Глава 12

Но Денис не торопился, все смотрел на нее, изучал. Неужели она теперь будет жалеть его? Тогда Лада не стала ждать, сама потянулась и припала к его губам, сама начала целовать, захватывая то нижнюю губу, то верхнюю.

— Лада, — только собрался попросить принести шарф, как она возьми и лизни его, отчего возбуждение буквально сковало по рукам и ногам. Если сейчас же ее не остановить, то позора ему не миновать. — Чай остынет.

— А чай важнее? — заглянула в глаза, в которых прочитала растерянность, Денис явно в замешательстве. — Ты прав, остынет, — и вернулась к раскладыванию печенья. — Садись.

После чаепития и болтовни ни о чем двое разошлись по своим комнатам. Но уснуть сразу ни у Лады, ни у Дениса не вышло. Лада все думала о его словах «не надо жалости». Может и не надо, но она ведь не бесчувственный истукан и да, черт побери, ей его жалко, безумно жалко. Стоит только представить крошечного ребенка, нуждающегося в любви, заботе, но брошенного еще и искалеченного, как слезы сами собой текут ручьем. Пусть Королев уже давно не ребенок, однако, что-то подсказывает, в его душе по-прежнему живет одинокий мальчик. А Денис размышлял над тем, правильно ли он поступил, выложив ей все правду-матку о себе. И что будет дальше? Как будет? Честно говоря, после этого вечера откровений страхов поприбавилось. Лада все храбрится, думает наверно, под маской у него шрамы, только вот там не только шрамы. И если она увидит его лицо полностью, облегчения не испытает, зато отвращение вполне.

Утром Лада проснулась первая и сразу направилась в душ. Королев обещал на сегодня прогулку по городу, так что, чем раньше начнут, тем больше мест успеют посмотреть. А вот с одеждой пришлось повозиться, сначала нарядилась в юбку и шифоновую блузку, все ж Таня строго-настрого запретила разгуливать в запростецких нарядах, но потом плюнула на все советы подруги и переоделась в обычные джинсовые шорты с белым топом. В конце концов, они по городу будут гулять, а не в пафосных ресторанах рассиживаться.

Но прежде чем отправляться в поход, надо бы покрепиться. Тогда пошла, искать Дениса. А он видимо еще не проснулся. Лада осторожно постучалась в дверь:

— Денис? Ты спишь? — однако ответа не последовало, а когда коснулась ручки, поняла, что дверь заперта.

Просто прекрасно! Он заперся! И наверняка от неё, чтобы не вломилась ненароком. Н-да, доверие прямо-таки налицо. Видимо вчерашний разговор действительно был ошибкой. Но раз Денис так боится её, хотя совсем недавно ситуация была до точности наоборот, то не стоит и лезть. Думала, проявит инициативу, сделает пусть и маленький, но шаг навстречу, только это всё лишнее.

В итоге забралась на диван с ногами, вставила в уши наушники, взяла любимый блокнот и приступила к работе. Крамер небось ждет не дождется второго эскиза. Хотелось верить, что к ее возвращению он успокоится, все-таки работать с этим павлином становится невыносимо, если он чем-то недоволен.

За рисованием и музыкой не заметила, как прошло аж два часа.

— Вот теперь совсем хорошо, — внесла последние штрихи. И если Денису понравится, уже отправит Кириллу.

В этот момент пиликнул телефон.

— Ого! Никак ноосфера в действии, — открыла сообщения.

«Привет, Лад! Надеюсь, у тебя все хорошо. Я обработал тот эскиз, что ты сбрасывала, и 3Д модель сбросил Королеву»

А следом прилетело еще одно:

«Как дела? Ты ведь не сердишься на меня за тот инцидент около твоего дома?»

— Вообще-то сержусь, — пробубнила себе под нос, но ответила совсем другое.

«Привет! Дела нормально. И нет, уже не сержусь. Постараюсь сегодня сбросить тебе второй эскиз, если, конечно, Денис Викторович одобрит»

«Хорошо. Извини меня еще раз, сам не знаю, что на меня нашло»

— И за какой инцидент он так усердно извиняется? — раздалось сверху, из-за чего Лада выронила телефон.

— Блин! — схватилась за сердце. — Ну, кто же так пугает?!

— Виноват, — Денис стоял сзади, облокотившись на спинку дивана. — Так, что за инцидент?

— Да ничего особенного, — быстренько подняла телефон и еще быстрее вышла из сообщений. — Просто повздорили накануне вылета.

— И он снова приезжал к тебе? — приподнял одну бровь.

— Приезжал, — встала на колени и тоже облокотилась на спинку. — Хотел обсудить некоторые рабочие моменты, ну и мы разошлись во мнении, поспорили. Крамер вспыльчивый.

— А почему мне кажется, что это неправда? Он ведь явно неровно дышит к тебе.

— Может и неровно, зато я к нему очень даже ровно. А в чем дело? К чему эти вопросы?

— Учти, я могу и на хвост ему наступить, если будет продолжать ошиваться вокруг тебя.

— Это угроза? — расплылась улыбкой. — Но почему адресована мне?

Вдруг Денис достал из кармана шарфик и аккуратно завязал ей глаза.

