Глава 21. Василиса

Глава 21. Василиса

— Что ты тут делаешь?! — в удивлении остановившись у порога комнаты, смотрю на коленопреклонённого мужчину с охапкой ромашек.

— Васька, — тянет он, широко улыбаясь. — Выходи за меня замуж.

Закатываю глаза и, тяжело вздохнув, сглатываю подступающую тошноту. Дурацкий токсикоз решил проявить себя в самый неподходящий момент. Как бы меня сейчас не стошнило на букет цветов.

— Подожди, я речь подготовил, — останавливает жестом. — В общем. Начнём всё с чистого листа. Построим свой дом, свою семью. Твоего ребёнка я готов принять как своего и дать фамилию. Сплетники пикнуть не посмеют. Заживём, Вась. Можешь вовсе не работать. У меня стабильная работа с перспективой повышения. С деньгами проблем не будет.

— Это всё? — выгибаю бровь и осматриваю улыбающегося Павла.

— Нужно ещё что-то? Вась, ты лучше меня никого не найдёшь. Сама знаешь, как у нас на женщин с прицепом смотрят, — продолжает разглагольствовать участковый.

— С прицепом? С каким это? — хмурюсь я. — И встань уже. Речь сказал, замуж позвал. Миссию выполнил. Кольца, правда, не вижу.

— Не прикидывайся, я про ребёнка, — тычет в моё пузо мужчина и поднимается. Колено отряхивает и протягивает ромашки. — А кольцо, мать сказала, даст бабушкино, как только согласишься.

— Шикарная перспектива, — хмыкаю, отшагивая назад. — Только в этом случае прицеп — это ты, Паш. Все, кто захочет быть рядом со мной, автоматом станут прицепами. А ребёнок в данный момент — часть меня, в будущем — часть моей семьи. И нет, я не выйду за тебя замуж.

— Почему, Вась?

— Потому что я тебя не люблю. И ты меня не любишь. Хватит уже бегать за мной. Ты хороший и порядочный. Бываешь иногда. Но между нами может быть только дружба.

— Мажора будешь своего ждать? Не придёт! Ты ему не нужна, Вася! — повышает голос Павел.

— Не жду. И да, не нужна. А теперь покинь мою жилплощадь, пока я на тебя заявление не написала и Кешу не натравила! — строго чеканю я.

— Пожалеешь ведь, а я больше предлагать не буду. И бегать за тобой тоже не буду! — обижается мужчина и, уронив цветы, идёт на улицу.

— Очень надеюсь, что ты сдержишь своё слово, — хмыкаю, подхватывая ромашки, они ведь не виноваты ни в чём.

Выпроводив участкового, осматриваю пустой дом. Чувствую острое разочарование на грани боли. Честно говоря, когда шла сюда, какая-то часть меня, та самая глубоко запертая девочка, надеялась встретить Артура. Увидеть ещё разок. И сейчас она ужасно несчастна и раздосадована.

Выхожу обратно на крыльцо. На первые звёзды смотрю с грустью. Зря вообще я вспомнила о нём. Зря сюда пришла.

Смахиваю дурацкие слёзы и решительно удаляюсь к себе. Нет, я в этом доме точно жить не собираюсь. Завтра предложу деду продать его к чертям. Если откажется, угоню бульдозер и сравняю с землёй дом. Всё равно стоят без дела эти машины.

Ранним утром меня будит не очередной токсикоз. Ранним утром меня будят мужские голоса, грохот строительного оборудования и гогот Кеши.

Сонно моргая, выглядываю в окно. Возле соседнего забора стоит бульдозер. Надо же. Неужели я ночью лунатила? Или деда мои мысли прочёл?

— Васька! — машет дедуля шляпой. — Иди сюда, я решил тебе не просто ремонт сделать, а новый дом построить. А что! Машины все есть, материалов тоже гора. Никто их не забирает. Используем, пока не своровали.

— Ты хочешь своровать то, что ещё другие не своровали, — поправляю я.

— Цыц, не спорь. Я уже всё согласовал, — фыркает дед и указывает на здание местной администрации.

— Песок, цемент и щебень принадлежат не Борису Ильичу, дедуль, — говорю и закрываю окна.

Быстро умывшись, спокойно завтракаю, прислушиваюсь к гулу голосов и рёву машин. Планирую свой рабочий день и вспоминаю, что вообще надо успеть сделать до конца лета.

— Ты готова? К нотариусу съездим, — заглядывает деда.

— Давай не сегодня, — вздыхаю тяжко. — Зачем нам переписывать этот дом? Пусть на тебе остаётся.

— Помру, тебе с наследством возиться надо будет. Как ты с малым будешь носиться по инстанциям? Лучше сейчас всё сделать.

— Никаких «помру», дедуль! Ты будешь жить лет до ста, если не больше! — рявкаю и, зажав рот ладонью, бегу к раковине. — Я вправду не могу сегодня, работы много. Ещё и токсикоз вот.

— Ладно, — вздыхает близкий родственник. — Хотя бы проект дома посмотри.

— Ты успел уже и проект дома нарисовать? — бубню, склонившись над раковиной и дыша короткими вдохами.

Дедуля угукает и, шаркая тапочками, удаляется. Включаю воду и пережидаю дурацкий приступ. За спиной шуршат плотной бумагой. Мой старик, похоже, глобально подошёл к процессу. Даже интересно, что он там нарисовал. Он же совсем не архитектор и не дизайнер.

— Ну что там? — разворачиваюсь с улыбкой, представляя дом с треугольной крышей, и изумленно застываю.

— Привет, Василиса, — тихо так здоровается Артур. Стоит у порога, сунув руки в карманы джинсов.

На нём обычная чёрная футболка с белыми пятнами от пыли. Самые простые кроссовки, и нет никаких аксессуаров в виде его супернавороченных часов, очков и цепочек. Волосы взъерошенные, щетина, переходящая уже в бороду. И глубокие тени под глазами. Только сами глаза горят синевой, прямо в душу заглядывают.

— Что ты тут делаешь? — выдыхаю и, резко отвернувшись, выплёвываю весь свой завтрак в раковину.

Вздрагиваю, ощущая тёплую ладонь на пояснице. Он скользит вверх по позвоночнику, собирает волосы и придерживает. А меня озноб охватывает и в холодный пот бросает. Хочется одновременно прижаться к его груди и отлупить лопатой по маковке.

Отдышавшись, ополаскиваю рот, разворачиваюсь и отталкиваю мужчину. Он отступает лишь на шаг и всё равно стоит слишком близко.

— Я задала тебе вопрос, — цежу сквозь зубы, сжимая кулаки.

— У меня здесь заказчик живёт. Нанял меня для постройки дома мечты его внучки.

— Очень смешно. А теперь правду, — хмыкаю, дёргая голову выше.

— Я приехал к тебе, Василиса. И без тебя не уеду, — совершенно серьёзно заявляет Артур и смотрит так пытливо-препарирующе.