Глава 31

Высаживая меня возле комиссионки, Ольга наконец прервала долгое, тяжёлое молчание:

– Послушай… – и, глядя куда-то мимо меня в окно, задумчиво потеребила перстень, – я не сомневаюсь, естественно, что ты перескажешь всё Денису, но… Ему и так тяжело сейчас, сама понимаешь, да? Не говори про Рахмата. Ну или скажи пока, что я не собираюсь соглашаться на предложение.

От неожиданности я даже прикрыла обратно дверь. Немного понаблюдала за нервными пальцами Боярской, поглаживающими оплетённую золотистой кожей баранку руля.

– Пока? А на самом деле?

– Ну… – она слегка пожала плечами, – скорее всего, соглашусь, чего мне терять? Но потом, естественно, когда у Дениса всё выправится. Не брошу его, это само собой. Поэтому, лучше пусть и не знает – крепче спать будет. – Глянула на меня, заискивающе улыбнулась: – Договорились? А если уж совсем по уму, то лучше напомни ему о том, что у меня в Польше есть люди, заинтересованные в партнёрстве и как бы нам их не упустить. Может, хоть тебя услышит? И вообще… береги его, он только с виду железный.

Я с трудом сдержалась, чтобы сходу не послать её куда подальше. Может, ещё рекомендаций мне выдаст, как именно его беречь? Совсем охренела?

– Самое смешное знаешь что, Оль? Я тебе не верю! – Поймала её взгляд, кивнула для наглядности. – Да, да! Где гарантии, что прося меня не говорить, ты не надеешься, что на самом-то деле, я из принципа выложу именно то, о чём ты просишь молчать?

Боярская слегка закатила глаза и криво улыбнулась.

– Угадала, что ли? – чувствуя, как закипаю, уточнила я. – Ну что ж, поздравляю, ты становишься предсказуемой.

– Вообще меня не слушаешь! – сокрушённо мотнула головой Ольга. – Мы прошлый раз, о чём договорились? Мне бабло, тебе Денис. Так? Ну так вот, если он сейчас начнёт отвлекаться ещё и на мою личную жизнь, то я точно упущу тех людей в Польше, а это идёт вразрез с моими финансовыми интересами. – Развела руками. – И всё. Ничего личного.

– А ты так уверена в том, что волнуешь его настолько, что он потеряет покой, узнав о твоём замужестве? Корона не жмёт?

– Не переживай, сидит как влитая! – фыркнула Ольга. – А не веришь – ладно, скажи ему всё как есть, но учти, если станет ясно, что из-за твоей упёртости я теряю бабло, я сама его утешу. Во имя бизнеса, так сказать. И тут уж без обид.

– Сучка ты, Оль.

– Угу. И тебе спасибо за компанию, Люд. И конечно звони ещё, если снова кроме как с сучкой, даже поболтать не с кем будет.

***

Всё окончательно перемешалось: Говорить Денису, не говорить… Что говорить, что не говорить? До этого разговора в машине я, конечно, выдала бы всё как есть – и касательно дезы для Камара, и про Боярскую с Холмиком.

О… про эту сладкую парочку так вообще – прям горело, как хотелось рассказать!

А теперь – голова шла кругом. Мой мозг, кажется, просто не был предназначен для таких задач. Удивительно, как Боярской удавалось так ловко ориентироваться во всех этих причинно-следственных связях? Сходу же всё просекала и, казалось, даже возбуждалась на них, как ищейка, взявшая след! Да и Денис такой же: тоже всё видит наперёд, поэтому и просит от меня информацию.

Решено! Надо говорить как есть, а уж он сам отфильтрует. Да и что такое личная жизнь Боярской по сравнению с проблемами его бизнеса?

…Если не предположить, конечно, что Боярская, вострящая лыжи к Холмику – тоже одна из новых проблем бизнеса…

Господи-и-и… Да что же это за фигня-то, а? Как будто мне не о чем больше голову ломать! Прав был Денис, когда не стал мне ничего рассказывать, прав был, когда говорил, что меня будет штормить! Бережёт меня от этого, а я сама лезу… А через три дня уже Москва! А ещё два зачёта впереди, и сумка до сих по не собрана. Сердце вдруг ёкнуло: интересно, а Денис-то помнит о моей поездке? А что, если забыл и так и не появится до отъезда?! Что мне тогда, уезжать, оставив записку на столе? Так ладно, нечего надумывать раньше времени!

Выкинула эту проблему из мыслей, занялась конспектами… Но поди, выкини из них ещё и Боярскую, нагло заявившую, что готова утешить Дениса… С-сучка!

Но сучка, не сучка, а то, что поболтать в воскресенье кроме как с ней мне больше было не с кем – это да. Дожилась, блин, Кобыркова. И в технаре ото всех отстранилась и школьных подружек всех забросила. Денис – как солнышко ясное затмившее весь прочий свет. А самое бесючее – то, что Ольга это просекла. Хотя… Может, она и сама такая?

***

В понедельник утром, выходя из лифта, неожиданно угодила в объятия Дениса. Он подхватил меня сходу и затолкал обратно в кабинку. Нажал кнопку четвёртого этажа, крепко обнял… Говорить вообще не хотелось, я просто млела от нежданной радости, и Денис, похоже, чувствовал тоже самое. И мы просто молчали, неподвижно наслаждаясь друг другом, пока не выбрались на этаже.