— Потому что, — взял за подбородок, потянул вверх, чтобы задрала голову, — я не потерплю других приматов на своей территории, — и поцеловал.

А спустя пару минут Лада уже сидела на спинке дивана, тогда как Денис стоял у нее между ног. Его губы касались щек, подбородка, потом шеи, плеч. А в какой-то момент Лада ощутила его пальцы, что взялись за бретельки.

Скоро глазам Дениса предстала совсем небольшая грудь с затвердевшими сосками. Он как можно осторожнее провел подушечками пальцев по нежной коже, отчего Павлова покрылась мурашками.

— Ты невероятно красивая, — до чего же захотелось прикоснуться к этой совершенной груди губами, ощутить ее мягкость, нежность.

Лада в свою очередь точно онемела. Вот бы он дотронулся, а лучше поцеловал. Грудь у нее одна из мощных эрогенных зон, даже легкое касание мгновенно пробуждает желание. Хотя, что уж кривить душой, ее тело полностью состоит этих самых зон — уши, шея, запястья, живот, спина, не говоря уже о том, что ниже.

И наконец-то он поцеловал. Но снова его прикосновения были слишком неловкими, робкими. Будто у него это впервые.

— Скажи, — хотела было коснуться его шеи, но поборола порыв, все равно не даст, — а почему ты закрылся? Переживаешь, неожиданно нагряну?

— Я только за одно переживаю, Лад. Что ты больше не захочешь меня видеть.

— Ясно… что ж, — и все возбуждение разом сошло на нет, тогда быстренько вернула бретельки на место, — ты обещал показать мне город. Предложение все еще в силе?

— Да, конечно, — и поспешил надеть маску. — Завтракать будем здесь или спустимся в ресторан?

— В ресторан, — сняла шарф.

Денис и рад бы сгладить ситуацию, только как ее сгладить, если сам каждый раз все портит. Быть с Ладой хочется безумно, хочется ощутить ее всю целиком, да что там, хочется быть для нее всем, а еще наконец-то расслабиться, побыть самим собой, но страх сильнее этих желаний. И ведь надо бороться со страхом, всю жизнь боролся, а тут пасует. Если Лада испытает отвращение, это будет ударом ниже пояса. Сейчас есть хоть какая-то иллюзия взаимной симпатии. Еще Крамер продолжает маячить, значит, не оставляет шанса добиться своего. И да, Лада соврала по поводу спора, было что-то другое, отчего стало так погано на душе. Может, приставить к ней охрану, когда вернутся в Москву? Пусть последят. Или лучше к этому Донжуану недоделанному. Стоит об этом подумать.

За завтраком Лада вела себя тихо, задумчиво, отстраненно, что называется, вся в своих мыслях. А подумать было о чем, вернее, о ком. Денис вдруг переменился, в нем пропал былой интерес, да и напор куда-то делся. Безусловно, физически он проявляет больше внимания, те же объятия, поцелуи, а вот морально словно закрылся, причем на все возможные замки. Может, взять и прекратить навязываться? Прекратить задавать вопросы, просить больше того, что есть сейчас. Наверно так будет правильнее.

А Денис точно сканировал ее, улавливал каждое движение, каждый вздох и чем дольше наблюдал, тем ему меньше нравилось то, что видел.

— Я все, — оставила тарелку, — можем идти… гулять, — постаралась мило улыбнуться, однако вышло ненатурально. — Куда отправимся?

— Можно в музей золота. Думаю, тебе как дизайнеру будет интересно. Там есть, на что посмотреть. А после прогуляемся по городским улицам.

— Мне нравится, — и снова вымученная улыбка.

Вдруг опять у нее запиликал телефон.

— Крамер? — не смог не спросить.

— Нет, — быстро прочитала сообщение и спрятала телефон в рюкзачок, — Таня. Мы с ней вчера долго обсуждали, чего бы ей больше всего хотелось получить из Колумбии. Сейчас вот определилась.

— И?

— Кофе хочет и сладостей. Мы с ней обе обжоры сладкоежки.

— А чего тебе хочется? — взял-таки за руку, когда сели в машину, за рулем которой заседал телохранитель.

В ответ Лада весьма неоднозначно посмотрела на него. На самом деле она поняла еще вчера, чего ей хочется. Его! И как так вышло, что настолько быстро изменилось отношение к Королеву, непонятно, но факт есть факт. Да, ей безумно хочется его и до подкожного зуда хочется уже снять эту маску, потому что она лишняя. Но как этого добиться?

— Наверно тоже кофе. Все-таки Колумбия страна кофе, — и ощутила прилив желания, ведь Денис опять начал выводить круги на ладони. Что же он творит? Сам заводит, а потом останавливается на полпути. Ну, нет, это уже невыносимо. И забрала у него руку.

На что он еле заметно усмехнулся, после чего и вовсе отвернулся к окну.

Спустя час были на месте. И стоило войти в двери музея, как Лада пропала. Королев оказался прав на все сто, это место именно то, что нужно. Грубые украшения из пластинок и монет, маски, посохи, символика. И все золотое, сияющее, яркое. В итоге почти весь день потратили на музей, обошли все помещения, некоторые экспонаты Лада перерисовала себе в блокнот, другие сфотографировала. Теперь будет над чем поработать, все-таки некоторые мотивы можно взять на вооружение, например, для будущей коллекции.

