Глава 21

Свидание не задалось. Хотя… Может сейчас оно как раз и задалось. Мне гораздо больше нравится гулять с Полиной по ночному городу, чем бродить по залитому светом залу. Наедине со мной она будет более открытой, более настоящей.

Делаю шаг и мы вместе идем по заснеженному, едва освещенному фонарями тротуару.

Снежинки кружатся в свете редких фонарей и мы любуемся их танцам. Раньше никогда на такие вещи не залипал, а вот сейчас хочется.

Все сегодня будто способствует нашей прогулке. Мороз, до этого державшейся пару дней, резко пропал, и лаже ветра с моря нет, хотя обычно задувает с сентября по май. Но сегодня ночью на улице тихо, хорошо, и даже почти не холодно.

-Прости, - улыбаюсь Полине. – Испортил такой хороший вечер.

-Глупости, - отмахивается она. Я вижу, что не расстроена, мне даже кажется, что ей тоже больше нравится бродить вот так по пустынному городу, чем блистать при свете ярких ламп у всех на виду.

-Не злись на Мишку, он не плохой, просто… - стараюсь оправдать друга. Обидно будет, если Поля станет считать его психом.

-Просто любознательный, - улыбается Аполлинария Сергеевна. – Понимаю. Такой человек, никуда от этого не деться.

Вот ведь, как быстро угадала! Как легко поняла и приняла дурацкую ситуацию. Будто и не расстроило ее вообще это приключение. А ведь с виду и не скажешь, что такая боевая. Улыбаюсь. Мне кажется, что эта женщина создана специально для меня. Просто упорно скрывает свою настоящую сущность под слоем льда

-Ты знаешь, - заявляю весело, – а ты ведь одна из немногих, кто правильно назвал эту его черту характера. Многие читают такое поведение дуростью, невоспитанностью.

-Саш, я - педагог, я умею отличать дурость от любознательности, - ­ Полина улыбается устало, но я понимаю, что эта осталось не от того, что Поля вымотана, а потому что ей надоело разрываться между своими педагогическими принципами и истинными желаниями. Вижу же, что Аполлинарию Сергеевну тянет ко мне. Поэтому упорно пытаюсь заговорить ей зубы. Чтоб расслабилась, чтоб заинтересовалась, чтоб был повод поговорить со мной нормально. Я ей какие угодно доводы придумаю, какие угодно условия создам, лишь бы не уходила. Лишь бы побыла со мной еще немного, дала возможность успокоить, войти в доверие.

-Всем бы педагогам такими быть, - весело улыбаюсь и быстренько вспоминаю все самые весёлые истории, которые со мной случались, благо, их очень много. – Ты знаешь, сколько раз мы с сестрой выхватывали за такую «любознательность». Мы ведь с ней оба тоже любопытные. Это сейчас страсть к исследованиям выход нашла – я на тендер работаю, Гелка по своей обожаемой литературе статьи строчит. А в школе лезли всюду. Забрались в лабораторию и взорвали ее к чертовой матери!

-Боже, как?! – удивляется Поля и я не могу налюбоваться на ее искренние эмоции. – Ну ты же в этом разбираешься!

-Я – да, - вновь заманиваю Аполлинарию Сергеевну рассказом, -  а у Ангелинке дыра в голове, зато цвета хорошо различает. Попросил ее налить из синей колбочки, а потом выяснилось, что та колбочка, которая мне была нужна, голубая, а она взяла именно синею.

Полина уже без всякого стеснения хохочет, а я растворяюсь в ее смехе. Расслабься, моя хорошая, доверься мне. Я тебе все что угодно расскажу, какие угодно истории вспомню, только не покрывайся ты снова своею броней, не каменей, не вспоминай о дурацких принципах и своих установках.

-А ты почему не проконтролировал? – спрашивает Поля.

-Занят был, - развожу руками, - с Крестным по телефону разговаривал. Подбирал правильные формулировки, чтоб не соврать, но не выдать где мы. У Ангелинки это, вообще-то, лучше получается, но отец считает меня более благоразумным и доверяет больше. А потом, уже когда учились в институте, мы с Гелкой решили проучить Тамару Александровну, и подсунули ей игрушечную мышку! Тамару Александровну знаешь уже?

