ГЛАВА 32

На следующий день, сразу после завтрака герцог велел заложить карету, и мы с ним отправились в Уокс. У меня мелькнула было мысль поговорить с Сериной, но потом я ее отбросила. Еще накануне вечером я много думала о предложении Роджера взять воспитанницу из приюта. С одной стороны, он прав, и Серине, должно быть, очень одиноко в этом огромном замке без сверстников. С другой стороны, у малышки очень непростой характер и сможет ли она с кем-то подружиться? На этот вопрос я себе так и не смогла ответить. И все же я склонялась в пользу принятого Роджером решения и руководила мной мысль, что, возможно, таким образом он сможет кого-то сделать чуточку счастливее. Кто знает, может маленькое существо, оставшееся без родных, обретет в замке свой дом, а в герцоге и Серине – свою семью.

   Море снова штормило, отрезая обитателей замка от берега огромными волнами, что заливали дорожку, убегающую в туннель. Дядюшка Сэм едва успел проскочить ее в промежутке между волнами. Он мчал так, словно за нами гналась нечистая сила, хлестал лошадей, да еще и прикрикивал на них. Герцогу отчего-то было весело, я же с замиранием сердца прислушивалась к грозному шуршанию волн, оставшихся позади. О том, как мы будем въезжать обратно в замок, я пока старалась не думать.

   - Кажется, кое-кто снова превратился в трусливого зайца, - проговорил герцог, когда я невольно вскрикнула и вцепилась в рукав его куртки, от того, что карета дернулась в сторону. Дядюшка Сэм явно перегнул палку и проявил излишнюю суровость к лошадям. Теперь я уже боялась, что они понесут нас.

   Рука Роджера легла на мою и крепко сжала ее, не давая убрать. Сам же он придвинулся ко мне ближе и заглянул в лицо.

   - Не бойтесь, Мэри, я не дам вас обидеть и не допущу, чтобы с вами что-то случилось, - доверительно сообщил он. – Кроме того, я обещал вашей матушке приглядывать за вами.

   Интересно, когда это он успел дать подобное обещание, если все время разговаривал с матушкой у меня на глазах. Сдается мне, что сейчас герцог лукавил и делал это намеренно. От его близости мне стало жарко. Захотелось отвернуться, но это не казалось мне вежливым. Да и взгляд мой, как назло, был прикован к его лицу, в особенности губам. А еще эта рука, что все еще находилась в его горячих пальцах. Но в этом вопросе я проявила упорство и вернула свою руку себе обратно.

   - Мне страшно, сэр, оттого, что мало знакома с морем, - сочла нужным сказать я, чуть отодвигаясь от него в сторону, но тут же уперлась в стену кареты. Дальше двигаться было некуда, а герцог сидел ко мне все еще непозволительно близко.

   Когда он вернулся на свое место и какое-то время сосредоточенно смотрел в окно, разглядывая улитые дождем окрестности, я даже с облегчением перевела дух. Близость этого человека неизменно действовала на меня как-то уж слишком сильно. Даже в столь замкнутом пространстве мне находиться с ним было неудобно, словно совершала что-то постыдное.

   - Мэри, есть еще одно дело, в котором мне нужен ваш совет, - снова повернулся ко мне Роджер, но на этот раз его лицо оставалось серьезным, без намека на иронию.

   - И что же это за дело? – почему-то напряглась я.

   - Я бы сказал, это дело деликатного характера, - продолжил он, - в котором мне нужен совет. И кроме вас, я не знаю, к кому еще могу обратиться. Вы же уже настолько прочно вошли в нашу семью, что стали практически ее членом.

   Не могу сказать, что подобное начало мне понравилось. Даже напротив – отчего-то в душе шевельнулось неприятное чувство, заставившее меня захотеть поерзать и усесться поудобнее.

   - Дело в том, что мне уже тридцать пять, - значит я не ошиблась и возраст герцога определила правильно. – И моложе я не становлюсь. Кроме того, уединенный образ жизни накладывает на меня определенный отпечаток. Вы, наверное, и сами заметили, что порой я становлюсь угрюмым и нелюдимым?

   - Увлеченным людям свойственны странности, - уклончиво ответила я, не понимая, к чему он клонит.

   - Эта странность… - задумчиво отозвался Роджер и снова отвернулся к окну, словно пряча от меня ненадолго глаза. – Я чувствую, как она засасывает меня, заставляет погружаться в себя.

   - Так заведите себе правило – отвлекаться от работы каждый день, на несколько часов. Проводите это время с дочерью. Польза будет и вам, и ей.