— Ну как? Понравилось? — наконец-то покинули нереально огромное здание.

— Даже не представляешь как. В глазах до сих пор рябит от обилия золота, — спрятала блокнот в рюкзачок.

— Проголодалась?

— Угу. И хочется чего-нибудь очень национального.

— Это можно.

Остаток вечера они гуляли по городу, ели кукурузные лепешки с сыром и мясом.

— Кстати, а ты знаешь, что сегодня в отеле дискотека, — Лада взяла его под руку.

— Хочешь сходить?

— Хотела бы сходить с тобой.

— Из меня танцор, мягко говоря, никакой.

— Из меня тоже, подумаешь проблема какая, — улыбнулась. — Ты ведь домосед, так?

— Так.

— И я домоседка. Почему бы нам именно сегодня не побыть тусовщиками?

— Предложение заманчивое. Но при одном условии, — вдруг развернулся к ней, — в номере ты позволишь мне продолжить то, что мы начали утром.

— Опять с шарфом? — усмехнулся без особой радости.

— Лад, пойми… это мера вынужденная.

— Ладно, — решила не начинать эту тему. Пообещала же себе, что не будет ничего просить или напрашиваться. — Я согласна.

Пока ехали обратно в отель, Лада лежала на плече Королева. Поначалу с этим мужчиной было страшно, но никогда с ним не было холодно, а сейчас так и вовсе — не отлипала бы от него. Но Денис слишком зажат и что с ним делать, как расслабить, как показать, что она готова к тому, что скрывается под маской? Это ж ведь до бесконечности долго можно бояться и пользоваться шарфиком. Хотя, возможно, она действительно слишком многого хочет. Надо быть терпеливее, деликатнее, но как, если не хватает этого терпения?

— Скажи, — пропустила свои пальцы через его, — а у тебя были с кем-нибудь серьезные отношения?

На что Денис, молча, покачал головой. О каких отношениях она говорит? После нескольких неудачных попыток познакомиться решил завязать с этим бесполезным делом. Ведь до того, как появилась маска, все «прелести» лица были доступны общественности. На него смотрели просто как на урода, мужики с работы и те каждый раз отводили взгляд. Приходилось постоянно ходить в капюшоне и солнечных очках. Даже когда поднялся, когда заработал статус, старался общаться с людьми по минимуму, совещания или встречи проводил по скайпу. Но теперь в его жизни появилась она. И если Лада уйдет, если разочаруется… в этот момент сердце заколотилось как сумасшедшее. Нет, он просто не может ее потерять. Тогда сжал руку Лады, закрыл глаза. А она еще плотнее прижалась.

— Ты уверена, что хочешь в клуб?

— Угу.

Но прежде чем идти на вечеринку, Лада с Денисом наведались в номер, надо было привести себя в порядок. Все-таки целый день в городе, да и приодеться не помешало бы. И сейчас настало время для тех самых нарядов, которые были благословлены самой Татьяной, прежде чем отправились в чемодан, а именно легкое шифоновое платье свободное от груди и тоже с открытыми плечами. Какая же Танька молодец, если бы не она, осталась бы без такой красоты. Черная полупрозрачная ткань буквально струилась по телу. А когда Лада вышла в гостиную, где на диване ее дожидался Денис, то у него случился очередной приступ онемения.

— Пойдет? — крутанулась вокруг себя, отчего юбка надулась, оголив бедра.

Да какой к черту клуб? Чтобы все на нее пялились? Ни за что!

— Слушай, у меня встречное предложение. Ты ведь хочешь танцевать?

— Ну, да. Было бы неплохо.

— А если мы устроим танцы здесь?

— А музыка? А немного алкоголя для свободы движений? — подошла к нему.

— Так, все есть, — скорее поднялся и отправился к мини-бару, откуда достал бутылку шампанского. — В твоем телефоне наверняка есть, что послушать, — начал снимать обертку с пробки.

— Ты серьезно? — даже растерялась, все-таки была настроена на вечер на танцполе.

— Да, — и раздался глухой хлопок, после которого из бутылки пошел белесый дымок.

— Что ж, — бросила на диван клатч, — давай здесь.

Денис подал ей бокал, причем наполненный до краев. Себе налил столько же. А Лада одной рукой активировала плеер на смартфоне и включила первую попавшуюся мелодию. Денис тем временем, не дождавшись, выпил залпом шампанское, чем вконец ошарашил. Что это с ним такое? Никак напиться решил? Но не пить же ему в одиночку? И Лада последовала его примеру.

— Еще? — кивнул на бутылку.

— Ты меня напоить решил?

Черт, да! Решил! И себя заодно. От Лады уже крыша едет, тело реагирует на нее с космической скоростью, сдерживаться больше нет ни сил, ни желания.

— Если только чуть-чуть, — снова наполнил бокалы, снова до краев.

— Денис, после таких порций я не то, что танцевать, я стоять не смогу, — глянула на него с прищуром.

— Не бойся, я тебя поддержу, — и в секунду осушил свой бокал.

— Ловлю на слове, — однако выпила всего лишь половину. Шампанское — напиток коварный.

А он забрал бокал, после чего подошел вплотную, положил руки на талию.

