Глава 12
Сеньор Пенья не находил себе места. И причина была чрезвычайно веская.
Ритана Лассара.
Как «теневой хозяин»… ладно, один из хозяев Римата, он был в курсе происходящего. И знал про де Медина. Узнал одним из первых – и практически из первых рук. Были у него свои осведомители в полиции, были.
А он оставил у него Антонию Лассара.
От одной мысли мороз бежал по позвоночнику до того места, где спина в ноги переходит. И место это чувствовало недоброе.
Антония, может, и простит. А может, и нет. Семья Лассара в хрониках встречалась, и вот чем другим, а милосердием они не грешили. Для них все было просто.
Напакостил?
Покойся с миром!
А если добавить к этому Эрнесто Риалона, который отлично был сеньору Пенья известен… ой как все грустно-то получалось! Тут о смерти мечтать начнешь. А делать-то что?
Откупаться.
Причем не вульгарщиной какой, вроде золота или бриллиантов. Таким некромантов не проймешь. А чем поценнее… и молиться, чтобы взяли. Жить-то как хочется…
О том, что Антония вернулась к себе в магазин, ему тоже доложили. Сутки сеньор Пенья потратил на поиск выкупа, а потом…
Звякнул колокольчик.
Эрнесто посмотрел на нахала, который заходит в закрытый магазин. Это еще что за явление? А, Пенья… ладно. Послушаем, что он скажет.
Честно говоря, те сутки, которые сеньор Пенья искал достойный выкуп, они с Антонией попросту проспали. После визита в храм Ла Муэрте некроманты свалились, едва успев доехать до кровати. И хорошо еще, что не в горячке. После такого нервного перенапряжения.
Спали и спали, словно сурки. На приход Риты даже внимания не обратили, мало ли кто там шуметь будет. Вроде как свой и безопасный – ну и ладно. А девушка заглянула в комнату к Тони, укрыла ее одеялом, да и отправилась на кухню. Уборку делать при спящих некромантах она попросту не решилась. А вот оставить им что покушать…
А еще лучше – телефонировать в дом Араконов, рассказать, что некроманты спят и восстанавливают силы, и сообщить, что она пока побудет в магазине. Мало ли что… вдруг им помощь потребуется?
Тони вставала несколько раз, когда требовала природа.
Встала, вернулась в кровать, нашла на тумбочке рядом булочки и укутанный чайник с отваром, выпила, кое-как прожевала кусок хлеба – и опять свалилась. Эрнесто, как мужчина, одолел две булочки, но спать хотелось и ему…
Спать. И знать, что самое страшное закончилось. Или – начинается? А тогда тем более спать, силы будут еще нужны.
Так что сутки прошли для некромантов во сне.
Явившегося к дверям магазина Серхио Рита вежливо попросила не лезть к некромантам. Или лезть, но с завещанием, что ли… ведь проклянут спросонок так, что и гроб не понадобится.
Серхио подумал и признал справедливость этого утверждения. Он видел, как досталось и Тони, и Эрнесто… пусть отдыхают. Пусть.
То же самое услышал и отец Анхель. Не одобрил, погрозил Рите пальцем, но лезть не стал. Самое важное некроманты уже сделали, а остальное… остальное может подождать. Не месяц же, а день-другой. Отец Анхель посоветовал Рите сделать некромантам шоколад для скорейшего восстановления сил магов, попросил передать, что обоих некромантов будут ждать в храме – и откланялся.
Рита так и поступила.
Эрнесто и Тони проспали почти сутки, Эрнесто поменьше, Тони побольше. Риалон проснулся часа в два ночи, Тони проспала до рассвета и тоже встала. Бодрая и довольная жизнью.
Силы восстановились, настроение улучшилось, и шоколад, кстати, был вкусный…
Риту от всей души поблагодарили, и теперь уже девушка отправилась домой отсыпаться. А Тони и Эрнесто собирались завтракать. И тут…
Явился, не запылился…
– Что вам угодно, сеньор?
Дружелюбия в голосе Эрнесто не наблюдалось.
Отлично он понимал, что сердиться не на что, что Пенья просто инструмент, не было б его, нашли другой, но… все равно неприятно!
– Доброе утро, тан Риалон.
Сеньор Пенья не зря столько лет был одним из хозяев преступного мира. Подобострастие и самоуважение причудливо смешались в его голосе, но получилось вполне достойно. Я понимаю, что виноват, но и ноги о себя вытирать не дам.
Эрнесто это понял и насмешливо поднял бровь.
– Было – доброе.
– Эрнесто, у нас гости?
Тони услышала голоса и решила поторопиться. Так что сейчас она стояла на лестнице с гривой влажных волос, распущенных по спине. Сушить их и укладывать времени не было. Интересно же, кто там пришел.
– Да, дорогая. Сеньор Пенья.
– А мы как раз собирались завтракать. Позавтракаете с нами, сеньор?
Тони как раз его виноватым не считала. Сеньор Пенья это понял и чуточку расслабился. Не сильно, но… может, сегодня его и не убьют?
– Ритана Антония, я ведь к вам каяться приехал.
– Каяться? – удивилась Тони.
– Не знал я про де Медина. Что он такой… хотите верьте, хотите нет, не повез бы я вас. Да, он мне заплатил, чтобы я вас привез, но как специалиста. Опять же, о своих планах намекнул… брачных. А я и подумал… уж простите дурака.
Антония даже фыркнула от неожиданности.
– Сеньор Пенья, вы что?! Какой же вы дурак?! Вас просто разыграли втемную, вот и все. Или вы думали, что мы сердиться будем?
– Думал-думал, – подтвердил Эрнесто. «И правильно думал», читалось в его глазах.
Сеньор Пенья решил не переигрывать, покаянно голову опускать не стал.
– Думал. И что тан Риалон не вполне подходящая для вас партия – тоже. Герцог как-то солиднее…
– Зато Эрнесто заговоров не устраивает, – Тони уже в открытую улыбалась. А чего ей обижаться? Представить правду о де Медина сеньор Пенья не смог бы и в страшном сне, про Эрнесто он ей сам сказал, еще раньше, а остальное… дело житейское.
