Глава 16

В понедельник Ленка в технарь не пришла. Я до последнего надеялась, что она просто опаздывает, но когда началась последняя пара – сдалась. Поддалась панике. И это было просто… да долбануться можно, вот как это было! Потому что только о Машковой у меня ещё голова не болела, ага! Сдать её папане и пускай сами разбираются! Но сначала отгрести от него за то, что не сказала сразу, ещё в пятницу. Чёрт.

После учёбы первым делом кинулась к автомату, набрала Ленкин домашний. Нет ответа. Зачем-то дошла до аллеи, где на прошлой неделе стояла та девочка. Что я хотела там увидеть – Ленку, раздающую пирожки? Глупо, конечно. Быстрым шагом прошлась до подземного перехода, ведущего к стадиону. Особо приглядываться возможности не было, но девочку среди попрошаек я не увидела. Машинально спустилась в переход, вышла возле стадиона, и, не пройдя и ста метров, практически нос к носу столкнулась с Максом.

Он топтался у припаркованной возле обочины синей «шестёрки», с умным видом постукивая ногой по её колёсам. В одной руке сигарета, в другой – пластиковый стаканчик с мутной, густо паря́щей жидкостью. Судя по запаху, кофе. Три в одном, наверное. В любом ларьке купить можно, а за отдельную плату – и кипяточком разжиться.

Увидел меня, приветливо улыбнулся, но тут же спохватился и деланно-безразлично отвернулся.

И вот если бы он сразу сделал вид, что не видит меня, что не узнал или вообще – глянул бы с неприязнью, то и я бы прошла мимо. Но он выдал себя. И Денис прав: Макс нормальный пацан, а я его подставила.

Поэтому я подошла.

Конечно, поздоровался он «через губу», но и я ведь не про погоду узнать хотела. Сходу, не давая ему опомниться, извинилась. Признала, что самовольная дура. Искренне пожалела, что он ушёл от Дениса. Намекнула, что если захочет вернуться, тот не будет против.

Макс не ожидал от меня такого хода, но и таять не спешил. Начал понтоваться, что ему и на вольных хлебах хорошо, что у него иной раз клиент за клиентом идёт. Но не убедил. И сам, наверное, это почувствовал. Разговор неловко застопорился, и я вроде уже собралась распрощаться… когда увидела Лёшку.

Судя по прикиду и румянцу, он возвращался с пробежки и был настолько погружён в свои мысли, что так бы и прошёл мимо, не заметив меня… если бы Макс, который, заприметив вынырнувшую из подземки группу людей с огромными сумками, не окликнул их дежурным «Такси берём, ребята. Такси!»

Лёшка поднял голову на крик и увидел меня. Откровенно обрадовался, и от этого мне так… словно тепло стало. Но когда он вдруг пошёл ко мне – опомнилась. Дёрнула Макса за рукав:

– Давай до Сберкассы на Калинина. Только быстро! – и юркнула на заднее сиденье.

– Ты издеваешься? – приоткрыв водительскую дверь, заглянул он в салон. – Я дольше через перекрёсток переезжать буду, чем тебе пешком дойти!

– Макс, клиент всегда прав!

– Ладно… – судя по тону, делать скидку «по старой дружбе» он мне не собирался. Шлёпнулся на своё место, повернул ключ и вдруг замер: – Слышь, а может, попутчика возьмём?

Лыбился, глядя на меня в зеркало заднего вида и, на фоне стоя́щего уже прямо перед мордой машины слегка охреневшего Лёшки, было понятно: раскусил мой финт. И где Денис их берёт – таких догадливых?

– Не возьмём, Макс. Поехали!

На Калинина, едва в поле зрения показалась вишнёвая мазда, Макс остановился, указал подбородком вперёд:

– Виталя?

– Откуда знаешь?

– Да сразу видно. Все паркуются как удобно, а он – как знак предписывает. Я таких дисциплинированных водил в жизни больше не встречал! Давай, до него пешочком, иначе Батя уже сегодня будет знать, что ты опять чудишь. Да ладно, охренела что ли? – отпихнул мою руку с деньгами. – Я тебя выручил, а ты меня обижаешь!

– Макс, а может, тебе всё-таки вернуться? Хочешь, я за тебя попрошу?

– Не-а.

– Блин, ломаешься, как девка на выданье! Нормальное ведь и место и зарплата, и Дениса, я знаю, уважаешь. Строишь из себя крутого, а сам… «Приму», вон, куришь. Не смешно?

– Не-а. У меня, между прочим, после того раза до сих пор челюсть щёлкает, когда жую. Так что не смешно. И деньгами ты меня точно не заманишь.

– А чем?

Он пожал плечами:

– Да ничем! – Но тут же усмехнулся: – Хотя, блин, с твоей фантазией… Не удивлюсь, если нароешь что-нибудь заманчивое.

– Даже не сомневайся – нарою!

– Угу. Давай, давай. Удачи!

***

Вечером была моя первая тренировка. Я волновалась так сильно, что напрочь забыла программу и смотрела в телек так же внимательно, как и все эти несчастные клиентки, попавшие в мои руки. Но на мне были золотые лосины и купальник с сетчатыми вставками, я имела власть над пультом от видика и статус тренера. Поэтому неудивительно, что после треньки, меня буквально взяли в плен, требуя консультировать по каталогу с формой: размеры, качество, ассортимент… А я сама ничего не знала! Выкручивалась на ходу, но судя по всему, слов типа: «О да, этот прям классный!» или «Чёрный стройнит» вкупе с «Это 100% лайкра, значит, будет блестеть» – было достаточно. Хотя, возможно, для большинства этих клиенток, среди которых я узнавала многих дамочек с субботнего приёма у Зойки, решающим всё-таки было то, что форму везут напрямую из Германии и США.