— Ты куда-то торопишься? — повела ладонями по его плечам.

— Просто очень не терпится с тобой станцевать.

Двигались они медленно и совсем не под музыку, просто кружили по гостиной, но скоро Лада поняла, что вот-вот шлепнется. Пузырьки ударили в голову.

— Кажется, я всё, — расплылась пьяной улыбкой. — Дошла до кондиции.

— Аналогично. Лада? — заставил посмотреть на себя. — Я хочу тебя.

— Боюсь, я сейчас не смогу найти шарф, по дороге где-нибудь свалюсь, — и захихикала.

Вдруг Денис подхватил на руки, а спустя минуту они уже были в его комнате.

— Подожди пару секунд, — опустил ее на кровать, затем прошел к окнам и плотно задвинул шторы. Комната тотчас погрузилась во мрак.

Лада только хотела подняться, как ощутила его руки, затем губы. И главное, он снял маску. Правда, Денис все еще слишком робел.

— Вот так, — взяла его за руки и направила их себе под подол. Иногда так хорошо быть пьяной, никакого стыда, никакого страха.

Горячие ладони меж тем принялись изучать ее тело. Сначала Денис гладил бедра, потом накрыл ягодицы, сжал.

— Раздень меня, — прошептала ему в губы.

Пусть темно, пусть останутся только ощущения, но как же это волшебно. Его глубокое дыхание, обжигающие прикосновения и запах тела. Денис взялся за край юбки, потянул вверх, и скоро платье осталось где-то под ногами. Но и Лада в долгу не осталась — стащила с него футболку, помогла избавиться от джинсов, после чего прижалась к твердой груди, испытав дикий приступ желания. Вот оно — то особое состояние, когда кожа к коже.

— Мне нужно кое-что сказать, — провел губами по шее, — так уж вышло, что у меня не слишком-то много опыта. И если я что-то сделаю не так… — но она не дала договорить, поцеловала.

— Просто будь со мной, — пролепетала с придыханием, — просто трогай, целуй. Везде… — и наконец-то зарылась в волосах.

А Денис пропал. Он повалил ее на кровать, накрыл собой.

— Пожалуйста, — ощутила низом живота горячий, твердый и очень влажный член.

— Черт, Лада, — вошел в нее быстро, до упора. Какая же она горячая, мокрая, тесная. Долго он так точно не выдержит.

Лада же полностью окунулась в ощущения. Он наполнил её, даже чуточку стало больно, но от такой боли не хочется отказываться, наоборот, пусть снова и снова входит на всю длину, пусть берёт, словно вот-вот отберут, пусть целует так, будто вот-вот запретят. И это трение кожи, это невероятное ощущение, когда жесткие волоски слегка царапают грудь, задевают соски.

— Я хочу быть сверху, — простонала на ухо, когда поняла, что еще чуть-чуть и кончит.

— Что-то не так? — сразу замедлился. — Тебе неприятно?

— Не задавай вопросов, — аж дугой выгнулась, вцепилась в простыню.

Он лег на спину, а Лада забралась на него, снова впустила в себя, после чего склонилась и сделала то, чего Денис никак не ожидал — дотронулась до лица.

— Лад, — произнес на выдохе и хотел уже убрать руку.

— Тише, — принялась целовать лоб, нос, — я хочу всего тебя, — перешла к щекам, подбородку, причем продолжала двигаться, опускалась на него полностью, виляла бедрами.

Оказывается, именно этого ему так не хватало, именно таких прикосновений, а главное, трогает его она, трогает и не боится. Да, Лада не видит, но ведь ощущает.

— Ты мой Эрик, — обняла за шею и совершила последнее движение, после которого тело сковал оргазм.

А Денис испытал нечто новое — ритмичные сокращения, которые в мгновение ока довели до финала. Он толком сделать ничего не успел, как мышцы свело от мучительного почти болезненного удовольствия.

— Тебе понравилось? — легла ему на грудь.

Но вместо слов последовал долгий, очень долгий поцелуй. Понравилось ли ему? Да никогда в жизни еще не было так хорошо, так по-настоящему, и так мало. А ее громкие стоны, ее страсть, нежность ее тела, аромат, все это теперь принадлежит только ему.

Спустя пару минут Лада устроилась рядышком, накрыла ладонью низ его живота, принялась водить пальцами по дорожке из волос.

— Спокойной ночи, — поцеловала в плечо.

На что Денис повернулся на бок, крепко обнял ее, зарылся носом в волосах:

— Хороших снов, моя Кристин.

— Надо же, — улыбнулась сквозь дрему.

Уснули быстро. День выдался настолько богатым на эмоции, что даже снов не снилось. И утро наступило незаметно.

— Ой, мамочки, — Лада кое-как разлепила глаза, голова тут же загудела, да и тело как-то подозрительно заныло, будто на ней стадо слонов потопталось, а потом еще и бегемоты прошлись с носорогами.

И где она? Но окинув взором спальню, тотчас вспомнила все, что было вчера. Вчера они с Денисом занялись сексом, обалденным, несмотря на то, что напились. Хотя, шампанское скорее помогло, ей — быть смелее, а ему раскрепоститься, расслабиться. И тут поняла, что уже рассвело, а значит… Тогда повернула голову влево.