– Я в этом уверен, – улыбнулся в ответ сеньор Пенья. – И все же чувствую себя виноватым.
– Не стоит.
– Поэтому прошу принять мои извинения. И вот этот скромный подарок.
На стол опустилась шкатулка. Совсем небольшая.
Тони посмотрела на Эрнесто. И поймала ответный веселый взгляд.
Ладно уж. Не виноват он… но пусть хоть немного понервничает. Ишь… не нравлюсь я ему! Он мне тоже не нравится.
Тони почти читала в глазах жениха эти мысли. И улыбалась в ответ.
Главное, что ты мне нравишься. И вообще… ты замечательный.
Ритана Лассара решительно открыла коробочку.
– Творец!
На черном бархате сияли два обручальных кольца. Старинных. Золотых, конечно.
Но важно было то, что оба они были украшены гербом Лассара.
– Сеньор Пенья?
– Ритана, я тут поспрашивал… в общем, это ваше, родовое. Сами посмотрите.
Тони коснулась пальцами колец.
И… провалилась в прошлое.
Мужчина и женщина.
Старые, очень старые. У обоих седые волосы, морщины, характерная хрупкость и сутулость. Он сидит на диване, женщина прижалась к его плечу.
Оба молчат.
Только пальцы переплели…
А комната… Тони ее не знает. Это не в Лассара, точно не там, потому что за окном видно маяк.
Бушует гроза.
– Пора уходить, – старик поворачивается к жене, касается губами белоснежных волос.
– Уже пора?
– Да, радость моя. По пути молний, в самый темный час ночи…
– Как и подобает некромантам.
Глаза пожилой ританы улыбаются. Она не боится ничего. Она ведь с мужем… она Лассара, а некроманты не боятся смерти. Для них это лишь начало долгого пути.
– Это была хорошая жизнь, счастье мое.
– Это была чудесная жизнь, любимый.
На долю секунды губы стариков соприкасаются. И – лица начинают выцветать, бледнеть, из них уходит нечто неуловимое. То, что делает живых – живыми.
Два тела откидываются на диване, так и не расцепив рук.
Блестят на пальцах те самые кольца. Грустно блестят. Сегодня они потеряли хозяев…
Тони открыла глаза, чтобы увидеть встревоженного Эрнесто.
– Ты как, маленькая?
– Все в порядке. Надо будет посмотреть семейную историю. Судя по одежде… портреты я помню, этим кольцам лет двести?
– Даже чуточку больше, – вздохнул сеньор Пенья. – Ваших предков, ритана, хоронили в Лассара, все верно. И этих – тоже. Не знаю, какой путь прошли с тех пор кольца, но считаю, что надо вернуть их законной хозяйке.
– Благодарю вас, сеньор Пенья. Это ценный для меня дар, – кивнула Тони. – Скажите, вы придете на нашу свадьбу?
Нельзя сказать, что сеньор был счастлив. Но…
– Конечно, ритана. Если вы приглашаете…
«Вы» он так подчеркнул голосом, что стало ясно – и Тони, и Эрнесто…
Риалон только рукой махнул. Мерзавец, конечно. Но… ладно уж.
– Приходите, сеньор Пенья. Тони будет рада.
Я – нет. Но ради нее ты останешься в живых.
И даже будешь приходить к нам.
Сеньор Пенья все понял правильно. Распрощался и откланялся.
Тони задумчиво поглядела на коробочку. На кольца. На Эрнесто.
А потом решилась.
– Ты… не против?
Эрнесто молча протянул ей руку. Кольцо уютно скользнуло на безымянный палец, да там и осталось. Словно для него и ковалось.
Мягко взблестнул герб Лассара.
Тони протянула руку, и второе кольцо скользнуло к ней на палец.
И как тут было не поцеловать свою невесту?
– Люблю тебя, Тони.
Антония замялась.
Ах, как легко и просто было бы ответить теми же словами. И… сложно. Она пока сама не знала, что чувствует.
Любит?
Привязалась?
Нет, не понять…
Впрочем, Эрнесто и не стал настаивать. Вместо этого он поцеловал тонкие пальчики.
– Я подожду, солнышко. Сколько надо будет.
Тони посмотрела в его глаза. Подумала, что ей очень повезло. И сама поцеловала Эрнесто.
Какой же он… настоящий мужчина.
* * *
В то время, как Лассара решала свои семейные дела, Освальдо Карраско атаковал мэра Римата.
– Как это так?! У вас под носом зрел заговор, а вы все проморгали!
Тан Кампос успешно отбивался. Уж что-что, а виноватым Карлос Мануэль себя не чувствовал! Он проморгал?! Все проморгали! И заговор ликвидировали ЕГО люди, а не чьи-то еще!
А ты где был в это время, некромант многомудрый?
– Тан Карраско, скажите мне, как, встречая герцога при дворе, вы не поняли, что он собой представляет? Меня он вниманием не удостаивал вообще, а при дворе бывал, хотя и не часто. Кстати, в отличие от меня. Мне-то некогда, город сам с собой не управится.
Освальдо надулся. Мэр попал не в бровь, а в глаз. Все верно, некроманту бы и посмотреть внимательнее.
Но… кто же мог подумать?
– Тан Кампос, я прошу предоставить мне все материалы дела. И… кто его вел?
– Сеньор Вальдес. Впрочем, я подал доклад и прошу даровать ему дворянство за заслуги перед Короной.
Освальдо кивнул. И даже не поморщился.
Не ко времени. Вальдеса он не любит, но… заслужил. Мединца Освальдо уже видел. И при мысли, что вот ЭТО могло появиться на улицах…
Можно как угодно относиться к Карраско, но профессионалом он все же был. И хорошим. Выберись эти твари на улицы города – жертвы исчислялись бы не сотнями – тысячами и десятками тысяч. А так считай, что легко отделались.