Полина с улыбкой кивает.

-Вот как-то она перегнула палку и я психанул. Хотя кому я вру? Ангелинке стало скучно и я очередной раз пошел у нее на поводу. Вот есть у меня дурная черта – прочно сидеть под каблуком у женщин, которых люблю.

Бросаю лукавый взгляд на Полину. Пусть заранее оценит все преимущества. Я ведь и на самом деле спокойный и покладисты, жизнь с сестрой научила тому, что с женщиной лучше лишний раз не спорить, а нужно молча брать и делать по-своему, спокойней выходит.

Хотя, мне кажется, что Полина не стала бы вить из меня веревки так, как это делает Гелка. С Ангелиной я постоянно держу ухо востро, потому что сестра при первой же возможности садится на голову и ножки свешивает, будто обычно я ей не позволяю всего, что в голову взбредёт.

Но Поля не такая. В ней я чувствую тепло, женскую мудрость, желание заботиться. Уверен, что рядом с ней я смогу расслабиться и быть милым домашним котярой, которого гладят, тискают и мотивируют на подвиги. А уж подвиги ради семьи я совершу, с детства приучен заботиться о близких.

-В общем, - продолжаю рассказ, чтоб не дать Полечке погрузиться в свои мысли. Думать Аполлинарии Сергеевне сейчас противопоказано, а то опять что-нибудь невероятное про наши запретные отношения себе сочинит, - план был простой – я сажаю игрушечную мышку на пульте управления под шкаф, а Гелка стоит под окнами и в нужный момент ее выпускает. Мышка едет, все пищат, я потом ловлю и выкидываю в коридор, но на самом деле сую себе в карман, кто ж там разбираться то в суматохе будет?

Но все пошло через… - на мгновение запинаюсь, - не через правильное место, смягчим выражение. Все пошло не через правильное место, как и всегда у моей сестры. Она решила общаться не по телефону, а через рации. Одна у нее, одна у меня в сумке.

А дальше…С одной стороны, не повезло в том, что я не успел поймать мышку, ее схватил Антон и, придурок, заорал на всю аудиторию, что эта игрушка. Не со зла, просто не сообразил сразу. И в этот момент можно было еще отбрехаться, но у меня из сумки вдруг начинает кричать рация: «Кречет, Кречет, я сова, дело сделано, как слышно? Прием». Я эти слова на всю жизнь запомню!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Поля хохочет на всю улицу. Да, конечно, сейчас это звучит смешно, а вот тогда было не очень.

-Что тебе за это было? – с любопытством спрашивает Полина, немного придя в себя.

-Первая седина мне за это была и нервный тик в придачу, - фыркаю в ответ. – Думал умру у двери деканата. Я был еще совсем неопытным, зеленым студентом, думал отчислят.

-Андрей Степанович говорил, что и правда собирались, - замечает Поля, но тут же примолкает. Неужели боится задеть мою тонкую, ранимую душу? Зря. Это в первый момент я был зол, а потом успокоился. Вижу же, что ко мне Полина тянется гораздо больше, чем к нему.

-Меня спасла чистая случайность! – продолжаю рассказ. - В этот же день мое блондинистое несчастье познакомилось со своим будущим мужем и по совместительству внуком Тамары Александровны.

-Так вы родственники? – изумляется Полечка. – Как Гела с такой свекровью ладит?

-Веришь? Прекрасно! – ехидного хмыкаю. – С ней Вадим так не ладит, как Ангелинка. Две змеюки нашли друг друга.

-Сашка! – восклицает Полина с укором, но сама не может удержаться от смеха.

-Ну а что Сашка? – удивляюсь. - У обеих характеры, как атомная война, – беги, спасайся, кто может. Ты совсем другая, – не могу сдержать умиления при взгляде на хорошенькое личико. - Ты только с виду стерва, - внезапно решаюсь озвучить свои тайные мысли, - внутри ласковая, как котенок. С тобой расслабиться можно, согреться. Поль, - улыбаюсь ласково, - ну хватит тебе леденеть! Я буду самым надежным, сильным, взрослым, честно! Ты же сама видишь, как нам хорошо вместе! Не капризничай, дай хотя бы шанс.