— Господи, — прикрыла рот рукой, когда увидела то, что так хотела увидеть.

Половина его лица была деформирована, покрыта рубцами, часть волос рядом со лбом и бровь отсутствовали, а нос, такое ощущение, будто до пластики его вообще не было. И Лада сразу легла обратно, скорее отвернулась. Сердце заколотилось так, того и гляди выскочит, к горлу подступил ком, отчего стало не хватать воздуха. Да это самая настоящая паника. Теперь ясно, почему он так не хотел показываться.

А паника продолжала нарастать, в итоге Лада поднялась и покинула спальню. Надо было собраться с духом, с мыслями, хоть немного успокоиться. Она села на диван, обхватила себя руками, закрыла глаза.

Денис в этот момент проснулся и первым делом посмотрел на пустую половину кровати. Случилось то, чего он боялся. Лада испугалась и убежала. От осознания, что все повторилось сначала, что она испытала отвращение, сердце заболело, а на глазах выступили слезы. Пришлось зажмуриться, продышаться. Столько лет вынужденного, а потом привычного одиночества, столько лет дрессировки. И чего ради? Чтобы понадеяться, поверить и снова остаться ни с чем. Её-то винить не в чем, увы, с такой рожей как у него бессмысленно даже рыпаться. Тем временем со стороны гостиной донеслось шуршание, звуки шагов, какие-то хлопки. Неужели вещи собирает? Может, пойти к ней? Попытаться поговорить, успокоить, попросить остаться. Или лучше не стоит. Нет, определенно не стоит. Насильно мил не будешь. Только сердцу этого не объяснишь, оно буквально рвалось на части.

Вдруг дверь открылась.

На пороге стояла Лада в длинной футболке, с волосами, собранными в хвостик и с двумя кружками в руках.

— Доброе утро, — подошла к кровати, поставила кружки на тумбу, и по комнате тут же распространился аромат кофе.

Однако Лада старательно избегала зрительного контакта, поглядывала на него разве что мельком.

Денис так и застыл в одном положении. Сейчас его сердце уже не билось, оно совершало какой-то шаманский обряд, отстукивая в груди дикий рваный ритм.

— Доброе, — произнес с трудом. И маска, будь она неладна, лежит далеко.

— Кофе будешь? — нырнула под одеяло и устроилась у него прямо под боком.

— Кофе? — совсем перестал понимать происходящее.

— Ну, могу сделать чай. Но позже, — зевнула, а спустя мгновение прижалась холодными ступнями к его ногам. Пока сидела в гостиной, в чем мать родила, совсем забыла про кондиционер, который работал на полную катушку, в итоге задубела. — Согреешь?

— Угу, — повернулся на бок, обнял её, причем на автомате. Не ушла! Осталась! Но почему осталась? Из сочувствия? Приличия? Глаза ведь прячет, видно, боится смотреть. — Лад… если ты не хочешь, то не надо, не насилуй себя.

— Ты мне совсем недавно сказал, — накрыла его руку своей, — что тебе нужно время, вот и мне нужно немного времени, чтобы привыкнуть. Но уходить я никуда не собираюсь, если только сам меня выгонишь, — улыбнулась, еле сдержав слезы, — и вообще, я замерзла. Здесь звери, а не кондиционеры. Будешь греть или нет?

— Так, грею.

— А я хочу по-другому, — прижалась ягодицами к паху.

— Мне бы маску надеть.

— Нет, не надо никакой маски, иначе целовать не сможешь…

— Лад, так будет комфортнее всем…

— Денис, — резко развернулась к нему, заставив очередной раз онеметь, — хватит. Или мне лучше уйти? Так будет еще «комфортнее».

— Нет, — осторожно коснулся лица, — меньше всего на свете я хочу, чтобы ты ушла.

Но взгляд Лады был очень напряженный, все-таки ей тяжело смотреть на него.

— Давай лучше выпьем кофе, а потом соберемся и отправимся по магазинам, купим твоей подруге мешок настоящего колумбийского кофе, — провел пальцами по ее губам, щеке. — И, я так понимаю, список вопросов ко мне еще не исчерпан.

— Хорошо, — а взгляд сразу потух.

— Только не обижайся, прошу тебя. Ты мне безумно нравишься, Лада, — все-таки слукавил, она уже не просто нравится. — И согласись, смотреть на это, — скривился, — то еще удовольствие.

А она подалась вперед и поцеловала, легко, нежно, без какого-либо подтекста:

— Мешок, говоришь? — прикрыла глаза, втянула носом аромат его тела, как же Денис обалденно пахнет, нюхала бы и нюхала. Может, украсть у него пару футболок для ежедневных нюхательных процедур? — Тогда нам грозит передоз кофеина. Мы с ней очень несдержанные. Если есть, что вкусное, не остановимся, пока не съедим или не выпьем.

— Знаешь, думаю, я бы мог помочь тебе с этой проблемой, — прижал к себе.

— И как же?

— Обеспечить неограниченный доступ к вкусному. У меня дома.

— То есть?

— То есть я хочу просыпаться и засыпать с тобой рядом. Но я не настаиваю, просто подумай.