– Все отчеты можете взять у сеньора Вальдеса. Я распоряжусь, – кивнул мэр. – Ав остальном… правки не требуется. Тан Риалон и ритана Лассара прекрасно справились.
Освальдо кивнул, ничем не показывая своего отношения к этой новости. Поблагодарил и отправился изучать документы.
Кажется, настало время напомнить Риалону про его долг?
* * *
Эрнесто было решительно не до Карраско.
– Тони, детка…
– Дочка!
Араконы обнимали девушку и не знали, то ли хвалить, то ли ругать…
Хотелось все сразу, и бонусом – надрать уши, чтобы так не рисковала. Сильно мешало присутствие Эрнесто Риалона, который не одобрил бы подобного отношения к своей невесте.
Напряжение вылилось слезами. Ритана Розалия плакала, не стесняясь, тан Адан вытирал слезу… Тони тоже не сдержалась.
В госпитале она оказалась вовсе не случайно. Они навещали Шальвена.
Да, прошедшие два дня были попросту безумными. Девушка поняла, что ее самообладание далеко от идеального, несколько раз даже истерику закатила…
Эрнесто выдержал все стоически.
Уговаривал, успокаивал, обнимал и целовал, отвлекал, как мог… Тони оценила. Как же им за эти дни перемотали нервы! Просто до ужаса!
По согласованию с томасианцами и полковником Лопесом решили так.
Главную роль отдали Рейнальдо, который все разведал и сообщил ритане Лассара. Ритана помчалась к жениху. Жених – к другу. А ритана еще и в храм, понятное дело! Некроманты туда регулярно за советом бегают, правда же, отец Анхель?
В результате к делу привлекли томасианцев.
И те пришли, и боролись со злом, как могли. Так душевно боролись, что море до сих пор выкидывало на берег трупы, при виде которых рыбаки то блевали, то бежали в храм.
Мединцы…
Часть из них была в море. Часть – погибла в подземелье, но где и сколько – было неизвестно. Установить ничего не удалось.
Таких записей герцог не вел или не держал дома. Тони нашла в его замке несколько десятков тайников, где с золотом, где с драгоценностями, но бумаг по мединцам в них не было. Может, и логично. Зачем такое держать при себе, если можно оставить внизу? Основное герцог наверняка и так помнил.
И кто, и сколько…
Отправили корабли на остров Сандана. Пока известий не было, но Тони знала, что там найдут.
Трупы и еще раз трупы.
Подземную или подводную пещеру, а в ней тела. Сотни, тысячи тел…
Мединцы не могли жить без существа, которое их породило. Они умирали. Кто быстрее, кто медленнее, но умирали один за одним. Герцог де Медина – один из сильнейших, не прожил двух дней. Его даже допросить не удалось.
Синэри подстраховалась. Не только тело человека было искалечено слиянием с морской тварью, но еще и разум. Какие-то черты наследовались ими от животных…
Дальмехо получил от угря безжалостность и ярость, герцог – хладнокровие и жестокость от змеи… а потом все это убило и первого, и второго.
Быстро и беспощадно…
Может быть, герцогу можно было бы продлить существование по методу Дальмехо, подкармливая его чужими жизнями, но об этом никто не подумал. А Эрнесто решил не делиться такими сведениями.
Ни к чему.
Пусть герцог сдохнет и побыстрее. Мало ли какое решение примут власть имущие? Частенько эти умники на такое идут, что обычного человека тошнить от омерзения начинает. Для них ведь люди – только костяшки на счетах. И чужие жизни ничего не значат.
Не получит его величество какую-то информацию о мединцах? И что? Тан Риалон это прекрасно переживет!
И совесть его мучить не будет! Она прикормленная, дрессированная, ручная и послушная…
Эрнесто понимал, что это – де Медина. Дальний королевский родственник, хотя и невесть в каком поколении. И до чего дойдет король, чтобы его поддержать…
Преступников у нас много, а герцог один. Даже если раз в неделю ему кого-то скармливать – до старости хватит. А эта тварь пыталась… пытался навредить Тони!
Этого Эрнесто и Творцу бы не простил! Так что – без хороших идей.
И вообще…
Тела мединцев были аккуратно заморожены и помещены в холодильники столичных моргов. Маги собирались копаться в них долго и вдохновенно. А вдруг что новое узнают? Ну… интересно уж точно будет! Такое не каждый день препарировать можно! Уникальный случай! Неоценимая польза для науки!
Потрясающая биология!
В эти дела Тони не вдавалась. А вот Рейнальдо…
Шальвену досталось вдвойне. И как призраку – он едва не развеялся, и как человеку. Его и побили, и попинали, и вообще… выкинуть из тела старую душу, а на ее место засунуть новую – так просто не проходит. Рейнальдо до сих пор валялся в больнице и вставать не собирался. Тони хотела поговорить сначала с ним, потом с Паулиной, ну а коли уж они здесь оказались, то и с Араконами. Лучше им все узнать из первых рук. А то потом обидятся…
Так что Тони и Эрнесто делились своими приключениями, Адан и Розалия только головами качали, а потом… потом раздался стук в дверь.
Что привело Альбу и Амадо в палату к Араконам именно в это время? Счастливый случай.
Альба и Амадо как раз прогуливались в больничном парке. Планировали свое будущее, разговаривали на семейные темы… и тут мимо проезжает мобиль. С Риалоном и Тони!
И чего тут думать и гадать?
Разговаривать надо! Пока все в сборе!
Альба только зашла в палату, совсем ненадолго. Надо же было привести себя в порядок перед этой выскочкой?
Обязательно надо…
Причесаться, подкраситься, да и блузку поменять… больничная одежда?
Да вы что – смеяться изволите?! Когда у нее тут жених?!
Альба уже на второй день телефонировала Паулине, и та принесла ей одежду. Конечно, не совсем ту, но… что взять с этой дурехи? Хоть что-то не перепутала, и то хвала Творцу.
Попали они с Амадо к Араконам, когда Тони и Эрнесто обо всем уже рассказали. И обрадовали не новостью, но все же…
– Полагаю, – Эрнесто притянул к себе поближе свою невесту, – мы поженимся осенью. Примерно через месяц.
