53

Полтора года спустя...

Савва

Удалив последнего клеща с головы и обработав ранку, я аккуратно переношу питона в террариум. Лимонный засранец и не думает слезать с моей руки, обвил до самого плеча, отчего у меня уже противно немеют мышцы.

- Давай, не наглей. - Я потряхиваю рукой, и недовольный питон сползает в свою палату, пошипев напоследок. - На хозяина своего шипи. Он невероятно тупой, раз решил, что у тебя все само пройдет.

- Савва! - Дверь распахивается и в процедурный кабинет влетает взволнованная ассистентка Василиса. - У нас опять собака!

- Пошли их нахрен. Скажи, что мы занимаемся только змеями, это совершенно разные направления. - Я даже не поднимаю голову. Меня дико раздражает ее излишняя суета и чувствительная жалостливая натура, но как помощница она неплохо справляется.

- Так нет никого... Подкинули. Бедняга в крови весь, наверное из-под колес, - причитает ассистентка.

Прикрыв веки на миг, делаю вдох и приказываю себе успокоиться. Подхожу к раковине и тщательно мою руки после питона.

- Где он?

- У двери, на крыльце...

Я поворачиваюсь и смотрю на нее, как на идиотку, отчего ее лицо тут же наливается красным цветом.

- Он это... Просто тяжелый, наверное. Хаски там...

- Понятно. Убери пока тут все, принесу его. И позвони тогда Семену, пусть тащит свой зад сюда.

Семен - ветврач с хорошим опытом и головой на плечах. И руки у него откуда надо растут. Он бывал в нашем центре уже не мало раз, потому что "подкидыши" случались и раньше. Люди почему-то думают, что змеями и кошками/собаками занимается один и тот же человек, а эти животные ничем не отличаются.

Пушистый хаски на крыльце лежит весь в крови на клетчатом замусоленном пледе. Жалобно скулит и вообще выглядит хреново. Даже не пытается меня укусить, когда я аккуратно поттягиваю его к себе вместе с пледом.

- Только попробуй выкинуть чего-нибудь, - тихо предупреждаю я, глядя в пронзительно-голубые глаза собаки. - Оставлю подыхать за дверью.

Хаски фыркает, обдавая меня теплым и пахнущим кровью дыханием, и послушно замирает.

В процедурном я аккуратно укладываю его на стол, который уже прибрала Василиса.

- Бедняжка... Как же тебе досталось, лапочка... - начинает причитать ассистентка, но под моим взглядом осекается и неловко отходит в сторону.

- Не будем терять время, подготовим рентген, - приказываю я, и она послушно включается в работу.

Пес меланхолично лежит, пока я нажимаю на кнопки в столе, делая снимки прямо на месте, не таская животное туда-сюда. В моем центре только самое лучшее оборудование, и подобные манипуляции проводятся быстро и безболезненно, без лишних движений.

Наклонившись с фонариком, перебираю пальцами пушистую шерсть, осматривая внешние раны. Зашивать кое-где придется, но этим Семен сам займется. Снимки выглядят нормальными, однако я не уверен. В конце концов, я не ветеринар. Я змеиный доктор, да и то, пока еще только начинающий. Всего лишь год учусь. Хотя, уже могу сказать, что моих знаний, полученных за годы ухаживаний за своими питомцами, достаточно, чтобы вести лечебную практику. Осталось только официально подтвердить дипломом, настоящим, а не той липовой бумажкой, что я повесил на стену, чтобы ни у кого не возникало вопросов.

- Ух ты, какое красивое кольцо! - От осмотра собаки меня отвлекает блеск металла перед носом и восхищенный вздох ассистентки.

Она наглеет настолько, что беспардонно хватает своими грязными руками Мишино кольцо, выскользнувшее из выреза футболки и теперь раскачивающееся на цепочке. С восторгом его рассматривает, вот так просто ворвавшись в мое личное пространство. Ее светлая макушка мелькает у меня перед носом, наэлектризованные волоски касаются подбородка и шеи, и я недовольно отстраняюсь, довольно резко выхватив из ее пальцев кольцо.

- Не трогай.

- Что это за колечко? - Мой злобный тон ее нисколечки не останавливает, Василиса напирает с любопытством, невинно хлопая ресницами.

- Это кольцо моей невесты, - спокойно отвечаю ей.

Я не дурак, понимаю какими взглядами время от времени смотрит на меня моя ассистентка, но вся эта херня с ее стороны меня вообще не интересует, а сейчас как раз прекрасный повод разрушить ее воздушные замки.

Как и предполагал, лицо Василисы вытягивается от удивления и разочарования.

- У тебя есть невеста? Я не знала...

- Да. Есть.

- Ни разу ее не видела здесь, - бормочет Василиса, неловко переминаясь с ноги на ногу. Ее потухшие надежды меня абсолютно не трогают, мне нет никакого дела до этого человека.

- Она не любит змей.

- Серьезно? Как их можно не любить? - возмущается девушка.

Сама Василиса любит всех животных без разбору, и змей совсем не боится, берет их на руки и сюсюкается. Это одна из главных причин, по которой я нанял ее на работу.

Ничего не ответив, я возвращаюсь к осмотру хаски, а Василиса зачем-то продолжает этот бессмысленный разговор.

- Тебе не обидно, учитывая, как ты сам привязан к змеям?

- Мне плевать. Моя невеста должна любить меня, а не моих змей. - Тщательно промокнув самую большую рану хлоргексидином, я швыряю грязную в красных разводах марлю в ведро.