Это что же? Он предлагает переехать к нему? С ума сойти. Но тут действительно надо все как следует обдумать. Между ними только-только случилось, пожалуй, самое важное откровение. С другой стороны, чем чаще она будет видеть его таким, тем быстрее привыкнет. У нее в классе была девочка с огромным шрамом на щеке, как же ее начали травить, когда она пришла, но скоро все улеглось, и ее недостаток перестали замечать, более того, потом только и ходили к ней списывать домашку, а сейчас она счастливая мама и жена.

— Можно я схожу в твою ванную? — наконец-то согрелась.

— А можно мне с тобой?

— Даже нужно.

Уже в ванной Денис снял с Лады футболку. И глазам явилось все то, до чего он вчера дотрагивался, что целовал. Возникло ощущение, будто до Павловой и женщин-то не видел, настолько она была какая-то другая, особенная. А Лада увидела его. И сразу стало ясно, почему внизу все так тянет и побаливает. Королев оказывается, наделен достоинством весьма внушительных размеров. У бедняжки аж щеки вспыхнули.

— Ты чего покраснела? — помог ей забраться в душевую кабину.

— Не обращай внимания, я вообще как хамелеон. Могу краснеть, белеть, сереть, даже синеветь, — усмехнулась.

— Но что-то тебя все-таки смутило. Что? Я могу отвернуться.

— Денис, дело не в твоем лице, — включила воду. — Вот совсем.

— А в чем?

Ну, раз хочет правды, будет ему правда.

— В нем, — указала на пах.

— В нем?! — вытаращился. — А с ним-то, что не так?

— Вообще-то, с ним все супер, просто я не ожидала, что он будет таким, — подошла к Денису, — большим.

— Да уж, достался бонусом, — усмехнулся.

— Я могу задать очередной вопрос? — взяла с полочки гель для душа, вылила себе немного в ладонь, — повернись-ка спиной, — а когда он развернулся, ее руки легли на плечи, и началось большое путешествие по телу, до чертиков приятное путешествие.

— Задавай.

— Помнишь, когда мне стало нехорошо, и я уснула в машине. Ты тогда поехал в ожоговый центр. К кому ты ездил?

— К Ване, — произнес с некой грустью в голосе, — мальчику из детдома. У него схожая с моей ситуация, только площадь ожогов больше.

— И сколько же ему? — слезы мигом запросились наружу.

— Через неделю исполнится два года.

— Кошмар какой, бедный малыш, — сразу убрала руки, тогда Денис повернулся, обнял. — Что с ним случилось?

— Был пожар. Все произошло ночью, когда семья спала. Родители погибли, а его спасли пожарные, но пострадал мальчишка сильно. Родственники от него отказались, не захотели заниматься инвалидом. Так и сказали, нет у нас денег на Ванечку, он ведь теперь инвалид. Я на тот момент оказывал финансовую помощь детдому, куда его отправили. В общем, не смог пройти мимо. Там требовалось своевременное и интенсивное лечение, чтобы потом не было того, что есть у меня. В ожоговом центре он уже год. За плечами несколько операций, реабилитация. Сейчас-то небо и земля, по сравнению с тем, что было.

— Ты невероятный человек, — прижалась к нему.

— Лад, перестань. Не делай из меня героя или борца за справедливость. У меня есть возможности и, исходя из них, я помогаю тем, кто в этом нуждается. Детям. Увы, нуждающихся очень много, а помочь всем нельзя. И да, история Вани меня лично зацепила. Потому что его бросили, заранее поставили на нем крест.

— И ты его навещаешь?

— Я навещаю его лечащего врача, финансирую уход и лечение.

— В смысле?

— Ребенку лучше меня не знать. Я хочу ему помочь, а потом найти хорошую семью.

— Вот как… ясно… спасибо, что рассказал.

— А у тебя на этот счет другие мысли? — заметил ее замешательство.

— Ну, я бы навещала, наверно. Он же такой маленький, а вокруг целыми днями одни врачи, все эти жуткие процедуры.

— У него есть няня. Она за ним ухаживает, занимается, гуляет. В общем, делает всё.

— Но не любит, — произнесла чуть слышно.

— Чужих детей, Лад, никто не любит. За редким исключением. Такова природа людей. Как бы нам ни хотелось верить в лучшее, но каждый печется только о себе.

В этот момент она ощутила его руки, те опустились на ягодицы. И снова Денис остановился, будто не зная, что делать дальше. Лада тогда встала к нему спиной, головой откинулась на грудь и замерла в ожидании. Но он все медлил, не решался пойти дальше, пришлось помочь — направить его руку куда надо.

Скоро пальцы мужчины проникли в складки, начали скользить по ним, задевая клитор. И возбуждение накрыло с головой, что сразу же почувствовала Лада, ибо в поясницу уперлось нечто твердое и большое.

— Помедленнее, — произнесла сквозь прерывистое дыхание.

Денис сейчас же сбавил темп. До чего она нежная, а еще нереально ласковая, словно кошка. Вчера ночью на его теле не осталось ни одного места, к которому бы она ни прикоснулась. И вот… снова — ластится, трется, постанывает. Все, что было у него до Лады — это все жалкая пародия на секс. И да, он сам так захотел, сам выставил границы, но теперь… теперь никаких границ не нужно. А главное, больше не нужно прятаться, ведь она не ушла, дала шанс и себе, и ему.