– А давай, ты сегодня прогуляешь? – он обнял меня со спины, зарылся лицом в волосы, пока я открывала квартиру. – Я весь день освободил, специально для тебя. – Войдя, захлопнул дверь изнутри, прижал меня к ней. – Боялся, только что не застану уже. И знаешь… – коснулся носом носа, – даже в технарь бы за тобой поехал. Серьёзно! Не знаю, как провернул бы это, но поехал бы точно!

Я рассмеялась:

– Зачем?

– Соскучился. Охренеть, как соскучился!

– И я…

Целовались, обнимались, шаловливо распускали руки… а потом я вдруг вспомнила!

– Ххх… Блин, Денис, у меня же зачёт! Ё-моё, долбануться! И главное, Макс, зараза, не торопит! Знает, же, что если задерживаюсь – надо…

– Так я его отпустил.

– Ты-ы-ы! – деланно возмутилась я, пихнув Дениса в грудь. – Это мой водитель!

– Да кто спорит-то? Конечно твой!

– Денис, блин, так не честно! Ты не имеешь права его отпускать!

– Ну да… ага… Ты моя, значит и твой водитель тоже мой. Логично? Так, на хрен Макса! Милаш… – прошёлся ладонью по моей щеке, заглянул в глаза. – Давай сегодня с ума сойдём, а? Серьёзно! Так чтобы прям без башки остаться, м?

Выглядел непривычно счастливым, но у меня, как ни странно, тревожно кольнуло.

– Что-то случилось?

Он рассмеялся.

– Угу. Случилось. Сегодня понял, вдруг, что на следующей неделе уже лето начнётся, а я ещё весны не видел. А ты?

– Ну… Есть немного. Особенно май комканый какой-то. Хотя и март тоже. Да и апрель…

– Ну вот. Последний день весны мы можем вместе провести, а?

– Почему последний? Сегодня только двадцать второе… – И счастливая улыбка вдруг сама собою сползла с моего лица. – Денис, серьёзно… Что-то случилось?

– Случилось, конечно! Я больше двух месяцев не трахал тебя так, чтобы ты пощады просила. Сегодня намерен наверстать, и начну прямо сейчас…

Я с трудом заставила себя оторваться от его губ. Упёрлась локтем в грудь, пытаясь отстраниться, чтобы заглянуть ему в лицо:

– Денис, а серьёзно?

– Серьёзно.

– Ну хватит! – я не выдержала волнения и, вывернувшись из его рук, отскочила в сторону. – Давай, говори, что случилось?

– Милаш, да ничего не случилось! Просто сегодня есть возможность побыть с тобой. Весь день.

– А с чего это вдруг, у тебя сегодня последний день весны?

– Так ты же уезжаешь в четверг, а приедешь уже летом.

– А завтра, послезавтра?

– Этой ночью, в два часа, я выезжаю в Москву, а оттуда самолётом в Италию на три дня.

Вот интересно – я и так его иногда неделями не видела, но знала при этом, что, чисто теоретически, он в городе. Я словно чувствовала его присутствие, и от этого было легче переносить разлуку. А сейчас, когда узнала, что он уедет, внезапно почувствовала себя пустым местом. Словно и меня не будет в эти дни, но не только в городе, а вообще – нигде…

– Ну чего ты? Иди сюда. Это же всего лишь чуть больше недели. – Денис притянул меня к себе и, вдруг закинув на плечо, потащил в зал. – Давай съедим кого-нибудь, а потом пошлём всё нахрен и просто побудем вместе, ладно? Только ты и я.

– Как в Сочи?

Он нагло сунул руку под юбку, с нажимом скользнул пальцами по ложбинке между ягодиц и ниже – между ног.

– Как в Египте, Милаш! Я уже и отель присмотрел, только тебе загранпаспорт надо будет сделать. Вернёшься из Москвы, сразу займись.

Забив на грязную посуду, начали заниматься сексом ещё на кухне, потом немножко в зале, потом переползли в спальню. Хотелось раствориться, хотелось чего-то такого, что смогло бы хоть как-то соответствовать осознанию – весь день вместе! Чего-то за гранью дозволенного, чего-то животного, развратного, такого, чтобы насытиться на неделю вперёд! Чтобы даже вспоминать о сексе было тошно!

Денис знал, что делает. Боже мой, чего он только не знал! И если я ещё иногда стеснялась особо откровенных действий, то его уверенная похоть стирала все рамки, разрушала все оковы. Как тогда в Интуристе, только на этот раз без грубости. Мы трахались, глядя друг на друга в зеркало, но теперь не украдкой, как обычно, а специально развернувшись к нему: словно смотрели безумное порно, и не было сил молчать – только орать от изматывающей неги, от невыразимого наслаждения друг другом и тем что друг с другом творим… И кажется, целью был вовсе не оргазм, нет. Даже наоборот – он стал бы последним аккордом, а хотелось бесконечной порочности друг друга. Хотелось принадлежности друг другу. «Только он, только с ним!» – и эта мысль заполоняла собой всю меня, подстёгивая и без того неуёмное желание… Ловила взгляд Дениса и читала в нём – «Только ты, только с тобой…»

Потом валялись, напоенные друг другом, и не было сил даже целоваться…