В кабинете у Зойки я обнаружила Дениса. Неожиданно. Не говорил, что заедет. Подумалось вдруг о том, что у Бородина сейчас тоже идёт тренировка, и о том, что, пожалуй, стоит заказать себе ещё комплект формы – поскромнее, на тот случай, если Денису взбредёт в голову заглянуть ко мне в зал. Скорее всего, тогда он поставит меня перед выбором: либо переодеться, либо уйти из Олимпа.

Они с Зойкой, похоже, обсуждали мой предстоящий контракт. Я села рядом с Денисом, и он, не отрываясь от бумаг, положил руку мне на колено. Сосредоточенный. Брови в кучу – всё, как я люблю! Кинула взгляд на Зойку, и, поймав её хитрое подмигивание поняла – дело на мази́!

Ещё через час в её кабинете собрались все сотрудники клуба, включая администратора. Открыли шампанское, обмыли первый день работы. Ну, с Богом!

Денис вёл сам. Я до дрожи в животе любила наблюдать за этим: за его уверенными руками на руле, за цепким взглядом по зеркалам. Наслаждалась ощущением его власти над ситуацией. И готова была скулить от тихого восторга, когда он, вместо ручки передач, опускал ладонь на моё бедро.

– Ну, по большому счёту, ничего особенного она от тебя не хочет, – после небольшой паузы продолжил он. – Меня, конечно, напрягает обязательство закончить тренерские курсы в течение этого года, при том, что бросить техникум я тебе не позволю… – Помолчал, выглядывая из-под крыши машины на висящий где-то над головой светофор. – А может и вовсе, устрою в институт… – Тронулся. Взгляд снова заскользил по зеркалам. – Так что, времени, сама понимаешь, у тебя вообще в обрез будет. К тому же, ты в курсе, что помимо игры в тренера, тебе и самой придётся усиленно тренироваться у некоей Галины Николаевны? Это та, с короткой стрижкой, я правильно понял? Она кто?

– Заслуженный тренер по спортивной гимнастике.

Он кивнул:

– И то хорошо. Я уж было подумал, что тоже подружка Зойкина. Кстати, чего ты мне сразу-то не сказала, что этот твой Бородин, это тот самый чемпион Европы по боевому Самбо?

– С чего это он мой? – настороженно буркнула я, но Денис был настроен мирно.

– Мы с ним пересекались уже как-то. Не друганы, конечно, но всё-таки. Он вообще человек известный в узких кругах, его частенько в воинские части приглашают инструктором рукопашником. Ну, там, в рамках плановых учений и так, если к операции какой-то спец состав подготовить. Думаю, вот, может и тебя к нему направить, раз уж вы один хрен, в одном клубе трётесь?

– В смысле?

Денис улыбнулся:

– А что? Ты ж не можешь, как нормальные люди жить, тебя ж вечно несёт куда-то. Значит, должна соответствовать. Хотя бы кадык ломать научиться.

Скорее всего шутит, конечно. Только мне как-то не смешно. Сказать сейчас? Да, пожалуй. Выдохнула, и чуть было пальцы крестиком не сложила – на удачу…

– Ленку лучше к нему направь.

Если Денис и удивился, то вида не подал, продолжал невозмутимо следить за дорогой.

– Поподробнее?

– Помнишь, я про попрошайку рассказывала? Это вообще Ленкина идея. Она прям двинулась на ней, если честно. А сегодня в технаре не была. Я сходила туда, на аллею – а той девочки там тоже не оказалось.

Денис выругался, помолчал, а потом, как я и думала, мне досталось за нас обеих. Какие мы дуры, что пороть бы нас надо, пока мозги на место не встанут и всё такое… Обидно до чертей! Я даже взбрыкнула на эмоциях:

– Ну и порол бы её, если такой идейный! Ты, блин, наездами дома бываешь, все вопросы запретами и баблом решаешь – и чего ты хочешь-то? Фактически то, что я без отца росла, что она! И жена твоя тоже, знаешь ли, далеко не идеальная мамашка, у неё одни понты на уме! А Ленка сама по себе всю жизнь! И вообще, семейка у вас странная!

– Рот закрыла!

Он сказал это спокойно, вполголоса, но мне хватило. Дальше ехали молча. Припарковался у подъезда, вынул ключи из зажигания.

– Личная жизнь, семья и бизнес. Так сложно запомнить? Или думаешь, ты мне сейчас Америку открыла? Да ты просто ни хера не понимаешь, о чём говоришь, ясно? И объяснять я тебе не собираюсь, потому, что это тебя не касается. Ясно? Не слышу!

– Ясно.

– Это было последнее предупреждение. Ещё раз – поедешь жить к маме.

Обидно, чёрт! Словно он наконец-то обозначил цену своему терпению и, заодно, моему положению при себе. Но мне хватило ума не надуться и даже коротко извиниться.

А перед сном, всё ещё часто дыша после спонтанного быстрого секса, огорошил:

– На этой неделе буду жить дома, с семьёй, а ты тут – за хозяйку. И чтоб без приключений. Будет время – буду заезжать, нет – значит, нет. По обстоятельствам.