Вдруг Лада втянула живот, встала на носочки, и терпение лопнуло — Денис развернул ее, схватил на руки, прижал к стенке кабины и вошел. Она же обхватила его ногами, крепко обняла за шею.

— Денис, — прошептала у самого уха, — кажется, вчера мы забыли про кое-что очень важное.

— Про что? — сразу остановился.

— Про предохранение. Я, конечно, надеюсь на свой цикл, но лучше нам быть осторожнее.

— Я понял.

Однако слова ее так и застряли в мозгу. О чем, о чем, а о своих детях никогда не задумывался. Только вот с Ладой у них ведь могли бы быть дети. Причем не один, даже не два. Могла бы быть семья. И эта мысль так возбудила, что буквально впился в ее губы, проник в рот языком, а двигаться начал еще быстрее. Правда, в самый последний момент успел выйти, отчего оргазм получился не таким ярким, как ночью, все ж чувствовать в неё, находиться в ней до последнего импульса — вот истинное наслаждение.

После такого эмоционального взрыва Лада еще какое-то время обнимала своего Эрика, тогда как он водил мыльной губкой по ее спине, плечам. Так странно и так удивительно, будто вчера лег одним человеком, а проснулся совсем другим. И все благодаря ей.

Остаток дня они потратили на магазины. Подарки были куплены всем — Тане, родителям, по которым дико соскучилась и давно уже собиралась навестить, но из-за проблем, честно говоря, было стыдно показываться им на глаза. Зато теперь можно съездить. Для мамы, помимо первоклассного кофе, купила огромный набор специй, несколько дизайнерских сумочек, а отцу пончо и шахматы. А когда с подарками для семьи разобрались, Денис взял Ладу за руку и повел в ювелирный.

— Слушай, может, не надо, а? — посмотрела на витрины, пестрящие украшениями с изумрудами. — Я ведь люблю создавать украшения, а не носить их.

— Я настаиваю. Выбери себе. Все, что угодно.

— Денис, ну, правда…

— Ладно, — пожал плечами, — как знаешь.

И только Лада хотела облегченно выдохнуть, как он обратился к продавцу, поговорил с ним и тот куда-то быстренько удалился.

— Ты чего задумал? — подлетела к Королеву.

— Ничего, — забарабанил пальцами по витрине.

А через пару минут продавец вернулся с плоским футляром в руках, который аккуратно положил на столик, когда же раскрыл, Лада потеряла дар речи. На атласной поверхности лежало бриллиантово-изумрудное колье в форме косынки. И по количеству камней сразу стало ясно, стоит оно безобразно дорого.

— Нет! — замотала головой. — Даже не думай!

— О, да, — улыбнулся, после чего посмотрел на продавца. — Берём, — а тот как услышал заветное слово, так чуть не бросился целовать Королева.

— Ты хоть понимаешь, как я себя чувствую? — предприняла последнюю попытку отговорить его от этой сумасшедшей покупки. — Денис, пожалуйста, не надо.

— И как ты себя чувствуешь? — уставился на нее с искренним интересом.

— Мне неловко. И жаба душит, и вообще. Куда мне в этом колье ходить? В торговый центр за продуктами? Давай лучше вот это колечко, — ткнула в кольцо из платины с россыпью изумрудов, уж стоило оно в десятки раз дешевле.

— Лад, — взял за руку, подтащил к себе, — я хочу, чтобы эта вещь, — указал на колье, — принадлежала тебе. И ты меня не переубедишь в обратном. А это кольцо тебе точно понравилось?

— Так, всё! — закатила глаза под лоб. — Ты меня сейчас до сердечного приступа доведешь. И знаешь, чего мне на самом деле хотелось? — сложила руки на груди.

— Чего?

— Пончо я себе хотела с капюшоном. Бежево-оранжевое, в полоску.

— Ладно. Купим, когда здесь закончим.

— Больше я с тобой по магазинам не пойду. Так и знай.

— Уже боюсь.

А продавец тем временем старательно упаковал колье, затем с небывалым трепетом в глазах принял священную карту из рук богатого иностранца.

В отель вернулись только к вечеру. Лада сразу убрала все покупки в шкаф, после чего быстренько приняла душ и засела за эскиз. Надо было внести несколько правок и наконец-то отправить Крамеру на обработку. Когда же все сделала и выслала, то не прошло и минуты, как раздался щелчок Телеграмма.

«— Привет, Лад»

«— Привет» — и обернулась. К счастью Денис сейчас был в ванной.

«— Как дела? Когда возвращаетесь?»

«— Все хорошо. Думаю, через пару-тройку дней»

«— И как Колумбия? Впечатлила?»

«— Да, здесь есть на что посмотреть»

«— А я, честно говоря, уже соскучился… по нашим посиделкам в твоем кабинете»

«— Ну, скоро вернусь, и сможем продолжить работу»

«— Ты из-за Королева общаешься так официально?»

Вот же банный лист. И что ему на это ответить? Дениса еще приплел.

