры. Остаток дня прошёл в тягостном ожидании. Я ловила себя на мысли, что проверяла каждую тень за окном, каждый звук за дверью. Эл пытался отвлечь меня, говоря о школе, о планах на будущее, но мои мысли были там, где могло произойти непоправимое.

Только когда стемнело и в окно заглянула ночь, я услышала осторожный стук в дверь. Эл открыл её и, кивнув, вышел, оставляя меня наедине с Гаароном. Я заметила, что его лицо было мрачным, а глаза упрямо смотрели на пол.

— Ну, что ты выяснил? — осторожно спросила я, ощущая, как дрожат пальцы.

Он молчал какое-то время, словно подбирая слова, а потом медленно вытащил из сумки пергамент и несколько записок.

— Мила… — его голос был тихим и глухим. Впервые за все время он назвал меня по имени и это не обещало ничего хорошего. — Я долго сомневался, прежде чем сказать тебе это. И до последнего надеялся, что это ложь. Но… вот. — Он протянул мне бумаги.

Я взяла их, не отрывая взгляда от его лица, и развернула один из пергаментов. Это было письмо — письмо моего любимого мужчины к королеве, полное уверенности и расчёта. В нём он описывал, как планирует использовать меня в своих целях, поможет королеве получить регентство после моей смерти. Я чувствовала, как земля уходит из-под ног.

— Этого… не может быть… — выдавила я, когда из глаз покатились слёзы.

— Мила, я проверил всё. Это его почерк, его печать… Я нашёл и другие письма, где он обсуждает планы с её сторонниками. Я даже нашёл записи его разговоров с ней… — Гаарон сжал кулаки, с трудом сдерживая гнев. — Он планировал избавиться от короля сразу после твоей свадьбы.

Мой мир рухнул. Сердце разорвалось на тысячи осколков, и я не знала, как собрать их обратно. Как он мог… Как мог смотреть мне в глаза, целовать, обещать защиту, а потом предать?

— Как он мог… — прошептала я, хватаясь за грудь, будто пытаясь удержать боль внутри. — Как он мог…

Гаарон подошёл ближе и осторожно положил руку мне на плечо.

— Мне жаль, Мила… — его голос был тихим и сочувственным. — Я знаю, как это больно. Но ты сильная. Ты справишься.

Но я не была уверена. Я чувствовала, как боль пронзает сердце, и слёзы обжигают щёки. Всё, во что я верила, оказалось ложью.

Я сидела на кровати, свернувшись клубком, и не могла перестать плакать. Слёзы лились безудержно, обжигая кожу и смешиваясь с дрожью в груди. Гаарон молча сидел рядом, не отрывая от меня внимательного взгляда, и в его глазах я видела искреннее сожаление. Он не говорил ни слова, просто осторожно коснулся моего плеча, словно боясь причинить ещё большую боль.

Я пыталась унять рыдания, но стоило хоть немного успокоиться, как накатывала новая волна. Гаарон осторожно пододвинулся ближе и обнял меня, аккуратно, как хрупкий сосуд, готовый разбиться от любого прикосновения. Я не оттолкнула его — наоборот, уткнулась в плечо и снова разрыдалась.

— Я знаю, милая… Я знаю, как больно, — шептал он, гладя меня по волосам. — Но ты сильная. Ты справишься.

— Я так доверяла ему, — всхлипнула я. — Я думала, что мы на одной волне. Что он… любил меня.

— Он обманул тебя, и я клянусь, что он за это заплатит, — сжав зубы, проговорил Гаарон. — Но сейчас главное — спасти тебя.

Я глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь, и наконец отстранилась, вытирая глаза.

— Ты прав… — проговорила я. — Я не хочу умирать. И не собираюсь позволять какому-то лживому козлу распоряжаться моей жизнью.

Гаарон одобрительно кивнул, и я наконец смогла выпрямиться, чувствуя, как внутри разгорается решимость.

— Мы должны отменить ритуал, — сказала я твёрдо. — Если он меня не любит, он просто убьёт меня. И я не позволю ему этого сделать.

— Если не провести ритуал, ты тоже умрешь. Значит, нужно оставить только тех, кто искренне хочет быть с тобой.

— Да, но… я не хочу, чтобы он догадался об этом раньше времени. — Я нахмурилась, вспоминая его тёплые глаза и ласковые руки, которые теперь казались оковами предательства. — Он может попытаться что-то сделать, чтобы всё равно получить желаемое. И… убить меня.

— У меня есть идея, принцесса. Если ты готова, если тебе хватит сил.

Я подняла на него свои заплаканные глаза и выслушала все, что он придумал. И согласилась.

— Я обо всём позабочусь, — кивнул Гаарон. — Ты справишься, Мила. Я в тебе не сомневаюсь.

— Я просто не понимаю… — проговорила я тихо, сжимая пальцы до побеления. — Почему именно он? Почему так больно?

Гаарон ничего не ответил, лишь крепче обнял меня, позволяя снова уткнуться в его плечо. Я больше не плакала — слёзы иссякли, уступив место холодной решимости.

Мы долго молчали, и я постепенно приходила в себя, понимая, что Гаарон прав. Я не позволю кому-то сломать меня и лишить жизни из-за глупой жажды власти. Мы справимся. Я справлюсь.

— Спасибо тебе… — тихо сказала я. — За то, что не ушёл.

— Я всегда буду рядом, Мила, — ответил он с тёплой уверенностью. — Даже если весь мир пойдёт против тебя. Я давал клятву быть твоим роном.

Я выдохнула и улыбнулась ему сквозь остатки слёз, чувствуя, что внутри загорается крошечная искра надежды. Я не одна. У меня есть те, кто действительно любит меня. И с ними я точно справлюсь.