Глава 9

К концу поездки я засыпаю, прижавшись к окошку.

– Метро Белорусская, – громко произносит водитель и поворачивает к остановке общественного транспорта.

Москва!

Сонливо хлопая глазами, оглядываюсь кругом и выбираюсь наружу. Кто-то услужливо подает мне руку, я киваю в ответ и тут же мы с Яриком окунаемся в гомон и суету столичной жизни.

Спать хочется неимоверно!

Сказывается утреннее напряжение, и бессонные ночи. Ладно, прорвемся!

Включаю мобилу и среди множества уведомлений нахожу смс от Ольки.

Кроме адреса, она просит позвонить немедленно, как я прибуду в Москву. Она на работе, запасных ключей с собой нет и оставить негде – нужно нас встречать и размещать.

Становится немного стыдно за причиняемые неудобства.

Вид десятков пропущенных звонков от Игоря вселяет ужас, не смотрю на них – сейчас я просто не готова, постараюсь найти силы позже. Открываю дубль гис. Я в Москве впервые и самостоятельно дорогу найти не смогу. Куда уж тут разобраться провинциалке в хитросплетении станций метрополитена!

Вбиваю адрес и радостно улыбаюсь. Оля живет хоть и далеко – аж двадцать минут на метро! Зато без пересадок.

Набираю подругу.

– Приехали? – раздается вместо приветствия.

– Да, Оль…

– Отлично, как найти мой дом разберешься?

По голосу чувствуется, что ей не до меня сейчас.

– Уже, – четко отвечаю я.

– Может быть придется подождать немного, Мил – у меня тут сплошной завал!

– Без проблем, – отвечаю я, – с нами все будет в порядке, не торопись.

Кладу трубку и натыкаюсь глазами на пропущенные звонки и уведомления об смсках в мессенджерах.

Что-то разъедает меня изнутри. Где-то в глубине души корю себя за предательство…

Предательство? Думаю, что после всего произошедшего ни один здравомыслящий человек не счел бы мои поступки предательством. Скорее это меня предали…

Перезванивать я точно не буду – уверена, что телефон отобрали бандиты, но не думать об Игоре не могу. Годы любви так просто не перечеркиваются, хоть он и постарался.

Открываю смски: от угроз стынет кровь в жилах. Пробегаю их глазами, не вчитываясь – совершенно очевидно, что писал их не он.

Но что же с ним все-таки? Как можно узнать жив ли он и все ли в порядке? В том городе мне и попросить-то некого…

Еще десятки сообщений…

Последним – голосовое. Что-то заставляет прослушать его.

– Мила! – раздается на удивление бодрый голос Игоря. – Послушай, любимая! Ты меня очень сильно подставляешь, понимаешь?

Вот тебе новости! Я что, уже становлюсь виноватой?

– Мы же договорились? Понимаешь? С этими людьми

О чем он говорит? Все еще не хочется верить в такую громадную подлость любимого человека. Виню себя за то, что не разглядела этих чудовищных изменений раньше.

– Так дела не делаются. Мне предложили хорошую цену за отработку… я все понимаю, но, малыш, это самый легкий способ… да другого и нет… как еще мы отдадим эти деньги? Возвращайся, я люблю тебя и скучаю…

Он говорит еще что-то, но я уже не могу слушать. Волна презрения и гнева захлестывает меня с головой. Не знаю, как справится с эмоциями…

Отрабатывай сам!

Медленно выдыхаю и оглядываюсь по сторонам.

Московские улицы оглушают людским многоголосьем. Смотрю – сыну тоже все интересно и нравится глазеть по сторонам. Ну и прекрасно. Будто бы у нас семейное путешествие, а не побег от бандитов.

Добраться до Ольгиного дома не составляет труда – транспорт в Москве ходит четко (не чета нашему провинциальному), улицы чистят до блеска – без всех этих грязных сугробов и льдин.

Надо было нам с Игорем тоже в Москву перебираться… при мысли о муже болезненно сдавливает сердце. Сжимаю губы и усилием воли запираю эти мысли в тяжелый сундук памяти – еще не время. Я не готова об этом думать прямо сейчас.

Олькин двор мне сразу очень нравится – просторный, длинный. В глубине, за стройными рядами гаражей виднеетя небольшое озеро, еще покрытое полупрозрачным льдом.

Какая красота!

Дом – хоть и обычная панелька, и выглядит совершенно заурядным, но совсем не прост как может показаться на первый взгляд. Все парковочные места у подъездов уставлены дорогими иномарками. Я хоть и не слишком разбираюсь в машинах, но значки бмв и мерседеса знает любой, верно?

Мой подъезд – третий. Располагаемся с Яриком на лавочке и начинаем терпеливо ждать.

Пирожки давно все съедены, а на дне бутылочки плещется совсем немного воды.

Хоть бы Оля не задержалась допоздна. Памперсов у меня больше нет, как и денег их купить. Цены сейчас такие, что и на самую дешевую упаковку не хватит!

