Глава 20. Полуночные гости

Первым делом, перед посещением Бранда Элфрина я начал с допроса оборотней, при котором почти не говорил, а лишь работал ногами да кулаками. В общем, выбивал дурь из очередного разбойника, напавшего на меня сегодня, напрочь несогласного выдавать своего нанимателя.

Как по мне, то смысла в этом не было никакого, ведь и я знал, что это Уилли Сезар, и они знали, что я знал. Попросту вымещал на них накатившую злобу от собственного бессилия и несостоятельности, как мужчины. Ведь я не смог удовлетворить ни Эмилию, ни себя. А лишь всё испортил своей неуместной, неуемной похотью.

Скотство!

Тем более этим оборотням хоть бы хны. Я их бью, а они смеются, следом регенерируя. Только кулаки себе сбил в кровь, да выбил одному особо улыбчивому пару клыков, за что он плюнул в меня презрительно, но улыбаться перестал, уже радость.

Как раз на допросе последнего меня и прервали. Очередной нарушитель изъявил сам пожаловать в форт, наверняка, чтобы составить компанию оборотням за решеткой. Однако обернувшись, я не поверил своим глазам.

— Оз? — вырвалось из меня. Хотя сейчас в пору назвать друга Осберном Кирхардом, потому как стоял он мрачнее тучи. А еще, держал за шкирку какую-то маленькую смутно знакомую блондиночку.

— Элика Вотердор, — вместо приветствия, представил он свою «ношу». — Настолько храбрая, что решила погулять ночью, вопреки запрета некрогорода, не говоря о королевском законе о комендантском часе.

— Я-я… — начала было она заикаться.

Внутри все болезненно сжалось от воспоминания светлых, почти молочно-белых волос Эмилии. Потому не удержался и огрызнулся:

— Что "ты"? Говори, иначе отправлю за решетку и глазом не моргну. — Кивнул в сторону соседних клеток с пускающими слюни похотливыми самцами, воняющими самой настоящей мокрой псиной.

— Я брата увидела! — воскликнула она. — Моего брата, Раффаэля! Он слонялся сегодня возле стены. А когда я все-таки рискнула и отправилась его искать, то не успела поймать, а потом заблудилась. И вот… — на одном дыхании выпалила Элика, умолкая следом. Её глаза наполнились слезами. А я еще раз вспомнил про мою проблему номер один, которая, кстати, не заставила себя ждать.

— Как ты сказала? — раздалось за спинами стражника, приведшего Осберна и его студентку. — Раффаэля? Раффкуда? Раффаэля Раффкуда?

Недоуменно обернувшись на звук голоса, Элика уверенно ответила, сверкая своими голубыми глазками, словно сапфирами:

— Раффаэля Вотердор. Он мой родной брат. Более того, он виконт! Наследник нашего рода.

Поймав мой обескураженный взгляд, Эмилия лишь поплотнее закуталась в плащ, под который успела одеть обратно свою одежду ремесленника, судя по штанам, обтягивающим щиколотки.

— Опиши его, — не унималась Мила. И та стала описывать.

Не имея ни малейшего интереса к разборкам девушек, я наконец покинул клетку с оборотнем, запер её торчащими в замке ключом со связкой и обратился к Кирхарду.

— Какими судьбами здесь? Уж не для того же, чтобы припугнуть безмозглую студентку камерой?

— Что ты, — Осберн усмехнулся со своей знаменитой безумной улыбочкой. — Я хотел найти в первую очередь тебя и моего коменданта. Ведь вернулся обратно, проведать твое самочувствие после утреннего нападения, а в комнате никого нет. Более того, по всему общежитию ходят скабрезные шуточки на тему ниже пояса, точнее твоих с Эмилем гениталий.

— Кстати, насчет этого, — хотел было рассказать другу, в чем соль наших с Эмилем отношений, но не успел ни сказать, ни передумать. Потому как за нашими спинами кто-то вскрикнул:

— Это он!

А именно студенточка-блондинка. Вскинув руки вверх, она полезла обниматься с Эмилией. Моей Эмилией. Я же чудом подавил в себе желание кинуть в неё ядовитым метательным ножом. Ведь пальцы уже чисто инстинктивно успели нащупать привычную сталь в одном из потайных карманов.

Проследив за движением моих рук, Кирхард заметно нахмурился и заступил дорогу. После еле заметно мотнул головой. Дал знак, не вмешиваться.

— Элика? — позвал он, когда обернулся к ней. — Что вы себе позволяете?

— Я-я… — моментально засмущалась студентка и разом отодвинула от себя Милу на вытянутые руки. — Я всего лишь узнала, где пропадал мой брат всё это время.

— Где? — теперь уже я решил вмешаться в разговор вопреки дружеской просьбы.