- Хочешь сказать, что дома у тебя нет ни одного террариума? - В ее голосе неверие.

- Нет. Все террариумы теперь здесь, - терпеливо отвечаю я, чувствуя как во мне поднимается легкое раздражение от ее болтливости. Если бы не ее работоспособность и любовь к животным, выпер бы отсюда на следующий же день. Или вообще вряд ли бы нанял.

- Как зовут невесту? - не унимается девушка.

Мысленно считаю до пяти.

- Мишель.

- О, необычное имя.

- Угу...

- А чем она занимается?

Не выдержав ее беззаботной трескотни, я отрываюсь от хаски и поднимаю на Василису тяжелый взгляд.

- Василиса, хватит болтать. Займись работой: набери еще раз Семену или проверь Анубиса, он все еще плохо себя чувствует. Не стой без дела.

- Д-да, конечно... Извини... - смущенно поникает девушка и выходит, понурив голову, но меня это уже не заботит. Пусть займется работой, в конце концов, я плачу ей приличную зарплату не за длинный язык.

А если она еще раз перешагнет черту, то придется с ней попрощаться, подобного вмешательства в личное пространство я не терплю ни от кого. И даже ни к чему не обязывающие отношения, сводящиеся к обычному сексу, меня не интересуют. Со мной ей нечего ловить.

Вечером, оставив Семена дежурить около хаски, я возвращаюсь домой с первыми всполохами заката.

Погода в городе приятная, лето вот-вот начнется. Перед тем, как войти, я вдыхаю полной грудью теплый воздух и прикрываю глаза. Во мне ноет до боли знакомое чувство пустоты. Словно в моей жизни чего-то не хватает. Точнее, кого-то. Даже не просто кого-то, а конкретного человека со светлыми волосами и серыми глазами.

Мой новый психотерапевт наивно верит, что я еще встречу ту самую, и каждый сеанс несет полную чушь. А мне все чаще кажется, что диплом на его стене такой же липовый, как и мой.

Консьерж приветствует меня дежурной фразой и улыбкой, и я через силу киваю ему, сразу отворачиваясь. Это все, на что я способен.

В квартире пусто, как и всегда. Я не переехал, хотя столько пространства мне больше не нужно. Я остался на случай, если Миша надумает вернуться - по крайней мере она знает этот адрес и сможет легко найти меня.

Я по-прежнему жду ее.

Подогрев лазанью, неторопливо ужинаю в тишине, без интереса разглядывая тени облаков на стене. Затем иду в душ, отрешенно моюсь и привычно мастурбирую, представляя Мишино лицо и тело. Разрядка, как обычно, приходит быстро, стоит только моему воображению пойти дальше и заставить ее раздвинуть ноги или сомкнуть губы на моем члене.

Насухо вытеревшись, я сажусь за компьютер и провожу еще один ежевечерний ритуал: открываю новую вкладку браузера и принимаюсь перебирать новые картины, какие только могу найти в интернете. За все это время я просмотрел тысячи малоизвестных художников, но все они оказываются кем-то другим, не тем, кого я ищу. Чаще всего я понимаю это буквально сразу, едва взглянув на работу. Что не она. Не ее рукой нарисовано.

Помимо всего прочего я просматриваю всех художников, которые рисуют змей. Знаю, Миша их не любила, но почему-то мне кажется, что рисовать их ей очень даже нравилось.

В этих рисунках - моя последняя надежда, потому что ни один даже самый дорогостоящий детектив так и не нашел ни одной зацепки.

Часами я провожу время за мерцающим экраном, переходя с одного фото на другое, щелкая и щелкая тысячи и тысячи картин, художников и все, что может хоть как-то привести меня к Мише.

Она могла снова бросить рисовать.

Она могла никогда в жизни не выложить на всеобщее обозрение то, что нарисовала.

Но я все равно искал, в любом случае другого мне не оставалось.

Я так и не смог отпустить ее, и, конечно, я продолжал верить, что однажды снова ее увижу. Как одержимый постоянно представлял нашу с ней встречу.

Каждый день я листал чужие картины с упрямой надеждой, что может сегодня мне повезет...

Этот вечер поначалу ничем не отличается от предыдущих. Время летит, несколько часов подряд я без устали щелкаю по картинам, пока не натыкаюсь на гипнотизирующий змеиный взгляд. Замираю, разглядывая рисунок. Сходство с Роксаной слишком сильное, чтобы быть просто совпадением, и сердце невольно пропускает удар.

Через хэштэг, отмеченный восхищенной поклонницей, меня уносит на страницу некой Анны. Ее профиль создан недавно, картин выложено совсем немного, но от тех, что я вижу, меня с головы до пяти наполняет щекочущим волнением.

Мужские руки, выполненные карандашом. Могли бы они быть моими? Смотрю на свои пальцы, закусив губу. Мне кажется, совпадают все шрамы.

Яркая змея, похожая на Роксану, и рядом с ней очки в черной оправе. Форма устаревшего мягкого квадрата.

На следующих картинах я вижу желтую кукурузу на снегу. Застывшие на пруду лодки.

Подрагивающими руками подтягиваю к себе телефон и набираю избитый номер. Мне кажется, что меня сейчас разорвет от переполняющих эмоций.

- Да, Савв? Что-то срочное? - обреченно спрашивают на том конце.

- Пробей мне малоизвестную художницу по имени Анна Смирнова. Проверь в тот день вылетал или выезжал ли кто-то из города с таким именем. Кажется, я что-то обнаружил.

- Ты... Ты думаешь это она?

- Я не просто думаю. Я почти уверен.

**