Не смотря на яркое солнце в небе и чудесную погоду быстро становится прохладно. Я погружаюсь в невеселые мысли и не замечаю, как к подъезду плавно подъезжает роскошный автомобиль.

Задние дверцы распахиваются. Краем глаза вижу появившихся мужчину и женщину.

Чуть поворачиваю голову и уже собираюсь отвернуться, как застываю разинув рот – роскошная шатенка, вышедшая из классной тачки ни кто иная как Олька! Моя Олька!

– Обалдеть… – шепчу беззвучно губами.

Оля улыбается мне и спешит навстречу.

– Ну как вы? – произносит она. – Замерзли?

Отрицательно качаю головой, а Ярик и вовсе заливается счастливым смехом глядя на красивую тетю.

– Какая ты клевая, Оль, – восхищенно шепчу ей на ухо, целую в щеку.

Стильный макияж, чувственный аромат, одежда – Оля просто конфетка.

– Так, – раздается низкий бархатистый бас, от которого я мгновенно покрываюсь мурашками, – значит вы и есть та самая Мила, из-за которой так распереживалась Ольга Сергеевна?

С легкой полулыбкой Оля отстраняется давая, возможность мне увидеть говорившего.

Какая самонадеянность! Прекрасно видно, что Оля почтительно отходит чуть в сторону перед мужчиной.

К нам ближе подходит солидный широкоплечий мужчина лет тридцати пяти. Светло коричневое пальто прекрасно сидит на отличной фигуре, идеально сочетаясь с темно-синим деловым костюмом. Бордовый галстук контрастирует с белизной сорочки.

Темно-коричневые, почти черные туфли блестят чистотой и элегантностью.

Просто и элегантно. Но не его одежда привлекает мое внимание.

Немного испугано смотрю в его лицо.

Настоящий красавец, красивый тем особенным типом мужской, именно мужской, красоты: высоких лоб сразу же выдает интеллектуала, массивный подбородок – волевой характер… четко очерченные губы приоткрывают белоснежные ровные зубы. А легкая темная щетина свидетельствует о непокорном, каком-то бунтарском духе.

Она будто бы говорит окружающим: «Смотрите, на мне дорогой отличный костюм – как и полагается. Прекрасная дорогущая машина – как и полагается. Но играть я буду только по своим правилам – не так как полагается, а как сочту нужным!»

Меня обдает жаром, и я чувствую, что заливаюсь краской. И чего я пялюсь на него так? Это же не прилично!

Карие глаза смотрят на меня с интересом и изучающе.

– Здравств… – лепечу я и замечаю, как Олька вскидывает бровь.

От этого смущаюсь и краснею еще сильнее. Готова просто провалиться сквозь землю!

Да что со мной происходит.

Он приближается ко мне. Надвигается словно скала – огромный, красивый, уверенный в себе.

Весь его облик говорит только об одном – все будет так, как захочет он. И горе тому, кто решит встать у него на пути.

А сейчас здесь стою я…

– Здравствуйте, – произносит он негромко после короткой паузы и протягивает мне руку.

Я стараюсь оторваться от его притягательных глаз, но ничего не могу поделать – я в трансе или гипнозе.

Он подходит еще чуть ближе, и меня окутывает его ароматом.

Ноздри непроизвольно расширяются, стараясь вобрать в себя побольше.

Что это за аромат – я не знаю. Какая-то удивительная смесь цитрусовой нежности и свежести морского ветра, с пряными едва уловимыми нотками…

Разгораясь от стыда, понимаю, что мои соски набухли и встали торчком! Хорошо, что сейчас только весна, а я в куртке и этого не видно!

Может быть это от холода?

В его глазах вспыхивают золотистые искорки.

Может быть и от холода, конечно, но…

Так, Мила! Возьми себя в руки и не позорься!

Ты, вообще-то, замужем!

При мысли об Игоре я словно спускаюсь с пушистого облачка на грешную землю.

Отвечаю на рукопожатие. Твердая ладонь властно обхватывает мою ладошку и сильно, но нежно сжимает в приветствии.

– Марк Андреевич, – представляется роскошный атлет, – Марк.

– Мила, – лепечу в ответ.

– А это что у нас за богатырь такой?

Марк без всякой чванливости наклоняется к сыну и протягивает руку и ему. Малыш заливается смехом и с интересом смотрит на незнакомца.

– Это Ярик, – спохватываюсь, – Ярослав, мой сын…

– Поня-ятно, – низкий бас переливается, как урчание сытого льва. – Такого мужчину никак нельзя было заставлять ждать. Вы, Ольга Сергеевна, меня абсолютно правильно убедили.

– Марк Андреевич, мне нужно проводить их в квартиру, вы подниметесь? Может быть, чаю или кофе?

Сама не осознаю, как с надеждой смотрю на него.

Никому и ни за что, даже самой себе, я никогда бы не призналась, что мне очень хочется, чтобы он поднялся вместе с нами.