И как такое было снести Альбе?
– Прекрасно, – бросила она, переступая порог с видом королевы-матери. (Или, «королевы», мать ее?) – Можем устроить скромную двойную свадьбу.
В палате повисло молчание.
Такого никто не ожидал, но…
Первой опомнилась ритана Розалия.
– Дочка! А…
– Мой жених. Амадо Эрнесто Риалон, – внешне спокойно, а внутренне кипя от ярости, сообщила Альба.
И был у нее повод, был!
Тони окончательно забыла про волшебные снадобья мастера Доменико и выглядела удивительно красивой. Недаром Даэлис в свое время считалась одной из первых красавиц столицы, ох недаром. Дочка пошла в нее чертами лица. А уж сейчас, когда она улыбалась, когда сияли собственным светом огромные глаза, когда вся она выглядела безудержно, потрясающе счастливой, ее очарование било в глаза не хуже солнца.
Вот оттолкнется от пола – и взлетит! И будет сиять, обогревая весь мир.
Альба ей попросту проигрывала.
И кожа у девушки попортилась, все ж беременность, и цвет лица, и волосы… а вот не надо было пытаться ребенка убить…
Альба и Тони словно местами поменялись. И юной ритане Аракон это весьма не понравилось.
– Гхм… – закашлялся Эрнесто. – Я рад. Очень…
Теперь пришла пора опешить Амадо. Он ждал другой реакции.
– Не слишком ли быстро? – опомнился тан Адан. За что и получил от жены локтем в бок. Ритана Розалия уже просчитала все плюсы и минусы такого брака и решила, что первых определенно больше.
– Альба, Амадо, поздравляю! – еще сильнее засияла Тони.
Альба сверкнула глазами.
– И не возражаешь против двойной свадьбы?
– Что ты! Я буду только рада!
Тан Адан закивал, проглатывая то, что вертелось у него на языке.
Экономия! Таны и ританы, экономия! Свадьба – удовольствие дорогое, а если их объединить… что проще? Один раз гостей принять – или два, тем более за короткий промежуток времени? Конечно, Альбе об этом говорить не стоит, но вот и Риалон что-то подобное думает… тан Адан не умел читать мысли. Зато прекрасно умел считать деньги.
Умничка, Тони! А Даэрон, не тем будь помянут, все равно дурак!
Эрнесто широко улыбнулся. Некромантов-тугодумов вообще не бывает, их съедают на первой стадии обучения. Так что он успел обдумать информацию и перешел в наступление.
– Амадо, ты меня порадовал! Альба, детка, можно я буду звать вас дочкой?
– Д-да, конечно, тан Риалон, – чуточку запнулась Альба. Некроманта она побаивалась.
– А на свадьбу я вам сделаю подарок. Амадо, я перепишу на тебя наш дом. Живите и радуйтесь.
Амадо хлопнул ресницами, не зная, что сказать.
Тони расслабилась. Вот совершенно ей не хотелось жить в доме, где все пропитано ританой Барбарой. Да еще и как бы Амадо ее принял?
– А ты? – как-то по-детски спросил Амадо.
– А я перееду к супруге. Тони, ты меня не выгонишь?
Вместо ответа, Тони приподнялась на цыпочках и поцеловала жениха в щеку.
– Ты замечательно все придумал, милый мой. Мы разместимся над магазином?
– Конечно.
– А когда дети пойдут, будет видно…
– Может, купим соседний дом, – отмахнулся Эрнесто. – Разберемся в свое время.
Альбу явственно перекосило. Но что тут скажешь?
– И я поучаствую, – поддержал тан Адан. – Амадо, ты ведь нигде не работаешь, верно, сынок?
Амадо тоже скривился.
Да вы знаете, как-то раньше и надобности не было. Деньги… ну, они сами в дом приползали. Мама все покупала, еще и на мелкие расходы мальчику подбрасывала, только попроси.
Эрнесто улыбнулся одним уголком губ, чтобы никто не заметил. Пора, пора взрослеть, сынок. Я тебя не брошу, конечно, но раз уж ты взял на себя ответственность – ты ее и нести будешь. Не дам я тебе рыбки, а вот удочками обеспечу.
– Я хочу устроиться…
– Думаю, мы вместе поспособствуем устройству Амадо в университет. Королевский. Первый вряд ли, а вот второй или третий – может получиться.
Тан Адан кивнул.
– Да, пожалуй. А место?
– Амадо будет читать лекции… как насчет литературы? Он в ней неплохо разбирается.
Амадо стал на вид еще кислее. Кажется, это было не совсем то, чего он ждал.
– Может, если работа в университете не подойдет, я смогу тебя устроить в участок. Место письмоводителя там всегда свободно.
Эта перспектива Амадо понравилась еще меньше. Но куда уж тут поспорить?
Альба сверкала глазами, но спорить не решалась. Некромант смотрел на нее такими добрыми глазами, что хоть ты сама в песочек закопайся.
– Вот и договорились, – подвел итог тан Адан.
Он тоже отлично понял, что им придется помогать молодой семье. Но… жить они будут в столице, рядом, на дом тратиться не придется, а остальное… все работают и зарабатывают, чем Амадо хуже?
Сам тан Адан?
Ладно… он выгодно женился. Но он же и не отказывается помогать!
Эрнесто и Тони переглянулись и принялись прощаться с Араконами. Все отлично, все хорошо складывается, так что планируйте свадьбы, таны и ританы. А мы заранее согласны.
В коридоре Тони подошла к окну и решительно распахнула створки.
– Фууууу!
– Вот уж не ждал от сыночка, – поддержал ее Эрнесто. Свежего воздуха хотелось просто невыносимо. После больничной палаты, которая насквозь пропиталась за эти минуты не только запахом лекарств, но и лицемерием, городской воздух казался упоительно сладким.
– Я буду рада за Альбу. Она хорошая, просто…
– Взбалмошная, вздорная, глупая и зависимая от общественного мнения. Копия моей супруги… бывшей, – подвел итог Эрнесто.