   Что еще я могла посоветовать? Да и сама я за эту мысль ухватилась, как еще за одну возможность сближения дочери с отцом. Ведь как было бы прекрасно, если бы герцог присоединялся к нам с Сериной во время каждодневных прогулок, когда, конечно, позволяла погода. Но даже в такое ненастье, как сегодня, можно найти, чем занять себя в часы досуга. Игры, чаепитие, да просто разговоры…

   - Вы еще не поняли, Мэри, к чему я клоню? – перебил плавное течение моих мыслей герцог.

   - Теряюсь в догадках, сэр, - честно ответила я.

   - Думаю, настало время подумать о женитьбе, вот о чем я.

   Сообщение явилось для меня настолько неожиданным, что в первый момент я растерялась и не знала, что ответить. А когда поняла, что герцог ждет, когда я заговорю, то разозлилась не известно на что.

   - Решение ваше разумно, сэр. Но от меня вы чего хотите?

   Полагаю, прозвучало это не совсем вежливо, и как мне показалось, Роджер не то хотел от меня услышать. Но сказала я именно то, что должна была сказать. Он решил посвятить меня в свои тайны, которые я считала предельно личными и деликатными. Подобными тайнами мужчины не делятся с женщинами, которых принимают на работу. И уж тем более, они не просят у них советов.

   - Есть у меня одна знакомая, которая, как мне кажется, лучше всего годится на роль моей будущей супруги, - нисколько не обиделся герцог на мой резкий тон и спокойно продолжил беседу. Да кажется, он даже и не заметил негативной окраски моей последней фразы. Мне же отчего-то такое его невнимание было неприятно. Настроение, что с утра еще было приподнятым, сейчас стремительно портилось. И разговор этот мне хотелось закончить прямо сейчас, а не продолжать делать вид, что внимательно его слушаю. Но конечно же, ничего такого я не сделала. – Да и она уже давно оказывает мне знаки внимания. Думаю, что она примет мое предложение, сделай я его ей.

   - Так делайте, сэр, раз таково ваше мнение, - я не выдержала его внимательного взгляда и отвернулась к окну. Не понимала, почему мне так плохо, что на глаза просятся слезы? Пару секунд передышки были необходимы мне.

   - Но я хочу, чтобы и вы высказали свое мнение на ее счет, Мэри.

   - Как я могу что-то про кого-то сказать, если этого кого-то я даже не видела, - ответила я, продолжая все так же смотреть в окно и стараясь лишь, чтобы голос мой звучал ровно.

   - Именно поэтому я и предлагаю вам нанести ей визит вежливости. Заедем к мисс Вилсон на несколько минут перед посещением приюта…

   - Но это же нелепо, сэр! – не выдержала я и вспылила, поворачиваясь к нему.

   - Что именно, Мэри?

   - В качестве кого заявлюсь к этой мисс я? Вашего консультанта в выборе невесты?

   Кажется, мое возмущение достигла пика. Пришлось даже спрятать руки в карманы, потому что они вдруг мелко задрожали.

   - Именно, - все так же спокойно кивнул герцог. - Вас не должно волновать ее мнение. А меня не волнует вообще ничье мнение.

   - Но не меня, сэр! – отчеканила я. – Вы вольны наносить визиты, кому сочтете нужным, но я останусь в карете дожидаться вас.

   Он не спешил отвечать, как и реагировать на мои слова. Вместо этого так внимательно всматривался в мое лицо, что тому снова стало жарко.

   - Вы злитесь, Мэри, - наконец, удовлетворенно произнес герцог.

   - Ничего подобного, - тряхнула я головой, чувствуя, как сводит скулы, так крепко я сжала зубы.

   - Вы злитесь, Мэри, - повторил он. – И злость ваша вызвана ревностью.

   Теперь он улыбался, и улыбка меня раздражала едва ли не сильнее его последнего утверждения. Кроме того, я перестала понимать, что от меня хочет герцог, и к чему он все это говорит.

   - Признайтесь, Мэри, что вы ко мне не равнодушны, - снова придвинулся он ко мне, и тут уже задрожали не только мои руки, а и вся я.12727c

   Со мной творилось что-то невообразимое. От его близости и того, как он смотрел на меня, кружилась голова. Я даже рада была, когда герцог приобнял меня за талию и прижал к себе. А когда его вторая ладонь легла на мою разгоряченную щеку, то едва не лишилась сознания, чувствуя, как глаза увлажняются, а сердце бьется настолько сильно, что ему становится тесно в груди. Даже если и хотела что-то ответить ему, губы мои перестали слушаться.

