ПОСЛЕСЛОВИЕ

   Написано в эпистолярном стиле.

   Прошло пять лет после рассказанных событий…

   Я родилась в чудесной стране, где магия уживается с повседневностью, где люди разных сословий находят возможность жить в мире. В этой стране царит чопорность, как оплот чего-то вечного и нерушимого. Все мы стараемся жить по правилам, но опять же все мы эти правила иногда нарушаем. А все потому что иногда хочется перестать прислушиваться к голосу рассудка и позволить себе совершить глупость. Особенно если эта глупость затрагивает ту твою часть жизни, которую принято называть делами сердечными.

   Мое детство прошло в аристократической любящей семье, где во главу всего ставится воспитание детей и взращивание в них моральных ценностей. Мы с сестрой старались следовать наставлениям матушки и батюшки, но когда те не могли нас видеть, шалили и нарушали правила, как все нормальные дети. А когда батюшка отправился в мир иной, матушка взялась за наше воспитание с удвоенной силой. Столько ценных советов, сколько получили от нее мы с Реджиной, она не дала нам за все предыдущие годы жизни. И ее советы помогают мне по сей день. Стоит только столкнуться с трудностями, как достаточно подумать, а как бы в такой ситуации повела себя леди Делила, и все сразу становится понятно и просто.

   Но я отвлеклась, тогда как мой верный читатель, должно быть ждет от меня чего-то конкретного и интересного. И все же, это вступление необходимо прежде всего мне самой, потому как нет ничего полезнее в жизни, как иногда вспоминать свое детство, чтобы лучше понимать тех, кто нас окружает.

   Я мечтала закончить академию и получить диплом бытового мага, но судьба распорядилась иначе и подарила мне такие испытания, которые перевернули всю мою жизнь. Мечтала ли я встретить свою любовь? Конечно! Об этом мечтает любая восторженная девушка, даже такая, которая посвящает себя великой цели и идет не сворачивая к ее достижению. О любви мы читаем в книгах, представляя себя на месте главной героини. О достойных во всех отношениях избранниках мы грезим во снах и наяву. Такова наша женская природа и не советую вам с ней бороться. Но приходит любовь, как правило, неожиданно, и избранником твоим становится тот, кто меньше всего, по твоему же мнению, годится на эту роль. И порой приходится выдержать не одно искушение, чтобы сохранить честь и достоинство.

   Моим избранником стал герцог Роджер Норман, с которым я познакомилась, как с таинственным герцогом Хопсом, и далеко не сразу научилась ему доверять, как и поняла его тоже лишь спустя какое-то время.

   Что же это за человек? Не красавец внешне, но изобилующий внутренним обаянием. Наделенный магией, которую старается направить в мирное русло и создать что-то свое. Кстати, его старания не прошли даром, и фабрика теней уже вот-вот будет открыта, а производство теней-помощников будет поставлено конечно не на поток, потому как процесс этот длительный и трудоемкий, но постепенно их будет становиться все больше, и пока мы можем только предполагать, насколько облегчится наша жизнь.

   Я люблю этого мужчину и с каждым годом все сильнее, а он не перестает меня искушать. Иногда мне кажется, что попала в пожизненный плен к нему. Но поверьте мне – нет ничего слаще этого плена.

   Но что же я все о себе, да о себе, тогда как мой читатель, догадываюсь, хочет узнать, как сложилась жизнь всех тех, с кем он познакомился в моей истории, описывающей крохотный отрезок времени, настолько изменивший мою жизнь.

   Ах, да! Совсем забыла рассказать о подарке Роджера на годовщину нашей свадьбы. Вы же помните, какая у меня была мечта? Все правильно – открыть свой собственный цветочный магазинчик и радовать влюбленных небольшими, но приятными сердцу чудесами. Так вот, теперь у меня это есть. Спустя какое-то время, герцог затеял сооружение пристройки к замку. От меня долго держалось в секрете, что же там будет. А как-то утром, разбудив меня традиционным и всегда желанным поцелуем, он привел меня в застекленный рай и сказал, что в нем я могу разбить свою собственную оранжерею. Конечно, этот рай часто заливают волны, вокруг него порой бушует такая непогода, что сердце сжимается от страха. Но внутри него растут мои прекрасные цветы, неизменно радуя мою душу. Я делаю их особенными и не похожими на другие, а когда они вырастают полностью, отправляю на продажу в небольшой цветочный магазинчик в Уоксе, который мне тоже подарил герцог. И все чаще на мои цветочные композиции приходят заказы и из других городов, даже из столицы. В общем, герцог подарил мне мою мечту.

   К слову, теперь у меня есть свой личный тень – Генрих. Этого молчаливого и где-то даже сурового помощника Роджер привязал ко мне, и именно он занимается работами в оранжерее. Ну а поскольку я ценю спокойствие и рассудительность, то мы с ним быстро нашли общий язык.