Тони пожала плечами.
– Может быть. Но шанс на счастье у нее будет, если поумнеет.
– Помочь я им помогу, но вешать себе на шею не стану, – отрезал Эрнесто. – Что, к Рею?
Тони решительно кивнула.
Да! К Рейнальдо!
* * *
Шальвен встретил гостей улыбкой.
– Добрый день.
– Добрый? – уточнила Тони.
– Для меня так вполне. С утра заходил милейший человек, брат Леандро. Принес мне мои новые документы.
Рейнальдо светился собственным светом. И было отчего.
В паспорте, свидетельстве о рождении и прочем разном, которое лежало на тумбочке, значилось черным по белому. ИГНАСИО РЕЙНАЛЬДО ШАЛЬВЕЙН. Правда, сеньор, но дворянство может даровать только король.
– Не ошибка? – уточнила Тони.
– Нет. Решили, что обратно в род мне возвращаться нет смысла. Чужие люди, много воды утекло, я там никого не знаю. А вот Шальвейн… Мне будет почти привычно.
– Мэр в курсе?
– Я так понял, что все согласовано. И там еще… бумаги.
Тони вопросительно поглядела на призрака. Рейнальдо кивнул, и девушка принялась их листать.
Что может мэр города?
Многое. В частности, принять Рейнальдо на службу в полицию, дать ему бессрочный отпуск по состоянию здоровья для улаживания своих дел, естественно, с сохранением заработной платы, и сразу же назначить пенсию. За заслуги перед Отечеством. Заметим, из городского бюджета. Не из своего же кармана платить героям? Хотя… государственный – это же почти свой, родной и личный для каждого чиновника? Правда?
Нельзя сказать, что Рейнальдо в единый миг стал состоятельным сеньором. Но бедствовать ему не придется. И… на семью хватит.
– Мне поговорить с Паулиной?
Рейнальдо вздохнул. Замялся. Потом решительно обвел лицо.
– Тони… ты же видишь…
Тони видела. И не понимала, в чем проблема. Даже наоборот – все отлично.
После тесного общения с мединцами некогда красивое лицо Валеранса украсилось шрамами. От ожогов, от ран… калекой он не стал, нет. Но два шрама рассекали правую щеку, один сползал по лбу и корежил бровь, еще один был на подбородке…
Красавчиком Рейнальдо не быть. И узнать его будет достаточно сложно, особенно если он поменяет прическу, наденет очки…
Но и ощущать себя уродом? В честь чего? Обычный мужчина, и похуже бывают, а свое счастье находят.
Так Тони и высказалась. Рейнальдо скрипнул зубами.
– А если она испугается?
– Так и скажи, что сам боишься?
– Боюсь, – даже не стал лгать экс-призрак.
– Если она твою душу полюбила, то оболочка ей тем более неважна будет.
– Кстати, я тут тебя чуточку просканировал, – добавил некромант. – Душа приживается отлично, просто скачкообразно, тело ее не отторгает, скоро пройдут последние проявления болезни.
Рейнальдо кивнул.
– Есть причины.
– Она?! – уточнил Эрнесто, имея в виду Ла Муэрте.
– Да.
О дальнейшем некромант расспрашивать не стал. Ни к чему.
– И кстати, стерильным ты не останешься. Так что совет, любовь и много деток.
Рейнальдо еще раз тяжело вздохнул.
– Или Тони поговорит с Паулиной, или я, – подвел итог Эрнесто.
При таком раскладе Рейнальдо вздохнул – и согласился на Тони. Куда ему было деваться?
Некуда.
Так что Тони отправилась к Паулине, а Эрнесто решил пока заехать на работу. Вдруг он там нужен?
* * *
Вальдес сиял собственным светом. А чего б ему и не сиять?
Дело раскрыто, все отлично, жизнь прекрасна! Плюшек могут не дать? Так ведь и жертв больше не будет! И за друзей радостно… так что Освальдо он встретил широкой улыбкой.
– Тан Карраско? С возвращением вас!
Тан Карраско кисло улыбнулся.
– День добрый, Вальдес. Я хочу ознакомиться с материалами дела… ну и с вами побеседовать.
Освальдо тоже отлично знал, что отчеты и реальность частенько расходятся. А ему-то еще королю докладывать.
Серхио вздохнул, но отказывать не стал.
– Давайте побеседуем, тан.
Освальдо опустился в кресло и только-только начал беседу, как в кабинет вошел тан Риалон.
Довольный, счастливый и, кажется, даже помолодевший.
– Серхио, как дела? О, Вальд? Какими судьбами?
– Его величество послал, – процедил Освальдо.
– Все отлично, – улыбнулся Серхио. – Кстати, тут полковник заходил, хотел тебя видеть…
– Я сейчас к нему загляну.
Эрнесто только собрался развернуться и выйти, как полковник явился сам.
Пабло Матео Лопес обычно предпочитал принимать подчиненных в своем кабинете, но совершенно случайно увидел, как Эрнесто заходит в кабинет друга. Почему бы и не пригласить героя лично?
– Тан Риалон! Доброго вам дня!
– Полковник! Рад вас видеть.
– Зайдете ко мне для разговора?
Эрнесто кивнул.
– Да, буквально пару минут.
– Хорошо. Я, кстати, отдам вам и документы для вашей невесты.
– Простите?
Полковник хитро улыбнулся.
– Может быть, вам нужен помощник? Ритана Лассара очень подошла бы для этой работы. Ассигнования из бюджета выделены, ставка есть…
– Ритана Лассара? Невеста?
Освальдо почти шипел.
Серхио едва не выругался прямо при начальстве… и принесла ж нелегкая! Полковник-то был не в курсе, а у Серхио все, считай, на глазах происходило…
Эрнесто кивнул.
– Да, Вальд. Если ты хочешь об этом поговорить, то через… полковник, вы меня надолго задержите?
– Буквально минут на пятнадцать, – полковник понял, что дело пахнет керосином, и разумно ретировался за дверь. Встревать между двумя разозленными некромантами? Нашли самоубийцу!