— На Эрагате, он… — и тут девушка замялась, а после посмотрела странно на Эмилию. — Он был твоим братом? Это как?

Мгновенно поняв, что что-то тут не так, Кирхард решил выпроводить студентку поскорее, пока она еще чего-нибудь интересного не узнала. А меня направил взглядом разузнать и после поделиться сведениями, когда он вернется.

Стражник молча отправился за ними следом, не препятствуя. Еще бы. Ведь наш Осберн в гневе страшен. Даже мне его не одолеть, наверное, если он разойдется не на шутку. Его навыки некромантии и чокнутость уступают разве что легендарному Вусу Дрыньке. Хотя и в этом не уверен.

— Сводным, — только и успела поправить наша комендант, пока Элику не вывели за плечи из тюремной комнаты со словами, мол, студенткам не позволено в такой час находиться в таком месте.

Я же, вновь оставшись вместе с ней и не выдержал пристальных взглядов оборотней, направленных в её сторону из клеток. Эти потные грязные скоты чуть ли не облизывались. Запоздало вспомнив про кровь и наше неудавшееся соитие, раздраженно сплюнул на пол и пригрозил всем десяти оборотням кулаком. По глазам понял — в серьез меня не восприняли.

До моего же слуха донеслось:

— Я же говорил, что это "она". Так еще и течет как…

— То есть там, в подворотне я чуть было не убил этого несносного Раффаэля, брата Элики, который приставал к тебе? — перебил смелого гаденыша за моей спиной, произнеся громко и с намеком.

Но Эмилия даже не расслышала, как будто. Стояла задумчиво и смотрела в одну точку в полу своим взглядом прелестных глазок, обрамленных пушистыми ресничками, ровненькими, одна к одной.

Не удержался, по-хозяйски приобнял её за плечи и вывел в коридор, скрипнув комендантскими ключами в замке напоследок.

Мила от резкого звука вздрогнула и тут же проронила, словно оправдываясь:

— Все сошлось, её брат исчез более полугода назад, и приметы…

— То есть твоя мачеха, Руала притащила с собой к вам в Коско чужого брата, — заключил очевидное, припоминая вид этой женщины, образ которой так сложно вырисовывался в памяти. Хм. Странно, обычно с этим проблем у меня не наблюдалось. Неожиданная догадка вновь пришла в голову. И я не выдержал, стукнул кулаком по ближайшей стене.

— Ведьма! А инициация, которую она готовила в бухте контрабандистов, это было тебя и еще каких-то дурочек. И заправляла этим действом твоя мачеха, наложившая на себя слабенькие чары отвода глаз. Чтобы образ не откладывался в памяти. Ох и хитро! Я же даже не заметил подвоха тогда, когда приходил к вам в дом, только лишь то, что ты от меня сбежала.

А глядя на округлившиеся глаза моей Милы, нахмурился еще сильнее.

— Ты должна была переспать с мужчиной, чтобы пройти обряд.

После этих слов мы оба уставились друг на друга странно. Она испуганно, а я невероятно разозлился, осознав, что попался. Ведь сердце в груди перевернулось от осознания горькой правды, которая заставила еще раз кулаком стукнуть по стене, оставляя кровавые разводы. После чего я сипло выдавил из себя:

— Так ты ведьма?!

— Я-я нет! — вначале отрицала она, а после замолчала.

— Ты знаешь, кто твоя мать? — навел её на мысль. Вдруг все же ошибся.

— Она умерла, когда я была еще совсем маленькая, — на глазах Эмилии навернулись слезы. А я отчаянно боролся со своим долгом убивать всех ведьм, едва те встретятся мне на пути, слишком уж много горя принесли они моему королевству, и желанием защитить это хрупкое создание, мою Милу. Нет, баронессу Эмилию Шеннод, которая сейчас прячется под личиной Эмиля Шен. Коменданта общежития.

— Обещай мне, — потребовал от неё. — Обещай мне, что никто больше не узнает, что ты девушка. Ты меня слышишь?!

— Но-но, а как же ваша репутация?

— Что мне до репутации, когда на кону твоя жизнь!

Всё, я не выдержал, обнял её. Нет. Стиснул в своих объятьях, переживая за эту безмозглую мелочь, которая сама залезла в пасть к саблезубому. Тем более если узнают, что именно я её инициировал и стал её траллом, то путь на плаху нам обоим.

На себя плевать. Но она? Она же и жизни еще не вкусила!

— Заду-у-шите, — прохрипело её горло, прежде чем я опомнился. Отпустил. Всмотрелся в её голубые выразительные глазки, потемневшие до состояния неба, затянутого тучами.

Еле выжал из себя хрипло:

— Не слышу обещания.

— Обещаю, только отпустите, — попросила она с надеждой. А я не хотел. Я надышаться ей не мог, смотрел, затаив дыхание, и подмечал каждую морщинку на лице, запоминая. Словно нас кто-то мог разлучить в любую минуту.