Разворачиваю Полину чтобы видеть ее лицо. Девушка отводит взгляд, но я чувствую, как она трепещет в моих руках. Есть мужская интуиция и ее не провести – Поле я нравлюсь. Я вижу это по тому, как дрожат ее ресницы, по тому, как девушка упорно пытается смотреть мимо меня, по тому, как закусывает губу.

-Хватит врать, что я тебе безразличен, - произношу с ласковым укором, - Все равно у тебя очень плохо получается.

Осторожно беру девушку за подбородок и все-таки заставляю Полю посмотреть мне в глаза. В ее взгляде бесконечная нежность. Полина интуитивно подается ко мне, прижимается чуть ближе, хотя, наверное, даже сама этого не понимает. Но мне даже этого маленького поощрения достаточно.

Сгребаю девушку за талию и прижимаю к себе. Утыкаюсь носом ей в макушку, мгновение наслаждаюсь запахом сладких духов вперемешку с тонким, едва ощутимым ароматом самой Полины. Крышу сноси мгновенно, да и смысла медлить я не вижу. Пока Поля не сопротивляется, нужно успеть как можно больше. Чтоб показать ей, что в этом нет ничего страшного.

Целую девушку сначала в макушку, но не могу удержаться и перехожу ниже к лбу, скольжу губами по щеке и притягиваю Полю к себе еще ближе.

Девушка подается всем телом, сама льнет, и я окончательно убеждаюсь в том, что мои чувства взаимны.

Где-то вдалеке раздаются голоса. Полина еще не слышит, слишком увлечена нашей близостью, но я проблему быстро замечаю и устраняю. Просто подхватываю Полю за талию и увлекаю в ближайшую подворотню. Не сильно романтично, но пока и так сойдет.

Хочется прижать желанную добычу к стене, но сейчас слишком холодно, поэтому просто сжимаю как можно крепче в объятиях и нахожу ее губы.

Полина не сопротивляется, наоборот, сама впивается тоненькими пальчиками в мою куртку и позволяет себя целовать.

Нежно и настойчиво прикасаюсь губам Поли, размыкаю их языком, проникаю внутрь, заставляю целовать в ответ. Сейчас в моих руках самая лучшая девушка на свете и у меня есть всего пара минут, чтоб доказать ей, что друг без друга мы уже не можем.

Меня уносит. Скольжу руками по тонкому девичьему телу. Между нами огромный слой зимней одежды, но каждое прикосновение – будто удар тока.

Хочется стиснуть Полину до одури, прижать к себе как можно ближе, пропитаться ее. Скрыть от всего мира, защитить, укрыть в объятиях и больше не отпускать ни на мгновение. Крышесносные ощущения.

Нет, у меня и до Поли были девушки, но там все было просто, из любопытства, мне было интересно что и как, что за зверь вообще такой этот самый «секс».

Но с Полиной все по-другому. У меня срывает крышу от ее близости, от осознания того, что эта удивительная девушка рядом со мной, что я целую ее, пусть она сама скорее всего будет от этого поцелуя совсем не в восторге. Ну это дело поправимое, у нас ее куча времени впереди, успею убедить в том, что мы созданы друг для друга. А пока, извините хотела романтики – не надо было капризничать. Сейчас мы не можем оторваться друг у друга в темном чужом дворе.

Поля сначала теряется, но затем отвечает на поцелуй. В ее движениях не меньше страсти. Девушка закидывает руки мне на шею, старается притиснуться еще ближе, хотя ближе уже и некуда.

Мысленно проклинаю зимнюю одежду. Блин, ну должен же здесь где-то быть теплый подъезд?

Ни о чем пошлом не думаю, просто потискать ее вдоволь, почувствовать под руками женские округлости, а не мех шубы.

Но, видимо, сегодня вечер дурацких совпадений. Я урываю пару мгновений невероятной близости, а потом понимаю, что голоса приближаются. Веселая компания сворачивает во двор и на нас с Полей падает свет от фонарика.