– Давайте тогда я сейчас зайду к полковнику, а потом, Вальд, жду тебя у себя в кабинете.
Учитывая, что кабинет у Риалона был в морге, прозвучало это многообещающе.
Эрнесто кивнул Вальдесу и вышел вслед за полковником.
– Невессссту? – шипеть Освальдо умел просто великолепно. Впрочем, Вальдеса разными гадами было не напугать, особенно после мединцев.
– Невесту. У вас есть еще вопросы по делу де Медина?
Освальдо скрипнул зубами, но понял, что результата не будет. И принялся методично укладывать к себе документы. Сначала прочитаем дело, потом будем задавать вопросы.
* * *
– Подвел я тебя, Риалон?
Эрнесто пожал плечами.
– Рано или поздно Вальд все равно узнал бы. Почему не сейчас?
– Проблем не будет?
– Если и будут, то не у меня, – отрезал Эрнесто. Раньше он не был в себе до конца уверен. А сейчас за его спиной любимая женщина… Вальд, ты лучше спрячься куда поглубже и притворись ветошкой. Сариту я тебе отдал. Но Тони – не дождешься! За нее я тебя зарою и место забуду! Навеки!
– Ладно. Тогда смотри… вот это документы для тебя. Что там его величество решит, когда это будет, неизвестно, а от города и мы порадеем.
Эрнесто бегло проглядел документы.
Первое – дополнительная ставка помощника. Зарплата – более чем достойная. И это при свободном графике работы. Тони оценит и не откажется, ритана Лассара человек практичный.
Самому Эрнесто увеличили зарплату в два раза. И назначили пенсию. Отказывать некромант не стал – не за спасибо работал.
Вот если сын не возьмется за ум, можно будет пенсию ему перечислять. Нищенствовать не будет, и на семью хватит.
Второе – выделение ассигнования на некромантов. Да, есть и такое, нечто вроде свободных фондов, за которые практически не надо держать отчет. У Вальдеса тоже такое есть, называется: «на оперативные расходы».
С наградами и чинами пока придется подождать, мало ли что решит его величество. Но уже приятно.
– Полагаю, Тони не откажется. А два некроманта лучше, чем один.
Полковник довольно улыбнулся.
– А это вам от Храма передали. И просили тоже к ним заглянуть.
Вот теперь Эрнесто довольно заулыбался.
Доступ к архивам. В том числе и архивам храмов. Королевский подарок! Сколько всего интересного он сможет узнать! Сколько важного и нужного!
– Спасибо, полковник.
– На здоровье. И… спасибо.
Эрнесто улыбнулся.
Хорошо, когда люди друг друга понимают. Очень хорошо.
* * *
Паулина встретила Тони в гостиной. Молчала, но смотрела так, что Тони только головой покачала.
Ловелас призрачный.
И ведь знал, знал, что может погибнуть, а все равно не удержался.
Любовь…
– Паула, у нас сложилась… своеобразная ситуация.
– Он… – мертвенно побелела девушка.
Тони поспешила ее успокоить:
– Жив. Относительно здоров. И обрел тело.
Паула откинулась в кресле. И даже на миг глаза закрыла. Нет, не обморок. Просто как выдох. От радости…
Жив!
Остальное все можно решить и потом. Главное – ЖИВ!!!
Потом Паулина осознала все, что произнесла Тони, и посмотрела на кузину уже совсем иначе. Даже как-то подозрительно.
– Тони. А ты…
– А я буду сейчас перед тобой каяться. И за себя, и за Шальвейна, – легко произнесла новую фамилию призрака Тони.
– Что?!
Тони разлила по бокалам вино. Сама даже не пригубила, а вот Паулине явно понадобится.
– Держи. И слушай…
История вышла долгая, но в этот раз Тони ничего не скрывала. И историю Рейнальдо, о которой Паулина была наслышана – все ж легенда. И как Рей оказался с ней связан, и как он влюбился в Паулу, только вот открыться не мог, права не имел, и как он наткнулся на заговор…
И как бедняге пришлось выбирать еще раз.
Паула слушала молча.
Бокал так и остался нетронутым. А по щекам девушки катились крупные слезы.
Наконец, Тони выговорилась и развела руками.
– Вот и все вроде бы. Остальное он тебе сам может рассказать.
– В каком он госпитале?
– Все в том же. Центральном…
– Минуту, прикажу заводить мобиль.
Паула действительно вернулась через пару минут. Шляпку и перчатки она явно схватила, какие придется. Да и плевать на них…
– Ты со мной поедешь?
Тони пожала плечами.
– Пусть тебя отвезут в госпиталь, а меня по дороге высадите возле магазина. Хорошо?
– Конечно. И, Тони…
– Да?
Паула порывисто обняла кузину. Прижалась щекой к щеке.
– Знай, у тебя есть сестра. Всегда тебе благодарна буду. И за себя, и за него…
Тони думала недолго.
– Между прочим, осенью состоятся две свадьбы. Моя с Эрнесто. А Альба выходит замуж за Амадо. Намек понятен?
Судя по улыбке Паулы – еще как понятен.
– Я… подумаю.
Тони тоже улыбнулась в ответ. Вот кто бы подумал, что так оно сложится?
– Подумай на досуге. Лучше – вместе с Рейнальдо.
– Игнасио. Привыкай, Тони. Он – Игнасио, – строго поправила девушка.
Тони не возражала. Пусть они сами с Паулой разбираются. Она свое черное дело уже сделала. Ну и Ла Муэрте – тоже.
И почудился девушке далекий смешок. Словно кто-то оценил хорошую шутку.
Но это… точно. Почудился.
* * *
Если бы взгляды могли убивать… вообще-то могли. Но с некромантом этот номер не прошел бы. Эрнесто и сам так смотреть умел.
Освальдо был в бешенстве.
– Невеста, значит?
Риалон пожал плечами. Сам же все слышал, чего переспрашивать?
– Ты помнишь, что именно мне обещал?