— Нет, я против, — проронил, опомнившись. Подхватил её на руки и понес обратно в комнату коменданта. — Как только увижу, что ты наконец легла спать, только тогда отпущу.

А еще в уме заприметил, решить вопрос с оборотнями, которые могут сболтнуть что-нибудь лишнего. Определенно. Уж если кулаки на них не действуют, возьму глефу или же арбалет с посеребренными стрелами. Ради таких, как они, диких и необузданных тварей, готовых человека разорвать на куски, если что-то им не понравится, я и наладил производство серебряных стрел в одной из своих артелей.

Мила же в моих объятьях присмирела и, показалось ли, но даже сама прижалась ко мне. Руку положила мне на грудь.

Ох, что же она творила со мной. Что же! Так бы стиснул и не отпустил, спрятался бы в одном из своих замков вместе с ней. Стал бы затворником. Отдал бы короне назад все свои прииски, должности, обязанности, всё! Лишь бы нас оставили в покое...

Жаль только, сама Эмилия вряд ли на это согласится.

Вздохнул, прежде чем с полпинка открыл незапертую дверь комнаты коменданта тюремных стражей.

— Там, в углу, что-то шевелится, — предупредила Эмилия со страхом в голосе.

Видно было, что она не просто так убежала отсюда. И сейчас отчаянно чего-то боялась. Посадил её на стол. Стул отодвигать долго.

После призвал магию света. Плевать на запрет. Мне можно. По крайней мере сейчас.

Огромный светлый шар моментально возник в центре комнаты и высветил какую-то черную пакость, ползающую по полу в поисках чего-то. Чего именно — не понятно. А едва эта маленькая сущность поняла, что её заметили, то она юркнула за осколок глиняной чашки, в тень ею создаваемый.

Не долго думая, достал из карманов целый веер серебряных метательных ножей. Быстрым движением ноги раздавил остатки чашки, в мелкие черепки, поднял сапог и запустил в место на полу ножами: одним, вторым, третьим. Да не проняло её. Сущность распластавшись на камне обтекла ножи, как ни в чем не бывало, и устремилась к столу. Она искала Эмилию?!

Мгновение, и в комнату влетел какой-то маг, которого я чуть не задушил, выставив ему навстречу руку.

Но он оказался проворнее. Выпустив из рук кроваво-красное облачко, он словно сжег эту черную гадость на месте.

— Нешш-ш-зрагатма, — просипел он. — Ведьмы опаивают пряной гадостью всех в городе с частицей их праматери, чтобы подчинить волю, а женщин инициировать.

— А вы кто? — я недоуменно уставился на мужчину в капюшоне. Его голос показался мне смутно знакомым.

— Папа? — спросила вдруг Эмилия, заставляя меня переживать еще больше.

Опустил руку, освобождая шею, как оказалось, Алода Шеннода.

Сам же был готов рвать и метать на месте от такой несостоятельности стражей тюремного форта. И чем они там все заняты?! Проходной двор тут устроили?!

Поняв ход моих мыслей, артефактор, вначале стиснув свою дочь в радостных объятьях, медленно опустил капюшон с головы на плечи. А после протянул ко мне руку для приветственного рукопожатия.

— Мистер Родгар, вы бы занялись заключенными, стражники внизу спят, все до одного. И даже один из директоров академии некромантов, Осберн Кирхард с какой-то девушкой, сидят на полу, я уж было подумал, что это Эмилия. Перепугался вначале. Что же до реликвии, — Алод слегка нахмурился, расчерчивая лоб тоненькой сеточкой морщин на добродушного вида лице с такими же лазурно голубыми глазами, как и у его дочери. — То мой приятель Дутти принесет её вам завтра в королевский замок, когда вы пожалуете к Хеймилю на аудиенцию. Встретьте его у привратника.

— Но откуда вы знаете? — только и вырвалось у меня, прежде чем я заметил в руках Шеннода блеснувшую червонно-красную монетку.

Артефакт возврата?!

Быстро отпустив мою руку, артефактор исчез вместе с дочерью, оставив после себя просто целую кучу вопросов, прежде чем я, опомнившись, призвал на помощь весь городской гарнизон и даже постовых. Видимо, кто-то напал на тюремный форт, в попытке освободить своих оборотней. И теперь я догадываюсь кто. Или же Алод меня провел и сам всех усыпил, из-за чего его точно ждет эшафот. Одно из двух. Одно из двух.

Все! Надоело. Перехватил ножи в другую руку и вышел из комнаты, желая любой ценой доискаться правды в этом балагане, а после найти Эмилию и любыми правдами неправдами уговорить её стать моей любовницей. Ведь о женитьбе и речи быть не может. Особенно, если она все-таки окажется ведьмой.