   Как же живется всеми нами любимому Кристоферу в замке? О! Кристофера теперь не узнать. Одевается он непременно во фрак. Роджер потрудился над ним и подарил ему довольно-таки привлекательную внешность. Разве что тень все еще немного темноват и очертания его порой слегка расплываются, но теперь он может похвастаться статной фигурой и довольно необычными зелеными глазами. И до сих пор он больше всего любит сочинять стихи, хоть герцог его и назначил личным помощником тетушки Пэм. Правда последняя все еще немного пугается добродушного Кристофера, но что-то мне подсказывает, что делает она это больше из упрямства или по привычке. Дядюшка же Сэм не упускает возможность лишний раз поподтрунивать над ней, но уже давно и не одна я заметили, что сердце этого добродушного старика находится в надежных руках хозяйственной толстушки.

   Нередко к нам в гости наведывается Энтони. От моей былой неприязни к нему не осталось и следа. Можно даже сказать, что теперь он больше мой друг, нежели герцога. Однако последнее обстоятельство порой приводит к недоразумениям, когда Роджеру вдруг взбредает в голову приревновать меня к Энтони. Но это даже вносит разнообразие в нашу довольно замкнутую жизнь. С Клариссой Энтони больше не общается. Но именно от него мы узнали, что она осталась в Ордене стальных сердец в роли особы приближенной к главарю.

   Здесь я хочу сделать небольшое отступление и поделиться своими страхами, а возможно, и надеждами. Вот уже прошло пять лет с того момента, когда мы спасли Серину из лап Роланда. Пока он остается верен своему слову, и порой я даже ловлю себя на мысли, что неделями не вспоминаю о нем. Но нет-нет, да меня посещают опасения, что если он нарушит договор. В такие минуты лучше всех утешает меня Роджер, внушая мысль, что магический договор, подписанный кровью, не в силах разорвать никто. Хотела бы и я в это так же свято верить. Но что-то мне подсказывает, что то, что является табу для белого мага, совсем не те же чувства вызывает у черного. Но видит Бог, я надеюсь на лучшее.

   Два раза в год мы выбираемся в столицу. И тогда мы гостим по паре дней у матушки, в поместье графа Лэнглея и во дворце короля, которому я была представлена со всеми полагающимися почестями. Реджина очень счастлива со своими мужем и подарила ему двух замечательных девочек. Одну назвали в мою честь, Мэрил, а вторую – в честь матушки графа, Деборой.

   Ну вот я и подошла к самому главному – тому, что и делает меня по-настоящему счастливой, а жизнь мою наполненной до краев всевозможными красками. В тот день, когда Роджер сделал мне предложение руки и сердца, мы вернулись в замок втроем, а не вдвоем, как покидали его. С нами приеxала шeстилетняя Оливия – серьезнaя и даже слегка замкнутая девочка. Мы с герцогом одновременно обратили на нее внимание и выделили из всеx оcтальных детей. Чем именно она пpивлеклa нас тогда, затрудняюсь отвeтить. Возможно, тем, что сидела одна в сторонке и выглядела не по-детски несчастной. Как бы там ни было, именно она и стала нашей второй дочерью.

   Серина поначалу отнеслась к Оливии с недоверием и дичилась ее несколько дней. Та же, напротив, потянулась к строптивице всем своими детским сердечком. И уже через неделю они стали парочкой, не разлей вода. И порой мы с Роджером даже терялись, кто же у них является заводилой – резвая, порой даже чересчур, Серина, или тихая Оливия, с затаенным лукавством в глазах. Но как бы там ни было, эти двое отлично ладили и дополняли друг друга. Я же научилась любить Ливи так же быстро, как привязалась в свое время к Рине (отныне у них появились сокращенные имена, которых раньше не было). Сейчас девочки уже входят в пору, когда их принято называть девушками, но шалить меньше они от этого не стали.

   Любовь Роджера к дочери распускалась, как самые редкие и капризные цветы в моей оранжерее. Порой я даже впадала в отчаяние, что никогда он не позволит стать девочке ближе к себе, так и будет держать на расстоянии, одаривая редкими улыбками и похвалами. Но через год после свадьбы у нас родился Терри, и сама я уже не смогла уделять девочкам так много времени и внимания, как раньше. Теперь почти все мое время, как и мысли, занимал маленький карапуз, вечно требующий еды. Вот тогда я поняла, что Роджер любит свою дочь, только делает это как умеет. В его любви не было излишней нежности, как и на ласки она была достаточно скупа. Но терпение его к Серине стало поистине безграничным, которое он распространял и на Ливи. С тех пор, как в нашей жизни появился сын, герцог стал гораздо больше времени поводить с девочками. Даже на занятиях, которые я продолжила вести и после свадьбы, он частенько заменял меня.

   Вот и все, мои дорогие! Мои откровения подошли к концу, и как бы не хотелось и дальше рассказывать вам о себе, но боюсь описание моего счастья быстро вам наскучит. В заключение хочу сказать, что всех нас что-то свое делает счастливыми. Для меня такой стала любовь к Роджеру и его ко мне. Я счастлива уже оттого, что довелось испытать это ни с чем не сравнимое чувство. А всем вам я желаю встретить свою любовь. И пусть она вам кружит голову всю оставшуюся жизнь!

   Ваша Мэри.