– Поверь, я не прикладывал для этого никаких усилий. В центре заговора мы с Тони оказались одновременно. Ей нужна была помощь, я ее оказал, а что ты там себе надумал – твое дело. Специально я практически ничего и не делал.
Освальдо злобно стиснул кулаки.
– Откажись от нее.
– Больше тебе ничего не надо?
– Откажись.
– Нет.
– Ты мне должен.
– Ты мне тоже, – парировал Эрнесто. – И за Сариту, и за Барбару.
Произнесенные имена резко охладили гнев Освальдо. Он отлично знал, чей тут хвост мелькнул… чьи лапы потоптались.
– Рита… твоя работа?
– Моя. Она жива, здорова, а ты счастливый супруг. Так что не советую тянуть лапы к моей невесте.
– Я разведусь, – сдвинул брови Освальдо. – Ты с ней общаешься?
– Да.
– Скажи, что я все урегулирую мирно, она останется довольна. Но я хочу развод.
– Скажу при следующем разговоре. Рита тоже хочет развода, она не будет против.
Освальдо кивнул. Если уж Ла Муэрте заступилась за эту дуру… пусть Рита живет, сколько ей отмерено. Вальд ей мешать не будет. Главное, чтобы дорожки не пересекались.
– Хорошо.
– А теперь поговорим про Барбару, – теперь уже роль хищника досталась Эрнесто. – Ты ее случайно убил? Так ведь, Вальд? Не сдержался?
Освальдо только выдохнул. Но не сознаваться же?
– Как ты с этой дрянью столько лет прожил?
Это просто вопрос. Не признание…
– Как-как. Молча, – отрезал Эрнесто. – Человек она была неплохой, и смерти не заслуживала. И кстати, развода бы мне в жизни не дала.
Освальдо стало еще обиднее.
– Я… Меня твои семейные дела не касаются. Ты лучше подумай, что ты можешь дать Тони! Ни дома, ни денег, ни связей… нищеброд!
– Был когда-то, – Эрнесто и не подумал стесняться. – Сейчас я семью содержать вполне смогу. Уж будь уверен!
– Тони заслуживает большего.
– А чего она желает? Ты не думал?
– Продолжить свой род. Только это она и со мной может. А твоей службой сыт не будешь. Рано или поздно ей и бриллиантов захочется, и мобилей, и… много чего! А ты ей ничего не дашь.
– Дам, – Эрнесто спокойно улыбнулся, и эта улыбка взбесила Освальдо больше всего остального. – Счастье.
– Что ты можешь знать о счастье?
– А ты, Вальд? Что у тебя за счастье, если жену убивать приходится? Ты ведь Риту любил, разве нет?
Любил? Освальдо уже и не помнил. Давно это было… и еще кое-что было.
– Ты с Ритой разговаривал перед нашей свадьбой. Помнишь?
Теперь настала очередь Эрнесто сжимать кулаки.
Помнишь…
Помнил! До кровавых слез помнил!
И как умолял Риту, чуть ли не в ногах валялся, и как в любви объяснялся, и как просил не выходить замуж за Вальда… хорошо еще, Освальдо все подробности не знает. А то б и вовсе тяжко было.
– Допустим.
– Я хочу поговорить с Тони.
Эрнесто только вздохнул.
По-хорошему, он мог бы попробовать запретить. Сигнализацию повесить, с Тони поговорить… мог бы многое. Даже просто убить Освальдо. Попытаться – точно.
И – не мог.
Благородство? Эрнесто и сам не мог определить это качество. И как его правильно называть, и зачем оно нужно, и как получилось, что оно свило гнездо в душе некроманта?
Но Риалон точно знал, что если запретит этот разговор, никогда не будет знать покоя. Одно дело, когда он – единственный.
Другое, когда у Тони есть выбор.
Да, она не любила Вальда, но вдруг? Иначе это просто нечестно. Вальд – и демон бы с ним, а вот сама Тони…
Эрнесто не мог поступить иначе. Он со вздохом предоставил любимой женщине выбирать свою дорогу.
– Я заеду в храм. Тони сейчас в магазине, ты можешь ее навестить. Полагаю, этого времени вам хватит?
– С избытком.
Освальдо развернулся и вышел из кабинета. Не поблагодарил, не попрощался…
Эрнесто остался стоять, где стоял. И чувствовал он себя совершенным дураком.
* * *
Дорогу до госпиталя Паула помнила плохо.
Вцепилась в сумочку, даже не глядя по сторонам, и повторяла только одно имя.
Игнасио, Игнасио, Игнасио…
Живой!
Родной…
Про Валерансу ей и даром не интересно было. Помер? Так туда и дорога, не жалко! А вот Игнасио…
Хочет ли он ее видеть? Что он ей скажет?
Паула и сама не поняла, как преодолела дорогу до палаты. Постучала, дождалась негромкого: «Да?» и толкнула дверь.
Он лежал на кровати. Бледный, со шрамами… а Пауле было все равно.
Дженио?
Нет…
Смотрела она в голубые глаза, а видела там совсем другое… мужчину, который разговаривал с ней в пещере, мужчину, который пришел к ней, мужчину….
Призрака?
Нет. Просто – любимого.
– Игнасио?
– Паулина…
Рейнальдо попробовал встать с кровати, но неловкое чужое тело подчиняться отказалось, мужчина запутался в своих же конечностях – и едва не рухнул навзничь.
Паула и сама не поняла, как оказалась рядом. Каким чудом успела подхватить? Как…
Как сплелись руки к рукам, как оказались рядом их губы – и первый поцелуй вышел сам собой. Нежный, ласковый, совершенно неожиданный…
– Иниго…
– Паула…
А больше слов и не нужно было. Слова необходимы, когда молчат души. А когда все и так ясно, к чему лишний раз сотрясать воздух? Только больше себя запутаешь…
Когда в палату, спустя полчаса, заглянула медицинская сестра, влюбленные так и сидели в обнимку. Не разговаривали, не целовались, просто сидели, прижавшись друг к другу и молчали.