   - Мэри, моя храбрая белка, - прошептал Роджер, склоняясь к моему лицу. – Неужели ты не видишь, что со мной происходит? Ты же сводишь меня с ума. Каждый раз, когда ты рядом, я едва сдерживаю себя, чтобы не коснуться тебя ненароком, а коснувшись, не прижать к себе.

   Губы его обожгли и без того горячую мою щеку. Потом другую. Глаза удостоились той же участи, и из них выкатилось по слезинке.

   - Мэри, скажи, что любишь меня, как я тебя, - заглянул он мне в глаза, впрочем, я его почти не видела.

   - Нет, сэр, я не могу любить вас, - нашла в себе силы ответить я, но не оттолкнуть его. Только в его объятьях я чувствовала себя настолько хорошо.

   - Ты задолжала мне столько поцелуев, что один я планирую получить прямо сейчас, - нисколько не расстроившись, произнес он и припал к моим губам.

   И я ответила, потому что не ответить просто не могла. Я ждала этого поцелуя и даже себе в этом боялась признаться. А в мозгу билась единственная мысль: «Что если он прав, и я люблю его?»

   - Ты любишь меня, - удовлетворенно выговорил он, оторвавшись от моих губ, но не убирая своих рук и не отодвигаясь.

   - Вы… вы порочите мою честь, сэр, - чуть не плача и презирая себя в эту минуту, проговорила я. – Вы не должны целовать меня и говорить такие вещи. Кроме того, вы собираетесь жениться на мисс…

   Я забыла ее имя, да и какая разница! В моем лице он видел лишь игрушку. И в то мгновение, когда я осознала, что возможно действительно люблю его, сердце мое сжала такая боль, в душе разлилась настолько пугающая горечь!

   - Мисс Вилсон? – напомнил герцог, с улыбкой разглядывая мое несчастное, надо полагать, в эту минуту лицо и то, как я кусаю губы, боясь разрыдаться.

   - Да, сэр. Отпустите меня! – шевельнулась я в попытке высвободиться, пока не опорочила себя окончательно. – Как только вы женитесь, я покину ваш дом.

   - Как только я женюсь, ты станешь полноправной хозяйкой в замке, - еще крепче прижал он меня к себе.

   - Но!..

   - Нет никакой мисс Вилсон, Мэри. Я ее придумал лишь для того, чтобы вызвать твою ревность и услышать твое ответное признание.

   И тут я не выдержала, заплакала. Но то были слезы радости и облегчения. Ведь ничего позорного он мне не предлагал, а признавался в любви.

   - Вы правда любите меня, сэр? – взглянула я на него, не стесняясь слез.

   - Больше жизни, Мэри. И запомни уже, пожалуйста, мое имя, - вновь поцеловал он меня.

   - Я помню его, Роджер, - наконец-то позволила и я появиться на губах робкой улыбке.

   - Тогда, может быть, ты согласишься стать миссис Норман?

   - Вы делаете мне предложение?

   - Да, Мэри, и если ты сейчас же не ответишь мне согласием, то я зацелую тебя до смерти, - притворно-угрожающе произнес он.

   Он искушал меня. Своими ласками и поцелуями, словами, полными любви… Но на этот раз я ему верила. И наконец-то я перестала сомневаться в собственных чувствах. Все словно встало на свои места. В памяти промелькнули все те мгновения моей жизни в замке и за его пределами, когда я испытывала непонятное волнение в присутствии этого мужчины. Уже тогда во мне зарождалось чувство, которое считала одним из самых сильных в жизни. Кто бы мог подумать, что читая про любовь в книгах, переживая ее вместе с выдуманными героинями, я окажусь такой слепой, когда она войдет в мою жизнь. Но ведь самое главное прозреть вовремя, и когда рядом есть тот, кто может проявить настойчивость и сразить тебя наповал своей любовью. Таким человеком для меня оказался герцог Норман, и теперь я с уверенностью могла сказать, что люблю его и готова посвятить ему всю оставшуюся жизнь.

   - Кажется, мы забыли, что впереди нас ждет важное дело, - с трудом оторвалась я от его губ.

   - Нет, Мэри, не забыли, - улыбнулся он. – Уверен, что Серина будет счастлива, когда узнает про нас. Но отныне я буду против, чтобы ты посвящала ей все свое время. Большую часть его я планирую держать тебя при себе.

   Он отпускал меня из своего плена, чтобы сделать законной супругой. И я могла сейчас с уверенностью сказать, что чувствую себя счастливой.