«— Пожалуйста, посмотри эскиз. Если будут какие-то вопросы по дизайну, напиши в письме. Пока»

И опустила крышку ноутбука. Как же обманчиво первое впечатление. Одно время буквально млела в присутствии Крамера, иногда даже ловила себя на неосознанном флирте, а теперь этот человек неприятен. В тот день, когда полез с поцелуем, но получил отказ, его аж перекосило от злости. Все-таки непонятный он, притом красивый, молодой, успешный и явно не обделен женским вниманием. Если поведение Дениса оправдано его проблемами, то поведение Крамера не оправдано ничем кроме зависти или чувства соперничества. Павлин он и есть павлин.

— Что делаешь? — Денис как всегда незаметно подошел со спины.

— Работу работаю, а то начальник у меня строгий, любит, чтобы все делалось вовремя и по графику, — расплылась улыбкой.

— Да он у тебя жуткий педант, — сел рядом.

— И это еще мягко сказано. Чуть что, сразу свирепеет, зубами скрипит.

— Вот не надо, зубами он не скрипит, — привлек Ладу к себе.

А она вдруг забралась к нему на колени.

— Сними маску. Тебе же в ней неудобно.

— Не думаю, что это хорошая идея. На сегодня тебе достаточно впечатлений. Да и не хочется портить такой хороший день такой страшной физиономией.

— А давай поспорим. Если я смогу прямо здесь и прямо сейчас удивить тебя, ты снимешь маску.

— Заинтриговала.

— По рукам? — протянула руку.

— По рукам, — сжал длинные пальчики.

Тогда Лада слезла с него, отошла на пару шагов, после чего сняла с себя тунику, под которой не было ничего, кроме того самого колье.

— Ну, как? Удивила? — заложила руки за спину.

Удивила ли? Тут более подходяще — сразила наповал. Настолько женственная, настолько нежная. Денис скользил взглядом по груди, по аккуратному животику, по небольшому треугольнику волос. И так захотелось ощутить ее вкус, покрыть поцелуями каждый сантиметр тела.

— Подойди ко мне, — сел на край дивана.

Стоило ей подойти, как Денис взял за талию, а спустя мгновение припал губами к горячему животу. В этот момент Лада взялась за края его маски.

— Я выиграла.

— Выиграла, — и помог ей снять.

Пока еще Денис кажется таким разным в маске и без, но его вид уже не шокирует.

Лада прикрыла глаза, сосредоточилась на ощущениях, ведь он целовал, касался языком. Когда же его пальцы прошлись по лобку, у бедняжки ноги подкосились. Тогда Королев затянул ее на диван, уложил на спину. Сейчас до безумия хотелось развести стройные ноги в стороны и попробовать девчонку, узнать, какая она на вкус. Но опять и снова опыта никакого. Вдруг Ладе не понравится?

— Почему ты остановился? — уперлась локтями в подлокотник.

— Любуюсь… — накрыл руками колени.

— Может, так будет лучше? — сама развела ноги.

И где только стеснение? Раньше всегда стеснялась, а уж заняться сексом при свете вообще было целой проблемой, но с Денисом все иначе. С ним, наоборот, хочется показать себя, отдаться в его руки и плевать, светло вокруг или темно. А еще его взгляд — голодный и одновременно нерешительный, как же это возбуждает.

Королев в свою очередь принялся осторожно ласкать пальцами и скоро ощутил влагу, отчего желание прикоснуться губами к нежной коже стало невыносимым. Хотелось верить, что все сделает правильно, что ей будет приятно.

А Лада аж дыхание затаила, когда он склонился, когда начал целовать низ живота. И чем ниже спускался, тем ее сердце быстрее заходилось, тем чаще вздымалась грудь, тем меньше оставалось связи с реальностью. Ощутив его горячее дыхание, а потом и язык, который медленно прошелся вдоль от самого верха до промежности, Лада откинулась головой на подлокотник и окончательно растворилась в ласке. Денис же, глядя на реакцию ее тела, осмелел. А главное, наконец-то попробовал эту женщину и понял, какое это на самом деле блаженство. Каждое его касание сопровождалось или стоном Лады, или легкой дрожью, или напряжением мышц. Вдруг она запустила пальцы ему в волосы и прижала к себе, заставила проникнуть языком внутрь, а мгновением позже Денис ощутил те самые заветные сокращения.

— Иди ко мне, — потянула его к себе.

Спустя минуту он уже был в ней, двигался быстро, целовал рьяно. Страсть и желание позволили забыться, отдаться на волю чувств, а стоны Лады заглушили все страхи.

— Мы без презерватива, — пролепетала ему на ухо.

— Я помню, — и совершил последнее движение, после чего Лада ощутила горячую сперму, что хлынула на живот.

Вдруг раздался характерный звук нового сообщения. И не успела Лада протянуть руку к телефону, как Денис опередил. А увидев имя отправителя, сразу насупился:

— И как часто он тебе пишет? — передал ей телефон.

А Лада быстренько прочитала смс.

«Я посмотрел разницу во времени. В общем, хочу пожелать хороших снов»

— Нечасто.

— Может, мне ему ответить? Пожелаю хорошего трудового дня.

— Только не говори, что ревнуешь к Крамеру, — поднялась, взяла тунику.

— Ну, теперь я буду тебя ко всем ревновать, готовься, — поспешил надеть маску.

— А нужно ли? Я вроде как поводов не даю. Но если уж так хочется, можешь ответить ему за меня, — оставила телефон на кофейном столике, после чего отправилась в душ.