Паула была счастлива. Она не ожидала такого подарка от судьбы.
Рейнальдо был на седьмом небе от восторга. Он не знал, чего ожидать, но этот подарок… Паула его любит! Именно его! ЛЮБИТ!!!
Больше и не надо ничего…
Медсестра поглядела на это, покачала головой, а потом вышла и дверь за собой прикрыла. Чтобы никто не помешал.
Такое счастье было написано на лицах влюбленных, что она даже немного позавидовала. Не каждому такое дается в жизни, далеко не каждому. А им вот судьба.
Повезло, да…
* * *
Тони напевала нечто легкомысленное, смахивая пыль метелкой из разноцветных перьев. Легонькой такой…
Жизнь прекрасна?
Да! И дважды, и трижды да!
И солнце, и тепло, и настроение, и магазин, и запах сдобы с кухни… просто – все! Осталось еще Эрнесто дождаться, и вообще все будет чудесно.
Звякнул колокольчик над дверью. Тони обернулась с радостной улыбкой…. И тут же нахмурилась. Словно солнышко за тучу забежало.
На пороге магазина стоял Освальдо Фаусто Карраско. Принесли его демоны!
– Тан Карраско, – кисло сказала Тони.
– Я тоже рад вас видеть, – улыбнулся в ответ Освальдо. Улыбаться ему не хотелось. Хотелось иного.
Разнести тут все к демонам бесхвостым ему хотелось! И прямо сейчас!!!
Он слышал пение из раскрытого окна.
Он видел счастливую улыбку девушки.
И видел, как она расстроилась. Риалона ждала. Да, именно Риалона… неужели и правда – любовь? А даже если и так? Что с того?
– Проходите. Вы к Эрнесто? – вспомнила о правилах приличия Тони. – Или что-то купить хотите? – И не удержалась: – У меня есть украшения на продажу. Вашей супруге к лицу будут.
Освальдо медленно прошел внутрь.
Садиться он не стал. Вместо этого подошел к Тони, остановился почти вплотную, навис, подавляя возрастом, ростом, даже магической силой…
– Говорят, Тони, тебя можно поздравить?
– Можно, – согласилась Тони.
– С намечающейся свадьбой?
– С Эрнесто Риалоном, – кивнула Тони. – Гостем будете?
Не удержалась еще раз. Отлично помнила, что Сариту этот гад у Эрнесто отбил… долг платежом страшен!
– Приглашаешь?
– Эрнесто будет приятно. Друг юности, – пожала плечами девушка.
– А тебе?
– А мне – все равно.
Разговор шел решительно не так. И Освальдо не сумел сдержаться.
– Неужели тебе этого правда хочется?! Не верю!!!
– Чего именно? – Тони тоже не нравился этот разговор. Но что она могла сделать? Кота на Освальдо натравить? Отравится еще животное.
Оставалось только надеяться на скорое возвращение Эрнесто.
– Всей этой убогости! Тони, не надо себе врать! Ты не любишь меня, но ведь и Эрнесто ты тоже не любишь!
Тони прикусила губу.
Ну… ладно. В данном случае Освальдо попал не в бровь, а в глаз. Те чувства, которые она испытывала к Дженио… к Эрнесто она относилась иначе. Совсем иначе. И сама не могла понять, как это определить.
Любовь? Привязанность? Симпатия? Желание тепла и заботы… вот как?
– Это касается только меня и моего жениха.
– Не только. Подумай, Тони. Ты достойна большего! Чего ты хочешь? Вот этот убогий магазинчик?! Торговать старьем до смерти? Работать за нищенскую оплату?! Карраско богаты, ты сможешь жить так, как тебе нравится! Путешествовать, заниматься некромантией в свое удовольствие, восстановить Лассара… Бриллианты? Меха? Книги? Реактивы? Придворная жизнь, наконец! У тебя будет все, что ты пожелаешь! Я не самый лучший муж, это верно, но ты тоже некромант! А если уж вступать в брак без любви, то почему бы и не в тот, который более выгоден?
Девушка вздохнула.
Вот красивая картинка, правда?
У нее будет всё. Всё, что она пожелает.
Не будет любви? Но ее и так не будет, наверное. Такой, как у родителей…
Так почему не Освальдо? Почему бы ей не продаться подороже? Разве она не достойна? Золота, мехов, светской жизни, всего самого лучшего? Почему она должна работать, почему должна думать о будущем, почему…
Миг слабости прошел очень быстро.
И Антония Даэлис Лассара улыбнулась, отвечая себе на все вопросы разом.
Потому что никогда нельзя оставлять за спиной негодяя. Ни за какие материальные блага.
Что бы Освальдо ни говорил, как бы ни убеждал, он уже предал один раз. Предал Сариту, которая тоже была магом. Просто неподходящим.
Предал, подставил, сподличал… он не считал, что делает нечто плохое. Он просто расчищал Тони дорогу. Делал, как лучше для него.
Сейчас он предлагает Тони конфету. Но это отравленная сладость.
К Эрнесто можно повернуться спиной, к Освальдо – нет. Вот и весь разговор.
Никакие деньги не стоят того, чтобы искалечить себе всю жизнь. Чтобы смотреть на человека – и не доверять ему даже в мелочах, чтобы жить и ждать подвоха… и дождаться его. Рано или поздно – дождаться.
Предавший один раз будет предавать и дальше. Он уже почувствовал вкус подлости, он уже отравлен. Он уже не человек. Это нечто вроде того же мединца, существо с изуродованными душой и разумом. Тело нормальное, а внутри такой же монстр. Даже опаснее, потому что люди видят – человек, и обманываются. Мединцев – тех с людьми не перепутаешь.
– Я уже отвечала вам один раз, тан Карраско. И мой ответ по-прежнему – НЕТ.
Освальдо только вздохнул.
– Это окончательно?
– И бесповоротно.
– Тогда…
В голове Антонии внезапно взорвались сотни крохотных искр. И уже сползая в обморок, она услышала:
– Прости, ты не оставила мне выбора.